Запах вишнёвых сигарет

Девятнадцатый день рождения Феликса, проходит так же, как и остальные. Он тот самый парень, что ещё ни разу не успел побыть в «нормальных» отношениях и вообще понятие «нормальные» теряется из-за отсутствия достойной кандидатуры. — Лучше не получить цветы, не имея парня, чем не получить, когда он есть, — сказал парень, усмехаясь тому, что даже в такой ситуации находит свои плюсы. В холодильнике в прямом смысле — мышь повесилась и пару выходных в честь праздника — не повод начинать себе готовить, разве что — овсянка на завтрак считается готовкой. Он решил поискать самую быструю доставку пиццы и на сайте вирусится яркая реклама с надписью «пицца +», смущает лишь факт того, что для перехода нужно подтвердить возраст. — Может у них без этого заказ не оформить? — подумал парень, о том, насколько же серьезная организация, и клюнув на красивое меню, выбрав опцию «вкус от повара». По сути, любая пицца сгодилась бы, а так вроде и интрига. Перейдя в контакты администратора ,он обнаружил парня, владеющего заведением, достаточно симпатичным. Глаза коричневого цвета утопающего в глубоком шоколадном оттенке смотрят надменно, холодно и буквально источают самодовольство. Вряд-ли в жизни с таким у парней что-то могло получиться — больно самоуверенный, но чисто эстетически полюбоваться — самое то. «Самая «горячая» доставка» — гласит слоган и уже почти закончив с оформлению и переходя к оплате. — Они её в золотой коробке что ли привезут? — стоимость в разы выше среднего, но почему-то, просто из интереса, скрипя душой парень отдал свои кровные, чтобы убедиться в том, что реклама не врёт. «Наши сотрудники свяжутся с вами в случае задержки» — приходит автоматическое сообщение на телефон, и по идее у него целых 15 минут. Самое время принять душ, чтобы после засесть с таким вкусным фастфудом перед ноутбуком, где уже давно на загрузке ждёт интересная дорама. Минутой раньше, чем положено, звонит дверной звонок, не обманули про быструю доставку, накинув на плечи полотенце, выйдя из душа к дверям в мягком халате и домашних тапках. Парень-курьер стоит перед дверью, улыбаясь своими красивыми губами — Могу я войти? — словно ни в чём не бывало интересуется тот, и всё так же наигранно выглядит доброжетельным. — Зачем? — спрашивает Ликси вполне ожидаемо, ведь его ещё никто не приглашал. — Работа у меня такая, — стараясь быть вежливым, чеканит он, делая уверенный шаг и сокращая расстояние, но Феликс всё ещё стоит уверенно на месте, только едва изогнув бровь и собирая руки на груди. — А если я против? — после этого вопроса глаз парня, казалось бы, дёрнулся и одним уголком губ, он улыбнулся уже иначе, скорее раздражённо. — Я тут задерживаться не намерен, сделаю, что должен и откланяюсь, — уже более убедительно проговаривает доставщик, заправляя за ухо выбившуюся из хвоста, прядь красных волос. Светловолосый парень сдается и уступает ему место, не отходя далеко от прохода. Доставщик делает ещё пару шагов, и кладет коробку на первую тумбу, а после начинается самое интересное. Юноша, который только что имел ввиду — «ничего странного делать не буду» — расстегнул молнию на теплом чёрном зип-худи, оставляя его расстёгнутым. Закатывая рукава до плеч, он слегка вздыхает и после делает шаг навстречу. Теряясь от одной мысли, что за намёки такие и куда Феликс влез вообще, но взгляд красноволосого явно не угрожающий, скорее ему скучно и это обидно, отчасти. — Поднимай, — заметив, что хозяину дома такое не интересно, делает шаг вперёд выставляя грудь в светлой футболке на обозрение. Зрачки Ëнбока, однозначно, сейчас размером с космос, потому как такого доступного удовольствия, а главное безответного, ещё никто не предлагал. «Доплата стоила того» — подумал про себя светловолосый и уже готов был потянуться, но