День моего рождения

      Вымотанность. Сны мутные, нудные, монотонные.       На грани осознанности он почувствовал чьё-то присутствие.       Но было так плевать.       Пусть хоть с дивана скидывают.       Потом разберётся.

***

      Сон, словно бесконечный провал в бездну.       Что из этого было, а что — привиделось?       Много ломаных образов. Много помех.       Что из этого — его, а что — чужое?       Образы. Голоса.       Кто из них — в его голове, а кто — в чужих?       Помехи. Шум.       Прикосновения. Тепло.       Что из этого ещё не растворил Рубин?       Прикосновения. Тепло.       Инфинит неспешно выныривал из сна.       Размеренное дыхание. Сопение. Тёплые запахи. Уютно.       Он лениво разлепил глаза, чуть морщась от гудения в голове. Лишь тёмный мутный потолок предстал перед глазами.       Привычные сопения рядом. Рука снова лежала на чьей-то макушке.       Тоже нажрались после охоты? Опять она будет ворчать…       Зевание мигом прошло от внезапного осознания, где он.       Пришлось зажмуриться и медленно вздохнуть, чтобы чувство удушья не вызвало тошноту. И аккуратно убрать дрожащую руку с белобрысой макушки.       Дети тоже зашевелились, когда он начал вставать. И на кой они к нему прижались?! Могли бы перетащить на кресло или просто скинуть на пол.       Инфинит потёр лоб. Сонное бурчание детей моментальное пробудило вчерашние воспоминания.       Нелепая ситуация, однако. Вроде бы ничего особого не произошло, но послевкусие осталось сомнительным.       Убежали, отмылись в речке и приползли в убежище почти в бессознательном состоянии. Щенок бурчал, рычал, что им надо уже собираться и валить, но с кислой рожей отпустил всех спать. Да и сам Инфинит не сопротивлялся.       Тело в тот момент трясло. В последний раз такое было только когда он неделю без сна и отдыха разламывал военные центры в начале войны.       Сейчас бы подпитку от реактора.       Вздох.       Он взглянул на сонных детей, что потирали глаза и переглядывались. И их растерянные и подавленные лица ясно давали понять, что они ещё не осмыслили произошедшее.       Инфинит скривился про себя.       Привыкнут.       — И-ингрит, ты как? — неуверенный голос обычно громкого ребёнка подтвердил мысли. Второй же совсем не издавал звуков, лишь смотрел своими огромными глазищами и сминал шапку.       Очередной вздох. Взгляд упёрся в стену.       Чего бы такого ответить, чтоб их не доломать.       Сломить их окончательно?       Издеваться гораздо проще.       Он кисло взглянул на детей, которые смотрели на него с какой-то робкой надеждой.       Вот бы всё расхлёбывал недоросль, заваривший эту кашу, а не я, сидя в бестолковом маленьком теле.       — Этот вопрос надо вам задать. Вы себя то видели? — действительно, вид у них был не очень здоровый.       — Эээээээээээ….       Второй же молча смутился, потерянно почёсывая щёку.       Отлично, пусть пока отвлекутся и не достают глупыми вопросами.       — Брысь умываться. Нам ещё собирать вещи и сваливать отсюда.       Дети захлопали глазами. Тихий кивнул и взял что-то мямлящего друга за руку, и они растерянно пошли в ванну.       Инфинит снова вздохнул про себя.       И на что ему всё это?       Снова.       Инфинит резко встал и пошёл в дальнюю часть убежища.       Надо у виновника спросить.

