Полезный экземпляр pt 2

Когда уходил из лаборатории, я чувствовал на своей спине не только железные пластины, что органично и синхронно поднимаются от моего вентилирования, но и печальный взгляд, прикованный прямо ко мне. Я думал, что Рэтчет больше и не взглянет на меня, однако ворчун провожал меня еще очень долго. Не представляю какого это, делать все для кого-то, отдавать свое драгоценное время на человека, что потом направляет дуло прямо в лоб. Самая обыкновенная обида может проникнуть в искру и долго оттуда не выходить. Однако мне не столь обидно, сколь стыдно перед своим другом-коллегой. Мою напряженность было прекрасно видно. Взгляд потерянного существа, руки, скрещенные на груди; медленная, несвойственная мне походка — все указывало на то, что мысли не дают мне покоя и мучают изнутри. Смоук может и не похож на бота тактичного, но он похож на того, кто сможет отвлечь от внутреннего мира. — Вот Арси то обрадуется! — резко произнес гонщик, складывая руки на грудной пластине, — я ей проиграл в этот раз. — Смоукскрин, ты о чем сейчас? — на лицевой пластине нарисовалась недоумение. До главного процессора так и не доходила вся суть дела, — чему именно она будет рада? — Ты в зеркало себя видел? — я отрицательно помотал головой. Странно, что я не захотел посмотреть на то, во что я превратился, — А еще за внешностью своей следит. Кто-то мне нагло врёт! — от такого заявления я чуть посмеялся, хотя мне было немного неприятно, — ладно, дружок, сейчас зайдём ко мне в каюту и ты посмотришь на себя. Только не пытайся понять сейчас что ты! — Не буду, не беспокойся. Мне самому интересно посмотреть на себя со стороны. Сохраню интригу, для пущего эффекта, — я проговорил все на удивление довольно холодно. Тон был похож на тот, что был в самом начале нашей встречи. Видно мысли не давали мне покоя совсем, но теперь мне дали повод перевести свой фокус внимания. Прошло пару мгновений и мы вдвоем оказались прямо у входа в каюту элитного. Двери раскрылись и в этот же момент меня схватил манипулятор друга. Тот явно любил нервы потрепать маленьким ботам. Пальцы Скрина вцепились довольно крепко, я не смог пошевелиться. Наконец мой короткий аттракцион закончился и меня поставили на платформу, против которой и висело что-то наподобие зеркала. — Предупреждать не учили? — чуть саркастически вырвалось из моих уст, когда мои ступни все же коснулись твердой поверхности. — Ты лучше не ворчи, а посмотри на себя, — молодой автобот развернул меня к зеркалу. — Ладно-ладно. Мои окуляры устремились на стеклянную пластину. Каково было мое удивление, когда я увидел себя. Точнее свое отражение. Мне на момент стало не по себе от того, кто стоял по ту сторону зеркала и пилил меня взглядом. Робот из металла, холодного и необработанного, покрытый сотнями пластинок стоял против меня. Его сиреневые глаза, так похожие на два огонька цветов мне сильно напоминали одного бота. Я не стану называть его имени, ведь и так ясно, на кого я похож. Мне стало ясно, от чего Рэтчет так переменился, когда увидел меня такого, каким я сейчас являюсь. По крайней мере глаза точно его. Но в этих окулярах нет той жестокости, нет той свирепости. Только страх, сильнейший испуг. Это меня и отличало от лидера десептиконов. Тяжело выдохнув, я взглянул на свои ноги, потом чуть покрутился вокруг себя. — Я все же тебя не понимаю, Скрин, — я обратился к своему проводнику в мир трансформеров, — Почему ты проиграл спор? — А ты посчитай, сколько на тебе колес? — автобот чуть улыбнулся. А вправду, а сколько их у меня? Покрутившись вокруг себя, я сказал: — Два колеса. И что дальше? — Она очень надеялась, что в нашу команду прибавится двухколесник. Ты таковым и являешься, — парень чуть погрустнел, — а я надеялся на тебя. Ещё одна машина нашей команде бы не помешала. — А что ты хоть проиграл ей? — мне стало интересно, что же этот балбес поставил. — Ставил не только я, но и остальные. Кроме Оптимуса, конечно же, — элитный сел на край платформы. — Хорошо, что вы ей все проиграли? — мне стало больно интересно. На меня еще никто и никогда не ставил ставки, а тут всей командой. — Она попросила, чтобы каждый принес какой-нибудь сувенир с каждого континента. Все-таки она — фем, поэтому проявляет порой эту слабость, как вы говорите, сороки. Блестящее что-то нужно. — О, вот это интересно! С