В конце они оба умрут

And everything I've done doesn't define what I am. All of the things That are broken will still be fixed

      Эва сонно открыла глаза, как всегда встав с уже привычной правой стороны кровати. Однако тут же её ждало непонятное разочарование, впервые за долгое время она спала с левой стороны. Девушка не обратила на это внимание, всё же странный сон не давал покоя. Он был сумбурным и непонятным. Она взъерошила волосы, пытаясь вспомнить события прошлого дня. Как на зло, все воспоминания будто слились воедино в непонятную невкусную кашу.       — Дия, ты где? — ноги девушки прикоснулись к холодному кафелю, что странно, ведь к утру обычно прогревался. Голос соседки так и не донёсся.       Эва прикоснулась к своей спине, которую моментами ломило от боли. Она тут же насторожилась. На ней не было привычной пижамы, а всего лишь лёгкая накидка, еле прикрывающая оголённое тело. Эва ещё раз осмотрелась, стараясь найти в помещении хоть единственную вещь из дома. Её так и не оказалось. Осознание постепенно настигло девушку.       — Уже проснулась? — Амен вышел из другой комнаты. Такой же полураздетый, как и Эва. Девушка смутилась от такого натиска стальных упругих мышц на его теле. Его бледная кожа сияла то ли от утреннего света, то ли от количества нанесённых масел.       «Это был не сон?» — весь её вид задавался этим вопросом, Амен усмехнулся:       — Как видишь.       — Где моя одежда? — она начала вальяжно расхаживать по спальне, пытаясь скрыть своё смущение. Она чувствовала его внимательные глаза, направленные на её расправленные плечи. Он опёрся об выступающий карниз, смотрел за каждыми действиями девушки.       — Прямо перед тобой, — внезапно он подошёл ближе к ней, стоя прямо за спиной. Его спокойное дыхание прошлось по её спине вплоть до уха. Тело покрылось мурашками, а воспоминания прошлой ночи только усугубляли положение. В глазах было будто мыло, Эва ничего не могла видеть. Амен наклонился, взяв нужные вещи девушки буквально из-под носа. Она ощутила тепло его тела. Девушка зачем-то обернулась, отчего дистанция сократилась в ещё несколько раз.       — Спасибо, — Эва даже не старалась смотреть ему в глаза. Её взгляд был прикован только к его губам, таким манящим и приятно-сладким. Они смогли оставить несколько следов на её теле. Девушка взяла свои вещи, а Амен тут же отдалился. — Ты можешь отвернуться?       Амен улыбнулся, отчего девушка ещё больше смутилась. Её щёки покраснели, пришлось сразу же обречённо отвернуться. Эта улыбка была такой снисходительной и одновременно искренней. Она абсолютно не вязалась с этим жестоким и холодным образом Верховного эпистата. И мужчина всё же ушёл в другую комнату, не пытаясь потревожить состояние девушки. Внутри неё пробежалась волна новых и неизведанных ощущений. Амен был для неё первым мужчиной, ставшим нечто большим. Она не могла это описать словами. Их отношениями были непонятными и непростыми, и всё же её тянуло к нему. От прошлых воспоминаний вечера до неё внезапно дошла мысль: «Исфет! Сегодня обучение с Реммао!» Она начала торопливо одеваться, приводя себя в порядок. Через несколько минут она уже была готова. Эва бежала к выходу, иногда припрыгивая, чтобы надеть эти несчастные неудобные туфли. Амен был полностью погружён в папирусы. Он неторопливо перебирал их. Эвтида и хотела бы что-нибудь сказать напоследок, но от неловкости она прикусила щёку. Амен же тоже не спешил со словами. Она остановилась возле самой двери: «Кто мы теперь друг другу?» Эва не хотела ворошить этот вопрос с ним в такой спешке. Она выбежала из его дома, попутно осматривая окружение. Где-то вдали виднелся Тизиан, но девушка скрылась в ближайшем переулке. Она бежала на занятия, попутно ища хоть какие-то аргументы своего ночного отсутствия для Дии. «Незримый бог, точно же будет донимать вопросами!» — она разъярённо рыкнула.

