Безумие, которого мы жаждем

Аврора

Я наблюдала, как Джоанна стояла рядом с Дарио возле его машины и что-то рассказывала. Иногда она будто бы случайно касалась его груди или руки, после чего смеялась своим неприятным смехом. Дарио не обращал на это внимания, кивал на её слова и внимательно слушал. Однако он также время от времени поглядывал на меня. Возможно, чтобы убедиться, что я наблюдаю за ними. Смотрю, доволен? Это сложно не увидеть. Триумф от победы в гонке быстро прошел, когда я заметила это зрелище. Гонка прошла довольно напряженно из-за внезапного ветра, который поднял всю пыль на земле. Несмотря на это, я выиграла. Я знаю эту дорогу наизусть и не зря училась водить именно здесь. Поэтому моя победа была ожидаемой. Вся собравшаяся толпа поздравляла меня, возбужденно крича. Они продолжили свои танцы и пьянство у костра. — Перестань на него пялиться, — грозно произнес Алессио, который сидит рядом на отдельном раскладном кресле. — Отвали, — прошипела я в ответ, продолжая наблюдать. В моей руке пластиковый стакан с алкоголем, и, честно говоря, я даже не знаю, что именно я пью. Я стараюсь держаться подальше от Адамо и Динары, которые обычно контролируют ситуацию, но, к счастью, их сейчас не видно. Я пытаюсь сдержаться и не подходить к Джоанне, чтобы высказать ей своё недовольство, потому что это может привести к нежелательным последствиям. Здесь все, все за нами наблюдают. Поэтому мне остаётся только пить обжигающую жидкость, которая с каждой секундой затуманивает мой разум. Обычно мы с Алессио не разговариваем так друг с другом. Но сегодня особенный день. Его глаза горят, и он не отходит от меня ни на шаг. — Иди к Джоанне, — говорю я уверенно, не спрашивая. Правый глаз Алессио слегка подергивается, и я понимаю, что он раздражен. — Хочешь, чтобы твоя соперница ушла? Нет, мне и здесь хорошо, — раздраженно отвечает он, откидываясь на спинку. — Конец между вами — это к лучшему. — Разве я спрашивала твоего мнения? — Ты слышишь правду, которую и сама подсознательно понимаешь, но просто отрицаешь. — Перестань вести себя как заботливый старший брат. — Я считаю тебя сестрой и действительно о тебе забочусь, — в его голосе слышится обида. — Теперь я скажу. Перестань вести себя, как стерва, и послушай. Дарио только притворяется хорошим, бедным мальчиком. Но он совершенно другой. Я допиваю свой напиток и, услышав его слова, морщусь и закатываю глаза. Кажется, это виски, но, к сожалению, самый худший из всех, что я пробовал. Тянусь за бутылкой, которая стоит на земле, и добавляю ещё немного в свой стакан. Затем делаю большой глоток, который обжигает горло. — С каких пор ты стала пить? — спросил он, внимательно глядя на меня. — Мы можем не разговаривать? Алессио хмыкнул и отвернулся, обратив свой взор на людей, собравшихся вокруг костра. Джоанна нежно касается руки Дарио, и его взгляд следует за ее движением. Он не отталкивает ее, а просто стоит рядом, словно насмехаясь надо мной. Он знает, что я наблюдаю за ними. Я никогда не думала, что он способен на такое. Это стало для меня неожиданностью. И мне совсем не нравится, что я вижу. — Веселитесь? — рядом с нами на такое же кресло опускается Невио, и на его лице отражается скука. Мы оба киваем, но, возможно, по моему лицу заметно, что сейчас мне не до веселья. Как и по Алессио, который выглядит крайне недовольным, раздражённым и стремящимся как можно скорее покинуть это место. — Похоже, мы все веселимся одинаково, — устало произносит Невио, берёт в руки бутылку и внимательно её рассматривает. — Наша принцесса теперь взрослая и может пить? — с насмешкой говорит он, покачивая головой, и наливает себе. Я хмыкаю, чувствуя, как напряжение ещё больше сковывает мое тело из-за его прибывания рядом. Его присутствие здесь не делает ситуацию легче. Сегодня я собиралась