парень напротив него сейчас едва заметно вздохнул и отвёл взгляд. — Хорошая попытка, — Феликс ткнул указательным пальцем в грудь, победно улыбаясь, — но ты не в моем вкусе. В любом случае, спасибо за пиццу, — , улыбаясь самой довольной улыбкой проговорил Ликси Курьер немного теряется и вряд-ли на месте Феликса кто-то другой поступал так же, поэтому он откровенно шокирован. — А ты интересный, — расслабляясь сообщает юноша, — я, Хëнджин, кстати, — поправляя волосы смотрит в зеркало у входа, — как-нибудь рассчитаемся ещё за этот случай, — бросает он, оставив на столе небольшой листок, — с праздником, кстати. — Спасибо, — вежливо поблагодарил парень и закрыл дверь после него на замок и, — блять… Вдыхая носом, выдыхая через рот, потому что тот Хëнджин действительно был хорош. Парень посмотрел на свою руку, вспоминая как всё же коснулась его только пальцем и странное чувство поселяется в душе́. *** Вечер полностью вступает в свои права и за окном уже достаточно стемнело. Огни, освещающие город и мелькающие вдалеке фары, сливаются в одну картину, хочется сесть у окна и чтобы рядом был кто-то, кто может просто помолчать или обнять, но к сожалению на примете — никого. Никого, кроме… Кроме едва знакомого парня, который зачем-то оставил свой номер. Его пренебрежительное отношение в начале и заинтересованность после — могут служить причиной для долгих дилемм, но чем копаться в мыслях и пытаться понять его, проще просто написать, просто так, потому что хочется: Феликс: Мистер «пицца», я забыл как вас зовут [22:13]. Получив новое сообщение Хван ещё несколько секунд смотрит на неизвестный номер, сразу догадавшись, что парень, всё же решил связаться с ним и… — так, его ещё никто не называл. От[+810…]: Не думал, что ты так легко сдашься. Я очарователен, согласись? [22.14] Пару минут смотря, стараясь игнорировать этот ярый источник лёгкой наглости, но после, обдумав, понял, что скорее всего это просто его метод общения и вряд-ли на самом деле он именно «такой» Феликс: Не очаровательнее моего соседа сверху, кстати, я не про квартиру. [22:17] Ухмылка нарисовалась на заинтересованном лице Хëнджина и такая манера общения ему очень даже по душе, по сути, стоило хотя бы спросить, как его зовут, но вместо ненужных слов, он набирает: От[+810…]: Я немного не в себе, но, если ты не против, я со своими клубничными могу заехать в гости, надеюсь сосед не против подвинуться? [22.20] Температура тела поднимается, отдавая жаром в щеках и если этот парень не шутит, то что «вообще делать вообще»? Воспалённый мозг мечется в попытке найти хоть один вариант развития событий, где пустить к себе домой едва знакомого парня — хорошая идея. Феликс: возможно… [22:25] Отвечал он достаточно уклончиво, потому как абсурдность ситуации всё ещё не укладывается в голове. Медленно ложась на кровать, залипая взглядом в потолок и думая, что это развитие событий — никак не входило в его планы. Как — «заказать пиццу на дом», превратилось вот в это всё? — Всё в порядке. — Успокаивая себя, — всё хорошо. Мы просто поговорим и он свалит, надеюсь. — Разум твердит эти слова, но душа требует "море" общения. Всё ещё думая, что это может быть такая не добрая шутка, потому что шанс мал и он окончательно не убежден, что тот приедет или когда-то ещё напишет вообще, но всё же — для спокойствия — парень быстро пробежал по квартире, собирая всё, что лежало не по фэн-шую и вроде бы этого достаточно. Насчёт одежды — сменить её сейчас, значит показать, что ждал гостей, поэтому лучше оставаться непринуждённым, самим собой, но волосы всё равно парень предпочёл подправить, заодно оценивая вид в общем. Прошло уже около получаса, но новостей никаких: ни сообщения, ни гостей; поэтому понимая, что пора бы готовиться ко сну, Ликси направился на кухню, чтобы оставить