Heart attack

— Аня, ты уже пришла домой? Аня ворвалась в свою комнату, даже не поздоровавшись со своей семьей, и повалилась на кровать, игнорируя мамины замечания. — Аня, я с тобой разговариваю, это нехорошо. Если у тебя был плохой день, просто расскажи мне об этом. Йор вошла в комнату, мягко отчитывая свою дочь. Аня была спокойным подростком, но сейчас она переживала небольшой бунтарский период, и иногда ее было трудно понять. Этим она заставляла родителей беспокоиться о своих способностях как родителя. — Что случилось, Аня? Ты поранилась? Где? Покажи мне. Йор посмотрела на Аню. Девушка рыдала навзрыд на своей кровати. Она хотела осмотреть тело дочери, но Аня оттолкнула ее руки, обнажив опухшие глаза и насморк. Мать тщетно пыталась успокоить ее, потому что Аня жестоко отвергла ее. — Оставь меня в покое! Я хочу побыть одна! — Но… — Не похоже, что ты можешь что-то исправить! Или хотя бы понять меня! Уходи, пожалуйста, мама! Йор с болью вышла из комнаты, прижав руку к груди, чувствуя себя бесполезной, поскольку ничем не могла помочь своей дочери. Аня без конца горько плакала, уткнувшись лицом в подушку, прежде чем уснуть с тяжестью на сердце. Солнце зашло, и она услышала, что ее отец, братья и сестры вернулись домой. Она не знала, который час, но, несмотря на заложенный нос, чувствовала доносящийся с кухни запах готовящегося ужина. Она переоделась в пижаму и вернулась в свою постель, закрыла глаза, пытаясь немного отдохнуть и забыть о своих проблемах. Дверь открылась, и она почувствовала прикосновение руки ко лбу. Она почувствовала маленькие ручки на своих коленях и шепчущие голоса. Когда она открыла глаза, то увидела, что ее отец держит в руках стакан воды и какие-то лекарства. Он ничего не сказал и просто отдал их ей. Аня села, взяла таблетки и проглотила их, запив водой. Вода была восхитительной на вкус, потому что девушка была обезвожена после стольких слез. Она уже чувствовала, что головная боль проходит. Она поблагодарила своего отца, который просто молча смотрел на нее, Ане не нужно было читать его мысли, чтобы понять, что она будет наказана за грубость по отношению к матери. Ее младшие братья и сестры молча обнимали ее за колени, оказывая ей некоторую поддержку, несмотря на то, что не понимали, что происходит. Лоид взяла малышей за руки и заставил их выйти из комнаты, чтобы дать ей немного пространства. — Твоя мама положила твою тарелку с едой в холодильник, так что можешь съесть ее завтра. Но сегодня вечером съешь хотя бы бутерброд, — сказал Лоид, прежде чем закрыть дверь.

***

— У нее типичный случай разбитого сердца. Ей нужен отдых, чтобы двигаться дальше. Я проходил через это сотни раз, она точно переживет, — сказал Фрэнки Йор и Лоиду после того, как проверил свою племянницу. Оба родителя просто смотрели в пустоту, Йор держала нож для масла в своей манере убийцы, в то время как Лоид спокойно клал пистолет с глушителем на стол, поскольку они уже могли заканчивать предложения друг за другом. — Фрэнки, просто дай нам имя. — …и адрес, позволь нам навести порядок в доме. Красные глаза Йор налились кровью, что повергло Фрэнки в панику. — Нет! Не вмешивайтесь в это! Это ее дело! — Все, что я знаю, это то, что кто-то поиграл с ее сердцем и разбил его пополам. Верно, Йор? — Точно, Лоид, она плакала весь день. Этот жесткий и необразованный человек нуждается в том, чтобы мы преподали ему урок. — Не убивайте ребенка! — Кто-то упоминал убийство? Я просто прострелю ему колени. — Моя дочь тоже ребенок, наш дорогой ребенок… Фрэнки вздохнул, осознавая, насколько его семья была безумной, и думал, как заставить их вести себя более гуманно.

