Полезный экземпляр pt 2

Немезида полная интересных личностей. Раз за разом этот кораблик скрывает в себе перспективных десептиконов, способных сделать что-то невероятное для своей стороны. Шоквейв стал очередным гостем, а в будущем и жителем, этого судна. Как же замечательно, что своих на этом корабле радуют душераздирающим гостеприимством. Нокаут был только рад приводить отшельника в подлежащий десептикону вид. Конечно, сначала медкон наладил все необходимые системы, без которых жить будет довольно трудно. Оптика снова горела ярким огнём, манипуляторы не дрожали при каждом шорохе, а патронташ больше не болтался за спиной. Нокауту пришлось хорошенько постараться, чтобы сделать все необходимое для полноценной жизни учёного. Одна печаль — Шоквейв не болтливый бот и баек о жизни на мёртвой планете от него не дождёшься. Как бы медик не старался, из пациента выбить что-то большее, чем пару шаблонных фраз так и не удалось. Поэтому работать приходилось в полной тишине. « Я бы у зеркала умер, если бы со мной что-то подобное приключилось, — уныло подумал бот, выравнивая вмятину на грудной пластинке, — как ужасно выглядит бот без полироли,». Уже ближе к концу, когда медик схватился за валик, в отсек зашли незваные гости. Нокаут знал, что кроме Скрима и Лорда к нему в отсек никто так просто пройти не может. Сам медик никому не разрешает. Если его заповедь была нарушена, то пила вполне легко могла оставить тебя без милых покрышек. — Нокаут, — на выкрике произнёс сикер, — чего ты там возишься! — Красота требует времени, Старскрим, — алый бот специально выделил имя своего друга. Да ещё и такой интонацией, будто его компания сейчас неприятна. — Мне нужен Шоквейв, прямо сейчас! — как и полагается великой истеричке, требования посыпались одно за другим неприятным ливнем. — Дай я закончу! — Нокаут чуть ускорился, но бдительность к мелким деталям не потерял. — Я же говорю, что мне он нужен прямо сейчас! — летун продолжил гнуть свою линию. — Старскрим, — мило пролепетал любитель погонять, — в следующий раз, если белковый тебя оставит в стене, я не буду чинить тебе манипулятор. Даже не так. Начну работу и брошу в самый ответственный момент. Не мешай мне и Шоквейв освободится раньше. Меди проговорил все свои слова с не присущей для десептиконов спокойностью и хладнокровностью. Кто бы мог подумать, что такой грамотный выпад в диалоге сможет заткнуть Старскрима. Однако, ненадолго. Лежащий на платформе Шок все это время наблюдал за разборкой, где-то глубоко в искре усмехаясь такому поведению. — А можете поподробнее рассказать про тот случай с белковым? — учёный встрял в разговор, чуть приподнииаясь на локтевых соединениях. Нокаут глубоко провентилировал, но продолжил делать свою работу прилежно. Скрим понял, что если он может и просто поговорить с учёным, то тогда можно было и не устраивать концерта. Стыдно ему, конечно же, перед своим другом не стало, поэтому дальнейших извинений не последовало. — Да, там ничего особенного, — сикер махнул рукой. — Точнее, у белкового был фазовый переключатель, с помощь, которого он смог оставить первого помощника Лорда Мегатрона в стене. Я его потом оттуда доставал. Ой, умора! — медик вспоминал все это с такой широкой улыбкой, попеременно задыхаясь от смеха. В тот день было столько ругани только из-за того, что этот придурок застрял не абы где, а под собственной платформой. — Нокаут! — завопил сикер. — Дай посмеяться! Смех продлевает жизнь! — алый бот убрал от пациента валик, немного не закончив свою работу, чтобы не испортить её в припадке веселья. — Не твою, — прошипел Старскрим, сложив манипуляторы на груди. Шоквейв покрутил головой из стороны в сторону. Его одинокий окуляр остановился на истерике. — Так, что же ты от меня хотел? — Скрим вспомнил, зачем он вообще сюда пришёл и потому подошёл на шаг ближе к ученому. — Возможно ли, чтобы человек стал трансформером? — Шоквейв немного подумал. Он не мог вспомнить, как выглядят люди, — ну