***

      Когда Амен услышал хлопок от закрывающей двери, он тут же перестал инициировать работу. Он обречённо вздохнул. Была ли ошибкой та ночь? Амен не знал. Однако только с ней он смог почувствовать себя человеком. Нормально ли то, что Амен испытывает к шезму? Он не знал. Однако каждый раз ему хотелось продлить этот миг. Эта девушка сводила с ума, постоянно вертелась в мыслях и в реальной жизни. И даже в кромешной толпе он всегда видел её. Эти длинные чёрные волосы, величественный стан, незаметная родинка на спине — лишь малая часть красоты этой девушки. Ему было хорошо с ней. Только с ней он мог забыть о своём статусе и на миг стать не Верховным эпистатом, а Аменом.       Рассуждения были прерваны внезапным стуком в дверь. По удару он сразу же понял, кто это был. Амен произнёс твёрдое: «Войдите». Тизиан уже привычным шагом вошёл внутрь, остановившись на уже знакомом месте возле стола эпистата. Он рассматривал Амена, но уже совершенно по-новому. Будто приёмник увидел нечто новое в Амене, заставившее его сразу же сомневаться. Тизиан покачал головой, видимо, стараясь отогнать свои вопросы. Он сразу же начал разговор:       — Господин Амен, через десять минут будет собрание охотников. Я буду ждать вас на улице.       По Амену прошёлся странный холодок, возникший из ниоткуда. Он не привык делить с кем-то обязанности. Расследования всегда проводил он, да и Амен всегда был один. Опираться на кого-то было чем-то из ряда вон. Он быстро привёл себя в порядок и тут же вышел из дома. Тизиан будто витал в своих мыслях, что было до жути непривычным. Он всегда делился своими предположениями и мыслями эпистату. Приёмник то и дело ворошил свою бороду и волосы. Амен уже заранее знал вопрос Тизиана, но всем своим видом показал, что его нужно отложить.       Наконец они дошли до нужного места. Амен грозно распахнул двери, да так, что от грохота обернулись все присутствующие. Охотники сидели за длинным деревянным столом, над ними возвышался Бонами. На его лице красовалась дружелюбная ухмылка, но глаза были полны прежней отрешённостью. Амен и Бонами пожали друг другу руки и приступили к всеобщему совещанию.       — Итак, как вы знаете, вчера господин Ливий сделал предположение, что в нашем воздухе содержится вирус. Пока это является нашей основной теорией. Есть ли у вас какие-нибудь предположения? — Бонами расхаживал по сторонам, будто задействовал мозговой штурм всех охотников. Амен нахмурился от таких действий. Он привык решать всё сам и не полагаться на остальных людей. Его люди выглядели примерно также обескуражено. Кто-то из присутствующих встал со своего места.       — Может ли быть вирус искусственным?       Не успев даже ответить, со второго места встал ещё один охотник.       — Ещё как может!       — А что, если это как-то связано с закрытием некоторых ларьков на рынке? — третий голос раздался в самом конце.       От шума и гама у Амена разболелась голова. Не так он представлял эту встречу. Он сжал свою переносицу, лишь бы перенести эту боль во что-то осязаемое. Амен громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание всех людей.       Молчать, — его голос заставил всех присутствующих пошатнуться. — Изучите весь рынок и улицы, спросите всех торговок и торговцев.       Его охотники сразу же возгласили: «Есть, господин!» Они тут же вышли из этого душного помещения.       — Вы слышали Верховного эпистата, — Бонами хлопнул в ладоши, акцентируя конец этой встречи.       Амен выдохнул, выйдя на свежий воздух. Ему захотелось выпустить пар от этих странных и глупых охотников Бонами. «Изменили методику обучения? Теперь проводятся всеобщее обсуждение? Ну и глупость», — он усмехнулся от этой мысли, вспомнив свои года в школе охотников. И всё же в нём были собственные подозрения. Несколько дней от Агнии не было вестей, да и Амен стал свидетелем закрытия некоторых лавок. Поэтому первым делом он отправился за ней.       Однако единственное, что не давало ему полного покоя — Эва. Глупая, молодая, дерзкая девчонка, ставшая не на ту дорожку. Его тянуло к ней, и он не мог это скрывать, по крайней мере, от себя. Его брови нахмурились, а губы сжались лишь от мысли о её поимке другими охотниками. Нет. Он этого не допустит.

