Вериги

- Зенек! - столько счастья, сколько Волчек испытала в момент, когда увидела этого несносного мужчину она не ощущала уже давно. Тот ожидал ее в холле, совершенно игнорируя пялящихся на него женсоветчиц. Лена прикусила нижнюю губу, замечая, что приперся Хмелевский в ЗимаЛетто в двухцветном пиджаке - голубой с малиновым смотрелись ужасно и притягательно одновременно. Она еще не знала, было ли это специально, или на нем была новая вещь из коллекции его сестры, но лучше было это с него снять, при первой же удобной возможности. А то она не сможет удержаться от смеха. Впрочем, у нее УЖЕ это не получалось. - Хеленка, - Зиновий довольно улыбнулся, а потом направился к ней, раскинув руки в стороны, чтобы прижать ее к себе, - ты как всегда прекрасна, - он оторвал ее от пола и закружил, заставляя Елену прижаться к нему еще сильнее, - и легче, ты плохо ешь? Конечно, ты плохо ешь! Я приехал, чтобы следить за твоим благополучием! - наконец он поставил ее на пол, а потом поцеловал сперва в правую щеку, а потом в левую, - Хеленка, - Хмелевский сжал ее руку, - я соскучился безумно. - Почему ты не сказал мне, что собираешься приехать? - Лена покраснела от той сцены, что развернулась на глазах у сотрудников ЗимаЛетто, но решила, что будет разбираться с этим потом, - я бы встретила тебя в аэропорту. - Я не люблю эти встречания, ты же знаешь, - скривился Зиновий, - я люблю делать сюрпризы. У меня получилось? Скажи. Ну, скажи… - У вас получилось, - голос Воропаева заставил Елену вздрогнуть и покраснеть еще сильнее. Да, и эту встречу она хотела бы провести не так. Нет, она вообще не хотела бы провести эту встречу подобным образом! Черт! Волчек повернулась к Александру. О да, он смотрел на Зенека так, что будь его воля, он бы открутил ему голову. Чудесно. - Простите, - Хмелевский сверкнул зубами, словно и не слышал в голосе Воропаева угрозы, - это моя вина, что я явился непрошеным гостем, - он решительно отодвинул Елену в сторону, и шагнул к Александру, - Зиновий Хмелевский. - Александр Воропаев. Лена следила за рукопожатием мужчин с таким вниманием, словно руки их могли превратиться в змей. Приветствие не затянулось дольше, чем нужно, и она тихонько выдохнула. Хоть не попытались “меряться силой” и то хлеб. - Александр Воропаев? - в голосе Зенека прозвучало удивление, и он покосился на Елену, заставляя Волчек краснеть еще сильнее, - вот это удача. - И в чем же удача, я смею спросить? - Воропаев выгнул бровь, глядя на Хмелевского, - что-то мне слабо верится, чтобы вы мечтали со мной познакомиться. - О, это вы зря, - Зиновий отмахнулся от Александра так, словно тот был надоедливой мухой, - я слышал о вас столько, что мой приезд был бы неполным, если бы я не увидел вас, поверьте мне. - Слышали? - на этот раз Воропаев перевел взгляд на Елену, - а вот я о вас не слышал ни слова, - его внимание снова привлек Зенек. - Даже не сомневаюсь, - рассмеялся Хмелевский, закидывая голову назад. Лена наблюдала за Воропаевым. Тот поморщился, и по лицу его стало ясно, что Зенек только что получил клеймо идиота… - Хеленка никогда не рассказывает о ком-то хорошем, она может только пожаловаться. - Значит, - протянул Александр, - Елена Антоновна на меня жаловалась? Волчек хотелось просто провалиться сквозь землю, просто здесь и сейчас, вот… чтобы не мучиться. Ну, кто же знал, что у Зенека язык за зубами не удержится! - О! Да! - так же радостно продолжил Хмелевский, - вы, Александр Юрьевич, самый ужасный из всех ее работодателей. И я от этого просто в восторге… - То, что я тебя не задушила, это просто чудо, - хмуро