***

Через некоторое время после визита Фрэнки, Аня все еще лежала в кровати, уставившись в потолок. В основном она чувствовала себя дурой из-за того, что думала, что она будет отличаться от Йор или Бэкки. Еще она чувствовала себя сбитой с толку, от того, что знала, что Дэмиан будет много думать о ней, возможно, она восприняла это неправильно или еще хуже. Возможно, Бэкки была права, мужчины действительно были визуальными существами. Он никогда не относился к ней серьезно, в конце концов, Джейн была больше в его вкусе. Она была дочерью сенатора, которая хотела стать профессиональной наездницей. Это было больше похоже на мир Дамиана, Аня же слишком отличалась от него, она даже не знала, какой вилкой или ложкой пользоваться, чтобы есть торт или тарталетку. На ней была голубая пижамка и растрепанный пучок, она не принимала душ все выходные, уже планируя пропустить школу в понедельник. Она почувствовала, как Бонд вошел в ее комнату, и помогла ему забраться к ней на кровать. Пес лег справа от нее, а она медленно гладила его по голове с закрытыми глазами. Внезапно кто-то постучал в ее дверь, и она сразу поняла, кто это был. — Привет, Фрэнки рассказал нам, что случилось, не волнуйся, я и твоя мама совершенно не опечалены тем фактом, что ты рассказала все ему, а не нам. Мы в порядке. — Раньше ты был лучшим лжецом, папа, — ответила Аня, не открывая глаз, читая мысли своего отца, поскольку они были полны плача и слез. Лоид рассмеялся и собрал пустые тарелки с пола, чтобы положить их в пакет для мусора, который он принес с собой. Печенье со вкусом арахиса, шоколадный арахис, карамелизированный арахис и обычные конфеты. Аня провела все выходные, питаясь этими нездоровыми закусками, проглатывая свою боль. Наконец он сел на ее кровать и неловко посмотрел на нее. Она гладила Бонда и притворялась спящей, чтобы избежать одного из тех замечательных родительских моментов. — Ты молода, ты очень скоро сможешь познать любовь. Это всего лишь твой первый раз, и обычно все первые разы… болезненны. — Я хочу притвориться, что этого никогда не было. — Если ты будешь так думать, то переживешь слишком много первых разов. Лоид лег рядом со своей дочерью, чтобы подобраться поближе и заставить ее раскрыться еще немного. Аня стала загадкой, она переставала рассказывать все, что приходило ей в голову, и это причиняло боль ее родителям, так как они хотели узнать больше о ее подростковых годах и просто быть рядом с ней. Он волновался как отец, но шпион внутри него требовал информацию, он требовал имя и адрес. — Что тебя так расстроило? Твоя стрижка? Это не так плохо, как выглядит, ты всегда можешь нарастить волосы, если тебе не хватает своих длинных волос, у меня есть хороший совет по кружевным парикам и тому подобному. — Я больна, папа. И глупа. Я подстригла свои волосы ради него. — Тебе скоро станет лучше. Сначала это причиняет боль, но постепенно ты сможешь двигаться дальше. Отказ — не конец света, посмотри на своего дядю. — Я не получала отказ, у него уже кто-то есть. Лоид ахнул и прикрыл рот рукой. Он был готов рассказать Йор об этой бомбе, которую только что сбросила Аня. К сожалению, Аня могла читать его мысли и, следовательно, знала об их планах узнать имя Дэмиана. — Не беспокойся, папа, я просто хочу побыть одна. — Ты была одна целые выходные, мы скучаем по тебе. Я очень скучаю по тебе, ты стала такой отстраненной с тех пор, как пошла в старшую школу. Ты почти не рассказываешь о своих буднях и о том, что делаешь. Я чувствую, что мы снова стали незнакомцами, — сказал Лоид и погладил дочь по голове. — Я просто чувствую себя по-другому и очень странно, это пугает. И то, что ты наказываешь меня без причины, не помогает. Я чувствую, что вы с мамой даже не прилагаете усилий, чтобы понять меня, в то время как я стараюсь изо всех сил, чтобы угодить вам. Я стала имперским ученым и через неделю меня наказали за то, что я праздновала с моими друзьями- — В ночном клубе, юная леди, когда ты соврала, что будешь учиться в доме Бэкки. — Ты бы ни за что не разрешил, если бы я спросила. Я не пила алкоголь и не употребляла никаких веществ, я ответственная. — Конечно, ты же несовершеннолетняя и ученица академии Эдем. Ты хочешь медаль? Аня вздохнула и повернула голову, заставив Лоида пожалеть о своих словах. — Послушай, я понимаю, что ты чувствуешь, и