отпустить все свои мысли и действительно хотела забыть о Дарио и Невио. Но что в итоге? Они оба здесь. Один далеко, но я могу видеть его, и мне известно, где он и с кем. А другой рядом, словно напоминает мне о своём существовании, хотя я и так помню о нём. Я стараюсь избавиться от этих мыслей, но с годами они не исчезают. — О, Джоанна не теряет времени зря, — усмехнулся Невио, глядя на них. — Ревность не просыпается, кузен? — Мне всё равно. — Это хорошо. Алессио внимательно наблюдает за мной, не упуская ни одного моего движения, и я удивляюсь, как Невио этого не замечает. Он расслабленно сидит в кресле, словно хозяин этого места. Все взгляды устремлены на них с Алессио, и люди шепчутся: «Младшие Фальконе». Это вызывает у них раздражение. Поэтому они редко появляются здесь. Чаще всего они проводят время вместе в других местах, где не сталкиваются с назойливым вниманием. Я также замечаю Сайласа и Николо, которые беседуют рядом с Карлой. Они находятся возле палатки, в которой по-прежнему спит Киллиан. Теперь я понимаю, почему он так много пил. Чтобы заглушить мысли, которые постоянно возникают в голове. В его случае это были мысли об Арианне, но в моей ситуации всё гораздо сложнее. И я сама виновата в том, что оказалась в таком положении. Джоанна что-то шепчет Дарио на ухо, прижимаясь к нему как можно ближе. Но, опять же, он её не отталкивает. Он смотрит в мою сторону и на Невио, который сидит рядом со мной и наблюдает за толпой с пустым взглядом. Дарио наказывает меня так? Забавляется? Или он так пытается доказать мне, что может быстро идти дальше после всего? Мне это надоело. — Хочу спать, — стараюсь медленно встать, потому что голова немного кружится. Невио осторожно взял меня за локоть. Его брови были нахмурены, но глаза по-прежнему оставались безмятежными. — Давай провожу тебя до палатки, — предложил он, уже намереваясь встать. Я остановила его, подняв руку. — Не стоит, я могу дойти сама, — с легкой улыбкой произнесла я, но он сразу же заметил её и, кивнув, сел обратно. Я проигнорировала суровый взгляд Алессио и направилась к своей палатке, которая находилась в южном конце лагеря. Раньше я бы с радостью приняла предложение Невио, чтобы провести с ним хоть немного времени. Однако сейчас я чувствую такую усталость от этих чувств и от голоса внутри меня, который постоянно повторяет его имя или шепчет его, словно молясь Богу. Чувствую себя настолько слабой от всего этого. Я пила алкоголь только дважды в жизни: на вечеринке Дарио и сегодня. Оба раза это было связано с моими противоречивыми чувствами к этим двум людям. Я металась и совершала необдуманные поступки, что совершенно на меня не похоже. Обычно я тщательно планирую свои действия. Связь с Дарио возникла из-за боли, которую я испытывала из-за чувств к Невио. Я не жалею о том, что так вышло. В то время я думала, что это лучшее решение, но теперь я чувствую себя как белка в колесе. Чувства к Невио не пропали. А ещё и появилась чертова привязанность к Дарио. Собственническая, эгоистичная привязанность. Я подхожу к своей палатке, которую выбрала еще днем. Здесь не так много света от уличных фонарей, чему я очень рада, потому что яркий свет — это боль для моих глаз. — Тебе понравилось? — раздается хриплый голос Дарио у меня за спиной. С трудом я поворачиваюсь к нему, чтобы увидеть его лицо. Он выглядит уставшим, но в то же время злым. Его глаза сужены, и он пристально смотрит на меня с напряжением. В его руке зажата стеклянная бутылка, из которой он делает несколько глотков. — Что именно? — спрашиваю его с ледяным спокойствием. — Я и она. Мне кажется, мы были бы прекрасной парой. Алкогольная пелена рассеивается, и я ощущаю, как во мне поднимается ослепляющая ярость. Я словно пылаю от гнева, медленно приближаясь к нему и с силой отталкивая его. Он