заметила Елена, присаживаясь к Зенеку ближе, чтобы можно было положить голову ему на плечо, - вот зачем ты в ЗимаЛетто вел себя как козел? - Я не мог иначе, уж больно твой Воропаев меня взглядом сверлил. Я бы сказал, буквально провоцировал! - Хмелевский погладил ее по волосам, - игнорировать подобное грешно. Ты же со мной согласна? - Нет, - хотя Лена была с этим согласна, она и сама велась на подобные провокации. Ну… раньше, - не согласна, ты вот за усы его подергал, а расхлебывать теперь мне. - Вот ты еще скажи, что ты не рада, что я здесь, - Зенек притворно обиделся, - я могу и уехать, - вот это было враньем чистой воды. Зиновий приехал не только к ней, но еще и по делам, так что вернуться в Варшаву так быстро он не мог. Но избегать Елену, чтобы немного проучить, мог вполне. - Не нужно никуда уезжать, - Лена вздохнула, прижимаясь к плечу Хмелевского сильнее, - я соскучилась по тебе, просто сил нет. Но то, что ты доставал Александра… это плохая идея. У него и без тебя проблем сейчас выше головы. - Я помню, - примирительно ответил Зенек, - ты рассказывала. Но, он сам виноват, не нужно было смотреть на меня так, словно я посягнул на его территорию. Ты была моя еще до того, как стать его. - Во-первых, - на этот раз Лена отодвинулась от Зенека, - я его стать еще не успела, а во-вторых, подобные разговоры я продолжать в принципе не буду. Любые мои отношения с Воропаевым… кроме рабочих - табу. - Ага, - Хмелевский повернулся к Елене, выгибая брови, - значит, личные отношения все-таки есть? - Нет ничего, - Волчек вздохнула, откидываясь на спинку дивана, - и да, мне бы хотелось, ты это хочешь услышать? - Это, - не стал отрицать Зенек, - но не потому, что мне очень приятно это слушать, а потому, что я хочу, чтобы ты была с собой честна в первую очередь. - Я с собой честна всегда, - Елена поморщилась и потянулась за стаканом сока, но сделала она это довольно лениво, даже не сев ровнее, так что не преуспела. Поэтому Зиновию пришлось подать ей стакан, - у тебя что, в этом есть какие-то сомнения? - Есть, - прямолинейность Хмелевского была прекрасна, но сейчас Елена хотела его просто придушить, - ты этого Воропаева чуть ли не с первого дня захотела, хотя, видит Бог, я даже не знаю, за что, - он развел руками, - и упорно от этого продолжаешь бегать. Он не заинтересован? Это… невзаимная любовь? - Это вообще не любовь! - Елене бы очень хотелось, чтобы ее странная фиксация на Александре была только в ее воображении. - Ну ладно, значит, не любовь, - согласился Зенек, - но то, что тебя изматывает, его совсем не трогает? В этом причина? - Причина в том, что я работаю на него, - Лена вздохнула, - это непрофессионально. - Matka Boska… - закатил глаза Хмелевский, - ну что ты как маленькая? - Маленькая? - выгнула брови Волчек, - мне казалось, что именно благодаря своему профессионализму и субординации, я стала… востребованным работником. Будешь спорить? - она по глазам видела - будет. - Сейчас тебе больше не нужно ни во что играть, - Зиновий покосился на дверь, словно ожидая, что сейчас войдет официант, - тебя на эту работу сосватал Николай, так что не страшно, если ты немного отпустишь свои принципы… в угоду желанию. Особенно, если это обоюдно. Ты же не собираешься сотрудничать с ЗимаЛетто дольше, чем нужно? - он склонил голову к правому плечу. - Нет, - Елена снова вздохнула, и прижалась к плечу Зенека, - дольше, чем нужно, я там работать не хочу - змеиное логово какое-то. - Это потому, что женский коллектив? - Хмелевский хмыкнул, а потом погладил ее по волосам, - я говорил, что в однополом коллективе