Young and Dumb

      Когда Джисон вернулся, все были заняты игрой, но он поймал на себе взгляд Йеджи, которая уже была изрядно пьяна. Она жестом позвала его сесть рядом с ней, а он особо не стал препираться, подумав, что парочка новых друзей никогда не помешает. «Интересно, что подумает Минхо?» – проскользнуло в его мыслях, но Джисон быстро их отогнал.       Джисон сел рядом с девушкой, поджав под себя колени и приобняв её одной рукой, беспокоясь о том, что она спиной упиралась в резную ножку дивана. В ту же секунду Йеджи решила примоститься на его плече. Минхо наконец-то появился в поле зрения, до чего играющим особо не было дела.       Минхо заметил, как Йеджи позвала «придурошную белку» сесть с ней, и в ту же минуту решил, что не будет туда пялиться – вообще-то он был слишком занят своими мыслями, чтобы подмечать что-то подобное.       «Какого черта этот мелкий говнюк ничего не сказал мне? Какого чёрта меня это беспокоит? Нет, меня это не беспокоит, это меня реально злит. Чёртовы спортсмены всегда такие, всё ведь пошло, как я и планировал, почему я злюсь?» – мысли крутились вихрем в голове Минхо, но на лице оставалось невозмутимое и холодное выражение.       Минхо был парнем, которого хотели заполучить все независимо от пола. Он действительно был безумно красив, будто его изваял из камня самый искусный скульптор. Тёмные шоколадные глаза, холодновато-коричневые волосы, розовые пухлые губы, пушистые ресницы, аккуратный нос, красивое стройное тело с сильными наливными бёдрами, округлый зад. Он был совершенством, и он об этом прекрасно знал. Таких, как Джисон, он отшивал пачками раз по десять на дню. Жаль, что многие из них были настырными и не понимали с первого раза слова «отвали». Особенно спортсмены, которым, видимо, после их тренировок тестостерон ударял в голову и они мнили себя чуть ли не богами. Единственные, кого он мог терпеть из этой касты, – это Чан, сокомандник Джисона, а также капитан баскетбольной команды, и Сынмин из команды по бейсболу. Вообще-то, несмотря на их большую личностную разницу, оба привлекали Минхо в первую очередь как люди. Чан – широкоплечий качок с милейшими ямочками и кудрявыми блондинистыми волосами: тёплый взгляд, вежливость, забота – с ним чувствуешь себя будто за каменной стеной. Он был одним из самых близких друзей Минхо, который поддержал его в непростой период его жизни. Сынмин же был абсолютной противоположностью. Тёмные волосы и глаза, слабая улыбка, которую он почему-то постоянно скрывал, острый язык и какая-то недосягаемость. Солнце и Луна. Минхо заметил его и Хёнджина, когда помогал своему другу с юридического проводить экскурсию для первокурсников. А Джисон что? Какой-то болванчик, не более. Но, как потом нехотя признался себе Минхо: «Он достаточно милый с этими его дурацкими пухлыми щеками и такими же пухлыми губами, но это так, просто объективное наблюдение».       Из мысленного транса Минхо вывел Чан, сидевший рядом.       – Минхо, всё хорошо, ты нормально себя чувствуешь? – с искренней заботой спросил старший.       – Да, всё супер... Скажи, если бы я тебя поцеловал, ты бы как-то отреагировал? – прошептал ему на ухо Минхо, косясь при этом на Джисона, который уже устроил стэндап для всей компании, совершенно не обращая внимания на свой объект обожания.       – Э, ну, предполагаю, что да. Пол-универа об этом мечтает, так что я бы точно как-то отреагировал, – смущённо сказал Чан, понурив голову.       Минхо поджал губы и снова задумался, уставившись на активно жестикулирующего Джисона.       «Вот именно, весь универ об этом мечтает, а этот идиот, не сказав ни слова, просто вышел, а теперь стоит, как шут гороховый, вещая тупую историю пьяным студентам, смеющимся в голос, скорее всего, из-за алкоголя. Не такой уж он и забавный, чтобы встречать подобную реакцию, все просто пьяны. Ну, хотя бы от Йеджи отлепился. Стоп. Это тут причём вообще? Просто не хочется, чтобы она имела дело с таким придурком. Да, дело в этом», – думал про себя Минхо.       