знаешь, такие маленькие, как раз белковые, Землю населяют. — Я тебя понял. Но для меня остаётся непонятным то, к чему ты задаёшь такие вопросы, — мех, по окончанию своего восстановления, сошёл с платформы, а после поблагодарил медика за исцеление. — Так может или нет? — Старскрим продолжил гнуть свою линию. Поняв, что идти против такого десептикон, как Скрим, бессмысленно сейчас, Шок всё-таки ответил: — Это слишком маловероятно. Без постороннего вмешательства и кибертронских технологий такое не возможно. Человеческая конструкция не позволяет заменить все свои составляющие на железные детали, а кровь не годится для работы сложных механизмов, в то время как энергон смертельно опасен для них, — ученый быстро проговорил каждое слово так, будто в его процессоре не существовало слов попроще. — Если я тебе скажу, что такое возможно? Тем более, такое произошло, — Скрим умеет приподнять настроение. С азартом он подошёл ещё на шаг ближе к Шоквейву, суча двумя когтями друг о друга. — Чтобы я тебе поверил, мне нужны доказательства, — сухо произнёс Шок. — Так. Старскрим, ты меня заинтриговал! — Ноки посмотрел через плечо, складывая попутно свои инструменты по местам. — Я сейчас скажу безумную вещь, в которой я сам до конца не уверен, — Скрим решил начать с длинного вступления, — но то, что произошло реально. В общем, тот человек, которого теперь я ненавижу всей своей искрой, стал трансформером. Более того, он уже выходит с ними на задания. — Чушь какая-то, — промычал Нокаут, поворачивать лицом к своему союзник, — я не представляю себе этого. Ты только подумай, это ведь невозможно! За такой короткий промежуток времени невозможно кожу заменить железом! — Ты можешь и не верить, а вот твои подручные вехиконы подтвердят мои слова и описание этой букашки, — Старскрим сложил свои манипуляторы у груди и демонстративно задрал лицевую к потолку. — Постой, что? — медик Немезиды понял, что у спикера появилось небольшое доказательство, хоть и не существенное. — Если такое всё-таки произошло, то я должен исследовать его, чтобы понять, возможно ли повторить это во второй раз, — циклоп направился к выходу. За ним вышли и остальные боты, — но, как вы понимаете, я не могу исследовать то, чего у меня нет. — Докажи, что твой минибот реален, — гонщик произнес это так, будто кидал вызов командующему. — Хорошо, Шоквейв, будет тебе экземплярчик. Не переживай, — сикер хитро сощурил свою оптику. Похоже, что у него уже был план и поэтому пари можно было считать выигранным. *** По другую сторону, уже на земле, автоботы не находили себе места, даже в Чертогах возрождения они были полны напряжения. Сказать, что автоботам страшно будет ошибкой, так как в их команде есть те, кто вовсе позабыл про это слово. А что? Забрать ключи из-под носа самого Мегатрона разве не бесстрашие? Хорошо, похоже на безумие, зато какой успех! Автобот, которому принадлежит этот подвиг, сейчас стоит около одного из множества залов с надеждой на то, что тишина, в которой он сейчас находится, продлится как можно быстрее. Он так давно не видел десов, что боялся, будто совсем забудет приятное чувство удара о броню врага. — Не беспокою? — за спиной тридцать восьмого Послышалось тихое жужжание. Поначалу, автобот был удивлён, что его кто-то потерял. Приподнял плечи, на фейсе появилось недоумевающее выражение лица. Но вскоре все это пропало. Скрин повернулся лицом к разведчику. — Теперь я понимаю, почему ты разведчик, — сделал комплимент своему другу гонщик, — так тихо, я даже не заметил. — Скорее, ты слишком увлеченно о чем-то думал, возразил шмель, — и мне очень интересно, о чем же ты мечтал, — Би проговорил каждое слово довольно мягко, как он умеет. Он, всё-таки, не допрашивать пришёл, а говорить со своим другом. — Да так, о всякой мелочи, — мех легко отмахнулся от вопроса, но Бамблби все же стал настаивать на более откровенном разговоре. — Не знаю, какие такие мелочи могут заставить тебя, — на последнем слове он акцентировал