Пошли покурим?

Порче был немного растерян. Он впервые потратил столько денег на шмотки. — Да ладно тебе. Порш сам сказал тебе на-ря-ди-ться. Успокаивал Нон, разглядывая друга. — Твоя задница в этих штанах просто — произведение искусства. Че в этом не уверен. Ну ему идёт, но… Что-то не то… Потом Нон притащил светлую футболку, что вроде как по размеру, но… Если поднять руки, то будет виден живот. — Да так и должно быть! Ладно, парню нравится то, что он видит в зеркале. — Мм, хорошо, я возьму. Скажи честно. Ты хочешь, чтобы мы выглядели как шлюхи? Но положил свою руку на чужое плечо, — Дорогой мой друг скажи мне, пожалуйста. Мы хоть на одной из тусовок выглядели нормально? — Бля, Но… Посмеивается Че и трёт лицо ладонью. В первые же минуты в клубе их затащили в какую-то компанию. Все начали знакомиться друг с другом. Кто-то задал вопрос, — А вы типо вместе? Как пара? Иногда приходилось врать, что они встречаются, чтобы не приставали. Но кажется Нону нравится эта девушка. Так что Че улыбается и говорит, — Нет, мы только друзья. А после подмигивает и добавляет, — Он кстати свободен. Биение сердца подстроилось под музыку. Людей в клубе становилось всё больше и больше. Порче нравилось танцевать в толпе. Нравилось, как на него смотрят. Но всё это, всё ещё поверхностно. Где-то внутри он свернулся в комочек и скулит по нормальным дням, где не было Кима и мафии. Как же он скучает. Сзади пристраивается какая-то девушка и кладёт руки ему на плечи, дотягивается до уха и спрашивает, — Не хочешь развлечься втроём? Ты, я и моя подруга. Она указывает на действительно красивую девушку, что сидит на высоком стуле, скромно улыбается и машет пальчиками. Порче разворачивается лицом к той, что стоит сзади и притягивает за талию. Пришлось наклониться, чтобы она услышала. Он улыбается самой милой улыбкой и отвечает, — Прости, но я по мальчикам. Девушка жмёт плечами, — Жаль. Но если решишь поэкспериментировать, то мы не уходим. И отчаливает, покачивая бёдрами. Песня закончилась и парень вернулся, чтобы попить. Алкоголь всё так же его не берёт. Даже тот коктейль, что намешал крутой бармен из компании, совсем не вызвал никакого эффекта. Люди вокруг начали аплодировать и кричать «Ууу». Че смеётся, — Обычно говорят, что я только алкоголь перевожу. — Чувак, да ты крут! Все продолжают, кто пить, кто танцевать. Нон подбегал пару раз к другу, что вернулся на танцпол и снова исчезал. С Порче начинает танцевать парень. Ещё когда он приближался, Че уже по плану хотел сказать, что ему нравятся только девушки, но тот заговорил раньше, наклонившись к самому уху. — Слышал алкашка тебя не берёт. Хочешь кое-что другое? Дрожь проходит по всему телу. Не понятно это из-за значения слов или из-за того, что их произнесли задевая губами его кожу. Че выгибает бровь и смотрит на высокого парня. — От одной особо сильного эффекта не будет. Просто расслабит, кайфанёшь. Незнакомец вставляет таблетку между своих губ и заигрывает бровями, снова наклоняется. Может хотя бы это поможет забыться? Может станет чуточку легче? Он тянется к парню и накрывает его губы своими, а языком достаёт таблетку и глотает. Ухмыляясь Че отстраняется. — Наслаждайся! Отсалютовав незнакомец уходит. Пока ничего не происходит. Он снова хочет пить. Заваливается на опустевший диванчик. Нон, как обычно, влетает с разбегу и падает прямо на своего друга, который уже начинает чувствовать себя пушинкой. — Ракель зовёт меня к себе. Я не уверен стоит ли тебя оставлять. Ракель? Кто это? — Если ты хочешь, можешь идти. Я немного полежу и потом ещё потанцую. Но смотрит с прищуром, будто в чём-то подозревает. У него такое смешное лицо… И милое! — Ты уверен? Ах, ну какая прелесть. Он так переживает? — Конечно. Утром жду отчёт и про презики не забудь. А то будет много