Мой Доктор

«...Доктор...?», — слова сорвались с губ Руби почти шёпотом, её глаза горели ярче звёзд, когда Аква поднял бровь, склонив голову в замешательстве от её слов и интонации. «Доктор? О чём ты говоришь?», — сказал Аква одновременно с замешательством и лёгким раздражением: «Слушай, ты можешь просто…» Собственные слова Аквы застряли у него в горле, когда он посмотрел за спину Руби и увидел результаты поиска, которые были показаны на мониторе. Результаты поиска, в которых было имя Тэндоджи Сарины. Глаз Аквы почернел, замешательство и форма паники нахлынули на него, пока он тщательно подбирал слова: «Руби… Что ты увидела в моём компьютере?» Хотя Руби увидела на мониторе только два имени, Аква тут же ощутил прилив страха. Количество документов, которые он сохранил на своём жёстком диске, от информации о его прошлой жизни до потенциальных подсказок о его отце и даже способов заставить этого отца страдать больше всего перед его смертью, было ошеломляющим. Неужели Руби случайно открыла один из документов и прочитала о прошлой жизни Аквы как врача? Прочитала о пациенте, который сделал его фанатом Ай? Прочитала о том, что его убийца был тем же, кто убил Ай? Или… она прочитала всё это? Аква попытался вспомнить всё то, что он собирался унести с собой в могилу, как только его месть свершится? Он не знал, как много знала его сестра, поэтому по его телу пробежали мурашки из-за того, насколько он был неосторожен. Пока он стоял и ждал её ответа, Руби просто продолжала смотреть на него с тоской, почти не обращая внимания на окружающий её мир. Однако, медленно обрабатывая слова, которые Аква сказал ей, она почувствовала, как сжалась её грудь, когда она разъединила руки и, встав прямо перед Аквой, ответила: «А-Аква ты… перед смертью… был… доктором Амамией Горо?» Она ответила на его вопрос вопросом, тёмная звезда Аквы, казалось, только стала больше, прежде чем он собрался с силами и слегка вздохнул: «...Да, всё так…» Глаза Руби, казалось, засияли ещё ярче при его подтверждении, её ноги угрожали подкоситься, когда она почувствовала, что у неё вот-вот начнут наворачиваются слёзы. Мужчина, который ухаживал за ней. Мужчина, которым она восхищалась. Мужчина, которого она любила. Присматривал за ней всё это время, даже в её новой жизни. Она чувствовала, как участилось её сердцебиение, её дыхание стало почти слабым, когда она сглотнула, её тело дрожало, когда она с силой выдавливала свои слова: «Т-ты знаешь… кто я…?» «Хм?», — тёмная звезда Аквы немного уменьшилась, вопрос, которого он не ожидал, внезапно поразил его, поскольку Руби не осмелилась разорвать зрительный контакт, из-за чего Аква заставил себя закрыть глаза: «Я полагаю, ты имеешь в виду до того, как ты переродилась как Хошино Руби… Нет, я не знаю…» Аква стоял с закрытыми глазами, опасаясь худшего, поскольку множество мыслей пронеслось в его голове. Была ли она пациенткой, которую он не смог спасти? Бывший член семьи, которая обвиняла его в смерти близкого человека? Кто-то, кто его ненавидел? Была ли это его судьба? Чтобы кто-то, кто ненавидел его из прошлой жизни, переродился его сестрой и... «Д-Доктор…», — тихо сказала Руби, её голос дрожал, и, прежде чем Аква успел открыть глаза, он почувствовал, как мягкая рука обхватила его щеку. Как только он это почувствовал, глаза Аквы распахнулись, когда Руби стояла прямо перед ним, а слёзы хлынули по её лицу и смешались с широкой улыбкой: «Д-Доктор… я… Тэндоджи Сарина…» Глаза Руби ярко заискрились, в обоих её глазах засияли звёзды, а глаза Аквы стали почти пустыми, шок наполнил их, когда он едва пробормотал: «...