пустую кружку от выпитого только что любимого коллекционного чая. В квартире едва ощущается запах выкуренной на балконе вишнёвой сигареты и он уже настолько привычный, что он его вовсе не замечает. Ещё раз посмотрев на телефон, парень окончательно убеждается, что это была неудачная шутка, поэтому направляется в кровать, чтобы ещё почитать немного перед сном. Как вдруг, словно гром среди ясного неба, раздаётся дверной звонок. Мысленно он перебирает варианты того, кто в принципе, по удачному стечению обстоятельств, мог навестить его в такой час, но вряд-ли это соседи или кто-то из старых знакомых. Ноги становятся ватными, а ступни словно налиты свинцом, в то время как тело за секунду вытянулось по струнке. Ещё один звонок, а после ещё следом и парень понимает, что человек по ту сторону не любит ждать. Еле совладав с эмоциями, светловолосый подавляет чувство растерянности, принимая выражение лица — самое незаинтеренное и пошёл к выходу. Щелчок и дверь приоткрывается, позволяя заметить уже знакомого юношу. Он стоит поспешно докуривая сигарету и Феликс четко улавливает до боли знакомый запах: — Вишнёвые? — Ага, — очередной раз затянувшись, проговаривает Хëнджин, и невольно рука сама тянется к его пальцам, осторожно забирая остаток сигареты и тот, не слишком-то против. Парень делаешь один глубокий вдох, чувствуя как приятно расслабляется тело, когда никотин попадает в кровь и тут же светловолосый встречается с любопытным взглядом напротив: — Непрямой поцелуй? — словно ни в чем не бывало, спрашивает Хван. — Возможно, — Ëнбок соглашается спокойно, проходя вдоль квартиры, нарочно оставив дверь открытой. Гость не заставляет себя ждать и заходит следом, закрывая за собой. — Куда соседа дел? — спрашивает уже не так доброжелательно, как при первой встрече, скорее спокойно и немного с издёвкой. — Выпроводил, разумеется, — врёт, но это скорее своеобразная актерская игра, где оба знают, что это не так. — Ради меня? — красноволосый достаёт из кармана что-то, и хруснув фольгой этикетки, закидывает в руку таблетку. Феликс стоит возле крана, дожидаясь пока электрический чайник закипит и снова сможет налить себе и, возможно, этому парню один из своих любимых чайных вкусов. Хёнджин останавливается позади и наклоняется немного, касаясь грудью плеча светловолосого и протягивая руку вперёд. Невольно Феликс напрягся всем телом и это — паника. Рука Хвана ложится на включатель и вода шумно начинает течь в железную раковину, всего секунда, и он уже налив пару глотков в первую попавшуюся кружку, отстраняется. Оборачиваясь, замечая, что Хёнджин только что закинул таблетку(?)в рот и это напрягает, ведь он может оказаться как минимум неадекватным. Уже сомневаясь в собственной адекватности, исходя из такого поступка с ночными посещениями, но с другой стороны, чутье подсказывает — уровень опасности рядом с ним равен нулю, да и — один раз живём. Осознавая, что вы оба немного ебанутенькие странные люди, которые по какой-то причине встретились, и хотелось бы верить, что не в последний раз. — Болеешь? — Ага, горло, — спокойно поясняет юноша, отставляя кружку. — И как, помогает? — Хочешь попробовать? Провоцирующий вопрос, и вряд-ли кто-то в здравом уме согласился бы, поэтому деликатно отвечаешь: — Давай. — «Давай? Ты серьезно?» — мысленно парень задаётся вопросом, на который будто за него кто-то другой ответил и теперь уже парень, казалось бы, впервые усмехнулся. Ещё одно движение и полупрозрачная красная кругляшка упала на руку. Хван осторожно взял её большим и указательным, словно рассматривая при скудном освещении от единственной лампы, стоящей в соседней комнате, и тут же не задумываясь положил на язык. От удивления Ëнбок забывает, что пришел заварить чай, и смотря на него, странного, стоящего напротив в пригласительном