Повесть о Наруто Сенджу. Том 1

— Учиха! — Сенджу! Перед Наруто стояли 3 человека. Одна была одета в черное кимоно с символом Учиха на правой груди. Рост был примерно 130 сантиметров, чёрные волосы были сплетены в один большой хвост. Другой был среднего роста, длинные темные волосы, схваченные в хвостик. На глазах виднелись морщины. У последнего были тёмные глаза, тёмно-русые растрепанные волосы. Он был одет в стандартную одежду клана Учиха, включающую чёрную рубашку с высоким воротником. На ногах он носил шорты. — Саске, не нужно тут разводить конфликт! — Один из троицы попытался успокоить девочку, но она, наоборот, начала ещё злее смотреть на Наруто. Один из троицы попытался успокоить девочку, но она наоборот начала ещё злее смотреть на Наруто. — Итачи! Ты разве не видишь?! — выкрикнула Саске. Глаза её метали искры, а голос дрожал от возмущения. — Перед нами заклятый враг нашего клана! Разве мы должны молча терпеть их? — Саске, Итачи прав, — вмешался третий. Голос его был ровным, но в нём чувствовалась твёрдость. — Хоть клан Сенджу и был нашим заклятым врагом, это было давно, во времена воюющих кланов. Сейчас мы — основатели деревни Скрытого Листа и стоим на равных. Не стоит устраивать ссору из-за прошлого. — Прислушайся к словам старших, — добавил Наруто, стараясь говорить спокойно, но сдержанно, как будто сам не верил, что вмешивается. — Может, мы и были врагами раньше, но теперь нас можно считать формально союзниками. Мы живём в одной деревне. На слова Наруто Итачи и Шисуи довольно покивали головой, а Саске сердито топнула ногой, как будто сама земля должна была отреагировать на её гнев. — Мне всё равно! — выкрикнула она, гордо выпрямившись. — Пока я являюсь Учихой, я не успокоюсь, пока не уничтожу всех врагов нашего клана! — Простите э...— начал Итачи. — Наруто Сенджу, — кратко ответил Наруто без лишней формальности. — Простите, Наруто-сан, моя младшая сестра слишком глупа, чтобы понять, о чём она говорит, поэтому не принимайте её слова близко к сердцу — сказал Итачи. — Я всё понимаю...— ответил Наруто. Голос его был ровным, но в нём звучала усталость, как у того, кто уже привык к подобным встречам. — Можешь звать меня Итачи Учиха, — добавил Итачи, чуть мягче, как будто хотел сгладить напряжение. — Я все понимаю, Итачи-сан. Я сам был таким когда... — сказал Наруто, опуская взгляд, вспоминая свои первые вспышки гнева. — Ну, раз уж всё обошлось, то мы пойдём, Итачи? —спросил Шисуи, явно пытаясь обойтись без происшествий. — Что же, жалкий Сенджу, — фыркнула Саске, разворачиваясь, — Вскоре начнётся набор в академию, и там мы выясним, чей клан лучше! Итачи и Шисуи, прежде чем уйти, извиняюще поклонились Наруто, жестом, в котором было больше уважения, чем слов. — До свидания, Итачи-сан и...— начал Наруто. — Просто зови меня Шисуи, — ярко улыбнувшись, ответил Шисуи Учиха, как будто хотел показать, что не все Учиха холодные. — И Шисуи-сан, – добавил Наруто, не забыв про этикет, и тоже поклонился им в ответ. Когда троица скрылась за деревьями, Наруко, всё это время молча наблюдавшая, наконец заговорила, глядя им вслед: — Наруто, а кто они такие? И почему эта девочка была враждебна к тебе? — Это были люди из клана Учиха, — ответил Наруто, голос его стал жёстче, как будто он снова надел броню. — Они все высокомерные твари… но я крайне удивлён, что эти двое не были враждебны ко мне. Кроме этой девочки — Понятненько, — тихо сказала Наруко, будто не до конца поняла, но запомнила. — Слушай, Наруко, — продолжил Наруто, глядя ей в глаза. — Если ты не хочешь неприятностей, держись подальше от клановых людей, особенно от Учиха. Они… отбитые на голову. Говорят, они убивают своих близких ради силы. — Я запомню твои слова, Наруто-кун, — ответила она, чуть кивнув, и в её голосе прозвучала не просто согласие, а осторожность, как будто она впервые увидела, что мир шиноби — не только тренировки и мечты, но и тени, которые ходят рядом. *************************** — Ну что, Наруто? Как твои успехи? — раздался знакомый голос, и из-за деревьев к озеру неспешно вышел Хан, слегка поёживаясь от утреннего ветра. Он подошёл ближе, прищурился, как будто хотел сразу оценить прогресс