Лжец

      Знакомства с учителями проходит на удивление сносно. Он достаточно хорошо разбирался в произношении и даже был обучен грамматике, но для правдоподобности он коверкает слова, путает значение и едва ли удерживает чернильное перо в руках, то ломая пару экземпляров, то брызгая пятна повсюду. — Будьте легче.       Арон слушается, снова читает глиняные таблички с цитатами мудрейших, возвращается к работе. Хоть он и показал себя невоспитанным и необработанным юношей, но учителя оставались им довольны, тепло отзываясь Камале, а Камал передавал их слова господину Деймону.       Сложнее всего Арону было влиться в коллектив знатных омег. Местный храм, ради которого Деймон и засунул его в танцевальный класс, проводил занятия практически каждый день, готовясь к празднику великих.       Омега едва ли забудет как прошло его первое знакомство с знатными особами.       Арон безразлично смотрел в горящие ненавистью глаза омег. Он — паршивая овца в стаде. Неудивительно, что окружающие воспринимали его негативно, презрительно скалясь. Арон даже не был уверен: какую лучше всего тактику применить в данном случае. Возможно, лучше посмотреть на то, как пойдут события. — Не знал, что у господина Деймона такой дурной вкус. Наши рабы и то покраше него будут.       Они говорили о нём в третьем лице, словно Арона не было с ними в одной комнате, и он ничего не слышал. — Выглядит как альфа. — Точно! Крепкие руки. Ты что свинину рубил у себя на севере? — Ахаха! Нет, он копал снег, чтобы выбраться из этого кошмара!       Бледный тонкий омега с краю испуганно выдохнул, аккуратно обведя его плечи беглым взглядом. — Бедненький, да он же весь в шрамах…       Толпа, которая сгустилась вокруг него, как коршуны, неожиданно зашевелилась. Раздвигая двух самых болтливых омег рядом с Ароном, к нему вышел крепкий рыжеволосый парень, заставляя толпу вокруг него на время замолкнуть. — А ну отступились!       Рыжие волосы, похожие на ржавую медь, бледная кожа в мелкую карию крапинку и дикие зелёные глаза. Он выглядел экзотично для этих земель, Арон удивлённо выдохнул. Неужели земля Варии собрала всех красавцев Земли как награду за победу в многочисленных войнах. — Как вас зовут?       Омега смотрел прямо на него, всё также упрямо и твёрдо, но с некоторой обеспокоенностью. Арон не знал, как реагировать на такую внезапную заботу, стараясь скрыть волнение. — Арон.       Тут же послышались многочисленные перешёптывания и всё тот же омега, поднял руку вверх, заставляя голодную до скандалов толпу смолкнуть. — В следующий раз, называйте своё имя с приставкой господин, господин Арон. Меня зовут господин Кайман.       Арон слегка кивнул. Он совершенно забыл об этой глупой особенности. Будучи выходцем из бедной деревушки он привык говорить о себе без приставок к имени. — Вы знаете про традиционный танец, посвященный богу Оппа, господин Арон?       Арон отрицательно покачал головой. — Хах! Вы слышали! — Какая нелепость! — Какой позор, он даже о нашем Боге не слышал!       В стройный ряд осуждения вмешался тонкий голос бледного омеги. — Но он же…       Всё тот же рыжий омега, поднял руку вверх и резко опустил её вниз. — Молчать!       Омеги рядом послушно затихли. Арон слегка нахмурился. Что за власть держал в своих руках этот юноша? Отчего все эти омеги беспрекословно ему подчинялись, боясь даже слово сказать против его воли? — Этот танец — ритуал преклонения перед Варином. Когда Оппа поцеловал своему господину руку, он встал с колен и предложил ему подарок, а взамен попросил, чтобы Аппа вернул ручей, и жизнь смогла бы возродиться вновь. Когда Оппа станцевал, Аппа сказал, что жизнь стоит дороже танца, и забрал Оппа с собой на небо. Так появилось созвездие танцора, а на земле снова возродилась жизнь.       Арон удивлённо выдохнул и слабо кивнул головой. Конечно же, он знал историю традиций, он внимательно расспросил учителя перед занятием о значении ритуала. Тем не менее, он не должен слишком выделяться. Будет гораздо лучше, если большинство людей посчитает его глупым влюбленным омегой, случайно вытянувшим билет в красивую жизнь. Такой легендой было в разы проще управлять. — Для меня большая часть участвовать с вами в таком важном для Варии обряде!       Омега перед ним недовольно фыркнул, и кажется был совершенно недоволен полученным ответом, но, видимо, решил оставить мнение при себе. — Я супруг господина Вандара, правой руки генерала Деймона. Прошу вас, господин Арон, если у вас возникнут вопросы — обращайтесь ко мне в любое время.       Арон согласно кивнул, опуская глаза в пол. Какова вероятность, что этот омега, подосланный Деймоном друг? Нужно будет аккуратно расспросить его сегодня.       В зал снова вошёл старец, хлопая в ладоши. — Перерыв окончен. Возвращайтесь на свои позиции.       Он послушно подчиняется.       Несмотря на тяжёлое знакомство, у него даже получается наладить общение с Кайманом. Хоть они и общались в пределах танцевального класса, Арон никогда не замечал в его глазах презрения и угрозы, иногда краем глаза подмечая сочувствие и какое-то лёгкое умиротворение. Словно они с Кайманом были в одной лодке. Проблема в том, что Арон совершенно не понимал, почему Кайман смотрел на него так преданно.       Арон писал. Арон говорил. Он идеально читал. Держал спину прямо. Мягко улыбался. Разучивал танцевальные движения. Был со всеми любезен. И всё это — буквально, чтобы произвести на каждого хорошее впечатление.       Прошла неделя. А он показывал безупречность в каждом своём движении, в каждом своём слове.       Как бывшему бродяге, ему едва ли нравилась сковывающая движения обувь. Как сын рыбака, он не переносил вид песчаных пустошей за окном. Как названый супруг генерала, он улыбался и показывал покорность.       Деймон казалось тоже находился под впечатлением, смотря на него с подозрением и немым вопросом: как так получилось?       И Арон отвечал на немой вопрос понимающим взглядом. Ведь всё и вправду было непросто.