работать сложно. - Он никакой не однополый, - Елена принялась рисовать на рукаве Зенека указательным пальцем, - просто… какие-то люди неприятные. Даже не знаю, как объяснить. У меня такое ощущение, что они… эти люди… что они не на своем месте, что они… лишние, или просто не заинтересованы… быть в этом месте. Когда я просто выполняю свою работу - все отлично, но как только я начинаю думать о том, как всю эту конструкцию удержать… как всех этих людей простимулировать, или даже заставить работать… у меня просто голова от этого взрывается. Такой… нестройной компании я никогда не видела. Никогда. Все тянут все в разные стороны, и даже то, что это, по сути, семейный бизнес, им не мешает, - она вздохнула и почесала нос указательным пальцем. - А с чего бы тебе думать о том, как удержать компанию вместе? Ты же финансовый менеджер, а не антикризисный агент, - Зиновий говорил логично, правильно… но… - Понимаешь, - вздохнула Елена, - он с этим сейчас абсолютно один. Совершенно, - она покачивала стакан в пальцах, наблюдая, как в ней плескалась ярко-оранжевая жидкость, - я просто не представляю, как ему с этим справиться. И пусть он говорит, что у него все под контролем… - О… все с тобой ясно, - это прозвучало нежно и понимающе, и Елена встрепенулась, осознавая, что она, возможно, наговорила того, чего не должна была. Но было поздно. Этот взгляд Зенека говорил о многом. Ну, вот почему ей не нравились такие мягкие, надежные и ласковые мужчины? Хотя… Это с ней Хмелевский был таким… мягким, ласковым, готовым помочь, спасти, вытащить из любой передряги. А какой он в деле? Каков он с другими? Только сейчас Лена поняла, что никогда не задавалась подобными вопросами. Не было такой необходимости. - И что тебе ясно? - меньше всего ей хотелось защищаться от Зенека, но получалось это… автоматически. Неприятная, дурацкая привычка, которую было невозможно выбить из себя. Совсем. - Все, - таинственно ответил Хмелевский, - но ты же сказала, что о твоих личных отношениях с Воропаевым мы говорить не будем, правда ведь? - Правда, - кивнула Лена, - мы не будем говорить об этом, - но потом добавила, - если ты не хочешь сказать мне что-то дельное. - Дельное? - Зенек нахмурился, - относительно Воропаева я могу сказать тебе только одно, - сейчас Хмелевский казался очень серьезным, - переспи с ним уже, и тебя отпустит, - он тут же улыбнулся, и прикрылся рукой от Лены, которая тут же задумала его стукнуть, - ну не дерись! Не дерись! Это же конкретный хороший совет. Рабочий, между прочим… ай! Дважды ай! - Да хоть трижды! - Лена продолжила наносить хлесткие, но довольно легкие удары, конечно, она не собиралась наносить Зенеку никаких повреждений… по крайней мере, пока, - чтобы я еще раз у тебя совета попросила! Нет, все- таки просто отлично, что Хмелевский решил приехать. Волчек тут же ощутила, как добрая половина груза буквально свалилась с ее плеч. И пусть это было только мнимое ощущение, но… все равно. - Простите… - они совершенно не заметили, как в кабинет к ним вошел официант, - мне… зайти потом? - Нет-нет, - тут же откликнулся голодный Зенек, - мы готовы сделать заказ. - А мы готовы? - Елена постаралась вести себя максимально прилично, даже руки на коленях сложила, - я просто еще не посмотрела меню. - А с каких это пор, ты не доверяешь моему вкусу? - выгнул брови Хмелевский, и Лена пожала плечами. - Ну… разве что если так… Они давненько не сидели вместе вот так… просто побеседовать и расслабиться. Она уже начала забывать как это… хорошо. Хотелось бы, чтобы подобное спокойствие длилось подольше. Но… не с ее счастьем.

