Ночь на Ивана Купала

Окрылённый после прогулки Антон уже возвращался домой. Хотелось нарисовать всё, что угодно. Казалось, что ничто не могло испортить его позитивный настрой. Но он встретил своих давних приятелей. Сейчас, признаться откровенно, он бы не хотел пересекаться с ними из-за непонятного общения с Ромкой. – Тоха, ты че, реально с Катей гулял, на? – спросил Бяша, вскидывая брови домиком и подозрительно пялясь на друга. Всё это уже начинало докучать. Мысли пронеслись у Тоши, как товарный состав поезда: откуда они, твою дивизию, знают об этом? Озарение пришло незамедлительно. От Оли! – Антошка, ты чего молчишь? Гулял же! А говорил, что не знаешь свою суженую, – как-то ядовито хмыкнул Рома, оскалив острые зубы. Эта лыба напомнила ему о временах, когда они, мягко сказать, были не в ладах. – Да нет же! Всё совсем не так, можете спросить у неё, у неё другой суженый, у неё.. – язык заплетался под давлением тяжёлых взглядов друзей. Какого хрена это их так интересует? – Ты бы с ней не пошел гулять просто так, да и она бы не позвала! Мы ж знаем, как вы ладите, — Рома с особой, по неизвестной причине гневной интонацией выделил последнее слово. Нависла тишина, и Пятифан кивнул головой в сторону белокурого приятеля, дожидаясь ответа. Не унимается. — Что, Тох, никак не оправдаться? – Я вам честно говорю, не хотите – не верьте. Только вот что это за дружба такая, построенная на недоверии? Тоше уже надоело всем всё доказывать, он был уставшим и небольшая агрессия всё-таки просочилась из него. Надоело быть подстилкой для каждого. – Да если бы всё было и так, то вам какое дело? Ты, Ромка, тоже с Полинкой гуляешь, — Антон начинал нервничать, — А хоть её суженого знаешь? Если мне не доверяете, то у Кати спросите, у нее даже доказательства есть. А я сейчас ничего доказывать не хочу, – глубоко вздохнув и не поверив, что он это всё вывалил, Петров поубавил пыл и ушел восвояси. Мысли были не совсем позитивные: зачем он столько всего наговорил? Почему его начало всё это раздражать? – Оля, где родители? — крикнул с порога Антон, снимая тугой кроссовок, — Я пришёл! – Не знаю, но у мамы было очень хорошее настроение, они с папой поехали в город, если я всё правильно поняла, — Оля обрадовалась приходу брата, ведь дома было неимоверно тоскливо. «Ну, хоть у кого-то всё хорошо» – подумал Антон и немного успокоился, начав рисовать. Рома с Бяшей до сих пор бродили по улицам, но все разговоры как-то неожиданно сошли на нет. – Ромыч, а че ты так остро отреагировал на Тоху? Ну погулял с Катькой, и че? Он же не с Полинкой. Или.. ты ревнуешь что-ли? Дыхание на секунду затруднилось. – Да ты чё блядь, Бяшка?! Я не педик, мне этот Антон даром не нужен. – Ром, че с тобой.. Какой Антон, на? Его-то ревновать зачем? Я про Катю, балбес. Нервы были на пределе. Как можно было так тупить? Ебаная ночь на Ивана Купала, она изменила всё. И чувства к Полине, и общение с близким приятелем, почти душевным братом. Да пропади оно всё пропадом! – Слушай, Бяша, мне чутка херово, я домой, — нерешительно сказал Пятифан, прибывая в безвыходном положении, — До скорого! – Ромыч! А че случилось-то? Нормально же все было, на. – Ну вот было, а сейчас — нет. Не дослушав ворчание друга, он поплёлся домой. Хотелось выкинуть Петрова из головы, только вот ничего дельного не выходило. Напротив, когда Рома задумывался об этом, он начинал ещё сильнее размышлять обо всём произошедшем. Кажется, он влип. Антон тем временем уже закончил своё творение и посмотрел в окно. Там был приятный вечерок, а погодка была прекрасная, так и манила домоседов вылезти из уютной берлоги навстречу прохладному ветерку и алеющему закату. И Тоша решил тоже выйти прогуляться.