маленьких Нончиков. Видимо он подумал, что у друга просто хорошее настроение и ушёл со своей этой. Рай… Рае… Да плевать. Всё вокруг так… Двигается. Круто! В голове ветерок, а тело такое лёгкое. Он выпил несколько коктейлей залпом и отправился обратно в огромную массу двигающихся людей. Парень будто видел себя со стороны и восхищался. Такие красивые движения в танце. Не каждый сможет так же, ему точно нужно делать это чаще. Может тогда Кимхан вспомнит о нём? Обратит внимание на его тоску? А зачем Че его внимание? А может он прямо сейчас найдёт кого-то другого! Кто не будет издеваться над ним, кто не будет притягивать к себе, потом отталкивать. Вооот. Да! Это то, что нужно. Чтобы не обижал. Всё о чём он сейчас размышлял, выходит из головы. Чьи-то руки берут его за бёдра. Человек сзади повторяет движения самого Порче. Че поднимает руки, заводит их назад и обнимает чужую шею. Притягивает к себе и кладёт голову на плечо этого кого-то. Руки с бёдер движутся выше по оголённому животу, поглаживая мягкую кожу. Пропали они так же неожиданно, как и появились. А были ли они вообще? Он продолжает танцевать, даже когда кажется, что пол уходит из-под ног. Так сильно захотелось целоваться. Ощутить то, что он чувствовал когда-то давно с Виком. Точно! Нон очень любит совать свой язык куда попало, когда напьётся. Надо его найти. Почему друга нигде нет? Парень обошёл весь танцпол и оглядел столики с диванчиками. Ах, да! Он же ушёл. Ну так не интересно! Порче шатаясь, пробивается сквозь толпу к барной стойке. Те милые девушки всё ещё сидят, но что-то не так. Они кажутся такими смешными, а перед глазами стоит дымка, что мешает разглядеть их чётче. Прямо у стены рядом с баром тоже кто-то сидит. Силуэт такой расплывчатый и такой знакомый. Вспомнился сон с этим самым силуэтом, что сменился потом Ноном. Ноги сами понесли в ту сторону. Вот это совпадение. Такое вообще бывает? Человек сидящий на высоком стуле, поднимает брови. Такой смешной. — Порче? Он встаёт и подходит ближе. — Пи’Ким, я так рад тебя видеть! Ахаха это же не галлюцинация? — А ты настоящий? Старший хмурится и подходит ещё ближе. Че сразу же обхватывает того за талию и утыкается носом в плечо. Делает вдох. Пахнет Пи’Кимом, вроде настоящий. — Потанцуй со мной. У меня так хорошо получается, тебе понравится! Он не может видеть чужого лица, но тело, что обхватывают руки, кажется расслабленным. — Ты что тут делаешь? Слышит парень, как ему кричат на ухо. Крепкие руки старшего ложатся на плечи Че, а его тело движется в такт неожиданно медленной музыке. — Я поступил. А ещё у меня день рождения. Мне Пи’Кхун такой классный подарок подарил. Я назвал его Кимми! Пи прыскает со смеху, — Кого ты назвал так? Порче не может сказать. Забыл. — Ну это… Он махнул рукой по воздуху, будто это, что-то объяснит. Ким улыбается. Красивый. Песня меняется, теперь она более быстрая. Че пытается подстроиться, но путается в ногах и прижимается к чужому телу. Собственное его совсем не слушается, ощущается таким обмякшим. Парень ведёт носом по скуле музыканта и так добирается до самого ушка. Они оба замирают, пока вокруг толпа продолжает движение. Губы младшего касаются мочки уха, но всего на пару секунд. Он резко отдёргивает голову, будто передумал, а Кимхан продолжает неподвижно стоять. — Я хочу пить! Кричит Че, хватает чужую ладонь в свою и тащит к диванчикам, на которых сидела их компания. Вдвоём пробираться через толпу сложнее, особенно когда в глазах начало двоиться. — Я тут по работе, Пытается докричаться старший, но его не слышат. Или не слушают. Порче тормозит слишком резко и человек которого он тащил за собой, врезается в спину. Парень оборачивается и обхватывает лицо напротив ладошками. Из-за мигающих огоньков не получается его разглядеть. Это не хорошо. На