какого континента ты везёшь свой подарок? — я был уже весь в нетерпении и полностью погружен в эту ситуацию. — Евразия вроде. А что? — Друг, не волнуйся. Подарок будет, да еще какой! На этом континенте, можно сказать, я свой, — молодому автоботу я подмигнул, а тот совсем меня не понял, — в этом вопросе положись на меня, хорошо? — Ладно. Земля все же — твой дом, ты разбираешься в нем лучше меня, — элитный Встал с платформы и взял меня, а после поставил на пол, — пойдем радовать нашу Арси, — мех проговорил это так, будто совсем не был готов радовать фем. — Не переживай ты так. Подумаешь два колеса вместо четырех. Скорости от этого меньше не становится, — Скрин перевел на меня взгляд, будто понял истину этого мира. Его окуляры раскрылись от счастья. — Даже не вздумай меня обгонять! Не выйдет! — Смоук принял мои слова, как вызов, а я его реплику, как отговорку от соперничества. — Это мы еще посмотрим! — на моей лицевой пластине появилась хитрая улыбка. Чуть блеснули клыки, так что сразу стало понятно, я настроен серьезно. — Ты для начала доедь до конца коридора быстрей меня, а потом кидай вызов, — парень так и не понимал, что я полон уверенности и не готов отступать. — Хорошо, Смоуки, доеду! — так как альтернативной формы я пока что не имел, я мог лишь частично менять форму своего тела. Вместо ног у меня появились колеса, на которых я держался как на коньках. Смоук взглянул на меня, смерил оценивающим взглядом и сказал: — Как хочешь! — в момент робот стал спортивной машиной и дал по газам. Послышался оглушительный скрип резины о бетон. Короткий заезд начался. Расстояние в 40 метров, один поворот и главный отсек прямо перед нами. Я, как только заметил, что Смоукскрин рванул вперед, не жалея собственных колес, попытался догнать его. Если вы хоть раз видели, как бегают конькобежцы, то понимаете, как я пытался догнать своего друга. Я набрал сумасшедшую скорость за доли секунды и не собирался сбавлять темпа. Как только мы вдвоем подъехали к повороту, Смоука занесло, я тоже не удержал равновесия и буквально проскользил весь поворот на пальцах, прижимаясь боком к полу, прямо как в кино. Выглядело эффектно. Рев мотора, скрип колодок, бешеная скорость и накал страстей только добавляют красок в весь заезд.Скрин, как истинный профессионал гонок и покоритель скоростей, быстро выровнялся и устремился вперед. Ему оставалось пару десятков метров до конца маршрута. Я же, даже не успев встать на свои две, полетел прямо за гонщиком. Моего пыла и желания нельзя заменить опытом, поэтому было логичным, что эта гонка была проиграна. Смоук вылетает из коридора, все остальные трансформеры с большим непониманием смотрят на этого гвардейца. Они не могли понять, с чего вдруг так взъелся их друг, что решил покататься по коридорам базы. На рев моторов повернулся даже Оптимус. И очень вовремя. Каково было удивление всех присутствующих, когда они увидели летящего на всех скоростях маленького бота. Арси даже приняла боевую готовность, поскольку не успела разобрать, что за существо перед ней кружится. Сделав пару кругов для плавной остановки, я все же затормозил. Колеса сменились ногами, я стоял на полу уверенно. — Напугал! — Арси прервала неловкое молчание, что висело в зале пару секунд. — Арчи, ты что ли? — Балкхед чуть прищурился, чтобы рассмотреть меня. Я одобрительно кивнул, сказав: — Да, я Арчибальд, — ко мне приблизился Бамблби, ему было интересно посмотреть на меня вблизи. Подойдя ко мне ближе, он осторожно взял мою конечность своими пальцами и приподнял руку, рассматривая ее. Разведчику было очень интересно, что этот маленький бот из себя представляет. Профессия оставляет отпечаток на личности. Я поспешил убрать свою руку, поскольку мне стало щекотно. — Ну что мальчики, жду свой выигрыш не дождусь! — Арси убрала оружие и сложила ручки за спиной, так, будто маленькая невинная девочка выпрашивала у мамы игрушку, строя самые щенячьи глазки на свете. — Оу… — грустно смог выдавить из себя Балкхед. Конечно грустно, его отправляют за подарком в южную Америку, а там не особо большие улицы для такого громилы, как он. Обратив свой взор на Оптимуса, мои глаза встретились с его оптикой. Прайм явно что-то почувствовал, когда увидел цвет моих окуляров. Однако это была вовсе не печаль, не грусть, не сожаление. Чувство было совсем другого характера. Оно