Цветок и Дракон

Он сидел рядом, в полуметре от неё, на старой деревянной скамейке. Закатные лучи падали на них и создавали отчего-то трагическую картину. Азалия вдруг вообразила себя и Вадима героями чёрно-белого винтажного фильма. Или просто людьми со старых фотографий. А ещё в её голове мелькала солнечная Франция и глянцевые журналы. Действительно, чистое открытое поле впереди напоминает что-то совершенно западное, почти Альпийские луга. Здесь так легко и так остро чувствуется свобода. Настоящая человеческая свобода. Кажется, что можно прямо сейчас встать и пойти вперёд, и идти так бесконечно, не думая ни о чём. После большого города, загоняющего в маленькие рамки, это место — Рай на земле. Огромное пространство, огромное небо и огромное количество времени. Азалия вдруг ощутила себя бессмертной. Ей подумалось, что с этого самого момента и до конца света абсолютно ничего не изменится. Они вечно будут сидеть здесь, не замечая течение времени, и растворяться друг в друге. С момента, как они переехали сюда, в небольшой покинутый дом рядом с перелеском, и до этой секунды все дни тянулись бесконечно и не сильно отличались друг от друга. Они даже не заметили, как прошёл весь май. — Что будет, когда мы вернёмся? — спрашивает Азалия и отводит глаза. — Если вернёмся… — возражает Вадим и задумчиво смотрит в небо, неспешно меняющее оттенки с холодных и стеклянно-прозрачных на более тёплые, вечерние. Он не чувствует и половину той тревожности, которая переполняет девушку. Он столько раз скрывался от полиции и до сих пор удачно. Столько раз менял себе имена и биографию, что это почти стало стилем жизни. — Я не знаю… Его голос такой спокойный, что Ястребовой вдруг тоже всё кажется неважным и надуманным. Дракон просто чувствует, что здесь он наконец отдыхает душой. Здесь так спокойно и умиротворённо. Вдали от других домов, даже машины редко проезжают мимо. Рано утром ему кажется, что они вообще остались одни на всей Земле. К этому покою он долго стремился. И хотя он, скорее всего, временный, Вадим не хотел задумываться ни о чём. Азалии такой свободы пока не хватает. Ей бы научиться жить, не оглядываясь назад. Вадим научился. Для него не только недавнее прошлое, но и ближайшее будущее является загадкой, которую он не планирует разгадывать. А девушка считает, что без прошлого нет будущего. Поэтому отпускать что-то ей тяжело. — Какова вероятность, что этого места нет ни на одной карте мира? — Почти стопроцентная, я думаю. Знаешь, сколько таких маленьких и незаметных домов в лесах, в полях и просто неподалёку от деревень? Да их куча! Но про них никто не знает. В этом, моя дорогая, вся прелесть. Тебя будто не существует на этом свете. Разве не прекрасно? Азалия задумалась. Бывали моменты, когда она действительно хотела исчезнуть. Но всегда хотела существовать для одного человека, который сейчас рядом. Кажется, эта мечта становится реальностью. — Машины проезжают мимо, люди проходят… Но никто и не думает, что здесь ещё кто-то живёт. Понимаешь? Здесь можно почувствовать себя кем-то вроде призрака. — Может, мы уже умерли? — Азалия кладёт голову ему на плечо и, прищуриваясь, смотрит на заходящее солнце. Ещё один незаметный день прожит. — Вполне возможно. Будет очень хорошо, если менты думают так же. Вадим усмехается и растворяется в неторопливых мыслях.