такое прекрасное лицо надо смотреть и любоваться, но эти ёбаные мигалки не дают! Они снова слишком близко. Между чужими и собственными губами остаётся около пары сантиметров. Глаза музыканта расширяются. — Пи, поцелуй меня. Ким почти наклонился. Почти! Но его голова повернула в бок он заговорил на ухо, пытаясь перекричать громкую музыку, — Че, мне кажется ты перепил. Настрой Киттисивата сразу меняется. С томно-завораживающего на игриво-дразнящее. Младший прижимается всем телом, оплетая Пи руками. Появляется хитрая улыбка. — Алкоголь на меня не действует. Че видит, как одно выражение на лице сменяет другое. Возможно он хотел спросить что-то вроде, «Ты хочешь сейчас сказать, что трезв?» но потом видимо начинает понимать, от чего у Порче такое поведение. Вот бля, он же не хотел палиться. Руки сами скользят по чужому телу вниз и останавливаются на заднице. Всё такая же на вид мягкая, на деле камень. Эмоции, что выражает сейчас лицо Кимхана — подобно шедевру. Кажется он зол и… Напуган? Это ведь смешно. Грозный Теерапаньякул не может испугаться подростка под кайфом. Будто в замедленной съёмке пальцы старшего давят на щёки так, чтобы открылся рот. Думает, что что-то увидит или поймёт? Глупый Кимхан. — Что ты сожрал? Волнение и злоба смешались в его голосе. Эта смесь звучит сексуально. Порче старается прижаться ещё ближе, кусает за палец, что удерживал на месте. Он чувствует, как внизу живота всё завязывается в узел. — Я спросил, что ты принял! Блять, Че! Да какая разница, что это было? Главное ведь то, что ему сейчас хорошо. Разве нет? Ким злобно сопит и пытается отцепить от себя навязчивые руки. Не получается. — Не злись, Пи. Ты такой смешной когда злобный. Ругайся сексуальнее, мне так больше нравится. Он прижимается пахом к ноге в «доказательство», что ему действительно нравится. Всё тело прошибает током, и оно начинает тяжелеть. Он утыкается носом в чужую шею, тяжело дышит и улыбается. Пи’Киму ведь нравится. Че чувствует, как того бьёт мелкая дрожь. Или это вибрация от битов музыки? — Че, ты… Не в себе. — Я хочу тебя. Наконец-то Ким перестаёт пытаться отцепить от себя руки и кладёт собственные на плечи Порче. Киттисиват теряется, его мысли и реальность смешиваются. — Я тебе надоел, да? Он не услышал вопрос? Почему они продолжают покачиваться из стороны в сторону? Почему нет ответа? Может он задал вопрос не вслух? — Нет… Просто я испугался. Музыкант дёргается, когда Порче начинает смеяться. Очень громко и будто не по-настоящему. — Тебе страшно меня трахнуть? В этот раз я точно совершеннолетний. Можешь не бояться. Ким жмурится и хочет ударить себя по лицу. Он не это имел в виду? А что он хотел от разговора с обдолбанным подростком? Нет, ну серьёзно. Даже если он сейчас поклянётся в вечной любви, Че будет ржать. Хотя это будет смешно даже на трезвую голову. Младший Теерапаньякул влюбился! А дальше что? Вторжение пришельцев? — Мы уезжаем. Твёрдо говорит Пи. А Порче не хочет, ему и тут хорошо. Только если… — А мы переспим? — Да! Гавкает он на младшего и тащит через весь клуб к выходу. Его заталкивают в машину, несмотря на возмущения, — Подожди, я хочу курить! Не слушает. Че цокает языком и устраивается на коленях старшего, что сел рядом на задние сидения. — Я тогда тут курить буду! Лёжа! Угрожает он и вставляет фильтр сигареты между губ. — Да, пожалуйста. Только не скидывай пепел на меня. Порче действительно начинает курить, совсем забив на опасность в виде укачивания. — Биг, едь в студию. Она ближе. Парень хочет подскочить и у него почти удаётся, но чужая рука удерживает на месте. Давит на плечо. — Пи’Биг! Я и по тебе соскучился! Ты такой хороший. Он не видит, как бровь телохранителя вопросительно выгибается, а его Босс лишь машет рукой, чтобы тот не обращал внимания. Подросток