Die Sucht

Войдя в темное холодное помещение, Шнайдер сразу же наткнулся взглядом на чуть живого — а может уже и мертвого — Пауля, неподвижно лежащего на полу в неестественной позе. Сердце мужчины пропустило удар, а ещё не до конца привыкшие к мраку глаза расширились в испуге. Вся педантичность, элегантность и невероятная уверенность Кристофа испарились вместе со всем многолетним опытом и достойным восхищения профессионализмом. Молодой следователь показывал невероятные успехи сначала в академии, потом и во время практики. Все наставники пророчили юноше прекрасное будущее и не зря, так как их предсказания сбылись. Со временем многообещающий студент быстро поднялся по карьерной лестнице и заработал неплохую репутацию в уголовной полиции. И никто совершенно не удивился, когда он со спокойной улыбкой на лице, но с нескрываемой решимостью в глазах, взялся за это пугающее дело. Для маленького немецкого городка это было действительно ужасное происшествие, когда нашли первый изувеченный труп. Пока остальные полицейские в отвращении отводили глаза и возвращали в стороне содержимое своих желудков, Кристоф с необычайной внимательностью и восхищением осматривал тело и то, на сколько чисто было совершено преступление, убийца совсем не оставил следов. Хотя наследить было где, белокурый четырнадцатилетний мальчик был изнасилован толстой сухой веткой, обнаружившейся торчащей из его анального отверстия, кожа изрезана чем-то острым и тонким, рот разорван, глаза распахнуты в диком ужасе (что свидетельствовало о том, что сотворил это самый настоящий психопат, которого ничуть не смущал пристальный взгляд жертвы). И Шнайдер был в восторге, у него перехватило дыхание. Это идеально исполненное убийство, однако такое небрежное и безразличное, будто мальчик был умерщвлён просто потому что, без какой-либо причины. Когда же случилась следующая череда убийств с таким же неизменным почерком, Кристоф как хищник сновал в морге между тел и выискивал что-то в местах преступления, бормоча чуть слышное обращение к маньяку «кого же ты так старательно ищешь?», но все было тщетно и слишком идеально. Улик просто не было, а жертвы были ничем не связаны, может только светлым оттенком волос. Но так оно являлось только для большей части сотрудников, Шнай смог найти некую закономерность, которая и привела его в маленький бар на краю города. И он был уверен: убийца, позже получивший в СМИ пугающее прозвище Чёрный Человек, непременно скрывался где-то здесь, в стенах этого заведения. Сначала подозрения пали на владельца, но Герр Линдеманн несмотря на свой грозный вид был человек порядочный и добрый, что сразу развеяло эту теорию. Но вот его сын… Кристоф, проведший всё детство под тщательным надзором прокурора, коим был его отец, сразу приметил в нем что-то странное и начал своё наблюдение. Долго ждать не пришлось, вскоре в бар завалилась шумная компания студентов, среди которых был белокурый мальчишка, которому с первого взгляда и шестнадцати не дашь, но который, к несчастью, отлично подходил под описание потенциальной жертвы, поэтому Кристоф решил проследить за беспечным юношей, однако просчитался: утром нашли блондинку-официантку из этого же самого бара. Это было послание ему, маньяк раскрыл его и этим изувеченным трупом предупреждал не лезть. И это главная ошибка совершенная Чёрным Человеком, так как теперь Шнайдер знал точно: убийца — кто-то из персонала. В следующий раз, когда следователь занял свой привычный пост за дальним столиком в углу, белокурый студент уже бегал в форме официанта. Его неуклюжесть и некая неуверенность смешила мужчину, но не отвлекала от дела. Он был почти уверен: мальчишка следующий. Однако в этот раз ошибся он, не послушав предупреждения и слишком смело решив последовать за парнем. И его «поймали», взяли с поличным и более того окрестили убийцей. А жестокий, смелый и насмехающийся