Ч-что...?» «Я… Тэндоджи Сарина… Ваша бывшая пациентка… Доктор Амамия…», — голос Руби был дрожащим, но чистым. Она была не из тех, кто лгал, особенно на такую ​​тему, как эта. Её слова, её отношение, её недоумение, всё кричало, что она говорила правду. Перед Аквой стояла его сестра Хошино Руби. Но также перед Амамией Горо стояла его бывшая пациентка Тэндоджи Сарина. Пока Аква смотрел прямо ей в глаза, странная звезда начала слабо светиться в одном из его собственных глаз, когда он попытался заговорить сам: «С-Сарина… Это… правда ты…?» Впервые за долгое время у Аквы не было слов. Как только она услышала его вопрос, Руби заплакала ещё сильнее, качая головой вверх и вниз, пытаясь выдавить из себя слова: «Д-да, это... Это... О... Доктор!» Руби внезапно рванулась вперёд и обняла Акву, обвив руками его шею, уткнувшись лицом ему в плечо, и начала сильно плакать. Это был крик печали при мысли, что любовь всей её жизни умерла. Это был крик облегчения, что она больше не была по-настоящему одна. Это был крик радости, что она снова встретила человека, которого любила. Она просто обняла Акву и заплакала, слёзы испачкали его толстовку и потекли на пол. Хотя изначально это застигло его врасплох, Аква осторожно поднял руку и обнял Руби, похлопав её по спине, чтобы успокоить. Его глаза были лишены каких-либо эмоций, он не совсем знал, как себя чувствовать. Он просто смотрел на ярко освещённый экран компьютера перед собой, похлопывая Руби по спине, пока она продолжала плакать, пытаясь подобрать слова. «Я… рад… что ты теперь живёшь той жизнью, которую заслуживаешь», — Аква выдавил из себя слова, просто пытаясь сломить постоянный плач, исходящий от нее. Это, похоже, возымело желаемый эффект, поскольку её плач медленно, но верно начал подходить к концу, прежде чем она начала только всхлипывать. Медленно она оттолкнулась от его груди, положила руки ему на плечи и посмотрела на него с красными глазами и насморком: «Т-ты… п-продолжал присматривать за мной… д-даже в этой жизни, Доктор…» «…Да, думаю, так и есть…», — тихо сказал Аква, его глаза скользнули вниз, когда тёмная звезда в его глазах начала возвращаться: «И всё же… я не смог спасти тебя». «А-а?» «…Ты была самым большим поклонником Ай, которого я знал, настолько, что ты сделала и меня её фанатом. Ты наблюдала за ней в больнице каждый божий день, круглые сутки, до тех пор, пока даже я не начал запоминать её танец. И всё же это не имело значения, я не смог ничего сделать, чтобы спасти тебя тогда, когда ты умирала, но продолжала держать меня за руку…», — кулаки Аквы внезапно сжались, воспоминания о его прошлом мерцали в его мозгу, а его звезда становилась только темнее: «Но у тебя появился не только ещё один шанс на жизнь, но и шанс быть дочерью женщины, которая дала тебе повод жить. Ты должна была стать дочерью Хошино Ай… Но даже это у тебя украли, и, несмотря на то, что я был рядом, я не смог… ничего сделать, чтобы… чтобы…». Слова Аквы застряли у него в горле, слёзы начали наворачиваться в его собственных глазах, когда он попытался отвести взгляд и закрыть их. Тем не менее, Руби просто вытерла слёзы с его щёк: «О, Доктор… Пожалуйста, это не твоя вина… Ты… Ты был младенцем, когда мама умерла. У тебя не было никаких медицинских инструментов или чего-то ещё, верно? Это было чудо, что у мамы хватило сил прожить так долго. Так что это не твоя…» «Это моя вина!», — внезапно закричал Аква, заставив Руби чуть не подпрыгнуть от шока, когда кулаки Аквы остались сжатыми, его тело немного тряслось, а его глаза мрачно светились: «Я знал, что кто-то хотел навредить Ай, но я предпочитал верить, что они никогда не смогут её найти… Я предпочитал верить, что мы в безопасности и ничего плохого не может случиться… И всё же я был дураком! Человек, убивший меня, знал, что Ай была в больнице в нашем городе и, вероятно, знал, что у неё есть дети… И всё же, несмотря на это, я предпочитал верить, что он не представляет угрозы! Дверная цепочка или анонимная наводка в полицию, может быть, могли бы...» «Доктор, хватит!», — настала очередь Руби кричать на него, её глаза всё ещё ярко сияли, когда она поднесла другую