передаёт наполовину скуренную сигарету, — На, не хочу больше. Ким не выкидывает. Сам докуривает, пока его лапают за все места. Шаловливые ручки младшего уже залезли под рубашку и оглаживали живот. Как же хочется укусить. Его рот прикрывают ладонью, видимо заметив попытку. Че начинает вылизывать его красивые пальцы. Музыкант громко выдыхает. — Прекрати. Порче слышит нотки мольбы в голосе и снова хихикает. Ему так нравится такая реакция. Видимо ему решили отомстить. Пальцы той руки, что не находится на рту проходятся по коже за ухом. Всё тело цепенеет и он почти мурчит. — Мартовский кот, блять. Бурчит музыкант себе под нос. Машина резко останавливается и Че утыкается лицом в живот. Всё слишком кружится, когда его вытаскивают на улицу. Кажется он вырубился и пропустил то, как они попали в помещение. А как он оказался в тёмной комнате на кровати? Откуда в студии вообще комната похожая на спальню? И где Пи’Ким? Они вообще-то не закончили! Парень вертит головой и видит в углу диванчик, на который падает ночной свет из окна. Там то и сидит человек, уткнувшись в телефон. Че встаёт и почти сразу же падает. Как жаль, так хотелось подобраться незаметно. Музыкант это услышал и попытался встать. — Сидеть! Ругается Порче и целенаправленно движется вперёд. Он залезает на колени Кима и садится. Смотрит сверху вниз, — Ты вообще-то сказал, что мы займёмся сексом. — Обманул. Че возмущён. Ну нееет. Его руки снова лезут под чужую рубашку, оглаживают грудь, от чего старший охает. Порче кусает его за шею. В прошлый раз он себе такого не позволял. Сегодня он отыграется по полной. Он оставляет кучу красных следов, пока его бёдра крепко сжимают. То ли пытаются отодвинуть, то ли наоборот. Киттисиват прижимается собственным возбуждением к чужому. — Ты ведь тоже хочешь. Он кладёт свою руку на бугорок в штанах Пи и несильно надавливает. Трётся задом о ляжки и в целом не может сидеть не двигаясь. — Я же тебе нравлюсь, я вижу. Кимхан смотрит в глаза. Неизвестно, что происходит у него в голове, а по выражению лица не понять. Сейчас оттолкнёт? — Поцелуй меня. Снова просит младший и наконец-то добивается своего. Сухие губы музыканта касаются собственных. В груди разливается чувство удовлетворённости. Он отвечает сразу и со всем жаром, что может отдать. Чувствует прикосновения к своему телу. Язык проходится по чужому, и они сплетаются. Парень делает то, что так давно хотел. Теперь на голове Теерапаньякула хаос. Волосы растрёпаны. В его глазах плещется то же возбуждение, что Че уже когда-то видел. Он отстраняется, когда их зубы случайно стукаются. Пи тяжело дышит. Порче садится выше и трётся пятой точкой по обтянутому тканью члену. Ким либо рычит, либо мурчит на ухо. Че ехидно хихикает и его снова притягивают для поцелуя. В самые губы он спрашивает, — Я всё ещё похож на ангела? — Искусителя. Шепчут ему так же в губы и кусают. Громкий стон младшего раздаётся на всю комнату, а может и за её пределы. Проскальзывает языком в рот партнёра и давится воздухом, когда слышит совсем тихий стон от старшего. В прошлый раз он не издавал таких звуков. Возбуждение идёт новой волной, хочется чувствовать больше. Подростка кроет ещё сильнее, он пытается расстегнуть пуговицу на рубашке, чтобы добраться до желанного тела и чувствовать его ближе. Ему не дают этого сделать. Руки сами поднимаются и с него снимают футболку, которая летит на пол. Поцелуй в ключицу, укус, а потом язык оглаживает это место, оставляя влажную дорожку. Че шипит и прижимает Кима за затылок к своей шее, которую он тут же начал вылизывать и иногда покусывать. В штанах становится ещё более неудобно. Зачем он надел такие узкие? Сейчас это давление создаёт ужасный дискомфорт. Надо их снять, либо же попросить, чтобы это сделали за него, но из горла могут