Несовершенство

— Да как он посмел?! — эмоции брали верх. Эбардо, выражая их, едва не срывался на крик, как только пришел домой после окончания занятий. Только этот сладкий запах выпечки, исходивший из кухни, смог утихомирить его на время своей неожиданностью. На самом деле, это и правда удивительно, ведь когда Эбардо хочет убивать, ничто не может его от этого остановить, кроме, конечно, спокойного голоса Лололошки, но такого здесь, очевидно, не нашлось. Был лишь Джодах со своими навыками готовки на уровне пятиклассника. — Дорогая, ты вернулась, — выглянул он с кухни, расплывшись в лучезарной улыбке. Так он, кстати, делал довольно часто: называл Эбардо своей «женушкой», которую каждый раз встречал, когда та возвращалась со своих дел, будь то университет или работа. А сам Эбардо с этого, что вполне логично, часто бесился и негодовал, едва подавляя в себе резкое желание зарезать друга кухонным ножом, которое возрастало в геометрической прогрессии. Однако сейчас любопытство брало верх, заставляя Эбардо в очередной раз проглотить приступ ненависти к своему другу и пройти на кухню. — Кто из нас еще «дорогая», — усмехнулся он, заглядывая в еще работающую духовку через прозрачную дверцу. — Ты готовишь? Восхительно, вроде знакомы они немало, уже многое друг о друге знают и, наверное, считаются родными братьями, однако Джодах с каждым разом удивляет своими выходками все больше и больше. Конечно, сказать, что его тупость, иногда выходящая за любые пределы, считалась чем-то привычным, но видеть его у плиты... Вот это по-настоящему неожиданно. Неожиданно настолько, что Эбардо даже отвлекся от своего непрерывного негодования на Лололошку и его друзей. Вот настолько эта катастрофа по имени Джодах может изумлять своего друга. — Ну да. Пирог с клубникой, — как ни в чем не бывало проинформировала эта самая катастрофа, будто любая ее деятельность на кухне — нечто нормальное, привычное. — А что? Взгляд Эбардо выражал лишь непонимание, которое он с удовольствием показал Джодаху, на чьем лице уже блестела улыбка. Однако и она ничего не могла сделать со скорейшим решением Эбардо: — Я все равно не люблю сладкое, — только это он и сказал, а потом развернулся и направился в комнату, где планировал проораться вдали от лишних ушей. И хотя он прекрасно понимал, что какой бы хорошей не была шумоизоляция в их квартире, Джодах все равно услышит его вопли и крики и все равно найдет момент напомнить о них, но сейчас ему просто не хотелось, чтобы кто-то мешал. Агрессировать он любил на всех подряд, однако не всегда ему нужны были чужие уши. Тем более Джодаха, который, узнав, почему Эбардо сегодня такой злой, точно начнет смеяться и шутить на эту тему. — Стоять, — предельно строго, словно родитель, сказал Джодах, из-за чего Эбардо невольно остановился. А потом и вовсе упустил возможность свалить, потому что дверь перед ним закрылась руками друга. — Расскажи, что случилось в универе? — только всю свою строгость Джодах потерял в ту же секунду, сменяя ее детским любопытством. — Чего? — Эбардо встал, как вкопанный, не до конца понимая, что только что произошло и что от него хотят. А когда осознал, уровень его агрессии подскочил до невообразимых цифр. Джодах же, явно того и ожидая, хитро улыбнулся и уселся на стул, подпирая голову двумя руками и устремляя свой похожий на влюбленный взгляд на друга. — Ну давай же! Я жажду сплетен! — хихикнул он, рискуя жизнью. Хотя ради такого удовольствия принести себя в жертву можно. — Каких еще сплетен?! — без доли спокойствия переспросил Эбардо, в край выходя из себя. Слов, чтобы описать все свое негодование, вызванное такой наглостью, найти он не смог. Это просто