Надежда, что не умирает

Несколько дней плавно превратились в неделю. Неделя перетекла в месяц. В свою очередь месяц незаметно стал годом… После вечности, проведенной вместе, не хватит и целой смертной жизни. Его существование подобно яркой вспышке, что сразу же гаснет. Тело постепенно слабеет — медленно, но верно. Это неотвратимо. Вечерами свет в их доме исходил от тусклой свечи и далеких звезд. Ши Цинсюаню нравилось искать разные созвездия и сразу же сообщать об этом своему сожителю. Когда-то они вместе были на небесах. Так близко к этим звездам. Однако главное — вместе. Мир не был важен. В полуразрушенном доме зимой было холодно, так что приходилось вдвоем укрываться одним пледом и сидеть рядышком, прижавшись друг к другу. В такие моменты Ши Цинсюань клал голову ему на плечо, рассказывая о всякой ерунде, но Хэ Сюаню было неважно, о чем тот говорит. Лишь бы просто быть рядом, чувствовать чужую жизнь и слышать его веселый голос. Давать односложные ответы, думая о чем-то своем. Смотреть на хлопья снега за окном, насквозь подсвечиваемые уличными фонариками. Каждый день причинял невыносимую боль. Душа разрывалась на части, чувство времени перестало существовать. Он жил, смотря в эти искренние светлые глаза. Впитывал в себя все его жесты и движения, не пропуская ни одного. Хэ Сюань боялся думать о будущем. Хотелось застрять в бесконечном цикле настоящего. Забыться в этих мгновениях. Настоящее счастье познается путем страданий. Не зная плохого, невозможно дать определение хорошему. Но счастье — лишь тонкие нити на широком полотне. Вокруг них вышито множество других узоров. В некоторых местах ткань порвана. Одного никогда не дано. Приходилось вместе ходить на рынок и покупать подходящую под сезон недорогую одежду. По очереди готовить еду. Ши Цинсюань каждый раз жаловался на то, что у его друга получается гораздо лучше, как бы он сам ни старался. Еще нужно было распределять обычные дела по дому. Хэ Сюань послушно протирал пыльные полы, тем временем как хозяин дома старательно мыл совсем немногочисленную посуду и был во всем моральной поддержкой. Они никогда не ссорились, даже по пустякам. Ведь Хэ Сюань соглашался с ним во всем. Ни разу не учитывал собственного мнения, полностью отдав себя в его распоряжение. Однако Ши Цинсюань совсем этим преимуществом не пользовался, тоже подстраиваясь под него. Этот человек всегда ценил чужое мнение выше своего. Незаметно наступила летняя пора, вокруг, заливаясь, пели птицы. В полях расцвело множество разноцветных цветов, где часто после утренних дождей образовывался туман. Эти поля занимали обширную территорию, а рядом находились дремучие леса, которые всегда были видны даже издалека. Ши Цинсюань часто утаскивал его туда. Сидя на траве, вплетал в длинные волосы крохотные голубые цветы, так сильно похожие на капли воды. Обман не причинит этому человеку никакого зла. Просто поможет жить дальше. Прожить счастливую жизнь, которую тот заслужил, и спокойно исчезнуть из мира. Навсегда. Одним днем Ши Цинсюань попросил заплести ему волосы. В любую прическу, которую Хэ Сюань пожелает. Он на несколько минут задумался. Решил, что это определенно должно быть что-то милое и несерьезное. Нечто, что отражает его душу. Что дополняет счастье в веселых глазах и бесконечную жизнерадостность. Показывает его искренность. Он медленно проводил ладонью по его волосам. Закручивал, слушая недовольное фырканье, при этом сам улыбаясь. Делал то же самое, что когда-то делал ему Ши Цинсюань. Ведь настоящее — отражение прошлого. Легко гладил и неторопливо расчесывал. Отделял одну прядь от другой, подолгу любуясь их красотой. Пропускал их между пальцами, затем зажимая, чтобы едва уловимо поцеловать. Даже самый дорогой шелк не шел ни в какое сравнение с его волосами. Ши Цинсюань довольно хихикал, изредка издавая болезненные звуки. Тогда пальцы становились еще нежнее, почти не касались. После чего тот громко смеялся и говорил, что с такой заботой он разучится жить. Когда Хэ Сюань закончил заплетать ему косички, его друг сразу же резко подскочил, чуть не свалившись на пол. Но его спину успели обвить чужие крепкие руки, сильно прижимая к себе. Хэ Сюань хрипло прошептал ему на ухо, что больше никогда не позволит упасть. Стискивал его плечи, целовал бледную шею. Развернул его лицо к себе, заключая в тягучий глубокий поцелуй. Облизывал уголки губ, слегка прикусывая. Слушал чужие рваные выдохи, когда проводил языком по острым ключицам. Вел кривые линии по чужой груди холодной рукой. Обнимал, не желая отпускать. Его тут же обнимали в ответ, еще крепче. Не переставал гладить по голове и целовать его алые щеки. Желал оставаться в этом мгновении вечно. Существование не имело смысла без этого человека. Окружающие цвета становятся красочными лишь при его присутствии. Губы неконтролируемо расползаются в беззаботной улыбке только с ним. Ясное голубое небо над ними кажется прекрасным в отражении его больших глаз. Тепло окутывает при тесных объятиях. Холодно, когда он остается один. Но они почти всегда вместе, так что Хэ Сюань забывает об этом понятии. Помнит лишь разделенную радость и счастье. Бушующее море внутри впервые стало затишьем. Все мысли вращались вокруг его любви, заставляя на время забыть прошлые терзания. Он не будет думать о будущем, пока оно не наступит. Эти времена навсегда останутся в его памяти и запечатаются сильнейшим заклинанием. Это заклинание зовется надеждой.