взгляд бармена не оставил сомнений, кто совершил все эти чудовищные преступления. Так из-за этого промаха ему пришлось залечь на дно на какое-то время. Но Кристоф все равно находился в приподнятом расположении духа, ведь он узнал личность маньяка и того, за кем он действительно охотился всё это время. Осталось только найти доказательства и отправить мерзавца под суд, но как это сделать? Ответ сам пришёл к нему, точнее бросился под колёса машины. Идея состояла в том, чтобы втереться в доверие к Паулю и спровоцировать Рихарда на более активные действия, и все шло как по маслу: Ландерс легко шел на контакт и быстро, даже слишком быстро, повелся на дежурную улыбку и пару ласковых взглядов, только вот со временем улыбка перестала быть дежурной. Крис просто напросто привязался к этому неуклюжему неловкому чуду. Теперь ему во что бы то ни стало нужно было поймать Рихарда, он не мог допустить гибели Хайко. Поэтому когда узнал, что это маленькое солнце ушло на свидание с Круспе, потеряв голову, рванулся за ними, одному богу известно как раздобыв их место положение. И в панике, с бешено колотящимся сердцем, разглядев таки Пауля возле ворот парка, не придумал ничего лучше как начать кричать и пытаться увезти, уберечь от опасности, от этого сумасшедшего ублюдка. И так он ошибся ещё раз, лишь напугав парнишку. Теперь мужчина твёрдо решил: пора с этим заканчивать, поэтому следующим утром он пошёл к Линдеманну, но опоздал. Круспе тоже начал действовать. Затем бесконечная погоня с диким беспокойством и состоянием граничащим с истерическим, с пониманием, что Хайко видит в нем убийцу. И вот он стоит на пороге старого коттеджа, а это маленькое доверчивое солнышко, мальчишка, которому с первого взгляда и шестнадцати не дашь, лежит изувеченный как сломанная кукла. А этот мерзавец возвышается над ним с неизменной самодовольной ухмылкой. «Да как ты смеешь… ты не достоин и рядом с ним находиться!» — возмущённо кричит внутренний голос, но вслух Шнайдер лишь спокойно произносит, наставляя на бармена пистолет: — Сдавайтесь, Герр Круспе, вы обвиняетесь в убийстве пяти человек и…- тут он замялся, бросив взгляд на Пауля, и, слава богам, заметил слабое движение.- И в покушении на убийство. Стойте на месте и уберите руки за голову. Рихард лишь улыбнулся и медленно, словно дикая кошка, сверкнув глазами, начал двигаться вокруг огромного кухонного стола. — Кристоф, так тебя вроде зовут, я же предупреждал тебя не лезть. Но ты не просто не перестал, ты ещё и попытался забрать у меня мое солнце, скажи, ну разве так делается? — растягивая гласные, вальяжно проговорил Рих, проводя пальцами по деревянной столешнице. — Я сказал тебе остановиться, ублюдок, — прорычал мужчина. Круспе не слушал, казалось, ему все равно на то, что он находится под прицелом явно не неопытного стрелка. — Шнайдер, мне думается ты перебарщиваешь и…- парень хотел было сказать что-то ещё, но откуда-то снизу послышался булькающий звук. Пауль с трудом приподнялся на руках, откашливая склизкий кровавый сгусток. Это кошмарное зрелище отвлекло мужчину лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы Круспе подобрал с пола укатившийся под стол пистолет, который все еще был влажным от крови и других выделений Хайко. Щёлкнул предохранитель, самодовольная ухмылка отразилась лишь в глубине голубых глаз, но не тронула губы. — Ну что, сыграем в русскую рулетку? — спросил бармен, подойдя к Ландерсу и ногой впечатав его обратно в пол, гладкая, припухшая от ударов щека утонула в кровавой мокроте. — Я не разрешал тебе вставать. — Не трогай его, сделаешь это ещё хоть раз, поверь мне, пожизненным ты не отделаешься, -пророкотал следователь, медленно приближаясь к убийце. — Уверен? -нога нагло, с силой опустилась на голову официанта, послышался хруст, Пауль вскрикнул. — Более чем. Многолетний опыт и наставления отца не подвели, Кристоф