своего ученика, и в голосе его прозвучало не просто любопытство, а ожидание. — Смотрите! — воскликнул Наруто, сконцентрировав чакру в ногах. Он шагнул на воду осторожно, как будто боялся, что она снова предаст его, но поверхность осталась ровной, и он начал медленно идти, будто сам не верил, что это происходит. — Ого! Всего за два дня справился! Да ты гений, — удивлённо сказал Хан, и в его голосе прозвучала не просто похвала, а лёгкое уважение, как будто он не ожидал, что мальчик справится так быстро. — Не я гений, а учитель просто хороший, — ответил Наруто, ехидно улыбаясь, и в этой улыбке было больше благодарности, чем насмешки. — Вот паршивец! — фыркнул Хан, но угол его губ дрогнул, выдавая скрытую гордость. — Да ладно вам, Хан-сан, — сказал Наруто, слегка наклонив голову, как будто хотел смягчить свою дерзость. — Недолюбливаю подлиз, — пробурчал Хан, отворачиваясь, но голос его был уже не сердитым, а почти тёплым. — А что по поводу техники? — спросил Наруто, возвращаясь на берег, и в его голосе прозвучала нетерпеливая решимость, как у того, кто хочет идти дальше. — Как я и обещал, я тебя научу технике водяного пистолета, — сказал Хан, скрестив руки на груди, и в его голосе была твёрдость, как будто он сам уважал силу обещаний. — Но как вы можете меня обучить стихийным техникам, если я не знаю предрасположенности своих стихий? — спросил Наруто, нахмурившись. В его голосе прозвучала искренняя растерянность. Хан посмотрел на него с таким выражением, будто перед ним стоял не ученик, а человек, забывший, как дышать. — Ты же владеешь Мокутоном! — сказал он медленно, с нажимом. — А Мокутон состоит из двух стихий: Земля и Вода. — Точно… Я как-то забыл, — пробормотал Наруто, на миг почувствовав себя глупым, будто сам предал свою природу. — Запомни, Наруто, — сказал Хан, выпрямляясь. — Печати: Змея, Тигр, Бык, Тигр, Собака. Он сложил пальцы в нужной последовательности, и из его указательного пальца начала собираться вода: сначала медленно, затем быстрее, пока не сформировался плотный шар. Хан выстрелил им в ближайшее дерево, и на коре осталась тонкая трещина. — Ну такое себе, — сказал Наруто, осматривая повреждение. Вголосе его прозвучала честность, не насмешка. — Ты офигел?! — взорвался Хан, глаза его расширились, а голос стал громче. — Да дети в твоём возрасте до сих пор мамину сиську сосут, а ты ещё чем-то недоволен?! — Вообще-то дети моего возраста уже могут изучать ниндзюцу, — парировал Наруто, скрестив руки. В голосе его была та дерзость, которая приходит от уверенности. — В любом случае, сначала изучи эту технику, а потом уже начинай жаловаться! — отрезал Хан, и в его голосе снова появилась привычная строгость. — Давайте пари! — предложил Наруто, глаза его загорелись. — Если я смогу изучить ваш водяной пистолет за… четыре дня, то вы обучите меня технике не ниже класса B! — Вот это уже чистая наглость! — возмутился Хан, но в голосе его прозвучала заинтересованность. — Ну давайте! Вы тоже можете поставить своё условие, — сказал Наруто, и в его голосе была уверенность, как будто он уже знал, что победит. Хан задумался, прищурился, а затем кивнул. — А Биджу с тобой, давай! — сказал он, и когда Наруто протянул руку, Хан резко схватил её и сжал так сильно, что суставы хрустнули. — Учти, — проговорил Хан, глядя прямо в глаза. — Если ты не успеешь выучить технику до приемлемого уровня, ты будешь выполнять мои указы безусловно. — Согласен! — выдохнул Наруто, чуть ли не шипя от боли, но не отводя взгляда. День первый. Наруто сидел у воды, пальцы его дрожали, а лицо было напряжённым. — Какие там печати?.. Змея, Тигр и… — он замер, пытаясь вспомнить, но всё смешалось. — Я не помню… Он сжал кулаки, глядя на озеро, как будто оно стало его врагом. — Знал бы, что всё будет так сложно, я бы никогда не согласился на такое! — пробурчал он, и в голосе его была не жалоба, а усталость, как у того, кто понял: дерзость — это не техника, а испытание. День второй. — Змея, Тигр, Бык, Тигр, Собака! — выкрикнул Наруто, сжав пальцы в нужной последовательности. В голосе его прозвучала неуверенная решимость, как у того, кто повторяет не столько технику, сколько надежду. Он стоял у