Уроки биологии 2

В подготовке к переезду время проходило незаметно. ЕГЭ, выпускной, сборы - и вот уже и лето пролетело. Прошла очередная сессия Стаса, потом его день рождения. Август близился к концу; время шло слишком быстро, и несмотря на то, что ему было всего восемнадцать, Матвею показалось, что это и был процесс старения. Экзамены прошли хорошо, по физике он даже стал одним из лучших выпускников города. Матвей все-таки получил так желаемую матерью серебряную медаль - надо сказать, заслуга Стаса. Та сразу же заняла место где-то на полке над телевизором, но парню было все равно. Медаль не давала никаких преимуществ при поступлении заграницей; впрочем, Мюнхенский политех и так его принял - он получил место на подготовительных курсах факультета электротехники и вычислительной техники, включая языковые. Придется попотеть, чтобы выучить немецкий до приличного уровня за год, но Матвея сложности никогда не пугали. Он говорил себе, что не сомневался в своем решении, и он правда так думал; и все же, когда за день до отъезда Стас остался у него с ночевкой, лежа на одной с ним кровати Матвей прижался к парню, утыкаясь лицом в его грудь. Стас гладил его по волосам, пока по его щекам стекали слезы и он старался не всхлипывать слишком громко, хотя и слышал, как обнимающий его Стас сам шмыгает носом. Он не думал, что сможет заснуть в ту ночь, но все же провалился в беспокойный сон, убаюканный ритмичными движениями парня и собственным плачем. Утром их разбудила мать. Матвей не рассказывал ей, что они встречаются, но она, видимо, и сама все поняла уже давно, поэтому не удивилась, что Стас поехал в аэропорт вместе с ними. Они приехали слишком рано, и до вылета сидели в зале ожидания: утомленная после ночной смены мама задремала на его плече, а Стас принес ему кофе из стоящих неподалеку автоматов, жалуясь на местные цены. Несмотря на паршивое настроения, Матвей улыбнулся: он будет скучать по этому ворчанию. Как и по каждой его детали. Время не замедлилось, и в конце концов объявили посадку. В зале сидело не так много людей, но все они сонно двинулись к выходу, образуя очередь на паспортном контроле. Мать, пользуясь случаем, разрыдалась, и Матвей успокаивал ее, говоря, что обязательно приедет на зимние каникулы. Женщина, утирая слезы, крепко обняла его на прощание и ушла, сообщив, что будет ждать Стаса в машине. Парни остались наедине. Они неловко обнялись; большинство людей уже прошло проверку, но все же делать это на публике чувствовалось небезопасно. О поцелуе не могло быть и речи - их прощальный поцелуй случился этой ночью, - но все же, стоя на паспортном контроле, Матвей чувствовал некую незавершенность. Он обернулся. Стас уже уходил из зала, утирая глаза. В очереди стояло еще пара человек, но да к черту это все. - Стас! - тот встрепенулся и повернул голову на прокричавшего через весь зал его имя Матвея. - Я тоже люблю тебя! Матвей не обращал внимание ни на недовольные шепотки рядом с ним, ни на стекающие по его щекам слезы. Его взгляд был прикован к Стасу. Тот улыбнулся ему; на сердце потеплело. - Напиши, как долетишь, - ответил Стас, указывая на телефон. Матвей кивнул ему и, улыбнувшись в ответ, скрылся в коридоре. И пусть время текло быстро, это было даже преимуществом: тогда оно как можно скорее приведет его к их следующей встрече.