B Me

Феликс лежал в своей постели - единственном месте, где он был за все выходные. Слишком устал, чтобы двигаться. Слишком устал, чтобы есть. Слишком потерян, чтобы знать, что делать. Он выгорел от всех этих слез, всех размышлений, всего этого притворства... Необходимость ходить в школу в течение следующих двух дней, притворяясь, что он в порядке, была ужасной... И вот он здесь... Завернутый в постель, с воспаленным горлом после выходных, когда он выплакивал все, что пытался скрыть. Теперь он выгорел... Хотя, может быть, это и к лучшему. По крайней мере, он не разрыдается посреди класса, когда вернется в школу. Черт, он ненавидел воскресенье... В этот момент его желудок издал чудовищный звук, сопровождаемый стреляющей болью и бурлением. Феликс застонал. Эмоциональное выгорание не помешало его телу действовать на него. Он не ел с пятницы и теперь понял, что это было ошибкой. Собрав все свои силы, Феликс заставил себя встать с постели. Он всё ещё был укрыт одеялом, когда, пошатываясь, брел на кухню, чтобы приготовить рамен быстрого приготовления. У него не было сил готовить что-либо еще. Не то чтобы у него были продукты... Он не ходил по магазинам. Феликс тихо ворчал себе под нос, пока готовил. Проклинал себя за лень, хотя на это были свои причины. Он знал, что горе не является оправданием для плохого обращения со своим телом. Он вспомнил, как Сынмин говорил что-то подобное, когда умерла его бабушка… --------- — Да, мне грустно, но Нана вернется и убьет меня, если узнает, что я не забочусь о себе, — сказал мальчик с щенячьим личиком, ковыряясь в тарелке перед собой. — Черт, да! Я бы вернулся и бросил тебя во фритюрницу! — Минхо попытался закричать с полным ртом. — Какого хрена ты бы бросил его во фритюрницу? — Хёнджин нахмурился, — Он даже не влезет! — На самом деле довольно легко привести людей в форму. Хочешь помочь мне продемонстрировать? — сказал Минхо с немного пугающей ухмылкой на лице, посмотрев через стол на Хёнджина. — Я в порядке, спасибо, хён, — Хёнджин застенчиво опустил голову с легкой улыбкой на лице. — Очень жаль, — Минхо пожал плечами и вернулся к еде. --------- Воспоминание заставило Феликса слегка улыбнуться, когда он нес свой рамен обратно в постель. Он очень скучал по старым временам. Когда они сидели за одним из своих столиков и бесконечно дразнили друг друга. Он скучал по их смеху. Особенно Джисона и Хёнджина... Все чертовски хреново... Феликс внезапно ахнул, когда боль пронзила его палец на ноге, и тарелка с раменом чуть не выпала из рук. Из-за своего дурацкого каркаса кровати теперь он хромал. Глупый. Глупый. Глупый... Он внутренне выругался, как будто на самом деле виновата кровать, несмотря на то, что она не сдвинулась ни на дюйм с тех пор, как он ее покинул. — Твою мать! — он застонал, схватившись за палец на ноге, как только сел на кровать и положил рамен на тумбу рядом. Он снова встал. Внезапная волна гнева захлестнула его и заставила снова пнуть кровать. При ударе она сдвинулась на несколько сантиметров. Но Феликс был слишком занят воплями от новой боли, чтобы заметить это. Глупый! Глупый! Глупый! Кто пинает металлический каркас кровати без гребаной обуви!? Он был так зол, что чуть не сделал это снова. Почти. Вместо этого его желудок снова заурчал, и он воспринял это как знак отказаться от этой борьбы и съесть свой рамен, пока он еще теплый. Резко садясь с миской в руке на постель и положив ногу на подушку, Феликс начал жевать, просматривая рандомные видео с YouTube на своем ноутбуке, пока рамен медленно исчезал. Его гнев утих. На мгновение при просмотре очередного видео, он забыл обо всем остальном вокруг него. Так было до тех пор, пока он не встал, чтобы отнести свою тарелку обратно на кухню, и не заметил, что из-под кровати торчит