было похоже на ностальгию по добрым и далеким временам, что были давно-давно. Окуляры нашего предводителя стали такими добрыми, полные мира и спокойствия. Я не стал спрашивать Прайма, о чем он сейчас думает, поэтому просто обернулся обратно к ребятам, оставив Оптимуса наедине с его мечтами. Наверняка тот вспоминал о том, как многие тысячелетия назад он тесно общался с Мегатроном. За всю свою жизнь на Кибертроне эти двое успели стать друг для друга не просто друзьями, а настоящими братьями, как выражался сам Оптимус. Я не знаю, с чем связана столь сильная связь между ними, однако смею предположить, что лидеры не находили для себя бота лучше, чем своего друга-брата. Арси вовсю стала изображать из себя леди. Список ее пожеланий был просто огромен. Ей хотелось буквально с каждого района каждой страны какую-нибудь безделушку. Конечно же ей тонко намекнули, чтобы фем купила себе закатывалку для губ, а то уж больно много хочет. Би, который для двухколесницы словно брат, стал возмущаться и давать нравоучения сестре. Балк тоже негодовал, но долго это не продолжилось. Я то и дело мило смеялся с каждой фразочки этой девочки. Но мою безмятежность и радость вдруг как ветром унесло. Унесло в коридор, где слышались шаги. Я прекрасно знал, кому они принадлежат, потому сначала успокоился, а позже, когда увидел автобота за своей спиной, решил подойти к медику. Мне все еще было стыдно за то, что я сделал. Меня будто что-то ужалило, я сорвался с места и побежал прямо к Рэтчету, но медик не обратил на меня внимания, он шел прямо к своему лидеру. Его не интересовала такая мелочь, как я. Он был обязан доложить об результате этого метаморфоза лично. — Мой старый друг, что-то случилось? — Оптимус повернулся к медику, смотря тому прямо в оптику. — Я пришел доложить о результате этого происшествия, — медик посмотрел через плечо на меня, — Арчибальд, подойди пожалуйста ко мне, — Рэтчет после фразы отвернулся от меня. Я послушно подбежал к автоботам. — Я видел, Рэтчет. Довольно необычно, — высказал свое сухое мнение Прайм, — тебя что-то беспокоит. — Во-первых я хочу рассказать тебе интересную вещь, об этом молодом боте, — он видно не мог успокоиться. Поэтому даже по имени меня не называет, — наш прекрасный товарищ — прекрасная система защиты ключа и его сосуда. Не спрашивай, как я это понял. — А во-вторых? — Прайм посмотрел попеременно то на меня, то на своего товарища, — Тебя беспокоит что-то еще, не так ли? — Ах, если бы просто беспокоило! — Рэтчету явно давались тяжело слова, которые он хотел произнести далее, — Ты видел его окуляры? — Не стоит твоей паники, как я считаю, Рэтчет. Цвет глаз ни на что не влияет, — сухо отозвался Оптимус, хотя он прекрасно понимал, что именно имел в виду старый друг, — не мучайся воспоминаниями, отпусти их и живи этим временем. Лучше скажи, как наш пациент? — профессор тяжело выдохнул, а после ответил: — Здоров. Ему нужно время, чтобы окрепнуть и начать пользоваться оружием. Он вполне может искать себе земной транспорт, чтобы принять его облик, — медик наконец опустил на меня свой взгляд. Наклонившись ко мне он попросил лишь об одном, — выбери любой другой цвет, только не чисто белый. Я не смогу на тебя смотреть, если ты покрасишься так, — я понимал, отчего он так говорит, поэтому просто молча кивнул. — Я хотел… — мне снова не дали договорить. Извинения снова не будет. — Я тебя простил, успокойся, — медик быстро протараторил эту фразу, после чего вернулся к разговору с Праймом. Честно, я стал чувствовать себя дураком. Я думал, что медик держит на меня обиду, однако все оказалось не так. Мир перевернулся с ног на голову и сейчас мне было вовсе не стыдно. Наоборот, я сердился, что мне об этом раньше не сказали. Я не стал нарушать разговор двух старых друзей и решил покинуть их общество. Вместо этого я обратился к Смоукскрину и сказал ему: — Собирайся, мы едем за подарком, — протараторил я, касаясь пальцами ноги своего товарища. Тот, конечно же, посмотрел на меня с недоумением, — заодно посмотрим мне транспорт, в который я буду превращаться — на лице растянулась милая улыбка. — Ты бы так сразу сказал! Конечно же поехали! — гвардеец сразу обернулся машиной, а я встал на свои колеса и надел свой плащ. Прошло буквально несколько минут, как мы оказались неподалеку от того места, что называется ярмарка.