Мир Пламени: Огонь Оберегающий

От предложенного чая все отказались, но это и понятно – нетерпение увидеть, что там такого им собирались показать, читалось на лицах обоих. И если Сагуру с присущей ему сдержанностью ещё старался изобразить, что не настолько заинтересован, то Аоко ничто не мешало честно сверкать глазами от любопытства. Улыбнувшись от этого вида – двоих самых близких людей, у которых всё хорошо и которые ждут чего-то невероятного – Кайто направился обратно в подвал, жестом приглашая за собой. Снова подвал, да. Только там было достаточно места, чтобы разместить одну немаленькую белую птичку. Первое превращение после несостоявшегося конца света… Как парень не убеждал друзей, что всё в порядке, ему упорно не верили. Подозревали, что он намеренно скрывает, чтобы не огорчать и не беспокоить. Вот и нашёл безотказное средство – второй облик отражает состояние пламени и вообще состояние своего обладателя лучше чего бы то ни было. Если и это не заставит их поверить, что всё хорошо, останется только смириться. – Кайто!.. – снова одновременно выдохнули эти двое, стоило превратиться. Только почему в их голосах столько… ужаса? Сам думал о том, как разместиться в не слишком-то просторном для такого размера птички помещении, а они – явно о чём-то другом. – Твои перья… – дрогнувшим голосом обозначил проблему друг. Любимая всхлипнула. И только тогда Кайто заметил изменения в окрасе своего второго облика. Похоже, все они, спрашивавшие как он себя чувствует и не пострадал ли, были правы. По всей видимости, до получения Пандоры всё же успел надорваться – немного, но всё же. Сам не ощущал ничего такого, а вот на втором облике отразилось… Прежде белоснежные перья теперь выглядели будто обгоревшими по краешку. Самый кончик, зато каждого пера. Белый сокол перестал быть снежно-белым и теперь казался будто присыпанным пеплом. Вообще странно, что существо «от пламени» – и вдруг обгорело, но так уж получилось. Неудивительно, что друзья, столь ясно увидев следствия того надрыва, испугались. Пришлось убеждать сначала Младшего, а потом, уже через него, доносить всё то же самое до предначертанной. Конечно, это было небыстро пришлось как следует постараться, но в итоге они вроде бы поверили, что это не больно и вообще не ощущается. Просто вот такая особенность окраса теперь будет, да. Ничего страшного не произошло… По правде говоря, кое-что как раз-таки случилось. Сразу после превращения клинок доложил, что общий объём пламени уменьшился. Незначительно, на какие-то полпроцента, но всё же. Это он заметил ещё раньше, но только теперь озвучил владельцу. Причину прежнего молчания не объяснял, но по чувствам несложно было догадаться, что это было продиктовано беспокойством о хозяине. И с чего только взял, что это может расстроить? В любом случае было почти приятно. «Почти» – так как следующим, что он сказал было: «У меня для тебя есть ещё одна плохая новость», – причём таким напряжённом голосом, что не оставалось сомнений в серьёзности. Но на этом парень остановил оружие – все новости подождут. Они ведь никуда не денутся и с ними всё равно придётся разбираться… только не сейчас. Будь это что-то срочное клинок говорил бы по-другому, в другом тоне и другими словами, а значит, можно оставить на потом. Сейчас же… это время посвящено самым близким людям, какие только могут быть у обладателя второго облика и портить момент ещё какими-то новостями – не хотелось совершенно. Чтобы успокоить Аоко Сагуру пришлось ещё раз десять повторить, что это даже не ощущается, не больно и не опасно – разумеется, по просьбе Кайто. Только тогда девушка перестала орошать слезами изменившиеся перья второго облика своего предначертанного. Тот тоже успокаивал как мог – тихо курлыкал, обнимал крыльями… А она ерошила пушистые пёрышки на груди больше не белого сокола и пыталась оттереть будто испачканные кончики. И прикладывала столько усердия, что случайно вырвала одно из них. Бросилась извиняться… Чувствующий себя не в своей