Преданные души.

      Утро следующего дня началось в привычной обыденности. Сьерра отправлялась на охоту, а Луп ещё спал. Хант, в это время, уже проводил осмотр окрестностей. Жара всё ещё была, но они уже привыкли к ней. Сьерра шла вдоль стонущих от жажды деревьев, сухие листья хрустели под её лапами, а ветер местами усиливался, но вскоре совсем перестал сдувать зной. Сьерра спустилась к реке, чтобы немного освежиться. Бурная река всегда перемешивала свои воды, от чего она было холодной. Бушующие волны ударялись об скалы и поливали брызгами берега. Растительность вдоль реки почти не чувствовала засухи и была заметно зеленее. Собака вышла на каменистый берег и подошла к воде. Она умылась холодной водой и уже собиралась уходить, как вдруг, одна из волн ударилась о камни, на которых стояла Сьерра. Ледяная вода окатила её с лап до головы. Она быстро отпрыгнула от реки и отряхнулась. В честь этой реки, была названа стая волков, когда то проживающая здесь. Возможно, предки Ханта недовольны его связью с собакой, поэтому, через реку, показывали своё недовольство. В этот день, течение реки было очень сильным, намного сильнее, чем в прошлые дни. Конечно, Сьерра не была суеверной, и поэтому мыслей об этом у неё и в помине не было, в отличие от Ханта.       Хант возвращался с осмотра территории. Он держал в зубах множество полевых цветов. От жары, те были не очень красивы, но других найти ему не удалось. Деревья будто расступались перед санитаром леса. Всё здесь было ему родное и знакомое. Вот сестрицы берёзки растущие в кругу, будто водят хороводы. Вот тополя высокие, как худые великаны. На берегу росла одинокая ива, вечно облачённая в траурную тюль. Хант знал почти каждое дерево на территории его стаи и прекрасно ориентировался в лесу. Волк нёс цветы на кладбище стаи, на котором были похоронены все, кого он знал. Будучи волчонком, он сам рыл могилы и хоронил своих родных. В то время, он уже был знаком с собакой, которая в будущем бросила его, но помощи от неё он не получал. Волчонком, он смог похоронить только своих братьев и сестёр, а также и родителей. Когда он подрос, он похоронил останки всех остальных членов его стаи. Зайдя на поляну с многочисленными холмиками, волк стал раскладывать цветы на могилки. Цветов хватило как раз на все могилы на этом кладбище, но не хватило на могилу где похоронены его родители, братья и сёстры. Его мать, главная волчица стаи, любила васильки, которые росли на поляне, недалеко от реки. Хант помнил, как его отец, вожак стаи, приносил эти цветы ей. Волк ещё некоторое время сидел возле могилы, но потом ушёл за цветами. Пока он шёл, лес шептал ему об опасности. Хант остановился послушать. Он слышал, как в лесу звери неестественно переполошились. Из-за жары, многие животные начали конкурировать за воду, поэтому подобные случаи не редкость. Волку стали мерещатся голоса его предков, которые просили его не совершать ошибки. Хант услышал их, но не понял, что к чему, хотя, он догадывался о чём шла речь. Хант верил в то, что умершие предки следят за живыми и предупреждают об опасности. Сейчас же, они наверняка недовольны тем, что у него были чувства к виду, который истребил его стаю. Это было больно слышать, ведь он любил её, но против семьи не пойдёшь, хоть они и были все мертвы.       Подходя к реке, он увидел Сьерру, которая отряхивалась от воды. Её шерсть ярко блестела на палящем солнце. Собака выпрямилась и потянулась показывая всю свою красоту и изящество. Хант смотрел на неё безотрывно, и любовался ей. Он был так рад, что встретил именно её. Больше всего, он любил в ней бескорыстность и заботу. То, как она всеми силами защищает совершенно чужого детёныша, да к тому же не её вида, заставляет Ханта испытывать к ней чувства. Волк не стал прятаться и наблюдать из тени. Он вышел к ней, чтобы просто поздороваться, ведь они дали друг другу слово, что больше не будут проявлять чувства, но от любви никуда не денешься.       