Джисон же наслаждался своей победой. Он догадался, что Минхо не знает отказа в повышенном внимании. Джисон хотел его впечатлить, поэтому принялся делать то, что умел лучше всего – веселить других. Боковым зрением он заметил, что «красный берет» шепчется с его капитаном, не обращая никакого внимания на его умопомрачительную историю.       «Ох, малыш, какой же ты вредный», – подумал Джисон и улыбнулся сам себе.       Вечеринка закончилась через пару часов. В какой-то момент Джисон думал, что потерял Феликса, который куда-то пропал и, судя по всему, не один, потому что ни холодного взгляда Чанбин-хёна, ни чёрных блестящих волос Хёнджина он тоже не видел.       «Грёбанный Феликс, как же быстро он получает желаемое. Может, тоже сменить имя на Ёнбока, авось, поможет», – размышлял Хан.       Феликс встретился с Джисоном уже у выхода из дома братства. Глаза его блестели, губы покусаны, волосы взъерошены, а футболка помята.       – Ну что, отсняли тройничок для оранжево-черного сайта? – спросил его Джисон.       – Чувак, не понимаю, о чём ты. Мы просто решили...сыграть в твистер.       – На кровати? – дразнил его Джисон.       – На члене Чанбина.       Джисон поперхнулся, отчаянно пытаясь вздохнуть. Феликс всегда так делает: с лёгкостью выбрасывает пошлые фразочки и наблюдает за реакцией смущающихся собеседников. Его точно мало пороли в детстве, но ничего, куратор и его сокомандник это исправят.       – Так он всё-таки не натурал, – улыбнулся Джисон.       – Ты в этом сомневался? Натуралы, знаешь ли, не лезут языком в глотку, когда целуются, играя в тупую игру.       – Справедливо.       – Как у тебя с Минхо, вы наладили контакт? – снова подал голос Феликс.       – В процессе. Как вы там, австралийцы, говорите...He plays hard to get, – ухмыльнулся Джисон.       – Ох, чувак, он правда такой, к нему постоянно все клеятся, что его реально раздражает. Только с Чаном он более снисходителен. Они, вроде бы, неплохие друзья, – задумчиво произнёс Феликс, озираясь по сторонам.       – С Чаном?       – Ага.       Он, конечно, искренне уважал своего капитана, хоть и знал его совсем недолго.       «Он в натуре славный парень и всё такое прочее, но какого чёрта? Значит, я тупой, потому что баскетболист, а Чан, который вообще-то тоже баскетболист, классный?!» – мысленно негодовал Джисон, который теперь немного по-другому смотрел на их перешёптывания. Неприятно. «Значит, сосётся он со мной, а ласков с Чаном?! Минхо, ты самая настоящая сучка», – подумал Джисон.       Наконец парни дошли до своей общаги, и, поднявшись в свои комнаты, сразу завалились спать. Это был насыщенный вечер, положивший начало их очень весёлой и достаточно интересной студенческой жизни. ***       Погода была тёплой, несмотря на конец сентября. Солнце ещё нежно согревало землю. Воздух был свежим, но не ледяным. Листья уже желтели, напоминая окружающим, что скоро наступит холодная пора.       Из-за подобных погодных условий все спортивные команды вышли проводить свои тренировки на огромный стадион, стремясь насладиться последними тёплыми деньками. – Сегодня мы поработаем над тем, как правильно принимать мяч, а также повторим наши схемы с прошлого раза. Всё ясно? – командирским тоном проговорил Чан. Прозвучало единогласное «да».       Тренировка началась с разминки: бег на небольшую дистанцию, прыжки, отжимания, махи руками и ногами. Джисону нравился баскетбол. Конечно, больше его привлекала музыка, но за неё не дают дополнительную стипендию. Да и с командой было весело – все парни хорошо относились к Джи, и он достаточно быстро стал душой компании. Играл он тоже вполне неплохо, не зря они с братом рубились в баскетбол на заднем дворе их дома. Он старательно выполнял всё, что ему говорили, отдаваясь делу полностью.       