выходить лишь стоны вперемешку с мычанием. Звуки совсем не складываются в слова. Парень спускает одну из своих рук, она оказывается между их телами. Он пытается расправиться с ремнём на чужих штанах, ведь Пи’Киму наверное тоже неудобно. Но и это ему сделать не позволяют. Крепкие руки подхватывают его, и они оказываются в постели. Ким целует его живот, ведёт языком ниже и расстёгивает штаны младшего. Наконец-то неприятная теснота исчезает. Неожиданно становится слишком тяжело. Порче понимает, что что-то не так, но ничего не видит. В прямом смысле ничего. Темнота. Он пытается поднять руки и не может! А потом… Музыкант стягивает с его головы то, чем сам и накрыл. Его колени упираются по обе стороны и удерживают запястья. Что за херня? Одеяло? Кимхан наклоняется, в его глазах смешалось возбуждение вместе с… Что это? Ему грустно? — Я не должен был… Идти на поводу твоего пьяного мозга. Он тяжело дышит, но продолжает. — Если ты сейчас не ляжешь спать, я прикажу охране связать тебя. Связать? Че нервно дёргается и посмеивается, надеясь на то, что над ним просто шутят. — Такое я не пробовал. Но я не против, ну только если с тобой. Без охраны. Старший качает головой и встаёт, направляется к двери. Не обманывает? Правда уходит? Это нечестно! Хочется просто замахать ножками и плакать. — Ты не можешь меня так оставить! Ругается парень, когда за старшим закрывается дверь. Порче пиздец, как возмущён. Он встаёт и идёт в сторону двери, за которую выскочил этот мудак. Одним рывком открывает её и сталкивается взглядом с Бигом. Тот выглядит странно, но Че не лучше. Голый растрёпанный и покусанный. — Порче, Босс сказал связать тебя, если попытаешься уйти. Снова прорывает на смех. Он пытается пафосно облокотиться о стену, но едва ли с его внешним видом, это выходит с пафосом. — Ты правда это сделаешь Пи? Охранник смотрит с жалостью и мольбой. — Как бы сильно мне этого не хотелось — придётся. Иди спи. Босс вернётся со встречи и отвезёт тебя домой, когда протрезвеешь. Парень фыркает и заходит обратно. В комнате есть ещё одна дверь. Он её открывает и оказывается в очень тесной душевой. Щёлкает замок и включается вода. Стянуть с себя трусы было сложно, но для Киттисивата нет ничего невозможного. Он расправляется с бельём, запутавшись всего один раз. Тёплая вода, что стекает по телу, лишь сильнее разжигает возбуждение. Руки сами тянутся к твёрдому, истекающему смазкой члену. Ощущения от собственных прикосновений не такие яркие, но всё равно сильнее чем обычно. Он движет рукой и прижимается спиной к нагревшейся, стеклянной двери душа. Пальцы сильнее сжимают пульсирующий орган. Кисть руки движется быстро и рвано. Че не дышит и открывает рот в немом крике, когда кончает. Не помогло. Он всё ещё чертовски возбуждён и всё ещё до дрожи хочет Пи’Кима. Его накрывают воспоминания поцелуев, зеркального потолка, чувства наполненности. Пальцы музыканта — это что-то. Так сильно хочется почувствовать их снова в себе. Сердце делает кувырок. — Блять. Шипит он, когда белая жидкость стекает по его руке во второй раз. Порче зажмурился. Второй оргазм был гораздо сильнее первого. Ноги не держат и он оседает на плитку. Вода смывает следы его одинокого наслаждения. Он сидит ещё какое-то время, пытается прийти в себя, но перед глазами всё ещё куча цветных пятнышек, а в ушах звенит. Че выбирается, держась по пути за все поверхности и даже не трудится надеть обратно бельё. Он входит в комнату и видит, как на диванчике с закрытыми глазами сидит Кимхан. Спит? Да похуй. Порче падает лицом в подушку и укутывается в одеяло. Нет, не похуй. — Пи, если ты не спишь… можешь полежать со мной? Обещаю не приставать. Ответа не было долго. Видимо и правда дрыхнет сидя. Старший всё же встаёт с дивана и укладывается рядом. Хочется обнять, но