* * *

Поездка к Пивман была… риском. Елена могла отказаться от нее, могла просто проигнорировать просьбу Александра, или еще лучше - сделать вид, что ей просто не интересно. Хотя, в последнее Воропаев бы просто не поверил. Волчек вздохнула, поглядывая на телефон, вот, стоило подумать и вот… Экран мигал знакомой фамилией одного засранца. Лена нажала кнопку вызова. - Слушаю, - она старалась говорить максимально спокойно и на миг закрыла глаза, пытаясь вытолкнуть из головы слова Хмелевского о том, как упростить себе жизнь. Не сейчас, Лена. Господи, не сейчас. - Да, в этом у меня нет никаких сомнений, - довольный Воропаев едва ли не мурлыкал, - вот бы вы еще слушались. - Не дождетесь, - фыркнула Лена, сейчас она могла себе позволить подобное поведение. Они были не в ЗимаЛетто, да и поездка эта не носила деловой характер, - мне можно выходить? - Вы спрашиваете моего разрешения? - иногда Александр мог быть воистину невыносимым. Елена закатила глаза. - Я уточняю, здесь вы или нет, - Волчек покосилась на куртку. Ей было интересно, как на нее отреагирует Воропаев. В столь неформальном наряде он ее еще не видел. - Здесь, - хмыкнул Александр, - и мне определенно нравится, что я узнаю о вас все больше нового. - О чем это вы? - Воропаев уже и так знал, где она живет, его точно не могло удивить то, что он приехал к ее дому во второй раз. - Ну как же, - продолжал ворковать Александр, - сперва я узнал, ГДЕ вы живете, теперь я знаю С КЕМ, это ли не счастье? - Вы сейчас серьезно? - Елена не могла понять, он правда ее злил просто так, или же пытался еще раз услышать от нее то, что она уже повторила ему сегодня с утра? Приезд Хмелевского смешал все планы, и она согласилась поехать к Пивман, но на следующий день. Воропаев отпираться не стал, и принял согласие Елены с непрошибаемым спокойствием, зато с утра… Волчек даже зубами скрипела, стараясь не обвинить Александра в… ревности. Если бы она не знала его достаточно хорошо, то решила бы, что не ошиблась. Елена не собиралась вводить Воропаева в заблуждение и сразу сказала, что Хмелевский ее очень близкий, очень хороший, но… друг, и не более того. Александр… не поверил. И даже попытался несколько раз намекнуть ей, что она еще не скоро окажется в своей горячо любимой Польше. Лене это порядком надоело. Ну совершенно детское поведение ведь! Так что она просто заперлась у себя в кабинете, еще раз подтвердив, что вечером Александр может забрать ее из дома для поездки к Марине. Да, эта идея не казалась ей ни привлекательной, ни хорошей, но и отказаться от нее она не могла. Это выглядело бы как трусливое бегство, но кем-кем, а трусихой Лена себя не считала, и не хотела, чтобы таковой видел ее Воропаев. Она вышла в коридор, поправляя мятный свитер крупной вязки. Свободные, подвернутые снизу джинсы, высокие ботинки с грубой шнуровкой и спортивная куртка - да, в таком виде она не походила на саму себя. Ничего, один раз Воропаев переживет, это ведь будет один раз? - А я что, похожа на человека, который любит шутить? - и пускай Александр говорил серьезно, Лена ощущала, что он все-таки дразнится. Но, тем не менее, она решила, что будет не лишним повторить еще раз. - Я не живу с Зенеком, мы с ним друзья, и на этот раз он приехал не ко мне, а к дяде, - она поправила ботинки, а потом взяла синий вязаный шарф с серебряной нитью по краю - подарок сестры Зенека, Иоанны, - вы долго еще будете меня о нем спрашивать? - ключи, кошелек… так, а где теле… а, ну да. Все можно выходить. - Пока он не сядет на самолет до Варшавы, ну, или куда ему нужно возвращаться? Да… вредности Воропаева можно было позавидовать. А упорству так и подавно. Елена вздохнула, дернув ручку входной двери для уверенности. За Волчек не водилось забывать закрывать дверь, но на всякий случай лучше было перепроверить. - Он работает в Варшаве, - подтвердила Елена, направляясь по ступенькам вниз, - так что туда и вернется. Но, вот скажите мне, вы целый месяц меня будете этим донимать? - А он приехал на месяц? - теперь Александр говорил вальяжно, он словно весь подобрался, ощущая в воздухе интересующую его информацию. - Да