успел сократить расстояние и броситься на слегка растерявшегося Круспе. Ударив металлическим корпусом оружия убийцу в нос, он откинул его к стене. Однако Рихард и не думал сдаваться, он, ни в чем не уступая, давал отпор. Мужчина и парень сцепились будто свирепый барс и юный Мцыри, почему-то именно это сравнение пришло на ум лежащему на холодных досках юноше. Воспалённые мозг припомнил пару строк из произведения русского писателя, что развеселило Хайко, и он действительно тихонько засмеялся, уткнувшись носом в лужу собственной крови, но постепенно смех начал превращаться во всхлипы, а потом и в рыдания. Его скрутило, сломанная нога нещадно болела, задетое — а может и пробитое — осколком ребра легкое не давало нормально вдохнуть. Слёзы только ухудшили ситуацию. Парень зажмурился, схватившись за волосы, истерически молясь, чтоб это был сон, однако в чувство его привел вопль Шнайдера, он сдавал позиции. Рихард, руководствовавшийся жестокостью, отринув любые правила морали, с остервенением и ужасающим расчётом кидался на сдерживающегося Кристофа. Они катались по паркету, нанося друг другу рваные раны. Мужчину всё больше вминали в дощатую поверхность, но неизвестно какими силами он каждый раз поднимался и нападал снова, это выводило Риха. А Шнай просто знал, что не может сейчас сдаться, если это произойдёт, умрут двое. Он не позволит Паулю умереть. Наблюдая за этой картиной, Ландерс сам не понял как привстал, схватил табуретку и обрушил ее на спину Круспе, спасая следователя от удушья. Бармен закричал и откатился в сторону, предварительно с силой отшвырнув Хайко в стену, но этой заминки было достаточно, Кристоф направил оружие прямо промеж глаз убийцы. Пот стекал ручьями и, смешиваясь с кровью, заливал глаза, дыхание сбилось, но неизвестно каким чудом мужчина унял сумасшедшую дрожь в руках. — Не посмеешь…- прорычал Рих, хищно сверкнув глазами. Однако было уже поздно, раздался выстрел. Бармена отбросило в сторону, и он истошно закричал, скрываясь за столом. Красное пятно будто цветок чудовищно быстро расцвело на груди, Шнайдер ошарашено уставился на свои странно влажные от чего-то руки, затем попятился и упал. Маньяк оказался не так то прост, ухитрившись выстрелить первым. От грохота и воцарившейся тишины измученный Хайко открыл глаза, возвращаясь в сознание. Его спаситель лежал на спине, захлёбываясь в собственной крови. Алая лужа стремительно расползалась, и Пауль, выйдя из оцепенения, борясь с мучительной болью, пополз к нему. Отвратительно медленно, слишком много времени это заняло, но он таки добрался до мужчины, который уже начал терять сознание. — Ш-шань…-проскулил официант, подволакивая ближе изувеченную ногу. — О… солнце, — невидящим взглядом пошарил вокруг мужчина, лёгкая дымка — предвестница смерти — уже начала затуманиваться взор. Парень заплакал, из-за него умирает человек, а он совершенно ничего не может с этим сделать, только лишь беспомощно попытаться зажать непослушными руками кровоточащую рану. — Н-н-не умирай, н-н-не над-до, п-п-п-пожалуйста. Мужчина захрипел, из глотки послышалось страшное бульканье, видимо пуля пробила легкое. — Не… кха… плачь, всё б-будет хорошо, м-мне нужно только немного…- здесь он закашлялся.- Немного отдохнуть, совсем чуть-чуть… и мы выберемся, обещаю. Парень в панике принялся расталкивать притихшего друга, его не трясло так, даже когда Рихард убил голубку, даже когда избивал его ремнём и насиловал пистолетом. Психика не выдерживала совсем. Но вот послышался едва слышный хрип и слегка прояснившийся ласковый взгляд коснулся его. — Пауль, я же тебе говорил, не стоит так беспечно доверять незнакомым дяденькам. Повторенная произнесённая в первый день их знакомства фраза вызвала на лице Ландерса истерическую улыбку. А остекленевший взгляд Кристофа и остановившееся дыхание заставило взвыть и разразиться очередным потоком слез.