отшатывается, и на его губах появляется мрачная ухмылка, которую я никогда раньше не видела. — Что ты только что сказал? — Ты слышала, или мне повторить,белая роза? Это прозвище звучало язвительно и насмешливо. — Тебе было неприятно это видеть, не так ли? — его голос полон яда. — Хотя ты не испытываешь такой боли, как я, когда думаю о твоих чувствах к этому гребаному Фальконе. Это совершенно несравнимо, — рука Дарио крепко сжимает мою, когда я снова хочу его оттолкнуть. — Ты уже была с ним? — Заткнись, — говорю я холодно, пытаясь освободить свою руку. — Если ты была с ним, то, возможно, мне стоит пойти к Джоанне и переспать с ней. Ты так не думаешь? Мне кажется, это будет неплохо, — он хватает меня за другую руку, когда я пытаюсь ударить его. Мои глаза наполняются красным светом, который ослепляет и не даёт нормально дышать. Я царапаю ногтями его руки, стараясь оттолкнуть, но он крепко держит меня, не сводя с меня яростного взгляда. — Тебе неприятно? — его голос понижается. — Тебе больно? — он переходит на шепот. Я чувствую, как ломаюсь под его взглядом, который смотрит на меня так пристально, словно хочет поймать каждую мою эмоцию. — Да, — тихо произношу я, и это звучит так вымученно, устало. — Мне тоже... Он притягивает меня к себе с невероятной силой. Дарио крепко держит меня, когда мы почти вваливаемся в палатку. Его рука путешествует по моему бедру и тянется к пуговице на шортах, расстегивая их и снимая вместе с трусиками. — Мне очень больно, — его дыхание обжигает мою шею. Дарио опускает меня на надувной матрас, медленно скользя надо мной, чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Его глаза все еще пылают яростью, и в каждом движении ощущается гнев. Он тянет мой топ, и мне ничего не остается, как снять его и отбросить в сторону. Рукой он цепляет ткань своей футболки за спиной и сразу стягивает ее с себя, после Дарио снимает с себя джинсы вместе с боксерами. —Тыпричиняешь мне боль, — шепчет он мне в ухо, отчего я дрожу. Одним пальцем он нащупывает мой клитор и у меня вырывается хныканья от этих ощущений. — Но знаешь, что доставляет мне наибольшее удовольствие? — его палец все еще играет с моим клитором. — Осознание того, что твой первый раз и другие наши моменты принадлежат мне, а не ему. Невио Фальконе никогда этого не получит, — с мрачной улыбкой произнес он, открывая упаковку презерватива и надевая его. Дарио никогда так не разговаривал, не был пропитан злобой. И от того, что я довела его до такого состояния, у меня неприятно колит в груди. Его руки сжимают мою талию, и его тело прижимается к моему. Затем я чувствую, как его член упирается в мой вход. Головка едва успевает войти внутрь, как я уже начинаю биться в конвульсиях. Мои стенки смыкаются вокруг него, и один толчок — и он полностью внутри, растягивая меня. Я закатываю глаза и выгибаю спину, с моих губ срывается вздох. Обхватываю руками его плечи, впиваясь ногтями в них. — Он никогда этого не получит, — его зубы царапают кожу прямо под ухом. Его бедра двигаются вперед и назад с ещё большей агрессией. Мое тело встречает каждый его толчок, впитывая каждую крупицу удовольствия, которое он может мне дать. Я такая испорченная. —Белая роза, — я издаю хныканья, когда слышу от него эти слова. Его пальцы впиваются в мою кожу, глубоко проникая в меня. Он толкается так злобно, словно наказывая меня. Я обвиваю его шею руками и притягиваю к себе для поцелуя. Наши языки дико движутся друг против друга. Сплетенные тела, грубые и резкие движения, мы настолько поглощены друг другом, что ничего другого не имеет значения. Он трахает меня, его член входит и выходит из меня, плоть шлепается о плоть, когда он проникает в меня снова и снова. Я издаю крик, смешанные эмоции отправляют меня в водоворот блаженства. Чувствую, как оргазм накрывает меня, моя