***

      Тихие шорохи оказались за дверью в погребе. Донёсся звук тихого зевания.       А вот и он.       Упомянутый оказался в довольно пыльном углу, окружённый кучей мешков и сумок. Часть инструментов уже лежали в некоторых из них и намертво перевязаны.       Инфинит невольно зацепился взглядом.       Квадратные узлы? Не самый удачный выбор, особенно для такого веса.       — Чего стоишь? Дел много вообще-то, — недоросль продолжал небрежно скидывать инструменты в мешок, с явным недовольством поглядывая.       Инфинит же с кривой усмешкой смотрел в ответ.       — Не подскажешь, что это было? — медленно и и чётко, чтобы точно понял намёк.       Тот оказался догадливым и сразу же запыхтел.       — Чё пристала? Нам собираться надо, а ты языком треплешь. Или хочешь тут остаться? — недоросль сразу же начал язвить.       Глаза в глаза.       Лишь бесконечная наглость.       Невольная усмешка.       — Будет и дальше такая клоунада — останусь.       Не могу избавиться от ощущения, будто что-то упускаю. Чёртова сожранная память.       Тот нахохлился.       — Так получилось. И вообще, сами виноваты! Я бы его верёвками за минуту уложил, пока вы там время тратили!       Бровь сама поднялась вверх.       — Какое бахвальство. Именно поэтому ты выбрал его? Снова? — насмешка рвалась сама собой.       Слишком уж ты был неравнодушен к этому бугаю.       Щенок постепенно закипал от эмоций.       Взгляд сузился, тело напряглось, словно готовясь к атаке.       — Это не твоё дело, — и голос скатился в рык.       — Если будешь так бездумно тягать нас по каждому обидчику — моё, — Инфинит снисходительно глянул на него. — “Просто нападать” мы можем и без твоего командования.       — Самая умная? Иди и учи тогда, раз крутая, — всё же доводить детей до негатива ему даётся проще всего.       На мгновение Инфинит действительно задумался.       Так ли полезен этот щенок?       И хмыкнул.       — Если круче тебя, — Инфинит поднял свои худосочные ручонки вверх, — какая-то малолетка, — губы сами расплылись в оскале.       — То почему ты всё ещё жив?       Ребёнок замер, будто завис, пока Инфинит задумчиво рассматривал буквально шакалёнка в его глазах. Более заметными стали и тёмные круги под глазами.       Такой ребёнок.       Ведь действительно, как я сам когда-то.       Кривая усмешка.       С этим неугомонным хотя бы не так скучно.       Пока что.       Внезапно раздался скрип дверцы.       — А-а что нам дел… — и замерли, растерянно глядя на них двоих.       Повисла тишина.       Дети переводили взгляд то на него, то на подростка. Чаще — на него.       Инфинит же на это усмехнулся и демонстративно перевёл взгляд, начав в упор смотреть прямо на растерянного недоросля.       Давай.       Сработало. Тот моргнул, встряхнул головой и возмущённо фыркнул.       — Вы — собираете барахло в мешки здесь. Ты, — вцепился взглядом, будто он собирался убегать, — вот в тот угол, там как раз сушёное осталось. Кидаешь в мешки до верха и несёшь мне. Вперёд!       Инфинит лишь фыркнул и развернулся в указанный угол.       Приоритет в сборе вещей он бы немного сменил, но пусть малец разбирается с последствиями самостоятельно.