мне жаль. Я просто хочу защитить тебя от всего мира, я знаю, ты через многое прошла, и я хочу, чтобы ты наслаждалась своим детством и юностью в нормальном темпе. Тебе не нужно так быстро взрослеть. Я скучаю по своей маленькой девочке, которая всегда создавала проблемы, потому что жила в мире своих фантазий. — Что ж, я изменилась. Теперь у меня другие интересы. — Сейчас мальчики не заслуживают твоего внимания, они недостойны тебя. Ты самая талантливая, красивая и смешная девушка в мире, и мне больно видеть тебя такой, потому что кто-то был настолько слеп, что не замечал этих вещей. Ты не должна потерять уверенность в себе из-за него. Аня повернулась к отцу и улыбнулась ему. — Он слепой? — И тупой. Аня рассмеялась и вздохнула. — Но иногда я завидую тому, что есть у Бэкки, тому, что есть у тебя и мамы. Я почувствовала вкус счастья, которое есть у вас всех и полюбила это ощущение, я находилась в полной эйфории эти несколько дней. Я чувствую, что мне нужно это от него. Это странно. Аня могла слышать внутренние крики отца, даже если на его лице была улыбка, будто все было в порядке. — Что ж, ты растешь и становишься женщиной. Твое тело меняется, а твои гормоны- — Пожалуйста, не надо! Аня закрыла уши руками, потому что это точно было время для Разговора, не важно как сильно она старалась избегать этого. Но она лежала между Лоидом и Бондом и не могла сейчас сбежать. Лоид прервал ее и продолжил свою речь. — И твои гормоны будут говорить тебе полную чепуху, потому что это их работа, свести тебя с ума. Именно тогда ты начинаешь узнавать о самоконтроле и о том, как не торопить события. Особенно, когда цель уже достигнута. Это скрытое благословение. Тебе следует жить неторопливую жизнь и, в конце концов, ты сможешь поцеловать того, кого любишь. Аня закричала от ужаса, смущенная всем этим разговором, в то время как ее отец продолжал. — Но ты должен знать, что поцелуи приводят к прикосновениям, а прикосновения приводят к тому, что мы становимся бабушками и дедушками. Твои братья, сестры и кузины еще так молоды, я почти не бываю наедине с твоей матерью, у нас пока не может быть еще одного ребенка в семье. К тому же, у тебя есть планы после окончания школы. Тебе следует сосредоточиться на себе, любовь всегда ждет где-то за углом. Посмотри на меня и маму, мы полюбили друг друга, когда нам уже стукнуло по тридцать, так что ты не опоздала или что-то в этом роде, хорошо? Он взял ее за руку, и она крепче сжала его руку, прежде чем одарить его веселой улыбкой. — Спасибо, папа, я чувствую себя лучше. Я сосредоточусь на себе и забуду его. Но он мой друг, как я смогу двигаться дальше? — Я не могу тебя обманывать, Аня, если бы Йор была с кем-то другим во время твоего воспитания, я бы перевернул этот мир, чтобы вернуть ее. Потому что нам суждено быть вместе. Если такова твоя судьба с ним, то он перевернет весь мир, чтобы вернуть тебя. А пока не зацикливайся на этом и сделай что-нибудь со своей жизнью. — Ты лучший. Я люблю тебя, папа. — Ты сказала, что я лучший, и что ты любишь меня! Прошло так много времени, моя малышка Аня вернулась… Лоид несколько минут плакал как Йор, крепче прижимая Аню к себе. Девушка прочла его мысли только для того, чтобы найти что-то и извиниться, но прежде чем она смогла понять, в чем дело, она услышала голос своей матери. — Лоид, пошли! — Да! Он вытащил Аню из постели и понес, как мешок с картошкой, заставляя девушку кричать и отбиваться. Йор взяла верх, и у Ани не было ни единого шанса против нечеловеческой силы ее матери. Родители зашли в ванную только для того, чтобы опустить свою дочь в теплую ванну прямо в одежде. — Вы в своем уме?! — закричала Аня, пребывая вне себя от злости. — О нет, кажется, что твоя одежда намокла и тебе придется ее сменить… Йор пыталась притвориться, что ей жаль, в то время как Лоид смеялся. Мать дала дочке гель для душа, шампунь, зубную пасту, щетку и мочалку. — Тебе стоит воспользоваться случаем, чтобы немного привести себя в порядок, прошло уже несколько дней, верно? — Просто расслабься. Я уберу в твоей комнате и приоткрою окно. — Значит, вы это спланировали? — Разговор, конечно, был искренним. Аня вздохнула и собрала банные принадлежности, прежде чем выгнать родителей из ванной. Пара посмотрела друг на друга, прежде чем громко рассмеяться над своей выполненной миссией.