Хант вышел из глубины леса, и Сьерра его сразу заметила. Огромный чёрный волк, с густой красивой шерстью. Когда она впервые увидела его, то была впечатлена его телосложению. Теперь, зная его, она была влюблена в его душу. Благородство и честь для него были на первом месте. Он заботился о ближнем и имел доброе сердце. За это, она его и полюбила. На миг, Сьерра перестала слышать шум воды. Она видела только его, и никого больше. Волк подошёл к ней, и её сердце забилось быстрее. Она вспомнила обещание, которое они дали друг другу ночью, поэтому держала себя в руках. Однако, любовь не удержишь. — «Привет.» — улыбнувшись, сказал Хант. — «Привет.» — улыбнулась в ответ Сьерра. — «Ты купалась?» — Хант начал нервничать, от чего задал глупый вопрос. — «А, река слишком сильная, ты не могла купаться.» — «Да, меня просто облило брызгами.» — ответила Сьерра. — «А ты уже провёл осмотр территории?» — «Да, я за цветами пришёл.» — ответил Хант, и его голос стал более грустным. — «Хочу отнести матери её любимые цветы.» — «Хочешь, я могу помочь их найти.» — предложила помощь Сьерра, она тоже погрустнела, когда услышала его слова. — «Нет, спасибо, но не стоит, я знаю где они растут.» — ответил Хант. — «К тому же, тебе нужно охотиться, Луп уже проснулся?» — «Когда я ушла, он ещё спал.» — ответила Сьерра. — «Ну, тогда я зайду за ним на обратном пути, хорошо?» — спросил Хант. — «Да, да, будет хорошо.» — ответила Сьерра и ещё раз улыбнулась. — «Спасибо, что учишь его, теперь, я хотя бы говорить с ним могу.» — «Не за что.» — Хант тоже улыбнулся ей. — «Ладно, мне нужно идти.» — «Хорошо, скоро увидимся.» — Сьерра смотрела, как Хант уходил. — «Да, скоро увидимся.» — обернувшись, попрощался волк, и ушёл.       Пара минут вместе, казались дивными мгновениями, это лишь усилило их чувства. Они ставят свои отношения между непробиваемой дверью, хоть они оба имеют ключи от этой двери, им страшно открыть её…       Луп проснулся один в норе. Мягкая подстилка из хвороста не давала от неё оторваться, но вставать всё равно нужно. Хант обычно в это время заходил за ним, чтобы отвести в главное логово, и там обучать его языку. Луп уже мог говорить и самостоятельно учиться у других носителей языка, но из просителей была только Сьерра, а она половину дня была на охоте. В эту половину, волчонок был с взрослым собратом. Остальную часть дня, волчонок игрался на поляне с одуванчиками, и бегал за бабочками. Сьерра всегда охотилась неподалёку, да и Хант всегда был где-то рядом. Они вдвоём присматривали за малышом, но не показывались ему, чтобы он чувствовал себя более самостоятельным. Сейчас же, сладко зевнув, волчонок вышел на улицу, чтобы посмотреть, не идёт ли его учитель. Волчонку нравилось учиться и проводить время с Хантом. Он был ему как добрый наставник и заботливый друг. Хант всегда мог поиграть с ним, а иногда дать погрызть косточку или поделиться едой. Да, как волк, который имеет негативный опыт в жизни, он бывает не в настроении, но никогда не обижает малыша. Ещё, Сьерра тоже бывает не в настроении, и она может в шутку дать подзатыльник, если Луп чего-нибудь натворит. Однако, по сравнению с его родной стаей, эти двое стали ему самыми близкими. Луп очень сильно хотел, чтобы Хант и Сьерра стали ему родителями, и когда он увидел их поцелуй ночью, его желания стали более реальней. Живя в родной стае, он мог видеть любовь только со стороны, к нему это чувство не проявлялось. Он много раз видел, как волчица заботилась об волчатах, а волки обучали их охоте и другим навыкам. Луп до сих пор не понимал, что же в нём не так, что все в стае над ним издевались.       Волчонок услышал шаги со стороны леса, посмотрев в ту сторону, он увидел волка. Хант зашёл за ним, чтобы позвать на занятие. Он нёс в зубах букетик из синих цветов. Показав жестом «Идём», они вдвоём пошли в сторону главного логова. Хант всю дорогу молчал, у него был очень серьёзный, и одновременно печальный вид. Луп шёл за ним, и чувствовал эмоции волка, поэтому старался не отставать и не докучать ему. В лесу была странная неразбериха. Птицы стаями улетали из леса, а мелкие животные суетились в кустах и зарослях. Волчонок не понимал, что происходит в лесу, но спросить у Ханта он не отважился. Сам волк закрывал глаза на это, считая, что всё это происходит по воли душ умерших предков. Они дошли до опушки леса, где и было главное логово. Хант сказал волчонку подняться в пещеру, а сам зашёл за скалу, чтобы положить цветы. Волк аккуратно положил букет