одна из коробок. Крышка лишь наполовину прикрывала содержимое и открывала вид на дешевую старую камеру. Он застыл, глядя на нее, вспоминая... Он так давно не пользовался ей... Унеся тарелку и подняв коробку на кровать, Феликс начал осматривать камеру. Было пыльно. Линза треснута, хотя он не помнил, чтобы когда-либо ее повреждал. Открыв маленький экран, он понял, что батарея наполовину разряжена, а память заполнена... --------- — Ты сказал, что хочешь вступить в киноклуб. Итак, мы все скинулись, чтобы достать тебе это. Это не супер крутое или что-то в этом роде, но мы подумали, что это будет хорошим началом! — сказал Чан с доброй улыбкой, пока Феликс просто смотрел на подарок ко дню рождения, развернув его. — С-спасибо… — пробормотал он. Слезы выступили в уголках его глаз. --------- Это было много лет назад. Камера продержалась достаточно долго, и Феликс продолжал использовать ее даже после приобретения более качественной. Для него она была особенной. Он не использовал ее для проектов или чего-то подобного. Но каждый раз, когда они выходили на прогулку, каждый раз, когда они отправлялись на поиски приключений и смеялись, она всегда была с ним, сохраняя воспоминания, которыми они делились, чтобы пережить их снова в любое время... Вот только теперь некому было наблюдать за ними, кроме него... Несколько минут спустя камера была подключена кабелем к ноутбуку Феликса, пока австралийский мальчик загружал старые файлы. Любопытство взяло над ним верх и сочеталось с глубокой потребностью снова увидеть своих друзей. Вскоре, свернувшись калачиком и накинув одеяло на голову, он смотрел, как на экране воспроизводится видео за видео. Горько-сладкое чувство охватило его. Ему хотелось улыбаться и наслаждаться тем, что он видел, но счастье не приходило до конца. Какая-то часть его стала еще печальнее, даже на глаза навернулись слезы. — Дурак… — он шмыгнул носом, смахивая слезу, катившуюся по его щеке, — Это был даже не правильный бросок. Он уставился на младшую версию себя, которую носил на плече Чан. Глупая наивная улыбка появилась на его лице, пока все вокруг радовались попаданию мяча в корзину. Это было во время первой недели пребывания Чонина в старшей школе. Чанбин случайно пришел на тренировку по баскетболу, хотя она начиналась только на следующей неделе. Когда он это понял, то написал в их групповой чат, предложив поиграть. Феликс ради этого сбежал из киноклуба, и в какой-то момент Джисон залез в свою сумку и достал камеру. Операторская работа Джисона была повсюду. Чанбину всегда нравились эти воспоминания... В следующем видео они были на пляже. Феликс снимал на камеру замок из песка, который они с Сынмином построили. В это время мимо пробегал Хёнджин, крича во всю глотку, пока Чанбин гнался за ним, держа что-то в руке. Позже выяснилось, что это была морковная палочка. Затем видео в бассейне. Некоторые из них сидели в стороне, а другие игрались друг с другом в воде. Матч Чана и Хёнджина был ключевым моментом. Феликс помнил, как гордился тем, как хорошо он справился, когда, наконец, передал камеру Минхо и сам провел матч. Видео снова поменялось. Вновь и вновь. На экране воспроизводились разные воспоминания. Одни и те же лица улыбались и смеялись друг с другом. Пикники, игры, походы, ночевки, видеоигры... Так много всего они сделали вместе, но это еще не все. Были некоторые моменты, которые Феликс не заснял, и они, как правило, были самыми близкими его сердцу. Как и в те времена, когда они лежали в одной постели, когда их тихие разговоры заставляли узнавать все больше и больше друг о друге... Он вздохнул, когда появилось еще одно видео. Солнце уже зашло, и он начал уставать. Не обращая особого внимания на то, что было на экране, Феликс потянулся, чтобы закрыть свой ноутбук, но