он уже пообещал не приставать. А Ким лёг слишком далеко и вроде двигаться не собирается. Че отворачивается, дабы не провоцировать самого себя. Через несколько минут он всё-таки чувствует вес чужой руки на себе, хоть и через слой одеяла. Вся комната начинает кружиться, будто её засасывает в водоворот. Он засыпает с сильным чувством тошноты. На утро чувство тошноты не исчезает. Зато прибавляется головная боль и всё тело ломит. Он старается не двигаться, чтобы не сделать хуже. Пи’Ким всё ещё лежит рядом. Че не поворачивается, чтобы узнать спит тот или нет. Хочется плакать. Что за херню он натворил… Какой… Блять пиздец. А если бы старшего не было в том клубе, то он возможно оказался сейчас неизвестно где и с кем. Парень чувствует движение с другой стороны кровати и кутается в одеяло сильнее. — Как ты себя чувствуешь? Тихо спрашивает голос за спиной. Возможно, что если Порче сейчас откроет рот, то его просто стошнит. Он не рискует, просто мычит в ответ. — Настолько плохо? — Мгм. Старший выходит из комнаты. Подросток старается дышать ровно, но спазмы в животе не позволяют. Всё-таки приходится бежать в туалет. После очищения желудка, находит свои трусы и натягивает их без резких движений. Когда он вошёл обратно, пришло осознание, — Блять, Хиа! У него точно уже больше десятка пропущенных. Ким с аптечкой в руках говорит, — Я написал ночью Кинну, что ты перепил и остался со мной. Киттисиват кивает. — Спасибо… И не только за сообщение. Ему молча протягивают бутылку с водой и пару таблеток. Он понимает, что они не помогут. Лекарства на него действуют так же, как и алкоголь. То есть никак, но всё равно съедает их. Вдруг случится чудо? — Нам надо уезжать. Скоро все начнут собираться. Лучше, чтобы нас не видели тут. Тем более в таком виде. Порче осматривает следы своих вчерашних стараний на чужой Шее. Ужас, она вся… В пятнах. Сердце падает куда-то вниз живота. Это правда он сделал? Киттисиват помнит всё то, что происходило до мельчайших деталей, но то о чём он думал… В голове просто пусто. Есть картинка, звук, но его мыслей нет. Будто их просто стёрли. Только когда Че довозят до дома главной семьи, он просит прощения за своё поведение и снова благодарит — Ты тоже прости меня, я не должен был… Я должен был просто уложить тебя спать. Че кивает, прощается и уходит вглубь дома. Надо найти с кем провести время, чтобы просто не думать о произошедшем. Он так не хочет сейчас анализировать свои и чужие действия. Нон не отвечает на сообщения уже полдня. Возможно он всё ещё дрыхнет, но друг ведь всё равно переживает. Тем более в связи с последними событиями, могло случиться что угодно! — Надо встретиться. Тебя отпустят? Сообщение приходит уже ближе к вечеру. Парень не спрашивает разрешения. Просто пишет брату, что ушёл и телефон с GPS включен. Порш в последнее время занят. Парни встречаются у того кафе, что и в прошлый раз. Нон бледный и вроде как напуганный. Его шею покрывают такие же отметины, как и у самого Че. Можно даже посоревноваться у кого их больше. Киттисиват всё же надеется, что ничего серьёзного не произошло и в шутку спрашивает, — Презик порвался? Но отрицательно мотает головой. Неужели всё-таки, что-то связанное с этой ебучей мафией? — Я… Че напрягается в ожидании худшего. Нон всё ещё не может из себя ничего выдавить и мучает свой палец, ковыряя заусенец. — Я… Переспал с парнем. Вздыхать от облегчения, что никого не убили или переживать за друга, что находится в шоковом состоянии? — Подожди. Ты же с девушкой ушёл. Нет? — Это… Вышло случайно. Да, я сначала был с Ракель, а потом… Бляяять. Он потирает лицо руками и продолжает выть в ладони, — Я не знаю, как так вышло! Порче нервно хихикает и кладёт свою руку на плечо Нона. — Пошли, сядем в каком-нибудь дворе. Покурим и всё расскажешь.