все внимание, — о чем-то так думать. Даже на заданиях ты куда веселее, даже если тебе угрожает смерть. Смоуки пропустил холодный воздух через вентиляцию. С одной стороны, ему хотелось прямо сейчас сбежать от своего друга, а с другой, мечтал, чтобы он остался с ним на подольше. Положив свой манипулятор на стену, молодой бот опустил шлем в пол, пытаясь собрать все ходящие из стороны в сторону мысли. — Понимаешь, мне так не нравится, что десептиконы так и не объявились, — Скрин прикрыл на момент оптику, — обычно, они не могут остановится перед тем, чтобы убить нас всех. Здесь есть что-то больше, о чем я понять не могу. — Думаю, что нам и не нужно догадываться о том, чего именно хотят десы. Им нужна простая победа и наша дезактивация, — Би облокотился на стену, пытаясь оптикой уловить каждую черточку фейса друга. — На Земле узнал такую фразу, которая полностью описывает мои беспокойства, — гонщик отвернулся от Бамблби совсем, — великое затишье наступает перед страшной бурей. — К чему ты все это ведешь? — разведчик не понимал такого странного и не свойственного настроения у тридцать восьмого, — неужели ты думаешь, что… — Я не думаю, я уже знаю, — Смоуки так и стоял крыльями к своему товарищу, совсем опустив шлем к полу, будто стыдясь чего-то — они что-то задумали, что может выйти нам боком, если не дезактивом. — У нас каждая встреча с десептиконами такая, чего ты переживаешь? — разведчик прекрасно понимал к чему идет разговор, но он продолжал раскручивать Смоукскрина на откровения. — Следующий бой может стать слишком неравным. Раньше, даже когда у них были преимущества, у нас были лазейки и другие возможности выиграть бой, но теперь все может стать совсем плачевно. — Но у нас же есть артефакты, — послышалось уверенное заявление. — У нас были все ключи, но Кибертрон от этого живее не стал. Фраза прозвучала как самое лучшее и наглядное доказательство. А ведь и вправду. Первая и последняя надежда на оживление Кибертрона была буквально у них в руках, но и та не дала никакого результата. Каждый раз, приближаясь к финишу, у них появляется новый забег, пройти который становится довольно трудной задачей. Если до этого голос Смоуки был холоден и весьма спокоен, то далее в его голосовом модуле уже поселилось отчаяние: — Когда я служил у Альфа Триона, то я еще долго не мог получить задачи тяжелее, чем охрана старых, уже никому, к шарку, ненужных записей. Сколько бы я не тратил времени на работу с тренажерами, не показывал свои умения, меня не переводили на задания важнее. Здесь, в нашей команде, мои попытки сделать хоть что-то лучше воспринимаются не всерьёз, я … — мех замолчал, будто начал задыхаться. — Почему, сколько бы я не старался, все будет криво, косо и никогда не получится идеально? — голубые огоньки мелькнули над плечом. — Наверное, лишь потому, что… — Бамблби пытался поддержать своего друга, как только мог. Но со временем, когда понимание проблемы Смоуки стало лучше, Би был готов замолчать. Хорошо, что Оптимус появился вовремя. Он подошел со спины разведчика, который не терял своей бдительности. Только по мелодичности шагов Прайма он понял, кто именно к нему приближается. — Потому что, Смоукскрин, идеально может получится лишь тогда, когда ты делаешь что-то не один, — низкий голос лидера, напоминающий о доброй стороне суровой реали, разорвал тихое смятение в воздухе и мгновенно дал опомниться своему товарищу, что тот совсем не один, — Не стоит брать на себя слишком большие задачи, если ты не можешь выполнить их самостоятельно. Скрин моментом переменился в лицевой. Он повернулся к своему командиру передом. Его окуляры стали гореть иначе, фигура приобрела другой характер. Он будто снова собрался со всеми силами, что у него были, но их было мало, чтобы сдержать свое внутреннее напряжение. Надбровные дуги сложились в домик, а голубые огоньки, ярко сверкая в сумерках коридоров, создавали такое впечатление, будто в двух только его фразах и была сокрыта вся жизнь