невообразимо! Да кем себя возомнил этот коллекционер павлиньих перьев?! — Ой, да ладно тебе, котенок! Рассказывай, как дела в университете? Как твоя дама сердца? — Да нахуй пойди. Я сваливаю, — прошипел Эбардо, не желая ничего этому придурку говорить. И Джодах мог бы вернуть свой строгий тон и снова попытаться остановить Эбардо, чтобы тот удовлетворил его любопытство, но в этот раз у него ничего не получилось. Он ждал Эбардо с универа, как новую серию любимого сериала, а тот уже коснулся ручки двери, чтобы уйти. На этом их разговор и закончился, но это пока. Так, в полной тишине прошло около двух часов. Причем тишина была реально полной: как только Эбардо заперся в своей комнате, оттуда не поступало и шороха, а Джодах, судя по всему, просто засел на кухне, где увлеченно переписывался с каким-то новым человеком, которого закадрил на днях. Кто так сильно ему понравился, Эбардо не знал, однако одну деталь все же заметил на мелькнувшей однажды фотографии: очки. Такие круглые, аккуратные и до боли знакомые... Впрочем, личная жизнь друга его особо не волновала, сейчас куда актуальнее было бы разобраться с проблемами в своей. За окном уже опускались сумерки, погружая еще живой город в ночь. За это время, что Эбардо просидел у себя, он успел многое осмыслить и даже простить Лололошке его недоизмену. Изменой это считалось, потому что Лололошка виделся с Эбардо целый день, но ни «привет», ни «как дела?» так ему и не сказал. Вместо Эбардо это получили Сан-Фран и Ашра. Вместе они смеялись, ворковали, любезничали. Даже в столовую пошли — это Эбардо заметил, как только вышел с третьей в расписании социологии. А приставка «недо» здесь, потому что... Никакой измены не было. Однако ревновал Эбардо как в последний раз. Хотя, в таком случае, каждые его приступы ревности «как в последний раз», но сейчас это другое, причем совсем. Как бы то ни было, сидеть дальше в своих четырех стенах Эбардо не хотел: наконец раздался характерный звук отпирающегося замка, который услышал даже Джодах на кухне. Отчего и дернулся, не до конца веря. Но стоило преспокойному Эбардо показаться на виду, как Джодах тут же убрал телефон в сторону. О да, чудовище решило больше не скрываться от глаз простых смертных. Однако глаза простых смертных обиду все же успели затаить, а сейчас их обладатель придумывал прекрасный план мести. Только виду не подал, приветливо улыбаясь своему сожителю: — До сих пор не хочешь отведать пирога? — и не дожидаясь ответа, потянулся к ножу, попутно включая чайник. Эбардо устало прикрыл глаза, а затем плюхнулся на стул, обняв одно колено. На самом деле, ему реально было интересно попробовать довольно сомнительную выпечку друга, даже невзирая на страх отравиться. Поэтому что-то колкое и едкое он отвечать не стал, к тому же Джодах сам горел желанием накормить Эбардо своей стряпней. Он уже отрезал кусок и, положив его на блюдце, что только что достал из шкафчика с прочей посудой, поставил перед другом. Через минуту рядом оказался чай без сахара, а за ним и вилка. Эбардо опустил колено и подвинулся ближе к столу, подпер щеку рукой и остановил взгляд на невидимой точке. — Ты прав, — вдруг начал он, вызывая волну удивления: Джодах чуть воздухом не подавился. Даже не важно, с чем Эо сейчас согласился, важно то, что таких фраз от него не звучало, без шуток, никогда! — Нужно перед ним извиниться, — а-а... Теперь загоревшиеся глаза Джодаха потухли, а воодушевленная улыбка стерлась с лица. Конечно, все его мысли заняты этим Лололошкой, а Джодах уж размечтался. Подумал, выиграл спор, произошедший на днях, а нет... — Ешь. Очень вкусно получилось, — более настойчиво сказал он, кивая в сторону блюдца. Ну, вдруг