Клеток, связанных внутри

— Там тебе будет безопаснее, — произношу я, и только потом замечаю её положение в пространстве.       Имел в виду Дилсит, но она уже подумала то, что подумала. Смотрю на неё с некоторым опасением и подхожу ближе, чтобы не допустить непредсказуемых последствий её нрава.       Она, должно быть, верит, что ломает всё, к чему прикасается. И вероятно поэтому не позволяет себе отправиться на ферму. А может она просто не хочет себе хорошей жизни…       Всё ещё смотрит вниз. — Тебя никогда не посещала мысль, — голос Полли дрожит, менее кроткий, но всё ещё притягательный, — что ты всегда можешь прервать череду любых ужасных событий, просто…       Она шагает, но тут же отшатывается. Гляжу на неё без понимания, но начинаю испытывать подобие тревоги. — Кажется, я ближе к людям, чем ты… — поворачивается ко мне и произносит это отрешённо, словно осталась совсем одна без ничего.       Хотя, разве это не так? — Не думаю, что в человеческой природе заложена тяга к саморазрушению. Этот конструкт появился сильно позже, — парирую я. — Ты размышляешь о человеческой природе? Может и электроовец считаешь перед сном?       Не могу сказать, что меня это задело, но что-то определённо отозвалось. Как и любой репликант девятой модели я испытываю ощущения близкие к человеческим. Я назвал бы то, что чувствую сейчас… раздражением.       Что у неё вообще в голове? К чему она играет со мной? А с собой? Должен ли я вообще задаваться этими вопросами? Зря я её привёл. Зря пошёл в бар. Зря посылал Коннора. И в больницу отвёз её зря. Следовало убить обоих, меньше мороки бы было. Уже спал бы, должно быть.       Мне становится тошно от себя самого. Давно не было столько грязи в голове. Смотрю на неё. Её же рук дело. Зол, что зол. Зол на неё, из-за того, что зол на неё.       Разворачиваюсь и ухожу. Её вообще не должно здесь быть. И я ей ничего не должен. И мне должно быть плевать на её судьбу в дальнейшем.       Ушёл.       Улёгшись на кровати и уткнувшись в книгу, я поглядываю в сторону двери, которую не закрыл. Нарочно, вероятно. Почему мне есть дело? Она никто из неоткуда и пусть уходит в никуда. — Можешь сделать для меня кое-что? — вернувшись, она усаживается возле меня на ковёр.       Её вопросительный взгляд удовлетворяется моим кивком. Она просит сказать людям Фрикца, что я её обнародовал. Недоумеваю. К чему всё это… — Я устала бороться. Раз всё всегда приводит к одному и тому же, какой смысл? Итог всегда один. — Какой? — мне действительно интересно. — Я прислуживаю.       Откладываю книгу и усаживаюсь, глядя на неё. О чём она? О том, что с ней делал Фрикц? Или до него Уоллес? Или после них Джовик? Но она же любила Джовика… Тогда, что? Речь обо мне? О том что произошло сегодня?       Мои глаза не выражают моей растерянности. Не в полной мере. — Плюс, тебе наверняка, что-то перепадёт, — она пожимает плечами так, словно меня порадует косточка от вышестоящих лиц, денежная компенсация или вообще хоть что-то.       Ни что не вызывает во мне радость. Это, пожалуй, единственное невстроенное в меня чувство, не синтезированное, не сгенерированное, невозможное. Да, как она после всего этого только может… — Сама найдись, — произношу я быстрее, чем успеваю обдумать эти слова.       Руки уже схватили книгу, глаза уже сползли на строчки в ней. — Тебе не нужны привилегии и подарки? — Полли поднимается, перебирая ногами.       Она смотрит на меня долго ожидая ответа. Она его не дождётся, потому что я не в силах признать.       Я не знаю, что мне нужно.       Но я узнаю.       Когда она уйдёт, через минуту после этого вопроса.       Когда я найду в холле здания талон на Дилсит и следы борьбы у главного входа.       Когда на рекламных щитках появятся объявления о новинке от Уоллес Корпарейтед.       Когда в качестве бонуса за офицерские заслуги мне вышлют новейшую установку с искусственным интеллектом.       Её кодовое имя Джой.       Её задача соответствовать заданным настройкам владельца.       Её форма — голограмма.       Её прототип — Полли Кейс.