By the will of fate

Сонхва стоит в темноте, чувствуя неприятный холод, из-за которого бегут мурашки по спине. Вокруг ни единой души, и только отдаленно слышится чей-то голос. — «Сонхва!» Перед ним появляется силуэт. Его лицо смазано, но омеге удается узнать в нем старшего брата, недовольно виляющего рыжим хвостом. Сонхва бросает в дрожь. — Брат… — «Сонхва! Ты должен!..» — Нет… — омега хватается за голову и прижимает уши к ней. Он не желает вновь слышать это. — «Должен!..» — Нет! Сонхва распахивает глаза, пытаясь отдышаться. Он чувствует, как все его тело покрылось потом из-за сна, что навевает неприятные мысли. — Эй, что с Вами? — сбоку раздается незнакомый голос, причем довольно юный, и Сонхва чувствует на своем лбу влажную ткань. Омега, все еще сбивчиво дыша, переводит растерянный взгляд на молоденького альфу. Незнакомец с легкой полуулыбкой склоняет голову набок, заинтересованно поднимая темно-бурые уши, пока его хвост слабо двигается в воздухе, а янтарные глаза неторопливо осматривают лицо Сонхва. — Кто Вы? — найдя в себе силы, хриплым голосом спрашивает омега. Хотя где-то глубоко внутри себя он уже понял, что перед ним стоит Рапакс. — Меня зовут Минджэ, — представившись, альфа сильнее виляет хвостом. Он, подойдя к небольшому столу, наливает воду из кувшина и дает Некоре. — А как тебя? — Сонхва, — недоверчиво посмотрев на стакан, омега все же принимает его. Каким-то образом, этот молоденький Рапакс, с явными характеристиками волка, не вызывает беспокойства. — Сколько я был без сознания? — Около двух дней. — Так, Минджэ, ты почему не сказал, что Некора проснулся? — слышится со стороны входа в комнату недовольный тон, отчего названный неловко прижимает уши к голове. — Мне надо осмотреть его. — Прости, Кихён, — альфа, забрав у Некоры стакан, подходит к старшему и шепчет ему, — его зовут Сонхва. — Это хорошо, а теперь брысь! Минджэ, напоследок улыбнувшись Сонхва, покидает комнату, а затем и дом. Некора же молча смотрит на красивого омегу, с утонченными чертами лица, голубыми, словно чистое небо глазами и светлыми волосами, под стать острым ушам и хвосту с темным кончиком. Еще один Рапакс, причем с внешними данными лисы и старше его. — Сонхва, значит? — уточняет Кихён, получая кивок в ответ, и медленным шагом идёт к кровати. — Мое имя Кихён и, как я уже сказал, мне нужно осмотреть тебя. Отчего-то Сонхва чувствует, что этот омега не сделает ему ничего плохого, а потому негромко соглашается и позволяет стянуть с себя одеяло. Сонхва только сейчас понимает, что спал полностью обнаженный, из-за чего его щеки вмиг краснеют, а руки инстинктивно тянутся обратно к одеялу. Кихён же ни капельки не смущён. — Да не бойся ты, мы же оба омеги, — с хитрой улыбкой говорит Рапакс, но второму омеге все равно от этого не легче. — Не знаю, успокоит этот факт или нет, но я уже видел тебя обнаженным, когда раздел и уложил в кровать. Сонхва заливается краской пуще прежнего, и при этом убирает с себя одеяло. Стесняться ему и впрямь нечего, а если и есть чего, то уже поздно. Кихён спокойным и внимательным взглядом осматривает порезы омеги, пока гладкий черный хвост не находит себе место и чуть бьется о кровать. Рапакс переводит взгляд на запястье Сонхва, плотно перевязанное тканью, которая немного пропитана кровью. Видимо, она еще шла какое-то время. — Скажите, я нахожусь в поселении Рапаксов? — наконец, решает спросить Некора, нервно дергая ушами. — Именно, — сняв ткань, Кихён наносит на стертое запястье омеги какую-то мазь с запахом трав. — Если более точно — клан Лесных Рапаксов. — Лесных? — Да, слышал о нас? — Совсем немного. Только то, что Лесные ближе всех находятся к моему Клану, — негромко поясняет Сонхва и тихо добавляет, — бывшему Клану. — Бывшему? — удивляется омега, заканчивая с перевязкой руки Некоры. — Как так вышло? Омега замолкает, пытаясь придумать, как объяснить его сложную жизненную ситуацию. В его жёлтых глазах появляется грустный блеск, который ясно показывает, что Сонхва пришлось тяжело. Кихён накрывает его здоровую руку своей и слегка сжимает, а Некора непонимающе смотрит на него. — Я не тороплю тебя с ответом, потом расскажешь, — с легкой улыбкой говорит омега и накрывает Сонхва пледом. — Можешь еще немного отдохнуть. — Что со мной будет? — эти слова невольно слетают с уст Некоры, но слишком уж сильно они не дают ему покоя. — Не бойся, тебя не убьют, — хмыкает Кихён и, подойдя к окну, через которое в комнату проникают солнечные лучи, глядит в него. — Хоть Рапаксы и Некоры не ладят, наш Клан старается избегать убийств и конфликтов. — Тогда что? — Все зависит от твоей ситуации и вердикта Вожака нашего поселения, но постарайся не переживать, — Рапакс машет кому-то в окно и переводит взгляд голубых глаз на Некору. — И не пугайся. Не успевает Сонхва понять, что имеет ввиду Кихён, как слышится хлопок двери, а в проходе появляется высокий омега. — О, проснулся! — с яркой улыбкой выдает незнакомец, еще больше вгоняя Некору в непонимание. — Как самочувствие? — Нормально, — неуверенно произносит омега, и видит, как Рапакс заинтересованно виляет коротким бурым хвостом и двигает ушами. Не так он представлял Рапаксов из рассказов своих наставников, особенно у которых в роду были медведи. — Мое имя Юнхо, я принес тебя к Кихёну, — отвечает на немой вопрос омега, поправляя свои каштановые волосы. — А тебя как звать? — Сонхва. Юнхо кивает, а Кихён с легкой ухмылкой наблюдает за ними. Он знал, что Рапакс заинтересуется Некорой. — Юнхо, Сонхва бы к чаше проводить, чтобы он искупался. Там и раны быстрее затянутся, и сам он расслабится, — говорит Кихён, смотря на омег. — У меня еще есть дела, возьмешься за него? — Конечно! Не против прогуляться со мной? — Юнхо с некой надеждой глядит на Сонхва. — Обещаю, тебя никто не обидит. Некора думает полминуты, понимая, что ему и впрямь не помешает искупаться. Все же неприятное ощущение пота никуда не делось, и потому кивает Рапаксу. — Я дам тебе чистую одежду, твоя сушится на заднем дворе, — сказав это, Кихён удаляется в соседнюю комнату. Некора же неоднозначно смотрит на Юнхо и думает, что, возможно, плохие рассказы про чужие Кланы могут оказаться неправдой. По крайней мере, трёх Рапаксов уже можно считать исключением.