вдруг видео погасло. Он сделал паузу, ожидая, пока экран вновь заиграет и надеясь, что файлы со старой камеры не сломали его ноутбук. К счастью, через несколько секунд видео снова воспроизвелось, но что-то было не так. Феликс смотрел, не уверенный, что его смутило. Всё на видео выглядело нормально. Ничего не казалось необычным. Они были у небольшой реки, одежда некоторых промокла насквозь, волосы влажные. Чонин пятился от Джисона, с которого капала вода, потому что всего за несколько секунд до этого Чонин столкнул Джисона в реку, а затем убежал. Это произошло только прошлым летом... Феликс продолжал смотреть видео. Неприятное чувство не проходило, даже когда он изучал лица каждого. Так было до тех пор, пока он не добрался до Минхо. Парень стоял спиной к камере и смотрел на что-то позади всех. Остальные много возились впереди, так что Феликс раньше его не замечал. Что он делает? Феликс наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть экран. Его глаза следовали за направлением взгляда Минхо, а затем... Его сердце упало в пятки... — Что за! — он закричал, захлопнув ноутбук и сел на кровать, чтобы увеличить дистанцию между ними, — Твою мать! Твою мать! Сердце бешено колотилось в груди, кровь застыла в жилах, дыхание вышло из-под контроля. Он не видел этого... Он не видел... Это... Это было ненастоящим... — Дерьмо… Дерьмо! Дерьмо! — он вылез из постели и провел руками по волосам. Ему нужно было увеличить дистанцию между собой и тем, что он только что увидел. Но избавиться от мыслей было невозможно... Теперь это въелось в его мозг, хотел он того или нет. Бледное, изуродованное лицо, слегка прикрытое большим черным капюшоном... Глаза - сплошные черные дыры... Боковые стороны щек опустились так, что обнажились зубы. И оно улыбалось... Улыбалось, когда тащило черный мешок, полный окровавленных человеческих конечностей, к реке... Реке, в которой все только что были. Феликсу казалось, что его вот-вот вырвет... Он заснял убийцу на камеру! Они были там, когда убийца пытался спрятать тела! Они были мать его в реке, когда кто-то сбрасывал туда тела! Он только что видел мертвые тела... Он только что видел отрубленные конечности... Это было не так, как в кино. Вы чувствовали себя отстраненными, когда видели их в фильмах, потому что это было ненастоящим... Но это!? Они были там! Феликс заснял это на камеру! И он был единственным, кто имел к ней доступ, так что она никак не могла быть отредактирована. — Боже мой… — он подбежал к ноутбуку и снова открыл его. Видео возобновилось с того места, где было остановлено, и оно все еще тащило мешок с конечностями к реке. Как они не заметили!? Как!? Это было прямо там! Они были прямо там, черт возьми! Подождите... Взгляд Феликса остановился на Минхо, который смотрел на убийцу, а затем повернулся к ним с улыбкой на лице и предложил пойти что-нибудь поесть. Через несколько минут все уже были в машине, и Феликс почувствовал, как его сердце сжалось, когда Минхо заговорил. На этот раз он смотрел не на хёна, а на фигуру в капюшоне сзади. Рука потянулась ко рту... На секунду... Чонин издал пронзительный крик, когда Джисон схватил его и грубо взъерошил волосы. Звук... привлек внимание фигуры, и она взглянула на них... Темные, черные дыры остановились на Минхо, который тут же повернул голову... — О, черт возьми, мой бог… — выдохнул Феликс. Стук сердца почти оглушал его. Оно видело его... --------- — Зачем ехать по выбоинам? В такое время ночи машины там не ездят, — сказал парень своему другу рядом со школьным шкафчиком Феликса. — Я думаю ему просто повезло. Он вышел на середину глухой дороги, намереваясь покончить с собой и попал под единственную машину, которая ехала там. — Звучит заплонировано, — фыркнул первый парень. --------- Вот дерьмо...