Бред одинокого поэта

Эта история в край необычна, Слагает о том, что для всех не совсем Привычное дело, а именно то, Как жить не всем уж дано. Главный герой—рыцарь Вернелины, Звали того Фёдор, не буду врать без причины, С детства мечтал на эту службу попасть, И вот он и здесь, значит королевству не пасть! Тогда король был совершенно иной— Того звали Илья, был совершенно другой, Но не без причины хорошим звали его, Жаль тот пал от болезни другой. И тогда, через коротку службу, Пришел на трон тот, что завоевал сердце всех, Он был добр и мил, не используя меч, Мог сразить на повал своей добротой сразу всех. И, если без лжи, рыцарю Фёдору—взгляд его мил, Король был на пару месяцев старше его, Взглядом сверкая своих карих глаз, В обморок мог увалить тот же час. Старался не замечать тех эмоций, тех чувств, Сами пропадут—мешающий фактор, Пока по милости царя своего, Тот не был повышен к нему прямым взглядом. Придворным рыцарем быть хорошо, Но вот незадача, мешает одно— Как смотреть в глаза королю, В котором души не чает рыцарь его? О своих чувствах—молчать, Их всех под запрет, заперты как принцессую в башне, Оставить их там, пока все не умрут, Как бабочки в животе остались когда-то. Но вот дела—то пропало бесследно, Когда царь, неожиданно, всех распустил. И остался взаперти, как принц в клятой башне, Оставшись, как стать, совершенно один. То было странно—паники не миновать, Народу не просто же так бушевать! Ложью покоя людям не дать, Ведь рыцарю хотелось самому было знать. Что стало причиной странного дела? Но стало известно всем несомненно, Как царь с речью выступить смел, И тогда все точно были у дел. Сердце замерло, перестало вдруг биться, Фёдор не знал, не ожидал, что случится, Когда детей он смог в замке сжигать, И когда хотели королю также стать. Но он не мог—не простил, не стал защищать, И было видно—королю то само и не надо, Как он вышел к народу, желая принять, Злобы все от конца до начала. И поджигая солому, с королем впереди, Он смотрел, не отрывая безупречного взгляда, В лицо того, кто предателем был, И кого он единственного так сердечно любил. С глаз проступают солёные слёзы, Не сдержать, сегодня, увы этот крик. Как он был дорог, как смог такой порок, Не думая о всех, как всегда, совершить?