жесте указывая, что теперь Феликс может забрать её. Он ловко извернул ситуацию в свою сторону, смотря с вызовом, но светловолосый посмотрел взглядом на него не менее решительными, несмотря на то, что сердце болит от ударов о грудь, вот-вот норовя выскочить. Подходя спокойно, и слегка дотягиваясь Феликс приподнимается, потому как тот не соизволил наклониться, а наоборот завел голову выше, и замирая практически в дюйме от него, отстраняется. Не вышло. Хозяин дома молчал, смотря на всё ещё приоткрытый рот парня и теперь, губы его по какому-то всемирному закону притяжения, уже совсем близко с его, мгновение и взрыв. Внутри всё переворачивается с ног на голову, потому что он касается его языка своим, одалживая таблетку и едва забрав ее, поцелуй резко становится глубоким и чувственным. Ноги теряют опору, словно игнорируя силу притяжения, тело приподнимается в воздухе, не без помощи чужих рук, поддерживающих под бёдра и после — усаживают на твердую поверхность. На столе, может и не прилично сидеть, но так кристаллически похуй, особенно когда перед тобой тот самый странный парень. Он взялся из ниоткуда, когда не ждал, предложил свой номер, когда не просил, и пришёл, стоило только маякнуть, может он выдуманный? — Постой, — Ëнбок открывается от губ, стараясь перевести дыхание и улавливает удивление в затемнённых глазах. — Ты, что-то вроде… — хочется спросить прямо, но было бы грубо, — ... ты со всеми так делаешь? Хван замирает на минуту, а после раздается звонким смехом: — Шлюхой меня ещё не называли, — упрекает он. — Но днём… — Послушай, — перебивает Хëнджин, — в Сеуле слишком много одиноких, и не совсем, отчаявшихся и скучающих женщин и парней, которые платят только чтобы им показали кусочек такого тела. — Тогда, я должн буду тебе денег? — уточняя, спрашивая явно не всерьёз, проговаривает Феликс — Назовем это — взаимопомощью. Когда он заканчивает говорить, светловолосый понял, что от довольно сладкой таблетки- леденца, во рту и след простыл и этот хитрый лис подразнил, а после успел утащить обратно. — Тогда верни, что забрал, — показывая на рот, который затыкают сейчас, самым естественным способом, который, кстати, вдобавок очень приятен: — Тебе такое нельзя, — отрываясь и касаясь губами шеи, произносит Хван. Пальцы его крепко сжимают бёдра даже через халат, а после, подтягивая парня ближе, упирается в них своими, делая всего одно плавное, поступательное движение. Всего одно, от которого глаза сами собой закрываются, а тело становится таким податливым, что всё вокруг теряет всякий смысл. За этими постоянными касаниями и поцелуями Феликс пропускает момент, когда его уже переместили на кровать и если бы не прохлада простыней под спиной, то вряд-ли бы обратил внимание. Он головокружительный. Возможно, дело в нём или в этом парне, но приятная истома не гложет, а дарит расслабление. Ладони, медленно разводящие пояс халата в разные стороны и откидывая полы одежды, кажутся чем-то превосходным. Он молчит, но смотрит и взгляд его буквально ощущаемый кожей, такой же липкий, как чувство, с каждой секундой растекающееся в груди. — Давай-ка снимем это, — указывает на единственную деталь одежды, которая прикрывает такое сокровенное, но вместо спокойного послушания, Ликс резко приходит в себя, сознавая ситуацию. Ноги сами собой сводятся вместе, мешая убрать их. — Ты очень меня расстроил, — констатирует красноволосый, убирая его руки куда-то за голову и удерживая своей. Всего на пару секунд другая рука пропадает из виду и по звуку понятно — он что-то расстегнул, и исходя из ситуации, вещей, которые можно было бы расстегнуть, не так много. — И всё же, что за работа у тебя такая? — интересуется Феликс совсем не вовремя, чтобы хоть как-то привести мысли в порядок. — Послушай, просто помолчи, — просит Хван, — я