***

      Инфинит кидал свёртки и пакетики в сумки, пока остальные были заняты в другой части погреба.       — ...Б-босс...       — ...А?..       Слух зацепился за тихие переговоры.       — ...А-а почему тот морф назвал вас...       Тишина.       Инфинит чуть скривился про себя.       Мысли снова закрутились. Давно он этого не слышал.       Разноглазый.       Прокажённый.       Проклятый.       Едкое цыканье едва не вырвалось само по себе. Он мотнул головой. И чего ему вспоминается всё, когда не надо?       В висок укололо.       От тебя одни неприятности!       Ты какое-то проклятье по наши души!       Это ты во всём виноват!       Инфинит коснулся лица и оскалился.       Ничтожества.       Жалкий мусор даже среди "сородичей".       Они недостойны называться так.       А есть разница, от кого рождены эти убогие создания?       Все настолько одинаковы.       Раздалось чужое фырканье.       — ...Да откуда я знаю?.. Надо было этого тюфяка допрашивать, пока время было... — в голосе сквозила усталость с нотками раздражения.       — ...Н-но он же не мог просто так ругаться, даже не зная... вас!.. Ещё и обзываться... — голос дрожал, выдавая неуверенность. Или страх?       Очередное фырканье было солидарным.       Детская наивность.       — ...подобные ещё и не так высказываются при виде меня. Просто так. Не доставай меня с этим, я тебе не отвечу...       Шорохи и звук упавшей верёвки.       — ...сейчас вернусь. Собираем всё, не отвлекаемся!       Инфинит тихо хмыкнул, слыша тяжёлые шаги и детское пыхтение.       — ...Тарсси...он же явно не в духе...       — Но!.. — на уже привычное тихое шипение от второго Инфинит усмехнулся. — ...д-думаешь, его это так задело?       — ...разноглазые — очень редкие... нам же рассказывали...       — Но!.. В тех сказках они б-были покрыты огнём и ели детей! — В этот момент пришлось сдерживать невольный кашель. — А он этим не занимается...       — ...при нас...       — ...н-наверно...       Инфинит прикрыл рот, сдерживая смешки.       И не сказать, что откровенная ложь.       Он выдохнул про себя, продолжая собирать с полок оставшееся.       Хорошо, что ему не забивали голову всякой...       Инфинит вдруг замер. Где-то в глубине памяти внезапно пронеслось…       …воспоминание?       .             ..                   ...там…                                     …где дальние края...                   ...где творили чудеса...              ...закружились Солнце и Луна...       Руки.       Тёплая кофта.                   …так и родилась звезда...       Объятия.       Баюканье.       …отразив в глазах их связь,..                   …от сияющей любви смеясь...       Её голос, поющий детскую колыбель.       ...добротой сверкающей была...                   …до краёв наполнена она...       Он помнил этот голос.             …улыбкой мир весь озарила…       Он не мог его забыть так просто.

                              …и тебя нам подарила...

      Внутри всё невольно сжалось.       — ...н-но как?! — детский голос неподалёку, как обычно, заставил вздрогнуть от неожиданности.       Инфинит быстро мотнул головой и обернулся в ту сторону.       — Тарсси, тише!.. — уже привычное шипение.       — ...д-да блин, у него же меч волшебный! М-может он как тот демон! Ну, прям из т-той сказки...       Детский и явно усталый вздох.       — ...там были высооооокие демоны с красной кожей и огроооооооомными мышцами.... ты же сам видел те рисунки...       — ...М-Может он скрывается!.. А как отвернёмся — и бац!..       — ...он бы нас уже съел, если хотел...мы же спали, пока он ещё ходил по дому....       — ...А м-может он только готовится!.. Тренирует, чтоб мы стали больше и вкуснее, и потом в печь!...       — ...в той истории ведьма же кормила детей...       С невольным хмыканьем Инфинит уложил остатки вещей и застегнул одну из сумок.       Надо думать о будущем, а не о забытом прошлом.       Он невольно поморщился от странного ощущения иголок внутри.       Родители.       Так добры.       И до смерти наивны.       Не думай об этом.       Как назло, в ушах всё ещё раздавался голос, заставляя в напряжении хвататься за голову.       Замолчи.       В этот момент он жалел, что Рубин не сожрал этот кусок воспоминаний в ноль.

***

      — За эту петлю не тянуть, только если нападут! Иначе заставлю всё потом самостоятельно перевязывать. И хватит грызть коготь!       Собрали всё самое полезное они довольно быстро. Мешки с сумками полностью забиты и обвязаны верёвками. Шакал плотно привязал всё к себе и детям, не считая его девчачьего хилого тельца, и внимательно проверил, чтобы ничего не болталось.       Инфинит в последний раз осмотрел убежище.       Жалко, что мебель с собой не унести.       — Надо уходить. Полицейские наверняка уже нас ищут.       — ...может... стоило тогда... не оставлять его в живых? — сжав свою уже замятую шапку на голове, ребёнок впервые заговорил так чётко. И безэмоционально.       Другой сразу вздрогнул, растерянно смотря на друга.       Недоросль в ответ скривился и, кажется, покраснел.       — …поздно уже об этом думать. Валить надо.       Инфинит насмешливо фыркнул про себя.       Малец дело говорит.       Ещё бы я сам следовал этому.       Владея бесконечной силой, можно позволить себе подобную небрежность.       Но не сейчас.       Досадливый вздох сдержать не удалось.       Не сейчас.

***