***

      Тем не менее, как бы Арон не старался угодить окружению, к Деймону он был холоден и невнимателен. Это было взаимно.       На людях они проявляли друг к другу нежность, ночью изображали страстные стоны, но наедине, когда никто их не слышал и не видел, они едва ли проявляли то притворное взаимопонимание, которым прославилась их пара. — Учителя говорят, что ты совершаешь успехи. Неплохо для раба.       Скупое поздравление по ощущениям было хуже пощёчины. Но Арон даже не обратил внимание на последнюю фразу. Колкое слово раб отныне преследовало его в каждом разговоре Деймона. — Благодарю.       Деймон хмыкнул, проводя взглядом по их комнате. — И ещё собирай вещи, завтра, на рассвете, мы отправляемся с миссией мира в Кристинию.       Арон приподнимает голову, внимательно прислушиваясь в собственному сердцебиению. Кристиния. Он наконец-то сможет увидеть это место, о котором так часто упоминала опапа. Видимо, Деймон замечает его взгляд полный странного желания. — Ты что-то знаешь о Кристинии? — Лишь из рассказов учителей, мой господин.       Деймон напряжённо выдохнул, прикрывая дверь. — Нужно ещё раз сыграть, ты готов? — Да.       Привычное представление с грубыми всхлипами и стонами началось снова.

***

      По прошествии двух дней они наконец-то прибыли в порт. После пустынных земель, мокрый воздух стал для Арона настоящим чудом. Глаза слезились от воспоминаний из детства, восемнадцать лет он провел, живя у берега моря, оберегаемый опапой и апапой.       Деймон не обращал на него внимания, сильно дёргая в сторону корабля. Арон болезненно выдохнул, следуя за альфой с наигранной улыбкой на лице. Он счастливый омега-супруг, он должен играть свой образ до конца. — Отправляемся немедленно!       Деймон спешил, торопя своих подчинённых. Арон неустанно следовал за ним, не смея перечить и говорить о боли в запястье. Даже если бы он сказал, то что-нибудь изменилось? Он просто показал бы Деймона как жёсткого альфу, а сам выглядел бы как капризная омега, не способная снести нрав своего альфы. Осталось только счастливо улыбаться и смотреть в спину своего нареченного.       Корабль медленно отошёл от берега. С бухты всё ещё был слышен шум торговцев и моряков, над головой кричали чайки. Сотня весел синхронно погружались в голубую рябь вод.       Позже, к своему удивлению, Арон обнаружил, что у некоторых компаньонов по дороге оказалась морская болезнь. Как рыбацкий сын он привык к укачиванию вод, как житель рыбацкой деревушки он с немым шоком смотрел на зеленоватое лицо одного из солдат. — Всё в порядке?       Деймон стоял рядом, смотря с лёгким пренебрежением на рвоту одного из служащих. Некоторые молодые солдаты, едва привыкшие к сражениям в засушливых землях Варии, были не готовы к отплытию в Кристинию. Генерал недовольно закатил глаза, наблюдая за новичком. — Всё хорошо, господин моего сердца.       В словах Арона не было ни капли искренности, лишь слабое недовольство в глазах и скромная улыбка. Ему надоело притворяться, поэтому он изъявил желание отправиться в каюту. Деймон, проявив показное беспокойство, отпустил его восвояси. Тот самый новичок, что ещё совсем недавно стоял в три погибли у бортика, понимающе смотрел в спину удаляющемуся омеге.