Уже больше часа они выполняли связки в разных составах, чтобы увеличить собственную эффективность на поле, когда на поле появилась танцевальная команда. Смех Феликса был слышен за километр, а рядом с ним шёл ухмыляющийся Хёнджин. Минхо, на котором сегодня была белая майка, обнажающая его красивые руки, и серые спортивные штаны, подчёркивающие все привлекательные части тела, подошёл к Чану и с улыбкой обнял его.       – Привет, Миннош. Подождёте минут пятнадцать? Мы скоро закончим, – улыбаясь от уха до уха, сказал Чан.       – Ладно, сделаю исключение ради твоих ямочек, – сладко улыбнулся в ответ Минхо. Да простит Бог, Джисон, которого до дрожи раздражала разница в поведении М, не смог сдержаться и передразнил старшего, заметившего скорченную гримасу.       – Как по-детски, – холодно отреагировал Минхо.       – Как похуй, – безэмоционально ответил Джисон и вернулся к отработке мячом.       «Это ещё что за хуйня?! Эта мелочь совсем оборзела», – опешив, подумал Минхо, он даже ответить ему ничего не успел. «Где же милая улыбочка и “малыш”? Придурок долбанный».       Сказать, что Феликс был в шоке – ничего не сказать. Впервые он видел, чтобы его друг разговаривал с кем-то в подобном тоне – обычно Джисон достаточно дружелюбен со всеми, стараясь не нарываться на ненужные конфликты. Вообще-то все были шокированы данной сценой: и танцоры, и баскетболисты, и даже университетский фотограф Рюджин, а она была той ещё язвой. С Минхо так обычно никто не разговаривал, боясь получить в ответ ещё более искусную колкость.       Пока Джисон колотил мяч, все стояли в немом шоке, глядя то на Джисона, то на Минхо. Чан решил исправить ситуацию.       – Прости его, он просто устал, сегодня была очень интенсивная тренировка, – виновато улыбнулся Бан.       Джисон фыркнул. Минхо еле сдерживал накатывающую агрессию.       «Пусть сам попросит прощения», – подумал Минхо.       – Может, мы уже закончим тренировку и не будем задерживать остальных? – мило улыбнувшись, предложил Хан. Если бы Минхо не было филигранного самообладания, то он бы врезал бы младшему прямо по носу.       – Да, так явно будет лучше, – отозвался Чан и жестом пригласил команду вернуться к тренировке.       Команда Феликса, уже немного отходящая от шока, села на трибуны, ожидая своей очереди.       – Ликс, а у Джисона кто-то есть? – аккуратно поинтересовалась Йеджи.       – Если только проблемы с головой, – пошутил Феликс. Йеджи рассмеялась. Потихоньку воздух на поле разряжался. Баскетболисты были увлечены своей тренировкой, танцоры болтали между собой, только Минхо взглядом прожигал Джисона, мечтая свернуть ему шею. Конечно, по сути, ничего такого сказано не было, но это было грубо и резко. Джисон уже во второй раз задел гордость Минхо, что старшему совершенно, мягко сказать, не нравилось.       «Я раздавлю тебя, белка, я тебя уничтожу, клянусь», – подумал Минхо, оставляя дыру в лице младшего.       Но...Но погодите...Взгляд Минхо со лба Джисона, где уже можно было увидеть след от воображаемой пули, упал на его руки. В этой синей баскетбольной майке они выглядели бесподобно, каждый раз напрягаясь, когда Джисон принимал или отдавал мяч. Его широкие плечи и грудь тяжело вздымались после подобных активностей.       «Выглядит сексуально», – отметил про себя Минхо и тут же стукнул себя по лбу. – «Давно я стал таким идиотом?».       Джисон поднимает нижний край своей майки, чтобы вытереть пот со лба, обнажая свой строго очерченный пресс и тонкую талию.       «Блять», – вихрем пронеслось в голове Минхо.       – Привет, Минхо-хён, привет, ребята! Чан-хён! – поприветствовал всех Сынмин, махая рукой капитану баскетбольной команды.       Баскетболисты, закончив свою тренировку, подошли к новому гостю для приветствия.       – Привет, малыш, как дела? – нежно улыбнулся Минхо.       – Хён, я тебя всего на два года младше и на две головы выше. Но всё в порядке, спасибо, ты как? – закатил глаза Сынмин.       «Малыш, ясно», – подумал Джисон, закусив свою щёку изнутри так, что рисковал остаться без неё.       – Нормально, было бы вообще отлично, если бы люди знали, как себя вести в нормальном обществе, – ухмыльнулся старший.       – Тебя кто-то обидел? Если что, у меня есть бита.       – О, тот, кто нужно, услышал, – сладко улыбнулся Минхо.       – Ладно, ребята, в общем хотел пригласить вас на свой день рождения, я снял дом за городом, напитки и еда – всё с меня, от вас только присутствие и шестьдесят тысяч вон в подарок.       Все посмеялись. Джисон заметил, что Сынмин сегодня выглядел более дружелюбным, чем обычно.       – Не слишком ли ты мал, чтобы устраивать такие большие тусовки с алкоголем, Сынмин? – улыбнулся Чан.       – Не переживай, старик, для тебя вместо текилы заказал корвалол и валерьянку, – поддразнил его Сынмин. Толпа расхохоталась.       Джисон и Феликс знали Сынмина ещё с первого дня в универе, когда все перваки обменивались впечатлениями в столовой. Парень казался до ужаса серьёзным и безэмоциональным, но каждая его колкость вызывала шквал смеха его собеседников, и это подкупало. Типичный юрист. Они нашли общий язык, по крайней мере Джисону нравилось так думать. Но, видимо, Сынмин не только с ним его нашёл, но и с недотрогой Минхо.       – В общем в субботу в девять часов, адрес я скину позже, а теперь мне пора бежать на тренировку, до встречи, – Сынмин развернулся и зашагал прочь.       – Охренеть, и не подумал бы, что Сынмин нас позовёт, – прошептал Феликсу Джисон.       – Да он весь универ позвал, не обольщайся, придурок, – ткнул друга в плечо Феликс.       – Дерьмо, а я уж думал, что я особенный, – драматично закатил глаза Джисон.       – Ага, особенный идиот. Это что было? – еле слышно прошептал Феликс.       – О чём это ты?       Феликс указал взглядом на Минхо, который любезничал с Чаном в сторонке.       – Решил атаковать первым. Сам Мохаммед Али говорил: «Порхай, как бабочка, жаль, как пчела», – монотонно ответил Джисон.       – Ты в курсе, что это фраза тут вообще не к хуям? – закатил глаза Феликс.       – Ага, просто выебнуться хотелось, – улыбнулся Джисон. – Кстати, почему ты не сказал мне, что вы в одной…       – Просьба посторонних свалить отсюда нахер, – крикнул Минхо, перебивая Джисона и уведомляя о начале тренировки танцевальной команды.       Джисон закатил глаза, но ничего не ответил. Он похлопал Феликса по плечу в знак прощания и удалился с поля. Весь оставшийся день его мысли были заняты вечеринкой. ***       Кстати, о днях рождения. Как оказалось, Феликс родился на следующий день после Джисона. Конечно, парни были бы не против замутить совместную вечеринку на пол-универа, но их финансы поют романсы, так что они просто решили напиться в дрянном баре неподалёку от универа, двадцать первое сентября всё-таки.       Сказать, что первокурсники были в сопли – ничего не сказать, до дома самостоятельно добраться было невыполнимой задачей, поэтому в светлую головку Феликса пришла, как он думал, замечательная идея.       – Я знаю, кто нас отсюда заберёт! – вскрикнул Феликс с весёлой улыбкой.       – Кто, дяди полицейские? – устало протянул Джисон, развалив свои конечности на стуле.       – Лучше – наш заботливый куратор Чанбин-сонбэ! – в его глазах сверкнул шальной огонёк.       – Бро, ты просто гений! Он же типа старший и должен заботится о своих хубэ! – проорал вдохновлённо Джисон. Стоит сказать, что именно поэтому они так крепко подружились: принимать тупые идеи друг друга за гениальные – их общая черта.       Феликс взял свой телефон, пьяными глазами пытаясь отыскать контакт Чанбина. После нескольких попыток ему наконец-таки это удалось. Чанбин взял трубку спустя пару минут.       – Алло, это Со Чанбин, я Вас слушаю, – голос был немного сонным, видимо, дремал, но не это волновало Феликса.       «Со Чанбин? Вас? Ты даже не записал мой сраный номер?» – подумал младший, почувствовав укол обиды.       – Бинчан-сонбэ, понимаете, мы с моим другом, Боже, как его зовут-то... да похуй… оказались в такой ситуации, что не сможем самостоятельно добраться до нашей обители, – развязно объяснил Феликс. На том конце провода человек нервно сглотнул.       – Кто это? – неуверенно и с опасением спросил куратор.       – Тот, кого ты насаживал на свой член, – легко и просто выплюнул Феликс. Джисон не смог сдержать громкий смех и залез под столом. Феликсу было уже не смешно совсем. Ему стало обидно, как будто бы не он сам игрался с двумя людьми одновременно. Конечно, влияние алкоголя отражалось на восприятии этой ситуации, но пожалеет он об этом позже, может быть.       – Э... Ёнбок, где Вы? Я сейчас приеду за Вами, – после секундного молчания ответил Чанбин, начиная собираться.       – Не скажу, я передумал, сладких гетеро-снов, – он сбросил трубку.       Джисон перестал смеяться, заметив перемену в лице и настроении друга.       – Бро, ты в норме? – обеспокоенно спросил его Джисон, пытаясь сфокусироваться на двоящемся лице друга.       – Я лучше всех, чувак, просто мне перехотелось. Может, звякнешь Чану? – солнечно улыбнулся Феликс.       Джисон пожал плечами, не задавая лишних вопросов, и набрал номер друга.       – Алло, Джисон, привет все в порядке?       – Привет, хён, да, просто...       – Чанни, ты будешь чай? – послышался ещё один голос в трубке. Очень знакомый, такой мягкий, почти медовый, но не тогда, когда этот голос разговаривал с Джисоном.       В груди кольнуло.       – Джисон, алло, меня слышно? – повторил Чан из-за прервавшегося Джисона.       Тем временем Феликс немного поник и пустым взглядом уставился на Джисона, который почему-то выглядел очень неприятно удивлённо. Феликс поднял бровь.       – Да, хён, просто хотел спросить у тебя... Э-э-э... Как твои дела? – соврал Джисон.       «Кто, блять, вообще звонит в двенадцать часов ночи спросить, как дела», – подумал Джисон, зажмурив глаза от своей тупой отговорки.       – Э, – смутился Чан. – Да всё в порядке, занимаюсь, а ты как? Голос пьяный, мне приехать?       «Занимаешься, как же, анатомией, видимо», – пролетела мысль в голове младшего.       – Нет, хён, я в порядке, спасибо, прости, что оторвал тебя от твоих занятий, пока! – стараясь как можно мягче проговорить это, сказал Джисон.       – Джисон, точно всё...? – звонок оборвался, Джисон сбросил.       – Ну у тебя и рожа, как будто он только что сказал, что спит с твоим ненаглядным, – издевательски ухмыльнулся Феликс, настроение которого вылетело в трубу. Хан лишь тупо смотрел другу в глаза.       – О, дерьмо, чувак, блять, прости... Как-то дерьмово закончились наши дни рождения...       – У тебя что? Чанбин шутку про член не оценил? – поинтересовался Джи, подняв одну бровь.       – Не оценил он только меня, причём настолько, что даже не записал мой номер.       – Бля, хуёво – скривил губы Джисон.       – Может, Джинни понравился ему больше? – задумчиво произнёс Феликс.       – Так вы всё-таки трахались втроём?! – заорал Джисон от удивления. Весь бар обернулся на них.       – Спокойно, чуваки, мой друг актёр и мы сцену для фильма репетируем, – заверил посетителей бара Феликс, на лице которого показалась краска.       – Ты хули так орёшь, ебантяй? Может, ещё маме моей позвонишь, расскажешь? Кретин ты сраный, – процедил через зубы Феликс. – Ну и мы не трахались втроём, теоретически секс был только у меня с Чанбином, ну а Джинни, как бы это сказать, чтобы не прозвучало странно... наблюдал и иногда подходил, чтобы знаешь, ну, поцеловать меня или погладить. Знаю, звучит как-то по-извращенски.       – Вы танцоры все больные? Я боюсь рядом с вами находиться, честное слово. Не зря я называл вас командой стриптизёров! – тихо вскрикнул Джисон.       – Забей, давай ещё накатим, – с мольбой в глазах предложил Феликс.       – Идея, конечно, хуйня... Но и мы хуевые, так что давай! – встрепенулся Джисон.       В ту ночь одному Богу, ну, и милосердному парню из бара, вызвавшему парочке такси, известно, как они добрались до дома. Уснули парни на кровати Феликса, поэтому на утро болело всё. Где-то в восемь утра они даже решили бросить пить, но быстро отбросили эту идею, когда в полдень получили сообщение с адресом, где будет проходить вечеринка Сынмина.