тарелке Младший продолжал озвучивать мысли связанного, мол, это ничего страшного и точно не повод для расстройства… Превращаться обратно и говорить всё это самому почему-то не хотелось, и парень решил позволить себе эту маленькую слабость. Вот так и получилось, хотел убедить, что в порядке, а вышло прямо противоположное… Закончив наслаждаться поглаживаниями, Кайто сменил облик на человеческий и с удивлением обнаружил, что перо в руках любимой не исчезло, а осталось таким же, как было. Аоко сразу сказала, что никому его не отдаст и обещала беречь как зеницу ока. Разумеется, никто и не думал его отбирать. Разве что только потрогать… Ощупав собственное перо – так-то они обычно на птичьем теле и ощущаются совсем по-другому – Кайто узнал, что оно весьма прочное ближе к концу, а у самого основания мягкий тёплый подпушек. Получается, его птица приспособлена для холодных мест и даже без пламени не замёрзла бы… Просто любопытное наблюдение, не имеющее особого смысла – всё равно животные и прочие существа, являющиеся вторыми обликами, не соответствовали действительно существующим животным. Любимая снова пообещала беречь пёрышко, глядя на него с нежностью и грустью, ведь кончик так и остался почерневшим, будто опалённым, безмолвно свидетельствуя о том, что его хозяину пришлось пережить. Кайто ещё раз сказал, что это не страшно и не больно, после чего заверил, что подарит столько своих перьев, сколько ей захочется. В ответ получил возмущённое: «Не вздумай!» зато предначертанная перестала грустить. На напоминание, что пёрышко нельзя никому показывать, девушка фыркнула, что всё понимает. Да, в этом мире точно нет таких птиц, у которых обычные пуховые перья могут быть такого размера. Вернувшись в надземную часть дома, всё же выпили чаю. Сагуру с Аоко говорили об изменении цвета перьев белого сокола и поминутно смотрели на «улику», лежащую здесь же, на столе. Хозяин дома наблюдал за этим с улыбкой и не мешал друзьям сбрасывать напряжение болтовнёй. Он-то знал, почему так получилось. Перья лишь выглядели обгоревшими, на деле же произошедшее не имело ничего общего с обычным сгоранием в пламени. Хотя, отчасти, если посмотреть с чуть другой стороны… Чёрные кончики были следствием выгорания, его видимым проявлением. Часть сути обладателя второго облика отмерла, сгорела в собственном огне, полностью истощившись и омертвев. Да, это неопасно – уже. Да, совсем немного и почти незаметно, но объём пламени сократился по той же причине. Всё это было следствием выгорания. Кайто пил чай, смотрел на своих самых важных людей и думал, что сделал бы и больше, чтобы они были живы и здоровы. Исчерпал бы себя до донышка, сгорел в собственном пламени целиком, отдав вообще всё, всего себя, всю свою силу и суть в придачу – поддержанию щита. Хорошо, что не пришлось, ведь тогда они бы грустили и страдали много сильнее, чем сейчас. Озвучивать такое точно не стоило. Друзья только-только успокоились относительно обугленных перьев. Пожалуй, говорить этого и вовсе не стоит. Достаточно знать, что, если потребуются силы, больше, чем есть – теперь он знает где их взять. «Это может восстановиться со временем» – произнёс, когда эти двое снова вернулись к грустному и теперь сидели в печальном, будто траурном молчании. Эти новости сразу подняли им настроение и парень снова улыбнулся. «Главное, что мой сокол, даже припорошенный пеплом, по-прежнему вам нравится», – заметил лукаво, в ответ на что получил ожидаемые горячие заверения в том, что это никогда не изменится. Посидев ещё какое-то время и поговорив обо всём на свете – наконец-то они перерастали думать только об одном – разошлись. Пусть вчера чуть не случился конец света, но не случился же! А значит, жизнь продолжается в прежнем ритме. И одного выходного всем хватит, чтобы прийти в себя – решило правительство, уже завтра все должны вернуться к обычным занятиям. Взрослые – на работу, ученики – в школы и институты… а там и экзамены не за горами. Всем требовалось освежить знания, а