Чей-то последний закат…

Слишком поздно для любования закатом. Небо грязно-голубое. Тихо. Но вселенское безмолвие прервало скрежет и шуршание. На балконе появилось сначала одно существо, а за ним второе. Оно чуть повыше. — Постоянные закаты и проводы солнца. Так еще ты в последнее время опаздываешь. Поэтому сегодня будем другое природное действо наблюдать, — Сону вытянул Сонхуна за рукав. — Лисенок, ты вообще спал? Я только глаза сомкнул, — сонно потирая глаза. Тело облокотилось на младшего. —Ты еще смеешь спать на ходу?! Хён, ну давай, — ладошки обхватили лицо полу-спящего и стали тормошить в надежде пробуждения, — Ну давай, открывай глаза, а то я сам их открою, — Пальцы полезли к закрытому веку. — Ну все, хватит, — неспешно Хун взял руки Сону и убрал их от лица. Мягко улыбнулся, — У меня же сейчас вообще голова не варит. А если ты меня сейчас завалишь своими рассуждениями. Розововолосый обиженно и удивленно взглянул на Сонхуна. Резко вырвал свои руки из его слабой хватки. — Ты чего? А… Извини меня, лисенок. Я не в том смысле. Я обожаю слушать тебя. Я люблю твои теории и рассуждения. Ты прекрасный рассказчик. Я люблю эту магическую, немного сюрреальстичную атмосферу на нашем балконе. Без тебя бы её не было. Рисунки с тобой оживают. А мир начинает для меня открываться с другой стороны, — теперь уже Сонхун взял Лиса за лицо и близко притянул к себе, — Скоро рассвет, но еще темно. А в твоих глазах я уже что-то вижу. Они сияют ярче небесного Сириуса. Я знаю, что ты думаешь о небе, как ты его уважаешь. Как оно тебя притягивает. Но мое небо это ты. Я думал, что не смогу поддержать нашу беседу. Буду скучным взрослым. Который сейчас бы с удовольствием проспал восход солнца. Ты добавляешь мне эту магию, — Хун, будто в замедленной съемке опустил лицо Сону. — Не говори таких вещей! Это не так! Считай, ты меня оскорбляешь. Да, небо мой интерес. Но ты тоже! Ты моя главная теория, над которой я буду ломать голову всю свою жизнь. Грязный оттенок уходит. А вдалеке небо начинает расплываться теплым пятном. — Я хотел не только провожать солнце, но встретить с тобой рассвет. Новая жизнь. Сейчас защебечут птицы. Вот увидишь. Даже растения начнут что-то тихонько бубнить. «Лис» сел поближе к «скучному взрослому». — Так красиво, не описать. Совсем другое чувство. Обычными фотографиями не передать. Я даже иногда путал, где уход, а где приход. А сейчас. Когда я слышу солнце, воздух, листья. Я точно могу сказать. Рассвет. Это рассвет. — Он так молод и робок. И таковым будет всегда. Даже после нас. Сонхун, у меня это даже в голове не укладывается. — Даже не понятно. Рассвет, день, закат и ночь — это одно нечто, просто немного мутирующее. Или разное? Тем временем солнце поднимается все выше и смелее, раскрашивая небо. А рассвет аккуратно расплывается. Чуть слышно стучит в окна. Бегая по зелени. Он уже дотягивается до балкона. Щекочит макушки и щеки и пытается пробраться в квартиру. Две головы лежали друг на друге. Пальцы рук снова и снова изучали линии жизни на чужих любимых ладошках. Вот оно, рождение. Облака были пеленками для новорожденного.