не знаю я! - Волчек толкнула дверь подъезда, - вот вы… о, Боже! - она подскочила, увидев Воропаева тут же у подъезда. Он оскалился и нажал отбой. - Господом меня называют крайне редко, но, мне лестно, - он затянулся, - а чего вы прыгаете? Испугались? - Я думала, что вы в машине, - Лена наблюдала за тем, как Воропаев курит, чуть кривя губы в усмешке, - не ожидала, что вы решили меня подождать… тут. - Скажете, нельзя? - выгнул брови Александр, скользя по ней оценивающим взглядом. - Скажу, что вам все можно, - ляпнула Елена не подумав, и поэтому поторопилась добавить, - просто не понимаю зачем, - она проследила за очередной затяжкой Воропаева, - вы так много курите… - Переживаете? - он сократил расстояние между ними, но Волчек не сделала и шага назад. О нет, он не дождется от нее страха, нет, нет и еще раз нет. И смущения не дождется… не дождется же? Боже, она вдохнула на полные легкие аромат его парфюма, смешанный с сигаретным горьким дымом. Слишком приятно. - Не хотелось бы, чтобы однажды при мне вы выплюнули свои легкие - не более того, - Елена вскинула подбородок вверх, ей очень хотелось выглядеть максимально уверенной. Но на Воропаева это не произвело никакого впечатления. Он только улыбнулся, держа руку с недокуренной сигаретой так, чтобы дым не шел на Елену. - Значит, переживаете, - щелкнул языком Александр, а потом добавил, - а знаете, это нечестно, - он чуть отвернулся в сторону, чтобы докурить. - Что нечестно? - Волчек была сбита с толку, эта его дурацкая привычка прыгать с темы на тему без предупреждения! - С Кисточкой вы на “ты”, а со мной до болезненного формально, - он снова повернулся к ней, - это так… несправедливо. - У нас с вами другая ситуация, - Лена нервно облизнула губы и чуть поморщилась, ментоловый бальзам для губ неприятно обжег язык, - как вы собираетесь лавировать с “ты” и “вы” в свободное время и рабочее? Я вот не хочу сломать себе мозг окончательно, - она поправила шарф на шее. - Это значит “нет”? - глаза его светились знакомой хитростью. Елена знала, что откажи она ему сейчас, и он будет искать способ, чтобы она передумала. Такое… увы, уже было. Правда, в их рабочем общении, но… в чем разница? Нет, безусловно, Воропаев в ЗимаЛетто и Воропаев за его стенами это два разных человека. Не кардинальная разница, но все же ощутимая. Но… все его… ужимки оставались с ним. Так что, приходилось применять тактику, которая позволяла Елене сотрудничать с Александром практически безболезненно. Не хочешь, чтобы тебя прижимали к стене - немного поддайся. Хотя… она покосилась на Воропаева… кто знает, вдруг она была готова признать, что не прочь, чтобы ее прижали? - Это значит, что я не хочу, чтобы мой мозг сломался, - упрямо повторила Елена, - мы едем или нет? - она достала из кармана телефон, - не думаю, что Марине понравится, если мы опоздаем. - Марине все равно, если мы опоздаем, - признался Александр, и выбросил бычок в урну, - у нее там Валентин, и им, поверьте, не скучно. - Так вы уверены, что мы придемся там ко двору? - выгнула брови Елена, - все-таки, если они там вдвоем… - С Валиком Марина может побыть сколько угодно, - заверил ее Воропаев, а потом согнул руку в локте, предлагая Лене опереться, - а вот вас… - Я могу к ней приехать в любой другой день, - Волчек положила руку на сгиб локтя Александра, - к чему спешка? - Ну… - протянул Воропаев, - кто знает, а вдруг вас завтра увезут в Варшаву? Или в конце месяца? - Вот обязательно вам… - Елена вцепилась в локоть Александра сильнее, - я же сказала, что у меня с Зенеком ничего нет. - А кто сказал, что я вам не верю? - они как раз подошли к машине, и Воропаев открыл дверь, предлагая Елене занять ее место. - Но вы же… - А что я же? - довольно улыбнулся Александр, - мне просто нравится, как вы повторяете, что между вами и этим Хмельковским ничего нет. - Хмелевским, - на автомате поправила Воропаева Волчек, но тот только выгнул бровь. - Я знаю, - мурлыкнул он, - садитесь в машину, у нас с вами будет тридцать пять минут, чтобы я переубедил вас перейти на "ты", и мне бы не хотелось терять ни минуты. Елене захотелось согласиться сразу.