воды, дыхание сбивалось, а взгляд был сосредоточен, почти упрям. Сложив печати концентрации, он попытался сформировать водяной шар, но, к своему удивлению, ничего не произошло — ни капли, ни движения, только тишина и отражение его лица в неподвижной глади. — И что я опять сделал не так?! — воскликнул он, отступая назад. В голосе его уже звучала досада, как будто сама природа отказалась сотрудничать. Он сел на корточки, глядя на свои руки, будто они предали его. Наруто уже второй день подряд пытался освоить технику водяного пистолета, но всё было безуспешно. Песок под ногами казался всё холоднее, а солнце — всё равнодушнее. — Мне кажется, или Сенсей мне что-то не договаривает… — пробурчал он, снова складывая печати, но уже без прежнего энтузиазма, как будто повторение стало ритуалом, а не шагом вперёд. День третий. — Мне кажется, или Хан-сенсей просто надо мной издевается? — проговорил Наруто, лёжа на спине посреди поляны, где трава уже начала желтеть от осеннего солнца. — Нет, ну правда… я делал всё то же самое, что и он во время демонстрации. Или тут есть подвох? Он говорил негромко, скорее себе, глядя в небо, где облака медленно плыли, как будто сами не знали, куда направляются. Его руки лежали вдоль тела, пальцы чуть дрожали от усталости, но в глазах всё ещё была искра — не гнева, а желания понять. Наруто обдумывал каждое движение своего сенсея, вспоминал моторику рук, ритм дыхания, даже выражение лица во время демонстрации. Он пытался вспомнить не технику, а атмосферу, в которой она была показана. — Не в печатях дело… — пробормотал он, нахмурившись. — Я всё делал так же, как и Хан-сенсей… но в чём тогда проблема? Почесав свою блондинистую макушку, он медленно поднялся с земли, стряхнул с плеч сухие листья и посмотрел в сторону деревни. — Что же… придётся признать, что я не гений, — сказал он, и в голосе прозвучала не обида, а усталое принятие. — Лучше, чем дурью маяться, я пойду и спрошу у других шиноби Сенджу. Он направился к тропинке, и ветер, будто услышав его решение, слегка тронул край его рубашки, как знак — путь открыт. **************************** Наруто подошёл к тренировочному полю клана Сенджу, где уже вовсю тренировались другие шиноби. Воздух был наполнен звуками ударов, всплесками чакры и короткими выкриками, а земля под ногами вибрировала от энергии, которую выпускали в упражнениях. Он чувствовал себя немного неуместно, но всё же решился. — Простите, пожалуйста! Вы можете мне помочь в освоении техники? — спросил Наруто, слегка поклонившись. В голосе его прозвучала неуверенность, смешанная с надеждой, как у того, кто уже отчаялся, но всё ещё верит в помощь. Один из тренирующихся, высокий шиноби с тёплым взглядом и уверенной осанкой, повернулся к нему. — Конечно, Наруто-сан! Чем вам помочь? — ответил он спокойно, но с уважением, как будто воспринимал просьбу всерьёз. — Я не могу понять, почему у меня не получается техника водяного пистолета? — сказал Наруто, опуская взгляд. В голосе его звучала усталость, накопленная за три дня неудач. — Хм-м… сразу не могу сказать, — задумчиво произнёс шиноби, слегка нахмурившись. — Может, вы продемонстрируете мне выполнение техники? Наруто кивнул, сделал шаг вперёд и начал складывать печати концентрации, стараясь не ошибиться ни в одном движении. — Змея, Тигр, Бык, Тигр, Собака! — выкрикнул он. Пальцы его двигались точно, но напряжённо, как будто он повторял не технику, а заклинание, которое не хочет срабатывать. Он попытался сформировать водяной снаряд, но, как и всегда, ничего не произошло. Только воздух дрогнул, а вода в озере осталась равнодушной. — Я, кажется, понял, в чём дело, — сказал шиноби, улыбаясь. В его голосе прозвучала лёгкость, как будто он увидел очевидное. — И в чём же? — спросил Наруто, глаза его загорелись, а голос стал чуть громче, как у того, кто наконец-то нащупал путь. — Смотрите, Наруто-сан. Во-первых, если вы не мастер Суйтона, то лучше выполнять водные техники непосредственно возле водоёмов, а ещё лучше — стоя на воде. Без источника воды чакра будет расходоваться слишком быстро, и техника станет крайне трудной. Наруто кивнул, приняв первую причину спокойно, как будто она