расскажу тебе, но не сейчас, — он нарочно подвигается ближе, коленкой разводя ноги и прогибаясь в спине, давит им на самое интересующее его сейчас место и издает едва заметный вздох, и невольно, в унисон этому, Ëнбок выдыхает шумно, с удовольствием. Хёнджин улыбается, ему нравится, что его партнёру нравится, поэтому, чтобы услышать это ещё раз, он снова упирается своим непростительным стояком — в бедро и черт… невольно светловолосый подаёться вперёд. — А отписался, будто не нравлюсь, — подмечает Хван, очередной раз провокационно двинув своими бедрами и Феликс удивляеться как он вообще выдерживает трение об одежду, — мы могли бы божественно трахаться, но ты не дал мне сделать, что собирался. — Сними, — сдавшись, Феликс согласился с предложенным. — А теперь попроси по имени, — улыбается он, не останавливая движений, — забыл ведь как меня зовут уже? — Да-а, — выдавливает из себя светловолосый и желая уже прекратить эти игры. Но не успевая этого сделать чувствует как пальцы Хвана подносят к кольцу мышц холодную субстанцию, всё так же оставляя бельё на месте. Один палец за другим погружались во внутрь Феликса, постепенно растягивая его на манер ножниц. Видя что Ëнбок вряд ли что либо может соображать говорит: — Хëнджин, — Снова представляется он, — будем знакомы. — Пожалуйста, Хëнджин~и. — Говорит он, явно переступая через себя, но устоять невозможно — этот парень демон, инкуб, однозначно. Одной рукой он так легко избавился от его ненужной одежды, что казалось бы, одобрение ему никогда и не нужно было, он добился покорности и был доволен. Наклоняясь ниже и останавливаясь прямо напротив лица Феликса, он вынул пальцы и коснулся ими внизу и осторожно провел вверх, измазывая чем-то вязким, а и после надавив совсем немного на его член, заставил глаза распахнуться шире. — Да не переживай ты, — с ловкостью он достает что-то из кармана, а после возится над своим членом и снова возвращается в исходную позицию, смотря прямо в глаза. Всего секунда и становится до безумного тесно, а мужские руки сильнее сжимаются на талии и он, сдерживаясь, входит медленно, улавливая весь спектр эмоций пробегающих на лице, такого прежде неприступного, Ëнбока Он останавливается, мягко касаясь бёдрами чужого тела и убедившись, что поместился, полностью. Мысли уже давно растворились, не осталось ни логики, ни морали, только крепкое мужское тело и приятное чувство заполненности. — Если подумать, я не совсем правильно представился, — снова начиная двигаться, заговорил Хëнджин, — ты заставил меня ждать и теперь, когда я получил своё, думаю не сложно догадаться кому ты принадлежишь? Честная расплата, не находишь? — Самоуверенный, — парень произнес это скомкано и отрывисто, на что получил достаточно звонкий шлепок. — Сам напросился, — предупреждает Хван, осторожно очерчивая большим пальцем линию скул и опуская его на губы, смазано проходится по ним, а после резко входит, заставляя сжаться от неожиданности. Феликс молчит, потому что слов не хватает. Он вторгся в жизнь, в личное пространство, в него, но так безумно приятно, что невольно, его имя мягко срывается с губ, а после срывается и сам Хёнджин. Время потеряло счёт как и то, кто и сколько раз уже был сверху. Он настолько притягательный, это повторится на следующий раз, который будет, обязательно. Хван откидывается на спину, убирая со лба едва влажные красные волосы и прижимая Феликса к себе, подумывает как бы лучше спросить: — Послушай, а… как тебя зовут? — А... — запинаясь перед ответом, — Ли.. Ли Феликс. — Понял, Ликси, думаю это можно считать хорошим началом отношений? — Полагаю, что так, — парень укладывается удобнее на его плечо. — Будешь? — нащупав на тумбочке пачку, Феликс предлагает ему сигареты. — Вишнёвые? — Хван удивлённо смотрит на пачку, — выходи за меня.