***

      Корабль вело из стороны в сторону, по каюте катались ящики и товары, которые привозились в подарок знати. Арон поморщил нос, удобнее устраиваясь в гамаке. По больше части ему было всё равно на цели миссии. Он хотел кое-что выведать. Такая возможность сбежать из-под надзора Деймона казалась мало реализуемой, а учитывая их отношения, которые едва ли держались в состоянии нейтральных, может привести к гибели Арона.       Дверь каюты скрипнула, впуская в безмятежное спокойствие единения постороннего. Доспехи Деймона слегка гремели, когда его качало от стены к стене. — Как твоя нога?       Арон говорил скучающе, с затаеным желанием поиздеваться. Сейчас Деймон снова скажет, что ему всё равно, что ничего не болит, и это не касается ни Арона, ни кого-либо ещё. Омега благоразумно промолчит, не желая навлекать на себя беду, но будет издевательски подглядывать издалека, как альфа морщится от тянущей боли в бедре. — Я признаюсь, она болит. Ты доволен?       Признание было и вправду неожиданным, но Арон не подал виду, покачивая навесу ступнёй вверх-вниз. Из-за продолжительного времени в пути, практически без перерыва, хотелось спать. К счастью, нынче им не нужно притворяться и даже спать они должны в отдельных гамаках.       Молчаливое поведение спутника немного настораживало, но Арон больше боялся за солдат, на которых генерал мог сорвать свой гнев. Спустя пару минут тишины, омега скучающе перевёл взгляд обратно на генерала, но Деймон едва держал себя в руках. Он стоял, облокатившись о дверной косяк, сжав зубы и методично дыша. Арон неуверенно спрыгнул из гамака, подходя ближе. — Эй, тебе нужно немедленно лечь.       Арон аккуратно протянул руку, касаясь напряжённого плеча. Деймон выглядел болезненно бледно, даже со своей смуглой кожой. Омега перебросил его руку через плечо, не ожидая ответного сопротивления. — Я сам.       Гневно сцепив зубы, альфа медленно поковылял к гамаку. Улегшись в перетянутую сетку, Деймон выдохнул, сжимая канат.       Арон полез в свою сумку. Из-за многочисленных ран на теле он был вынужден купить кое-какие лекарственные мази. — Сейчас я прикоснусь к тебе. И если ты не хочешь, чтобы я по случайности вывернул тебе лодыжку, то просто расслабься и доверься мне.       Угроза была сказана на случай сопротивления, конечно, Арон бы ни за что не стал ломать ногу альфе, от которого зависела его безопасность. Деймон махнул рукой, позволяя омеге делать, что захочется.       Зелёная мазь приятно пахла и по ощущениям напоминала мёд, густой и липкий. Арон кончиками пальцев провёл по коже Деймона, втирая мазь. Он старался действовать аккуратно, стараясь не усугубить боль. Омега давил ладонями, пробегаясь вверх-вниз от колена до ступни. Руки обжигало от непривычного холода, но Арон продолжал свои манипуляции.       Деймон облегчённо выдохнул. — Спасибо. Ты и вправду выручил меня. Только не думай, что теперь из благодарности ты можешь творить, что захочешь.       Арон приподнял бровь, отряхивая руки. Кожу потихоньку щипало. — Не знаю, к чему ты это сказал, но надеюсь, что у нас больше будет взаимопонимания. Нам ещё долго придется жить рядом друг с другом.       Альфа хмыкнул, прикрывая глаза. Омеге ничего не оставалось кроме как залезть в свободный гамак.

***

      Когда корабль подходил к порту, Арон и Деймон стояли на капитанском мостике и изображали влюбленную пару. Омега взглядом ловил каждое слово, а альфа говорил про чудесный мир, который он обязательно ему покажет. Случайные слушатели улыбались, провожали их взглядом и даже завистливо хмурились. Они и вправду хорошо притворялись. Никто так и не заметил, как Арон скучающе время от времени вздыхал, а в глазах Деймона присутствовала какая-то агрессивная решимость. Каждый думал о чем-то своём.