руку к его лицу и обхватила обе его щеки своими мягкими ладонями: «Пожалуйста, не вини себя. Виноват только мамин убийца, который, как я полагаю, убил и тебя, и он тоже давно мёртв». «Нет, это не правда», — сказал Аква с тем же мрачным выражением лица, снова закрыв глаза и покачивая головой: «Забудь, тебе не о чем беспокоиться». «Что? О чём это ты?» «Ничего, пожалуйста, забудь». «Доктор, пожалуйста!», — Руби умоляла Акву, но он держал глаза закрытыми, пытаясь отодвинуть своё лицо от нее. «Руби, я… больше не твой доктор, я не Амамия Горо. Я Хошино Аква, ничтожество, называющее себя сыном Хошино Ай. Поэтому я твой брат, и как твой брат, я не собираюсь втягивать тебя во что-то опасное. Так что просто забудь об этом, хорошо?» «Ты не можешь просто сказать это и ожидать, что я соглашусь с этим… Но… я знаю, что переубедить тебя будет трудно, поэтому я пока отложу это…», — сказала Руби с небольшим колебанием, однако она уступила, чтобы успокоить Акву: «Но… в одном ты ошибаешься, Доктор», — сказала Руби более твёрдым голосом, заставив Акву с любопытством открыть глаза, когда он снова перевёл взгляд с её всё ещё ярких звёздных глаз. «Ты по-прежнему мой доктор, будь ты Амамия Горо или Хошино Аква, ты по-прежнему человек, который присматривал за мной и…», — Руби снова покраснела в полную силу, когда её голос стал немного выше: «Мой любимый человек…» «...!», — Аква был ошарашен словами Руби, его нога отступила от неё на шаг, но она просто сделала шаг вперёд, чтобы оставаться как можно ближе к нему, и продолжала смотреть прямо ему в глаза. «Ты… помнишь, что обещал мне, Доктор? Ты сказал, что когда мне исполнится шестнадцать, ты подумаешь о том, чтобы жениться на мне. Ну, мне сейчас шестнадцать, так что ты… думаешь об этом сейчас…?», — несмотря на то, что тон Руби становился всё более робким и смущённым, она держала его настолько твёрдо, насколько могла, удерживая Акву всего в нескольких дюймах от своего лица, пока он продолжал смотреть на неё в шоке: «Потому что, если ты не против, я бы… Ак-» Прежде чем Руби успела закончить свои слова, Аква внезапно схватил её за плечи и немного оттолкнул в сторону, сделав шаг назад к своей двери, поскольку его собственное дыхание было прерывистым: «Р-Руби, ты молода, есть и другие парни…» «Я не хочу других парней, я хочу тебя, Доктор!», — Руби потянулась к Акве, но он снова отступил от неё, покачав головой. «Я-я… я иду к Режиссёру…» «Х-Ха?! Что ты?…», — Руби почти посмотрела на Акву, но была ошеломлена, когда хорошенько рассмотрела его лицо… У него был сильный румянец, его дыхание было прерывистым, когда он пытался отвести от неё взгляд. «Д-доктор… Ты тоже…», — Руби снова осторожно потянулась к Акве, но он продолжал отходить от неё, прежде чем встать в дверной косяк и повернуться… Прежде чем умчаться на полной скорости, даже не оглядываясь. «П-подожди! Доктор!», — закричала Руби и попыталась побежать за ним, но Аква оказался быстрее и выбежал к входной двери. При этом он пробежал мимо своей приёмной матери, Сайто Мияко, которая сидела за столом со своим ноутбуком. Она подняла голову, когда услышала, как кто-то спускается вниз, прежде чем Аква просто пронёсся мимо неё и в мгновение ока вылетел из входной двери. Ошеломлённая, она просто посмотрела на входную дверь озадаченным взглядом, прежде чем услышала новые шаги и увидела Руби, стоящую позади, с взволнованным выражением лица: «П-подожди, Доктор-» «Руби», — Мияко позвала Руби, заставив её остановиться, почти ошеломлённая тем, что только что увидела: «Чем… вы с Аквой занимаетесь?» Руби медленно повернулась к Мияко, сделав небольшой глоток, когда её красное от свеклы лицо посмотрело в ответ: «Эм...» «И не только это… Почему ты называла Акву доктором?» — сказала Мияко с ещё большим замешательством, когда Руби неловко рассмеялась и почесала затылок. «Эм, ну… Мы играем в пятнашки…?»