киска сжимается вокруг его члена. Выражение его лица отражает мое, когда я вижу, как он достигает кульминации. Взгляды встречаются, и на этот раз в его глазах нет злости или гнева. Он смотрит на меня с нежностью, как Дарио всегда смотрит на меня, и его уголки губ слегка приподняты. Затем он прижимается лицом к моей шее, целуя и глубоко вздыхает. — У тебя есть ко мне чувства? Его дыхание касается моей шеи и мурашки покрывают все мое тело. — Скажи честно, без лжи и утаиваний. Дарио слегка приподнимается, и я встречаю его пронзительный взгляд голубых глаз. В их глубине я вижу своё отражение. Он смотрит на меня с ожиданием, прямо, будто стараясь не упустить ни одной детали. Он так прекрасен. Он добр. Я замечаю, как в его взгляде и прикосновениях ко мне проявляются сильные чувства. Я пытаюсь найти такие же чувства в себе, но понимаю, что это лишь проявление моего собственнического отношения. Сегодняшняя злость была вызвана тем, что я увидела его рядом с другой девушкой. Но до этого момента, пока я их не заметила, я не думала о нашем разговоре. Я была отвлечена другими мыслями и совсем забыла обо всём. Внезапно мы слышим звуки и крики за пределами палатки. Оба резко садимся, нахмурившись. Крики звучат очень громко и полны страха. За ними следуют выстрелы из оружия и шум работающих двигателей машин. Дарио вскакивает, быстро надевая одежду, и я повторяю его действия. Он выглядит взволнованным и нервным. — Оставайся здесь, я посмотрю, что происходит, — говорит Дарио, быстро целует меня в щеку и выскакивает из палатки. Я тяжело вздыхаю, провожу пальцами по своим волосам, откидываю их за спину. Если Невио стало скучно и он решил что-то устроить, Римо не может остаться в стороне. Его сын не может долго сидеть без дела и всегда находит способ развлечься. Он часто организует массовые зрелища, в которых сам принимает активное участие. К сожалению, это часто приводит к неприятным последствиям, иногда даже к жестокости. Проходит минута... или даже несколько. Но шум не прекращается. Звуки выстрелов только усиливаются. А Дарио не возвращается. Когда я наконец выхожу из палатки, мир вокруг словно замирает. Я наблюдаю, как наши люди из Каморры ведут неравный бой с незнакомцами, которые закрывают половину лица повязками. Девушки в страхе визжат и прячутся за машинами или прижимаются к мужчинам, стараясь найти защиту. В этот момент чьи-то руки хватают меня за плечи и толкают вниз, стараясь уберечь от пуль. Мои колени ударяются о землю, а грудь тяжело вздымается, когда я пытаюсь отдышаться. Мои губы приоткрываются, когда я вижу, как люди падают на землю, корчатся от боли и кричат. — Аврора, не вставай! — кричит голос рядом со мной и следуют выстрелы. Алессио, держа пистолет в руках, отвечает на выстрелы, которые раздаются вокруг. На его лице застыло сосредоточенное и холодное выражение. В моих ушах стоит пронзительный крик, наполненный паникой. Перед глазами возникают образы крови и трупов с зияющими дырами. Звуки выстрелов отдаются звоном в ушах. Постепенно, но я начинаю восстанавливать контроль над своим дыханием. Дрожь проходит, когда я вижу, как Сайлас и Николо прикрывают Киллиана и Карлу, которые паникуют, стреляя из своих оружий. Они сажают их в машину и взволнованно оглядываются по сторонам. Но тут Сайлас замечает меня. Его взгляд напряжён, и он что-то кричит, подзывая меня рукой. Однако они находятся на значительном расстоянии от меня, а вокруг царит атмосфера поля битвы. Шансы попасть под шальную пулю были слишком высоки. Я качаю головой, и он осознает, что мне не под силу до них добраться. Им лучше уйти. Карла и Киллиан не принадлежат этому миру, они не были подготовлены к таким условиям с детства. Сейчас, сидя в машине, они в панике оглядываются по сторонам, что-то кричат и дрожат. — Уходите! — кричу я изо всех сил, стараясь перекричать весь шум. Увези их. Защити их. Защитите себя. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста... Единственная надежда на то, что он увидит это в моем взгляде. В глазах Сайласа читалось сопротивление и борьба. Затем он с гневом ударил по капоту автомобиля и сел за руль. Заведя машину, он быстро поехал прочь, не обращая внимания на выстрелы, которые раздавались позади. Я с облегчением выдыхаю, когда их машина скрывается во тьме. — Кто это, черт возьми, такие? — Канадцы, — холодно отвечает Алессио и присаживается рядом со мной, когда выстрелы направляются в нашу сторону. — Они ищут Дарио. Черт. Дарио ушёл несколько минут назад от меня. В голове промелькнула мысль, что, возможно, они уже схватили его, но тут же исчезла. Я осознаю, что стрельба не прекращается, а они не собираются отступать, и это убеждает меня в том, что им не удалось его захватить. Но где же он? И ответ сразу бросается мне в глаза, когда я вижу, как фары машины загораются. Дарио, взволнованный, сидит за рулём и начинает движение задним ходом. Наши взгляды встречаются, но он быстро отворачивается, когда машина выруливает на дорогу. От колёс поднимается пыль, и становится почти ничего не видно. Но через несколько секунд я вижу, как автомобиль скрывается вдалеке. Дарио уезжает. Правда, уезжает. Он не тормозит, а только делает так, чтобы машина гнала с бешеной скоростью. Он видел меня и все равно уехал. Я удивленно смотрю в ту сторону недалеко от меня, где раньше стояла машина. Но теперь там пусто. — Найдите Дарио Ди Лауро! — кричит голос и мне хочется засмеяться. Горько. Смех будет пропитан ядом, который сейчас протекает внутри меня, в венах. Ведь он уехал. — Теперь ты точно прекратишь эту связь? — прошептал мне в ухо Алессио. Мы стараемся вести себя тихо, сидя за палаткой, потому что рядом проходят незнакомые люди. В этот момент вокруг нас воцаряется мёртвая тишина, но даже в ней мы можем различить боль и страдания окружающих. — Не самое подходящее время, — произнесла я раздражённо, слегка обернувшись, чтобы убедиться, что рядом нет чужаков. — Обычно парни спасают своих девушек, — тихо сказал он, мрачно ухмыляясь. Он ведет себя так, будто это обычный разговор, будто нет этой кровавой бани вокруг. Алессио перезаряжает свой пистолет и тихо встает, чтобы осмотреть территорию. Земля и некоторые палатки были залиты кровью. Алессио вышел из укрытия и выстрелил. Я осторожно поползла вперёд, стараясь не привлекать внимания и убедиться, что рядом со мной нет незнакомцев. Внезапно несколько машин въехали в самый центр жестокой битвы. Я увидела, как мой отец, Римо, Нино и несколько солдат Каморры выскочили из своих автомобилей с оружием в руках и начали стрелять в чужаков. В этот момент за спиной у группы собравшихся незнакомцев появился Невио с безумной улыбкой на лице. Его глаза были дикими и казались чёрными. В левой руке он держал пистолет и стрелял с удивительной точностью, попадая точно в цель. Его руки были в крови, а на лице виднелись капли, стекающие к шее. Он выглядел как сам дьявол, только что вышедший из преисподней. — Аврора! — слышу я крик своего отца и пытаюсь отыскать его взглядом. Повернув голову вправо, я встречаюсь с глазами незнакомца, который направляет на меня пистолет. В его взгляде читается насмешка. Хотя половина его лица скрыта чёрным платком, я ощущаю, как он с издёвкой улыбается. — Привет, красавица. Но вдруг раздается выстрел, и незнакомец вздрагивает, одежда пропитывается кровью. В его взгляде читается боль, когда он падает на землю, корчась от полученного ранения. Алессио подбегает к нему, пинком отбивая с его руки пистолет. — Вы действительно полагали, что сможете найти здесь то, что искали, и беспрепятственно уйти? — Алессио с силой надавил ногой на плечо мужчины, и тот, охнув от