By the will of fate

Что такое «предназначение»? Возможно, это когда тебе не отвертеться от ситуации или момента, который, по мнению других, обязательно должен произойти. Особенно, если он влияет на твою судьбу. Но Сонхва так не считает. Он не хочет принимать «предназначение», даже слышать о нем не может. Ему за много лет это настолько осточертело, что хочется просто сбежать и где-нибудь спрятаться, чтобы больше не слышать о том, что он должен делать. Собственно, омега так и сделал — сбежал за несколько дней до брачного обряда из своего поселения, где его ничего не держит, кроме старшего брата, с которым у него и так разладились отношения. Безрассудное ли это решение? Да. Был ли у него выбор? Нет. Но думать об этом уже поздно, ибо сейчас главная задача — спрятаться подальше и поглубже. Там, где Сонхва точно не найдут. Как только омега смог в спешке покинуть горы и пересечь равнины, он облегченно выдыхает, а после делает глоток свежего воздуха, дающий немного сил. Сонхва, не задумываясь, ступает дальше по небольшой тропе, что ведет в густой лес, в начале которого заканчиваются границы его Клана. Если ему не изменяет память, этот лес можно пересечь за один-два дня, но если не делать привалы. А с учетом того, что эта территория принадлежит одному из кланов Рапаксов, у которых с Некорами, мягко говоря, плохие отношения, нужно быть еще и скрытным. Бредя по лесу без возможности на отдых, омега ощущает, как постепенно слабеет, а в глазах медленно мутнеет. Поддерживать долгое время облик Некоры, в его случае — крупной, изящной черной пантеры, — довольно трудно, хотя охотиться значительно проще. Он не помнит, когда последний раз помимо сырой рыбы, ел что-то нормальное и более питательное. Но упорность Сонхва сильнее усталости, поэтому он продолжает идти дальше. Хочется поскорее пересечь чужую территорию и выйти на нейтральную, где омега сможет решить, как быть дальше. Густая листва еле слышно шумит из-за слабого ветра, птицы негромко поют, неспешно готовясь к ночлегу. Сонхва невольно вспоминает свое детство, когда у него — наследника клана Горных Некор — еще не было каких-либо обязанностей. Помнится омеге, в юном возрасте на стыке двух гор он повстречал одного смышленого альфу, с которым даже некоторое время виделся тайком, ибо они были из разных Кланов. Только Сонхва напрочь забыл, к какому Клану принадлежал тот альфа и как звали его, но он хорошо помнит сильную грусть, которую испытал, когда его Клан перебрался выше в горы, из-за чего секретные встречи сошли на нет. А ведь омега даже не объяснился и не попрощался с тем альфой… Мотнув головой, Сонхва решает сосредоточиться на тропе перед ним, что может скоро привести к воде. — «Надо прийти к озеру до заката, а там…» — его мысли прерывает странный звук, из-за чего черные уши встают торчком. Сонхва, поздно сообразив, что активировал скрытую ловушку, чувствует, как его лапу тут же сковывает петля из жёсткой веревки, а сверху придавливает сетка, которая резко упала на него. Со стороны может казаться, что выбраться нетрудно, да только верёвка намертво держит лапу, с каждым движением только больше стягивает ее, и сетка очень крепкая. Омега решает кое-что попробовать. Он принимает человеческое обличие, думая, что сможет освободиться из петли. И у него выходит. Поскольку запястье человека тонкое, нежели лапа зверя, петля слегка расслабляется и соскальзывает с руки. Сонхва, покрутив запястьем, болезненно морщится: кожа заметно содралась и течет кровь. Собравшись с последними силами, омега пытается выбраться из сетки, но чувствует только резкую боль. Железные зубчики, каким-то образом вставленные в сетку, оставляют на нежной коже алые полосы, а некоторые и вовсе пронзают до крови. Осознав, что попытка выбраться из сетки гиблое дело, тело Сонхва ослабевает и обмякает на земле, пока прикрытые глаза смотрят в лес, который поглощают сумерки. Находясь в некой прострации, омега думает лишь о том, что, видимо, так и закончится его жизнь. Он либо умрет здесь от голода, или же его раньше найдут недоброжелатели и убьют. Но Сонхва сможет избавиться от гложущего «чувства долга», который ему в юности вбили в голову, и обретет покой. Хотя он хочет далеко не такой исход, но разве кто-нибудь советуется с ним? Небо затягивается темным цветом, птицы окончательно смолкают, и омега, больше не в силах бороться с накатившей усталостью, позволяет себе закрыть глаза. Места порезов неприятно саднят, а разум постепенно падает в пучину, но перед этим Сонхва успевает услышать тихий шорох и негромкие голоса, все ближе подходящие к нему. Видимо, пора принять свою судьбу… — Хэй, идите сюда! — раздается бархатный тон, но омега не слышит его, ибо потерял сознание. — Ого, это Некора? — удивляется один из трёх присутствующих, смотря большими глазами на Сонхва в потрёпанной одежде, с окровавленным запястьем и порезами на коже. — Ух, досталось же ему. — Не чувствую поблизости кого-то еще, — шумно втянув воздух, говорит третий из компании и стягивает сетку с омеги. — Минги, что будем делать с ним? Нельзя его оставлять здесь. — Сам знаю, — вздыхает тот самый альфа с низким голосом и чешет затылок. — Отнесем его в наше поселение. — Нужно отнести его к Кихёну, а то раны довольно серьезные, — хмыкает крупный альфа, взмахивая черным хвостом и навостряя такого же цвета уши, чтобы уловить любой странный звук. Бдительность никогда не помешает. — Я отнесу, а вы проверьте остальные ловушки, — беря на руки Сонхва, отвечает высокий омега и видит неоднозначный взгляд Минги. — Не смотри на меня так, будто мне самому нужна помощь. — Я просто не хочу, чтобы ты перетруждался, Юнхо, — дует губы альфа, но, получив поцелуй в щеку, слегка расслабляется. Омега всегда может успокоить его. Кивнув альфам, Юнхо, с бессознательным Некорой на руках, идет в сторону поселения. Эти двое и без него спокойно смогут обойти часть территории, пока остальные проверяют другую. — Теперь понятно, каким образом ты разрешил Юнхо охотиться с нами и ставить ловушки, — с усмешкой хмыкает крупный альфа, случайно задевая хвостом какой-то куст. — И вовсе нет, он просто знает свое дело также, как твой Кихён, — фыркает Минги, но друг даже в темноте может разглядеть легкий румянец на его щеках. — Пойдем, Хёну, надо успеть проверить другие ловушки. Альфа молча кивает, все еще ехидно улыбаясь, и ступает вслед за Минги.