***

Шум маленького вентилятора был единственным шумом в маленькой спальне, пока режиссёр Готанда Тайши тихо сидел за своим столом с написанным на листах сценарием, в полусонном состоянии. Он закончил свою работу на день раньше, чем ожидал, поэтому он отправил Акву домой и намеревался наверстать упущенное в столь необходимом ему сне. Однако его намерения были разрушены, когда дверь в его комнату внезапно распахнулась, а затем захлопнулась, когда он услышал, как кто-то ворвался внутрь, когда он вздохнул через нос и потянулся, чтобы снять сценарий со своего лица: «Ма! Я же сказал тебе…» Его разглагольствования против матери были прерваны, когда он увидел, что человек, который внезапно ворвался в его комнату, был не его матерью, а его учеником, Хошино Аква. Его дыхание было прерывистым, когда он прислонился к двери, он был вспотевший, как будто он пробежал всю дорогу сюда. Тайши какое-то время смотрел на Акву с удивлением, прежде чем расслабиться в кресле: «Чёрт возьми, парень, папарацци уже преследуют тебя? Извини, но ты больше не сможешь врываться в мою квартиру, если это начнёт происходить». Тайши сказал это почти в шутку, просто чтобы немного расслабить Акву, но Аква не ответил, он просто стоял, прислонившись к двери, прежде чем рухнуть на землю. «Эй, парень!», — Тайши внезапно вскочил со стула и подбежал к Акве, встав перед ним на колени и глядя на одарённого мальчика: «Эй, что случилось? Что-то…» «Режиссёр…», — наконец заговорил Аква, опустив лицо и пытаясь восстановить дыхание, насколько это было возможно: «Что бы вы сделали… если бы девушка вдруг попросила вас жениться на ней?» «...Хм?», — Тайши в замешательстве наклонил голову, выражение его лица по-прежнему выражало замешательство, прежде чем медленно превратиться в некоторое раздражение: «Подожди, ты пробежал всю дорогу сюда, потому что смутился из-за признания? Боже, малыш, я знаю, что ты только в старшей школе, но всё же…» «А девушка, которая попросила вас жениться на ней, имеет… сложное прошлое с вами…», — Аква проигнорировал комментарий Тайши, продолжая задавать вопросы: «И которое простирается на годы…» Тайши прекратил свои саркастические комментарии и просто посмотрел на Акву, ожидая, пока он закончит, поскольку по тону его голоса он мог сказать, что, несмотря на то, что это казалось тривиальным, его это задевало. Как только Аква на мгновение замолчал, наконец вмешался Тайши: «Хм, я признаю, что у меня сложное прошлое со многими женщинами. Некоторые из них мои бывшие, с другими у меня была встреча только на одну ночь, и, конечно же, актрисы, которых я нанимал годами… О каком именно прошлом идёт речь?» «Прошлое, которое… проходит всю вашу жизнь. Прошлое, наполненное мраком и сожалением, и прошлое, которое должно сделать вас счастливым при осознании, что сейчас с ней всё в порядке… Но это прошлое, которое заставляет вас чувствовать себя ничтожеством». «…», — Тайши поднял руку и почесал затылок, закрыв глаза, чтобы немного подумать, прежде чем снова открыть их: «Если с ней всё в порядке, тебе действительно есть о чём сожалеть? Всё, что ты сделал в прошлом, не имеет значения, если она простила тебя, что, кажется, очевидно, если она попросила тебя жениться на ней, верно?» «Но… я подвёл её дважды. Я не смог спасти её в первый раз и… я не смог спасти человека, которого она любила больше всего на свете во второй раз. Мне давали два шанса, но оба раза я терпел неудачу…», — сказал парень с грустью и виной, смешанной в его голосе, его плечи опустились, когда он не сводил глаз с пола. «Тем не менее, несмотря на то, что ты потерпел неудачу, кажется, у неё всё ещё есть чувства к тебе. Что бы ты ни имел в виду, говоря, что ты не смог спасти её, или её подругу, или кого-то ещё, похоже, сейчас это не имеет для неё большого значения, да?», — Тайши снова попытался успокоить Акву, но тот только покачал головой взад-вперед, когда его кулаки сжались и внезапно ударились об землю. «Её чувства не могут быть настоящими, она не может любить кого-то, кто не смог спасти её, когда она умирала у меня на руках!», — внезапно закричал Аква, когда Тайши поднял