боли, скорчился на земле. — Не тут-то было, — с расчетливой улыбкой произнес Алессио. Через секунду руки подхватывают меня, и я оказываюсь в объятиях. Я чувствую себя в безопасности и тепле, даже не обращая внимание, что от него пахнет кровью. —Принцесса, — шепчет папа, крепко держа меня, обнимая. Он гладит ладонью мои волосы, как всегда делал, немного дрожа. — Двое остались живы, — слышу холодный голос Нино, который приближается к нам. Я немного отстраняюсь от папы, но не сильно, потому что он не позволяет мне отойти далеко. После случившегося папа обязательно будет рядом, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке. Папа никогда не дрожит, и если это происходит сейчас, значит, он действительно очень переживает и не может скрыть своих эмоций. Римо шел рядом с Нино, и его лицо выражало гнев, когда он смотрел на двух оставшихся в живых. Тот, кто пытался застрелить меня, был ранен, хотя я не знаю, насколько серьезно. Когда Алессио сорвал платок с его лица, я увидел, что он был бледен. Он прижимал ладонь к плечу, и его пальцы окрасились кровью. — С тобой всё в порядке? — заботливо спрашивает папа, осматривая меня, чтобы убедиться, что я не пострадала. — Да-да, — я энергично киваю, желая его успокоить. Папа облегченно вздыхает, крепко обнимая меня. В его глазах мелькает тень сожаления. Он посвятил свою жизнь тому, чтобы мы с Давиде и мамой были в безопасности, всегда стоял на страже нашего благополучия. Но сегодня я во второй раз столкнулась с суровой правдой нашего мира, и папа, вероятно, чувствует свою вину за это. Однако ему не стоит так думать. Я не хочу, чтобы он терзался чувством вины. — Это было недолго, — произнёс Невио со скукой, становясь рядом со своим отцом. Он с угрозой смотрел на двух незнакомцев. Те старались не встречаться с ним взглядом, чтобы не привлекать внимания Невио или Римо, который в гневе сжимал и разжимал кулаки. Он выглядел так, будто был готов наброситься на них, но Нино, стоявший рядом, сдерживал его. Как всегда, Нино был спокоен и равнодушен, анализируя ситуацию. — Чего вы хотели? — с холодной вежливостью поинтересовался Нино, медленно приближаясь к незнакомцам. Один из наших солдат с силой ударил по коленям того, кто с ненавистью смотрел на Нино, и тот упал на землю. — Наш Капо, Паола Ди Лауро, хотел, чтобы мы привели его племянника, — прохрипел раненый. Римо стремительно шагнул вперед и схватил его за шею, крепко сжимая. — Откуда у вас информация, что он мог находиться здесь? — мужчина поджал губы, и на лице Римо появилась улыбка, в которой не было ни капли добра. Эта улыбка была полна ядовитого расчета. — Отвезите их в Сахарницу, — кивает Римо солдатам, и те, схватив пленников, уводят их. — Где младший Ди Лауро? Я отвожу взгляд. В груди неприятно покалывает, и я прижимаю руку к груди, пытаясь унять эти ощущения. — Он уехал, — отвечает Алессио, пристально глядя на меня. Затем он поворачивается к Невио и что-то шепчет ему на ухо. Лицо Невио приобретает серьёзность, и на смену скуке приходят злость, гнев и ярость. Его глаза вспыхивают, и вид крови на его руках не улучшает ситуацию. Он выглядит так, будто готов кого-то убить, и я понимаю, что это не канадцы, которых увели. Если бы он захотел, он бы напал на них прямо здесь и сейчас. Даже Римо не смог бы остановить его. Никто не смог бы остановить его. Невио о чём-то задумывается и переводит свой дикий взгляд на меня, внимательно рассматривая и изучая. Пожалуйста, Алессио. Ты же не рассказал ему обо мне и Дарио? Пожалуйста, нет. Хотя сейчас, в эту самую минуту, даже мои внутренние демоны не могут произнести слово «мы». Они ищут другие варианты, чтобы описать нас. Они больше не хотят связывать нас воедино. Это слово вызывает у них отторжение. Теперь есть только я и Дарио — отдельно друг от друга, и никогда вместе.