то, казалось, что за эти пару дней несколько месяцев прошло – столько всего успело случиться. Провожая друзей, Кайто со спокойной совестью махал им рукой на прощание. Ведь слова о том, что обгоревшее может восстановиться, не были ложью в полном смысле этого слова. Даже кинжал, казалось, знающий всё о пламени работе с ним, не мог точно сказать. Требовалось длительное наблюдение – но в любом случае быстро это не будет. Но вероятность восстановления всё же существовала. Удивительно, что «почти-обмана» не заметил Сагуру. Наверное, тоже расслабился и перестал столь тщательно прислушиваться к чувствам связанного. – Теперь говори, что ты там такое нашёл, какую проблему? – обратился к оружию, оставшись в одиночестве. – Видишь ли, когда твоё пламя оказалось за пределами атмосферы и контактировало с солнечным ветром, – до странного осторожно начал клинок. – Кроме Пандоры в него попало ещё кое-что… – Не тяни. Что там такого страшного, что ты так себя ведёшь? – искренне недоумевал парень. – Ты болен, Кайто. – кинжал произнёс это очень осторожно и мягко, будто боялся излишне бурного отклика. Злость действительно появилась, но быстро схлынула. Да и была она направлена на эти вот странные промедления, а не на саму новость. – И чего тянул? – только это ещё вызывало вопросы. – А ты не заметил, что у тебя с эмоциональным фоном происходит? – вопросил клинок и сам же принялся отвечать: – Помнишь, как разозлился на того церковника, Гредора? Ты ещё чуть удивился тогда, откуда, мол, столько эмоций. Объяснил себе редкой возможностью выговориться… А на деле их и правда было больше положенного для вашего вида. Это следствие болезни. – Обладатели второго облика не болеют… – озвучил Кайто и так известную истину, причём известную и оружию тоже. Но, раз об этом всё же сказали, значит… оттого и окончание получилось смазанным. – Как видишь, это не совсем так. Ваши тела способны справиться и «переварить» любую человеческую инфекцию, вирус или бактерию, да. Но только в пределах этого мира. Ты же умудрился подхватить иномирную заразу, прилетевшую с солнечным ветром. – Сагуру!.. – подскочил, только усевшись от таких новостей. Первое, о чём подумал, так это о безопасности друга, тоже контактировавшего с солнечным ветром. – Спокойно, твоему Младшему ничего не грозит. – настойчиво произнёс клинок. Парень выдохнул и упал обратно в кресло. Если оружие что-то говорит, значит так и есть. Но оно тоже может чего-то не знать, оттого остаточное напряжение сохранялось. – Он человек, а на людей эта гадость, как оказалось, не распространяется. Только вы. – Кто ещё заражён? – прикрыл глаза парень, понимая, что «только вы» было сказано как раз об этом. Намеренно во множественном числе, давая понять, что не только ему досталось. – Полагаю, все напрямую контактировавшие пламенем с солнечны ветром. – как ни в чём ни бывало отозвался клинок. Захотелось его ударить, злость на то что он столько времени молчал о таких важных вещах плеснула через край… – Хватить думать обо мне так плохо! – тут же откликнулся кинжал. – Я только узнал. Тогда лишь замерил и оставил себе пометку о странностях, но только после твоего превращения… Я даже подумать не мог, что это следствие какой-то болезни! – Допустим. – смирил гнев парень, теперь уже понимая, что это не его собственные чувства, а следствие болезни. Или болезнь лишь усилила и так испытываемое? И люди так живут постоянно? Жуть какая. – Что делать дальше? – Жить. – снова с удивительной в подобных обстоятельствах легкомысленностью ответил клинок. А ощутив вспышку раздражения владельца воскликнул: – Я правда не знаю! Не сталкивался с таким. Единственное, чем я могу помочь, вернее, утешить, так это сказать, что эта болезнь… судя по тому, что я сейчас вижу, увидел в твоём втором облике… она не смертельна. – вставил уточнение, чтобы потом не обвинили в умалчивании, а то и намеренной лжи? Кайто мысленно извинился и постарался взять себя в руки. – А что насчёт остальных? – уточнил, подумав, что