***

      Эва водила пером по папирусу, надеясь вывести хоть один ровный иероглиф. Мысли об учёбе и в помине не было, ещё и Дия, настырно пялящаяся на Эву. Эва уже предвкушала эту сотню вопросов от своей соседки. Она прикрывала укусы на своей шее рукой или иногда прядью волос. К ним подключился Реймсс, видимо увидевший этот вопросительный взгляд Дии. Реммао же, как всегда, вёл скучную лекцию о образовании письма в Египте. Как вдруг он подошёл к своим студентам чуть ли не вплотную, положив записку:

Завтра вечером возле моего дома.

      Наставник едва вплёл в свою лекцию: «Лишь только сказал ему не поднимать голову». Ребята сразу же поняли, к чему ведёт их учитель. «Заказ», — девушка рефлекторно расширила очи. Её рука затряслась от этого странного предвкушения. Ещё бы, ведь последний заказ был уже как несколько недель назад в Гермополе. Кто бы знал, что её жизнь закрутится так сильно?       Лекция закончилась. Ребята вышли на улицу, отчего Эве хотелось провалиться сквозь землю. Косящийся Реймсс и вопросительный взгляд Дии застали её врасплох. Она скрестила руки на груди, стараясь сделать незлобный вид. Впрочем, выходило плохо. От этих пристальных взглядов ей стало не по себе. «Чего так пялятся? Я же ничего не сделала», — Эва томно вздохнула. Благо к ним подбежал Исман, возникший из ниоткуда.       — Эва, Дия и Реймсс скорее за мной! — Исман нервно схватился за руку сестры.       Он чуть ли не срывался на бег, а Эва еле поспевала за ним. Она хотела задать ему множество вопросов, но так и не смогла, увидев эту громадную толпу возле лазарета.