бровь, прежде чем сесть на колени и положить руку ему на плечо. «Парень… О чём ты говоришь?», — голос Тайши был серьёзным, но настолько мягким, насколько это было возможно, когда тело Аквы тряслось, а в его глазах выступили слёзы, которые начали течь по его лицу. «Я не смог спасти её… Она умирала у меня на руках… Её родители практически бросили её, так что я был всем, что у неё осталось, и всё же я ни черта не мог сделать, чтобы спасти её! Потом, годы спустя, то же самое случилось с её матерью! Я был рядом, я мог бы её спасти! И всё же… И всё же она меня всё ещё любит… Почему…» Тайши понятия не имел, о чём говорит Аква, мысли о том, что у Аквы какой-то психический срыв, проносились в его голове, когда он схватил Акву за плечи и удерживал его: «Аква, ты должен справиться с этим. Я понятия не имею, о чём ты говоришь, но что бы это ни было, ты не можешь позволить этому затуманить тебя, хорошо?» Аква не ответил на слова Режиссёра, всё ещё глядя в землю, когда слёзы капали из его глаз. Однако медленно он начал поднимать лицо, глядя Тайши в глаза. В этот момент Тайши не видел Хошино Акву, мальчика, который пришёл к нему после смерти Ай и попросил взять его под своё крыло. Он увидел Хошино Акву, маленького мальчика, которого встретил много лет назад. «…Малыш… Что, чёрт возьми, произошло?», — Тайши был осторожен в своих словах, крепко держа Акву за плечо. «...Я не могу это сказать... Мне жаль, я не должен был сюда приходить», — казалось бы, собравшись с силами, Аква попытался оттолкнуться от пола, но Тайши удержал его на месте, прищурив глаза. «Это из-за твоей матери?» «…Нет, это не имеет никакого отношения к Мияко…» «Я не имею в виду Сайто Мияко, я имею в виду твою настоящую мать», — глаза Аквы расширились от слов Режиссёра, его рот слегка приоткрылся, когда он посмотрел мужчине в глаза. «В-вы знали…? Как долго…?» «Тц, у меня было предчувствие с тех пор, как ты пришёл на ту рекламную съёмку. У вас двоих была одинаковая аура, и мои подозрения только усилились с той съёмкой фильма. И после её смерти ты выглядел таким… это подтвердило для меня мою теорию». «Я понимаю…», — прошептала Аква, его рот оставался открытым, словно собираясь что-то сказать, прежде чем снова закрыться. «Ты сказал, что её мать умерла у тебя на руках. Я знаю, как было найдено тело Ай, я знаю, что ты был в её объятиях». «…», — Аква промолчал, грустно глядя в сторону, слегка кивнул и ничего больше. «Аква… Та девушка, которая попросила тебя выйти за тебя замуж…», — Тайши не закончил свой вопрос, так как Аква снова лишь слегка кивнул: «...Чёрт возьми, парень...» Это было всё, что сказал Тайши, когда он внезапно поднялся, подошёл и упал обратно на стул, вытащил сигарету и закурил, сунул её в рот и слегка затянулся. В течение нескольких минут ни один из них ничего не сказал друг другу, единственным звуком, наполнявшим воздух, был звук курения Тайши, который время от времени постукивал кончиком сигареты о пепельницу, стоявшую на его столе. Наконец, когда его сигарета подходила к концу, Тайши снова заговорил: «Я понятия не имею, что ты имеешь в виду, когда говорил, что она умирала у тебя на руках, или что-то в этом роде. Всё, что я могу понять, это то, что девушка, признавшаяся в своих чувствах к тебе — это твоя родная сестра, Хошино Руби». «...Ага…» «Ну, позволь мне задать очевидный вопрос… Как, чёрт возьми, ты к этому относишься?» «Как я к этому отношусь?» «Да, это взаимно? Она тебе противна? Думаешь, это всего лишь фаза или типа того? Не ври мне, парень, расскажешь это кому-нибудь ещё, и можешь считать, что на вашей звёздной жизни и жизни в целом будет поставлен большой крест», — Тайши был прямолинеен, но правдив, докуривая оставшуюся сигарету, прежде чем положить её в пепельницу, ожидая ответа Аквы. После пары секунд молчания Аква наконец ответил: «Я… не знаю… До того, как я подвёл её в первый раз, я признаю, что любовь, которую я испытывал к ней, была не столько романтической, сколько восхищением... Я не мог не быть тронут её характером. Однако, из-за моих биологических обстоятельств с моим возрастом и половым созреванием, или других внешних факторов, она начинает мне нравиться в романтическом плане, наверное». «Ну вот, опять бессмыслица, но что бы там ни было, я понимаю, о чём ты говоришь. Когда вы двое были моложе, ты рассматривал Руби как своего рода образец для подражания и не думал ни о чём, кроме восхищения. И повзрослев, это восхищение превратилось в вожделение?» «...