элитного. А ведь это так и было. Сначала учеба, потом стазис, теперь работа в команде Прайма. — Не принижай свои достоинства и учись находить в каждой ситуации что-то необычное. Никто не знает, каким может оказаться следующее решение, — Оптимус положил свою тяжелую и холодную ладонь на плечо юному автоботу довольно аккуратно. — Конечно, Оптимус, — парень отвернул свой шлем в сторону, как будто чувствовал на себе тяжесть стыда. Правда, за что это странное чувство? — Ты не один беспокоишься из-за малой активности Мегатрона, — продолжил Прайм, начиная идти куда-то в сторону. — Правда? — гонщик чуть ожил, когда понял, что нашел единомышленника. Оба друга последовали за своим лидером. — Конечно, это более чем очевидно, — коротко и как-то легко произнес носитель матрицы, — их корабль довольно часто можно увидеть в небе средь туч. И раз они так и не высаживаются, то значит, что они готовятся довольно тщательно, для обычной вылазки. Вполне логичное заключение. Более полного и не нужно. Лидер подвел своих последователей к одному из балконов, с которых открывался замечательный вид на все окружающее их пространство. Картина этого мира так и не менялась. Было понятно, что они чего-то так и не сделали, от чего Кибертрон так и не ожил. — Альфа Трион с тобой больше не говорил? — Би поинтересовался у Оптимуса, на что получил отрицательное качание головой. — Нет, более от него сообщений я не получил, — свой холодный взгляд прайм направил на самого младшего, — и мне жаль, что про тебя, Смоукскрин, он мне ничего не сказал тогда. — Если бы я знал, что ключ находится внутри меня, разве бы мы стояли здесь? К тому же, теперь у меня есть еще один друг, с которым можно погонять на дороге, — мех изобразил на своей лицевой улыбку. — Надеюсь, что наши друзья скоро за нами прилетят, — Би прожужжал это, смотря сквозь серые тучи. — Непременно, Бамблби, — носитель матрицы наоборот, опустил свою голову вниз. И вот, наступил тот самый момент, та самая точка, преодолев которую ситуация начинает накаляться. Вокруг мир застыл, превратился в тот, которого будто не существует. Вся пыль, что витала в воздухе там же и замерла, ветер перестал бесноваться и летать из стороны в сторону. Даже сами автоботы перестали двигаться, прогонять воздух. Замерло все и все. Наступила та самая идиллия, жизнь которой равна секунде, но в искре она останется надолго. Никак иначе быть и не может. Вот, проскакивает тот самый чудный миг, тот, что уже не вернуть. Время вновь побежало, устремилось вперед; ветер снова стал гулять из стороны в сторону, гоняя частички в воздухе на себе. Один такой холодный поток зарядил прямо в лицевые всей тройки, от чего пришлось прикрыть манипуляторами оптику, пока она не забилась грязью. — Оптимус! — голос Арси дополнил тот свист ветра, который проскакал по всем коридорам чертогов, — Оптимус! Это имя она вторила до тех пор, пока его обладатель не повернулся к ней. Фем очень обеспокоенно выглядела. Руки парили над землей, серво чуть присогнуты, будто готовилась к атаке. Но больше всего ее состояние выдавала ее оптика. Она так прекрасна, когда ее обладательница спокойна, но так безнадежно выглядит, следует Арси насторожиться. — Десептиконы здесь, прямо в башне! — за ее спиной показался силуэт Балкхеда, который поспел вовремя. — Я перекрыл им главный проход, поэтому они еще долго сюда не попадут, — прогоняя быстрыми темпами воздух сквозь системы, крушитель подходил к своим товарищам ближе. — Выходит, что нам придется спускаться не стандартным способом, — Смоуки посмотрел через балюстраду вниз, соображая, как спуститься на землю. Би оценивал всю ситуацию, в которую они неожиданно попали. Он понял, какую ошибку они допустили, но сейчас пытался сообразить, что делать дальше. Он бы полностью согласился бы с планом смоуки, если бы не одно маленькое но, которое с каждой секундой становилось больше. Буквально с небес в их сторону пикировало нечто, что повергло разведчика в секундный шок.