действительно объясняла многое. — Во-вторых… вы неправильно используете чакру, — добавил шиноби, и в голосе его появилась лёгкая строгость. Наруто замер. Первую причину он принял, но вторая — задела. Он нахмурился, губы его дрогнули, и голос стал резким. — В смысле, не так использовал чакру?! А как надо тогда?! Хан-сенсей мне об этом не говорил, что чакру нужно использовать иначе! — воскликнул он, и в голосе прозвучала не злость, а обида, как у того, кто чувствует себя обманутым. — Я, конечно, не сенсорного типа, — сказал шиноби, пожимая плечами, — но даже я почувствовал, что вы направляете чакру неправильно. Наруто стиснул зубы. Был бы Хан рядом, он бы уже начал мысленно применять все методы пыток из спецподразделения АНБУ, чтобы выяснить, почему тот не сказал ему самого главного. — Да?.. Прости, что прошу многого, — сказал он, уже тише, — но вы бы не могли подсказать, как нужно правильно использовать чакру во время техники водяного пистолета? — Да, конечно, — ответил шиноби, улыбаясь мягко. — Смотрите, Наруто-сан. Когда вы начинаете складывать печати концентрации, то во время этого вам нужно представить, как чакра сначала стекается к кончикам пальцев, а затем выходит из них, формируя шар. Не просто выталкивается, а именно собирается, как вода в ладонях. — А-а-а-а-а, вот оно как, — протянул Наруто, и в голосе его прозвучало облегчение, как будто он наконец-то услышал то, что всё это время искал. — Спасибо вам… — начал Наруто, но шиноби уже представился. — Иноске Сенджу, — сказал он, слегка поклонившись. — Большое спасибо вам, Иноске-сан! Я никогда не забуду вашу помощь, — ответил Наруто, и в его голосе была не просто благодарность, а уважение, как к тому, кто открыл дверь, которую он сам не мог найти. После полного объяснения от Иноске Сенджу мир Наруто словно разделился на «до» и «после». Он понял, что техника — это не просто печати, а ощущение, поток, образ. И теперь, с этим знанием, он был готов продемонстрировать технику водяного пистолета в полной мощи — и, конечно, первым, кто её увидит, будет его сенсей. День четвёртый. — Получилось?! Серьёзно?! — Наруто стоял и наблюдал в полном шоке. Наконец-таки Сенджу смог использовать ниндзюцу водяного пистолета. — Хан-сенсей, вы где? Я вас жду с нетерпением! — подумал Наруто, улыбаясь со зверским оскалом, как будто зверь увидел лёгкую добычу. **************************** Хан неторопливо шёл по знакомой тропинке, ведущей к тренировочному полигону, где всего четыре дня назад он заключил дерзкое пари с юным Сенджу. Листва под ногами шуршала лениво, как будто сама знала, что старый шиноби не спешит. На лице Хана играла ехидная полуулыбка, в глазах — предвкушение, а в мыслях — сладкие образы того, как Наруто, не справившись, будет выполнять его приказы безукоризненно, как послушный наследник, наконец-то поставленный на место. Он уже представлял, как начнёт с самых скучных заданий: чистка оружейной, сортировка свитков, ночные дежурства у ворот. Всё это — с выражением покорности на лице Наруто. — Ну что, Наруто-сан, как ваши успехи в изучении ниндзюцу водяного пистолета? — спросил Хан, подходя ближе, и в его голосе звучала уверенная насмешка, как у того, кто уже считает победу своей. Наруто стоял спиной, молча, и не сразу ответил. Он медленно повернулся, и в каждом его движении чувствовалась уверенность, как будто он не просто готов, а уже победил. В каждой руке он держал по водяному снаряду — плотные, сверкающие, идеально сформированные шары, которые дрожали от внутреннего давления, но не распадались. — Ну что я могу сказать, Сенсей… — произнёс он спокойно, но с лёгкой тенью торжества в голосе, как будто сам наслаждался моментом. Он сделал шаг вперёд, поднял руки, и воздух вокруг будто замер. — Суйтон! Техника Двойного Водяного Пистолета! — выкрикнул Наруто, и два водяных снаряда вырвались из его ладоней, стремительно полетели вперёд, ударив в тренировочные мишени с такой силой, что одна из них треснула, а другая — отлетела в сторону. — Вот же!.. — выдохнул Хан, глаза его расширились, а лицо застыло в выражении шока, как будто он не просто проиграл пари, а увидел нечто, чего не ожидал даже в самых дерзких мечтах.