на холмик и сам сел рядом. «Я не могу жить без неё, когда её нет, я мне трудно уснуть, прошу, дайте мне возможность любить её.» — тихо прошептал волк над могилой. «Я готов пройти любое испытание, что вы мне дадите, только позвольте быть рядом с ней. Дайте знак, если слышите меня.» — сказал Хант и стал ждать ответа. Долго ждать не пришлось, позади него, с дерева упала большая сухая ветка, которая с треском разлетелась в щепки. Хант посмотрел назад, когда услышал треск, и потом встал и направился к волчонку. «Надеюсь, вы позволите мне.» — прошептал волк уходя от могилы. В его сердце была тоска. Он уважал всех членов своей стаи и не мог идти против их воли, особенно против родителей. Хант надеялся, что родители позволят ему свободно любить Сьерру. До этого, он каждый раз, при встрече с ней, испытывал страх и вину перед стаей, что он таким образом предавал их. Он считал, что эти чувства насылают ему его предки, которые недовольны его привязанностью к врагу. Хант молча поднялся в пещеру, где его ждал Луп. Через час, Сьерра принесла добычу к ним. Увидев её, сердце волка снова начало биться быстрее. Они снова встретились взглядами, но им пришлось быстро расстаться, когда Сьерра повела волчонка обратно в нору. Уходя, она обернулась посмотреть на своего возлюбленного, и улыбнулась ему, перед тем как уйти.       Луп шёл за Сьеррой и снова почувствовал негативные эмоции. Сьерра тоже была не в настроении и больше в грусти. — «Сьерра…» — позвал её Луп. — «Что?» — Сьерра остановилась и обернулась к волчонку. — «Почему ты грустишь?» — «Не волнуйся, всё хорошо.» — ответила Сьерра и показала волчонку улыбку. — «Я вовсе не грущу.» — «Ты любишь Ханта?» — спросил волчонок, от чего Сьерре стало ещё грустнее. — «Да…» — вздохнув, ответила она, но решила сменить тему. — «Тебе ведь он тоже нравиться?» — «Да! Конечно! Он самый лучший волк, которого я видел в своей жизни.» — радостно ответил малыш, но потом тоже опустил голову. — «А я много волков видел…» Сьерра погладила его по головке. — «Ты и Хант мои самые любимые волки.» — с любовью сказала Сьерра. — «Я так рада, что встретила вас.» — «Ты спасла нам жизнь, я так люблю тебя!» — волчонок подбежал к собаке и обнял её. — «Я тоже люблю тебя.» — весело посмеялась Сьерра и обняла его в ответ. — «Обоих люблю.»       Волчонок прижался к её шерсти, он так не хотел, чтобы они мучали себя чувствами и были счастливы вместе. — «Я хочу, чтобы вы стали моими родителями.» — вдруг сказал волчонок. — «О, да? Ну…» — Сьерра слегка растерялась и покраснела. — «Я надеюсь, что скоро это случится.»       После разговора, они продолжили идти к своей норе. Неожиданно, перед ними пробежал молодой олень, будто убегая от чего-то. За ним бежали и другие звери. Сьерра сильно насторожилась и волчонок тоже испугался. Вскоре, Сьерра принюхалась и почувствовала запах дыма. По её телу пробежали мурашки, она сразу поняла, что происходит что-то страшное. Видя, с какой стороны бегут звери, ей стало ещё страшнее, ведь в той стороне было главное логово, и Хант был в нём. Без обоняния, он узнает об опасности, только когда она настигнет его. Сердце бешено забилось от страха, от переживаний, у Сьерры началась паника. Она хотела рвануть в сторону своей любви, но вовремя вспомнила о волчонке. Малыш дрожал от страха и вцепился ей в лапу. Сьерра чувствовала, как быстро бьётся его сердце, и ей самой становилось хуже. На мгновение ей стало трудно дышать, а в ушах появился звон. Она почувствовала сильное давление со всех сторон, будто её закрыли в маленькой клетке. Сьерра снова почувствовала беспомощность. Она снова оказалась в лаборатории, где над ней проводились опыты. Головокружение мешало ей стоять на лапах, но она не могла ни сесть, ни лечь. Её парализовало, она ничего не могла сделать, и так бы и простояла, если бы её не окликнули. Волчонок начал жалобно скулить и звать её. Сьерра услышала его и пришла в себя, благодаря чему, смогла мыслить здраво. Ей нужно было бежать, но как быть с Лупом? Его нельзя оставлять одного, и с собой брать опасно. Сьерра глубоко вздохнула, чтобы окончательно успокоится, и взяла волчонка в пасть, чтобы он не отставал. Они вдвоём помчались к Ханту, огонь к которому, был всё ближе и ближе.