***

      Несколько часами ранее.       Эпистат, к счастью, знал одну зацепку. Как бы Агния не старалась скрывать своего брата, он всё же смог вычислить его личность. Сейчас у него должен быть обед. Амен стоял в переулке один, Тизиана же отправил к ларьку Агнии. Тень стала его вторым другом, неразрывным спутником. Она помогала Амену, возносила все его преимущества в абсолют. Сейчас он был похож на сокола, прицеливавшийся на свою жертву и готовый выпустить в любой момент когти. Брат Агнии сел за обеденный стол, готовясь к хорошей трапезе. Однако он тут же развернулся, прочувствовав эту напряжённую и тягучую атмосферу за спиной. Его зрачки расширились лишь от вида эпистата, нависавшим на самую душу. Он старался вдохнуть хоть частичку воздуха, но каждая попытка была неудачней прошлой. Брат хотел вскочить, но рука Амена на его плече блокировала всяческие попытки.       — Где Агния? — холодный тон, наполненные приказным тоном, заставили брата обречённо взглотнуть.       — Я не знаю, кто это, — парень постепенно начинал дрожать, чем ещё сильнее настораживал Амена.       — Повторять не буду, — Амен придвинулся ближе, вызывая ещё больший дискомфорт у юноши. Он сделал минутную паузу, всматриваясь в эти напуганные глаза. Брат был готов подорваться, лишь бы не смотреть на эти голубые глаза с лёгким прищуром.       — Честно! Я не знаю, кто это, — парень уже готов был срываться на плач, его голос дрожал, а из рта вытекала едва видимая слюна.       Амен отошёл от него. Парень выдохнул, но ненадолго. В следующую же секунду Амен повалил парня на стол. Он начал жалобно стонать, а вся еда повалилась на пол. Амен завёл его руку за спину чуть ли не до самого сильного пика боли.       — Говори, где она, иначе будешь ходить с одной поломанной рукой! — теперь же в его голосе не было той халатности и хладнокровности, но его лицо было по-прежнему безмятежным.       — Я не знаю! — сразу же истошный крик. Ужасный хруст костей. Парень больше не чувствовал свою руку. Она была словно балластом. Амен завёл вторую руку за спину, видимо, готовясь повторить эту практику. — Хорошо! Я скажу, только отойди от меня.       — Не диктуй мне правила, — Амен завёл эту несчастную руку ещё сильнее, чуть ли не вывернув. Парень ещё сильнее застонал.       — Клянусь, она не моя сестра! Мне заплатили и сказали молчать, — юноша уже срывался на крик, надеясь достучаться до эпистата. Из его красных и опухших глаз текли слёзы.       — Она тебя наняла?       — Да! Сказала молчать и в моментах вести себя, как будто я её брат! Клянусь, я больше ничего не знаю!       Амен изучал каждое слово парня. «Не лжёт», — за долгое время своей работы он смог распознавать язык тела человека. Он отошёл от парня.       — Когда ты в последний раз видел её?       — Вчера! Она дала мне деньги и вела себя как-то дёргано. С ней был ещё парень, но на нём был плащ, — парень прихлюпывал, иногда что-то бормоча под нос. Впрочем, Амен узнал нужную информацию.       — Плащ чёрный, как у шезму?       — Нет! Он был каким-то тёмно-красным, да и маска была не как у шезму.       После этих слов он покинул парня, погружаясь в свои мысли. Информация была слишком запутанной и сумбурной. Все мысли пробегались фантом в его большой голове. В такие моменты он делал уже до жути вызубренные движения: сделать глубокий вдох и выдох и закрыть глаза. Он представлял несколько отсеков, будто находился в библиотеке и перебирал нужные книги. Амен прокручивал каждую частичку информации, собирая собственный пазл. Одно эпистат знал точно — Агния играет за две конфликтующие стороны. «Значит это новая группировка — красный плащ и тёмная маска. Непохоже на шезму. В нашей деревне пропускают только деревенщин и саму команду. У Агнии был пропуск, какова вероятность, что есть ещё шпионы?» — он томно выдохнул. Дело явно выйдет сложным, но это лишь подогревало его внутреннее чувство справедливости. «Это точно из наших. Жители деревни слишком отрешённые, да и им смысла нет заражать себя же. Исфет!» — он сжал выдуманный папирус в своей воображаемой библиотеке. «Нужно найти её», — именно к этому выводу пришёл эпистат.       Деревня находилась недалеко. Он быстро дошёл до нужной точки, но, увидев бегущую толпу, тут же насторожился. Она напоминала волну при самом грозном шторме. По телу прошёлся странный разряд, заставивший тут же прочувствовать интуицию. Амен даже не мог никого остановить, люди были словно околдованы. Он быстро ринулся в сторону, уже предвкушая что-то странное. Лазарет. Почему-то на выступе стоял Бонами с Ливием. Они оба о чём-то болтали, будто последний хотел переубедить охотника в чём-то. Он активно жестикулировал, но это никак не спасало положение. Амен подошёл ближе к спорящим, одарив этих двух презрительным взглядом.       — Господин Амен! Это издевательство! — Ливий впервые выглядел ни как глупец-врач с идиотскими шутками, а как боец, готовый ринуться в бой в сию же секунду.       — Господин Ливий, при всём уважении, но вам стоит объясниться, — Бонами протянул странную стеклянную колбу, потёртую и испачканную. В ней виднелась непонятная жидкость, чем-то даже похожая на слякоть. — Сегодня мы нашли целый склад таких склянок, допросив тех торговцев, мы пришли к выводу, что это и есть отрава.       — Я не имею к этому никакого отношения! Это настоящая клевета, — Ливий чуть ли не срывался на крик, пытаясь хоть внести долю логики в разговор.       — Тогда почему мы нашли её в вашем кабинете?       — Меня подставили! — сзади лекаря возникли двое громил охотников. Однако Амен остановил их лишь одним недовольным взглядом.       — Стоять. Мы не будем арестовывать лекаря, для начала опросим свидетелей.       — Их нет. Господин Ливий был один, — Бонами грустно развёл руками. — Нам нужно сделать объявление.       Амен стоял на месте. Ливий выглядел рассерженным, его глаза были наполнены красным цветом от этой ярости.       — Его нужно отстранить, — Бонами встал напротив Амена чуть ли не вплотную. — Я уже написал распоряжение и вердикт фараону.