не заметил. — Нет, ты не подумай, — Эбардо взял вилку и немного поковырял десерт, как бы оценивая. — Я до сих пор считаю, что твои коллекции перьев — бесполезная трата времени. Говорил он так спокойно, как ни в чем не бывало. Он даже не задумывался, что так может обидеть друга, ведь по большей части, на чувства этого самого друга ему было все равно. А вот это, кстати, зря. Потому что Джодах уже начинал беситься, едва подавляя в себе желание высказать все любимому Эо. Впрочем, друзья они лучшие, поэтому Джодах прекрасно понимал, что сейчас не лучшее время издеваться над ранимой душой Эбардо, возможность сделать это более элегантно еще появится. — Это красиво, — хмыкнул он, делая вид, что на мнение друга ему совсем все равно. — А что насчет извинений? — Завтра. Эбардо устало вздохнул. Про их маленькую традицию встречаться во вторник после четвертой пары в библиотеке он не забыл. Еще лучше, он не планировал ее нарушать. Потому что только так вылавливать Лололошку на перерывах или писать ему километровые сообщения не придется. К тому же, перерывы довольно короткие, а общаться в интернете у Эбардо получалось, откровенно говоря, плохо. — Ну да, — усмехнулся Джодах, — Мне проще убиваться по нему целыми днями, чем пойти и извиниться сейчас, — говоря, как это выглядит со стороны, сыронизировал он. Эбардо ведь реально забавный малый: страдает по своему Лололошке, но ничего не предпринимает для того, чтобы перестать это делать. — Ну да, — пожал плечами Эбардо, соглашаясь. Как-то реагировать на подколы Джодаха ему сейчас хотелось меньше всего. Вместо этого он отделил маленький кусочек, ткнул в него вилкой и отправил в рот. А потом, пережевав, сделал то же самое еще раз. — Я ожидал худшего. Ну, кто бы сомневался? Других комментариев Джодах и не ожидал. Хотя, если так рассудить, ведь Эбардо даже комплимент сделал. — Если ты не извинишься сегодня перед Лололошкой, я у тебя его уведу, — спустя минуту молчания наконец начал диалог Джодах, вызвав незамедлительную реакцию: Эбардо едва не подавился кусочком пирога, когда услышал это. Хотя, какая же это, на самом деле, чушь! Лололошка бы ни за что не променял Эбардо, идеального для себя парня — без шуток, он сам так говорил — на какого-то выходца богатой семьи Ави. Конечно, с состоянием родителей Джодаха не сравнится даже тетушка Лололошки, но самому Лололошке это не очень-то надо! Он любит Эбардо таким, какой он есть, и менять его на кого-то он точно не станет. Это просто не в его стиле. — Ты не в его вкусе, — усмехнулся Эбардо, продолжая жевать лакомство. Больше его это мало волновало, даже стряпня Джодаха оказалась куда интереснее его детских угроз. Ну, хотя, нужно все же отдать должное: в чем-то павлин прав. Перспектива извиниться как можно скорее, очень даже актуальна. Однако делать это, конкретно сегодня уже нет смысла. Потому что поздно. Потому что писать сообщения с извинениями Эбардо не будет, а идти к Лололошке домой в такое время ему не хочется, и на это есть причины. Во-первых, его тетушка, с которой он живет, в такое время определенно точно дома. А отношения с ней не сложились прямо с первых секунд знакомства: стоило Лололошке привести своего «друга» домой, чтобы вместе провести свой досуг, как старуха сразу отметила, что Эбардо — тот еще придурок. Конечно, общаться и дружить им не запрещала, однако когда звонила Лололошке при Эбардо, сразу же начинала лекции о том, что им пора бы разойтись. А во-вторых, пусть они и встречаются, живут довольно далеко друг от друга. Можно сказать, на разных концах города! А денег на такси Эбардо не тратит принципиально. Потому что лучше пройтись пешком и опоздать, чем остаться без обеда