***

      В порту их уже встречала делегация. Деймон протянул руку, помогая Арону спуститься. Омега легко улыбнулся, смущенно отводя взгляд в сторону. Они молодожёны, они только начинали привыкать друг к другу, а значит Деймон должен быть как можно более любезен, а Арон как можно более раним и стеснителен.       Арон почувствовал запах спелых дынь. Их приветствовал какой-то альфа. — О, добро пожаловать в Кристинию. Как ваш путь?       В Кристинию был совершенно другой язык, поэтому неудивительно, что Деймон непонимающе улыбнулся. Но Арон прекрасно понимал каждое слово, стараясь не подавать виду. Будет лучше, если для всех он так и останется глупой безграмотной омегой.       Вперёд альфы выступил ещё один человек. — Как господин и предполагал, вы совершенно не знаете нашего языка. Поэтому я буду переводчиком на время вашего путешествия.       Арон слабо улыбнулся, оглядывая человека перед собой. Отсутствие какого-либо запаха свидетельствовало о омежьей сущности переводчика. Удивительно, учитывая, что в большинстве своем омег не допускали до важных постов. А уж тем более общаться с благородными людьми. Немыслимо. — Господин Деймон, канцлер спрашивает, как прошёл ваш путь. — О, передайте, что всё было изумительно. Этот путь показался мне так короток.       Альфа посильнее сжал его талию и посмотрел на него. Арон нежно улыбнулся. Идеальное притворство.

***

      Арон слушал разговор между Деймоном и министром в пол уха. Омега с сожалением смотрел в окно, наслаждаясь видом зелёных лугов. Пески Варии ему уже осточертели.       В начале Арон не обращал внимание на разговор политиков, но позже он в ужасе замер. — Да, дела в северных землях не очень, у них очень разразненная власть, и мы пытаемся устроить там дружественные отношения. Сейчас там сидит один из наших людей, устанавливая единую систему власти. — Чтоб ты сдох, скотина.       Министр сказал это с самой доброй улыбкой на губах. Арон не подал виду, но искренне надеялся, что ошибся, ослышался или запутался в словах. — Что передал канцлер? — Доброго вам здравия, великий муж.       Неправда. Арон не смог бы перепутать фразы такие близкие по звучанию. Он смотрел на Деймона, стараясь не выдавать беспокойства, лёгкая улыбка на устах для вида.       Стоит понаблюдать.

***

      Дворец был выполнен из ярко-розовых кирпичей, с огромной мраморной лестницей, которую ещё предстояло преодолеть. Арон обеспокоенно скосил глаза на Деймона. Если его нога не выдержит, то все увидят слабость, которой так стыдился альфа.       Их встретила целая делигация слуг и министров, провожая взглядом каждый шаг Арона и Деймона. Омега держался достойно, улыбался, приветливо кивал, приподнимал подол тоги и смущённо отводил глаза. Он актёр на сцене.       Банкет был по истине королевским. Огромный стол, полный разных блюд, знакомый запах сливого вина и свежие фрукты.       Арон склонил голову, читая молитву. Молитву читали на языки Кристинии. Омега послушно изображал из себя праведного, но невольно дёрнулся. — Яд в сливовом вине, всё остальное можно пить.       Это совершенно не слова молитвы. Что за ерунда?       Когда молитва была окончена, все гости переговаривались между собой. Какая-то чертовщина. Деймон потянулся к бокалу, вынуждая Арона предпринять какие-то действия.       Он игриво улыбнулся и потянулся к его уху. Так не ведут себя прилежные супружники, так действуют дикие распутники. Но Арон вынужден был испортить впечатление о себе, вызвать гнев в глазах Деймона. Убийство такой важной особы, как генерал Деймон, могло бы принести много проблем такой стране, как Кристиния. Чего добиваются здешние чиновники? — Я знаю, что ты мне не доверяешь, но поверь, тебе лучше послушать меня, если хочешь жить.       Арон говорил очень тихо, искренне надеясь, что Деймон не будет задавать лишних вопросов. Генерал скосил глаза в его сторону, слегка улыбнулся и прислонил бокал к губам. Арон продолжал улыбаться, следя за действием альфы с разочарованием. Деймон выбрал смерть, а не доверие.       Идиот.