Rationalis

Той же ночью в лаборатории Джотаро поделился со мной некоторыми идеями. Скорее всего, станд представляет собой что-то наподобие управляемого электромагнитного поля. Его видимость может быть обусловлена тем, что помимо какой-то особой координации атомов металлов в клетках тела, продукт неизвестного гена, вероятно, вносит изменения и в нашу сетчатку, потому мы можем наблюдать излучение, выходящее из видимого обычным людям спектра. Все это звучало очень логично, и перед сном я ещё долго жонглирую этими предположениями, потихоньку складывая общую картину. Если Джотаро прав, такое ни в коем случае нельзя рассказывать миру. Сложно представить, что будет твориться, обладай все люди тем или иным стандом. Кстати об этом – почему же тогда станды настолько разные? Подумаю об этом завтра. Конечно, лететь так долго и не в первом классе – это был бы ад, поэтому на этот билет я спустил почти все деньги за последние главы. Даже за известную мангу получаешь не так-то и много, да и меня никогда не интересовала финансовая сторона работы. Зато теперь я могу полулёжа листать очередной модный журнал, подмечая элементы одежды для своих новых персонажей (может ещё и для себя?), пить вкусный кофе и весь путь предаваться размышлениям в приятной обстановке. Джотаро всегда был за рациональность и... Научный подход, наверное? Джостар-сан рассказывал о том, как после упоминания столетнего вампира и подробностей о стандах Куджо назвал все это бредом, не смея поначалу поверить, и был убежден, что у него засвистела фляга от переизбытка подросткового тестостерона. Недоверие к мистической природе стандов осталось с ним спустя многие годы, после встреч с дюжиной других людей, обладавших стандами. Включая меня. Мне нравится, что он так вдумчив и молчалив. Не люблю пустую болтовню, хоть и требую ее, когда напьюсь. Нравится, как он равнодушно смотрит на все незначительное вокруг, нравится, как он хранит свои идеи много лет, несмотря ни на что и ни на кого. Полная противоположность слишком живого, реагирующего на все так бурно, слишком бесящего Джоске, который моментально забывает, о чем только что думал, и быстро переключается как в делах, так и в настроении. Стоя год назад рядом с Куджо на крыльце моего дома, когда он пришел доложить что-то о Кире (почему-то лично, а не звонком), я впервые почувствовал, что с таким человеком мне было бы комфортно. Спокойно. Правда, потом я быстро передумал. В очередной раз для себя решил, что лучше одиночества нет ничего. Мне и одному так же комфортно и спокойно. С другой стороны, когда начались проблемы, я лечу именно к нему и совсем не хочу оставаться в Морио один. Надеюсь, эта история со стандом быстро разрешится и я благополучно вернусь к своему затворничеству, не боясь выйти за продуктами и случайно вырубить кассира. Беру телефон и кручу пальцем прядь волос, читая сообщение, полученное перед полетом. "Я тебя встречу." — "...и довезу сам, а то ты вырубишь водителя такси и разобъешься, вылетев на встречку", мысленно продолжаю закадровое беспокойство Джотаро. — Доброго утра, — я только проснулся, а уже вижу бесцеремонно зашедшего в "мою" спальню Рохана. Ещё в верхней одежде (как всегда в кроп-топе под ветровкой – даже в десять градусов – из-за чего я закатываю глаза) явно только из аэропорта, он стал шариться по выделенному мне комоду. — Эй, тебе чего надо? Сажусь на кровати, чтобы внимательно наблюдать за этим порывом мангачной наглости. — Не твоего ума дела, самовлюблённый кретин, — воркующий голос Кишибе бесит больше всего. Но вот про мою прическу после крушения его студии и месяца в больнице он больше не заикается. Тем более, что сейчас ее нет – после сна на голове как всегда красуется конкретное гнездо. — Проваливай, а, — хныкаю, падая обратно в мягкую подушку, так и не узнав, что он стащил из ящика. Через два часа, когда я наконец встал и привел себя в порядок, Джотаро уже ушел на работу. Да и мне в лабораторию спешить неохота, хотя задача есть — пообщаться с Фондом Спидвагона о возможности произвести определенную систему генного редактирования для животных и человека. Во-первых, удивительно, что Джотаро решил прибегнуть к силам Фонда. Во-вторых, не понимаю, зачем ему система для человека... Мы ведь хотели проверять нашу теорию только на животных? Не будет же он вводить ген людям? Или же... Или же наоборот, он хочет внести мутацию в этот ген кому-то из нас и посмотреть, что будет? Такие мысли настораживают, а особенные опасения несет приезд Рохан-сенсея. Так что я ещё вчера твердо решил, что нужно пошариться в лабораторном компьютере Джотаро и самому во всем разобраться, раз уж мне, по-видимому, достается не вся информация. Но на это у меня ещё уйма времени до самой ночи, пока в лаборатории пусто. — Эй, Рохан, ты съел мой завтрак? — возмущённо захлопываю холодильник, не обнаружив там своей коробочки с едой, которую обычно оставляет домработница. Не дожидаясь ответа, бегу в комнату Джотаро, в которой на полу, на каком-то тонком матрасе мирно дрых жалкий воришка. В двушке больше не нашлось свободной кровати или дивана, как здесь, а ложиться со мной, хотя места было ещё полно, ему явно не позволила гордость. И правильно. Хоть я по пути в комнату и понял, что мы просто ещё не успели предупредить домработницу о новой необходимости готовить аж три порции еды, отомстить Кишибе все равно хочу. Встав рядом со спящим мангакой, смотрю на него сверху вниз и не успеваю ничего предпринять, прежде чем... — Crazy Diamond, стой! — громко шикаю и вижу, как станд направляется к волосам проснувшегося из-за резкого звука Кишибе и отделяет их от красителя. Теперь голова художника напоминает цветом цыплячьи перья. — Блять! — Какого... — пока я отзывал станд, Рохан вскочил и повалил меня на твердый пол, пользуясь моей растерянностью. — Тихо, я все верну! — хватаю оба его запястья в свою ладонь, лишая его возможности набить мне морду. — Псина, ты что делаешь? — хорошо, что он сейчас не видит себя в зеркало. Злой и покрасневший от напряжения, да ещё и с цыплячьими высветленными волосами. Не сдерживаю смешок. — Если ты упокоишься, я все верну обратно, — встаю, утягивая с пола за запястья и Рохана. — Руки убери, сука, и не смей прикасаться ко мне своим стандом, что бы ты уже ни наделал, — Кишибе встряхнул головой, задёргал руками, пытаясь вырваться. — А, ну... Как скажешь, получается. Какой же ты вредный, — расслабив хватку, освобождаю Рохана и направляюсь обратно на кухню. "Наслаждайся блондом, сучка". А ведь изначально в план входило просто напугать спящего мангаку голосом. Станд как будто бы послушался моего желания мести и стал действовать сам? Стало как-то не по себе.