его самого зачищает кинжал, а на вооружении имеется Пандора, так еще и собранный мощный огонь, который наверняка тоже играет не последнюю роль в сопротивлении заразе. - Ты думаешь неверно. – вздохнуло оружие. – Несмертельно для всех представителей вашего вида, а не только для тебя. Правда, только при соблюдении некоторых условий… – Каких? – едва сдерживаясь уточнил парень. Эти паузы в речи клинка уже не просто раздражали, а откровенно бесили! – Только не злись. – сказал кинжал и сразу понял, что это не помогает. Потому всё же ответил: – Я не знаю. Нужно время, чтобы эта гадость развилась и тогда… – А вдруг окажется, что… – заговорил о своём на данный момент главном страхе Кайто. Страхе, что из-за его решения, из-за того, что он захотел привлечь к делу сородичей, кто-нибудь пострадает. Со щитом получилось принять весь удар на себя, а тут… – Нет, это я тебе гарантирую. – перебил кинжал. Уверенно, даже жёстко. Знал какие мысли бродят в голове владельца и поспешил их разбить. – Есть условие при соблюдении которого всё обойдётся. – Ладно, еще плохие новости будут? – оставив в покое тот вопрос, с долей недовольствие уточнил Кайто. всё равно уже ничего не сделать, всё есть так как есть и иначе уже не станет. – Плохие – нет. кончились. – позволил себе усмешку клинок. – Зато есть хорошая. Все участники щита получили этой заразы соответственно тому, сколько площади закрывало их пламя, то есть тебе досталось больше всех. Ещё скажу, что эта штука развивается тем быстрее, чем сильнее огонь, то есть, чем более подходящая среда… Честно, это нечто! Я даже не до конца понимаю природу этого… чего-то! – сорвался на восхищение кинжал. Було бы чему так радоваться… – Увидел только когда ты превратился, так оно совсем незаметно даже для меня. – Потрясающе. – без радости отозвался парень. – Так, значит, я заболею быстрее всех? – что тут хорошего спрашивать не стал. И так объяснят. И, похоже привычное спокойствие возвращалось. Значит, это будет происходить волнами, ослабление-усиление эмоций и нужно просто следить за этим и за собой, чтобы не натворить глупостей, о которых потом будешь жалеть. – Не только заболеешь, но и выздоровеешь! – обрадовал, впервые за этот разговор по-настоящему обрадовал клинок. – А потом сможешь рассказать всем, что нужно делать, чтобы справиться с заразой. Не хочешь подумать над названием? – Как-то не до того, знаешь ли. – отозвался язвительно. Чуть подумав, добавил: – Никто не должен узнать. – Я могу отслеживать перемены в твоих чувствах и предупреждать, когда они… так скажем, не совсем твои. – предложило оружие и парень сразу согласился. – Да, предупреждай пожалуйста, а то… – даже не сразу смог формулировать, чего именно опасался. – Чтобы не случилось ничего… лишнего. – Мне несложно. Только вот… может тебе ещё у кого-нибудь спросить? – У кого например? – Например, у Акако. – резонно заметил клинок. – Она может что-то знать. Хоть с точки зрения науки и логики никакие «предсказания» невозможны, но… она часто знает то, чего не знаем мы, это я не могу отрицать. – это была отличная мысль и парень сразу достал телефон, чтобы набрать номер ведьмы, но наткнулся на автоответчик, где она в своём стиле говорила, что занята и просила не беспокоить. – Завтра в школе её увижу. – ничуть не расстроился из-за невозможности связаться. Это же Акако, сия особа вечно с какими-то своими заморочками, все с ней знакомые уже давно смирились, ибо бороться с этим невозможно. – Кстати, сколько у меня времени? – спохватился. – Я же правильно понимаю, что ещё не болею в полном смысле этого слова? – Всё верно. – подтвердил кинжал. – Навскидку, у тебя около недели, может, немного меньше. И лучше бы закончить все более-менее срочные дела. Я не знаю, что тебя ждёт и как долго продлится. Просто… подготовься по возможности. – Так и собирался сделать. – подвёл итог Кайто и поднялся с кресла, в котором предавался раздумьям и Внутренним разговорам. В голове уже появились намётки того, что требовалось сделать.