Sky in his eyes

Эмма любила лето. Ей нравилось, когда на улице стояла солнечная погода, нравилось ездить на море и просто, в конце концов, отдыхать после изнурительных девяти месяцев учёбы. Единственное, что она терпеть не могла в лете, — это знойная жара. Эмма всегда отличалась слегка повышенной температурой тела, и потому в дни, когда термометр показывал 30+ градусов, она попросту умирала. Она не могла буквально ничего: ни выйти на улицу, ни порисовать, ни даже банально встать с кровати. И сегодня, как назло, был именно такой день. С самого утра на улице стояла невыносимая жара. Солнце нещадно палило, и люди, которым не посчастливилось оказаться на улице, старались поскорее укрыться в местах, где было прохладно. От удушливой духоты не могли спрятаться и те, кто сидел по домам. От неё не спасали ни кондиционер, ни прохладительные напитки, ни мороженое. Она всё равно коварно проникала в квартиры и плотно оседала там, мучая жильцов. Среди тех, кто страдал от изнурительной жары, была и Эмма. Она всячески пыталась с ней бороться: и на полную включила вентилятор, и пила холодный лимонад, специально выдержанный в морозилке, и даже оделась максимально открыто. Однако, к её огромнейшему несчастью, ничего из этого не помогало. Наоборот, казалось, ей становилось только хуже. И тем не менее, так просто сдаваться она не собиралась. Эмма Скайлер была не из тех, кто легко отступал, и сейчас она тоже не была намерена это делать. Она уже чётко для себя решила, что во чтобы то ни стало справится с этой проклятой духотой. Правда, бороться с ней в одиночку оказалось гораздо сложнее, чем она думала. Жара упорно не хотела спадать, а, напротив, с каждым часом лишь усиливалась. И в конце концов Эмма пришла к выводу, что ей нужна помощь. И она даже знала, у кого её попросить.

***

Норман ответил быстро. Прошло всего пару гудков, и она уже слышала его обеспокоенный голос. Он спрашивал, всё ли в порядке, как она себя чувствует и не нужно ли ей чего. Он прекрасно знал о её непереносимости жары, и потому не мог не переживать. Такая забота с его стороны вызывала у Эммы лёгкую улыбку. Ей было приятно, что он так за неё волновался. Но на вопросы его она всё же ответила положительно, а ещё попросила приехать. Он без раздумий согласился, и она, сбросив вызов, осталось его ждать. Ожидание, впрочем, долго не продлилось. Уже буквально через десять минут по всей квартире раздалась трель дверного звонка, и Эмма пошла открывать. На пороге, как и ожидалось, стоял Норман. Волосы его были слегка растрёпаны, видимо, от быстрого бега, а в руках он держал пакет со всякими холодными вкусностями. При виде последнего у Эммы заблестели глаза, и она как можно скорее впустила Нормана к себе. Сейчас же они оба сидели на диване в гостиной. Эмма крепко прижималась к нему, наслаждаясь долгожданным холодом, а Норман ласково перебирал её рыжие кудряшки пальцами. Где-то на фоне работал телевизор, заглушаемый гулом вентилятора, но они не обращали на него внимание. Всё равно ничего интересного там не показывали. Да и намного важнее всяких новостей или глупых сериалов для них были они сами. Эмме нравилась вся эта обстановка. Нравилось сидеть вот так с Норманом, когда их никто не трогал и не отвлекал, нравилось просто утопать в нежности, которую он ей дарил. Она наслаждалась каждой минутой, каждой секундой, проведённой с ним. А ещё холодом. У Нормана, наоборот, температура тела всегда была немного ниже обычной, и ей нравилось прижиматься к нему такими вот знойными летними денёчками, чтобы охладиться. И сейчас она тоже с удовольствием льнула к нему, словно ласковая кошка, впитывая в себя живительную прохладу. — Ты точно в порядке? Тебе ничего не нужно? Может, принести мороженое? Или сделать лимонад? — заботливо поинтересовался Норман, прижав её покрепче к себе. В его небесных глазах плескалась тревога, и оттого на душе у Эммы стало по-особенному тепло. Как же всё-таки приятно, когда есть тот, кто позаботится о тебе. — Нет, всё хорошо. И не уходи никуда. Лучше останься со мной, мне от этого будет только легче, — сказала она и положила голову ему на плечо. Тут она не слукавила: пока с ней рядом Норман, ей всегда будет хорошо.