из-за завышенных цен на транспорт. Но стоило Эбардо озвучить все причины, почему идти сейчас к Лололошке — плохая идея, как Джодах только то и сделал, что просто усмехнулся. Детские отговорки, причем самые глупые из всех существующих. — Давай я оплачу такси? Эбардо авторитетно помотал головой из стороны в сторону, отказываясь. Кто бы сомневался. — У меня и так денег нет, а тут я еще и тебе должен буду, — а затем сказал это. Ничего удивительного в этом нет. Чего еще можно было ожидать от Эбардо, когда он только что нормально объяснил, почему не поедет на такси. Пустая трата денег, конечно, но ведь иногда без этого никак! Джодах на это только закатил глаза, а потом вспомнил кое-что очень важное: — Так ты его тетушку боишься? — как-то увиливать от основной мысли он не стал, сказав все прямо. Эбардо даже передернуло от такой резкости: он в очередной раз чуть не подавился кусочком пирога. Когда уже он кончится? — С чего ты взял? — немного придя в себя, он потянулся к кружке с чаем, чтобы сделать глоток, но Джодах снова не дал сделать этого спокойно: — Да ну, Фарагонда крутая. Я ей нравлюсь, — улыбаясь во все тридцать два, гордо заявил он. Эбардо снова чудом не подавился, уставившись удивленным взглядом на друга. — Откуда ты знаешь, как ее зовут... Вы вообще знакомы? — И дочка у нее такая лапочка! — Джодах будто бы не слышал повиснувших в воздухе вопросов, продолжая рассказывать о самом ужасном в глазах Эбардо человеке. — Она как раз сейчас поехала домой. — Домой? — снова переспросил Эбардо, но снова остался проигнорированным. Джодах так увлеченно все это рассказывал, что ничего вокруг себя не замечал, а если быть точнее, не хотел замечать. — Нужно будет тоже к ним съездить после сессии. Они же мне уже как вторая семья, — хихикнул под конец он. Это стало конечной точкой для терпения Эбардо: позабыв о приготовленном с любовью лакомстве, он резко встал из-за стола и направил полный негодования взгляд на друга, который вдруг замолчал. — Откуда ты знаешь Фарагонду?! — вновь повторил он свой вопрос, только уже с другой интонацией. Джодах хитро ухмыльнулся. — А откуда я, по-твоему, знаю ее племянника? — Он мой парень потому что, — без задней мысли ответил Эбардо. — И мой бывший. Повисла тишина. Конечно, поверить в это было как-то очень тяжело, потому что Джодах — тот еще шутник, однако... Сейчас не очень похоже на шутку. Даже если это и было ею, у Джодаха получилось преподнести ее очень правдоподобно, отчего Эбардо даже передернуло. — Думаешь, почему я так хорошо его знаю? — наконец послышался смешок со стороны Джодаха. Только вот Эбардо на него уже никак не реагировал, о чем-то молча размышляя. Говорить еще что-то не имело смысла, потому что стоило пройти чуть больше минуты, как его будто бы осенило. Позабыв о до сих пор не съеденном лакомстве, которое готовилось с явной любовью, Эбардо встал из-за стола и просто ушел. Только в этот раз Джодах побежал следом за ним, из-за чего еще успел увидеть, как тот без спешки обувается и, скорее всего, собирается идти к Лололошке. — Почему стоишь? — покончив с вредными шнурками на своих кедах, Эбардо бросил небрежный взгляд на друга. — Я обязан узнать, врешь ты или нет. Собирайся, — на его лице не показалось ни одной эмоции. Кстати, почему Эбардо так холодно отреагировал на такую новость, Джодах не знал. По правде говоря, он ожидал куда более бурную реакцию. Наверное, даже вилку у себя в горле, но точно не этого. В любом случае, испытывать чужое терпение Джодах не стал: быстренько заскочил к себе, взял кредитку, ключи и телефон, запрыгнул в ботинки и, спешно закрыв входную дверь, побежал за другом, что уже наверняка спустился на два-три этажа.