Она привлекательна, но вожделение - не то слово... Я действительно оглядываюсь на неё с романтическими чувствами, задаваясь вопросом, могли ли бы мы на самом деле, если бы наши обстоятельства были другими...?», — сказал Аква, когда он поднял голову к потолку, его глаза были пустыми, когда он сделал это. «Если бы вы двое не были родственниками, могли бы вы быть парой?» Нет, это было не так, Аква знал, что это не так. Но… Он не мог сказать это режиссёру, потому что тогда его отправят в психиатрическую больницу быстрее, чем он успел бы это понять. Ему пришлось солгать. «Да, что-то в этом роде…» «Понятно…», — Тайши откинулся на спинку стула, взял свой сценарий и положил его себе на лицо: «Я в этой отрасли достаточно долго, чтобы знать, что отношения никогда не бывают красивыми, на самом деле они часто безобразны. Постоянные сообщения о жестоком обращении, изнасиловании, педофилах, услугах, мафии, список можно продолжать. Практически все отношения в нашей индустрии не являются искренними и покрыты тьмой. Чёрт, ты и та девушка Акане встречаетесь только из-за этого реалити-шоу, верно?» «...Ага…» «Понимаешь, что я имею в виду? Другие отношения сформировались из-за тьмы индустрии, а не из-за чистой любви», — Тайши протянул руку и поправил сценарий на своём лице, слегка вздохнув: «Поэтому, когда отношения формируются из любви… Было бы лицемерно с моей стороны судить кого-то на основании этого». «Что вы имеете в виду?» «...Если вы с Руби действительно так относитесь друг к другу, то я ничего не скажу. Я не понимаю, как бы я ни старался, но я уже давно перестал пытаться понять эту отрасль. ... Если вы двое счастливы, и это по обоюдному согласию… Тогда я говорю, дерзай, парень». Глаза Аквы расширились, в них вернулся слабый свет, когда он посмотрел на Тайши сбитым с толку взглядом: «...Такие, как я, не заслуживают-» «Хватит нести чушь, пацан, хочешь знать правду? Правда в том, что никто не заслуживает счастья, потому что каждый человек, который когда-либо родился и когда-либо родится — отморозки, натворившие кучку дерьма. Люди, которые когда-либо были рождены и когда-либо родятся, также являются людьми, которые могут попытаться исправить это дерьмо и вести лучшую жизнь благодаря этому. Я не знаю сожалений, за которые ты цепляешься, по крайней мере, не все, но какими бы они ни были, похоже, Руби простила тебя. В конце концов, я сомневаюсь, что она захотела бы попытаться завязать отношения, которые, если бы они когда-нибудь закончились, не только положили бы конец вашей карьере, но и заставили бы вас презирать людей». Тайши говорил прямо и без угрызений совести, но в его словах не было лжи. Аква не мог полностью в них поверить, но, по крайней мере, их было достаточно, чтобы вернуть жизнь его глазам со слабым светом в них: «Понятно… наверное… Ты прав…» «Однако…», — Тайши протянул руку и отложил сценарий, глядя на Акву: «Что ты собираешься сказать ей, парень?» «…», — Аква молчал, опустив взгляд на землю и пожимая плечами: «Я не знаю…» «...Ну, если вы двое действительно решитесь на это, просто знайте, что никому нельзя об этом рассказывать, понятно? Мияко, Акане, Кане, абсолютно никому. Даже если вы доверите им свою жизнь, люди не смогут вечно хранить такую ​​безумную историю при себе. В конце концов, что, если у них вдруг наступят трудные времена? Или вдруг они обидятся на кого-то из вас? Они расскажут об этом СМИ, получив много денег и разрушив при этом ваши жизни. Ты это понимаешь?» «Поверь мне, я знаю, какие люди на самом деле. Я знаю… На что они способны…», — сказал Аква, когда его глаза наполнились тьмой, его руки снова сжались: «Спасибо, Режиссёр… я… оставлю вас в покое…» Аква поднялся на ноги и повернулся, чтобы уйти: «Парень, ещё кое-что. Если у вас двоих что-то да получится… Тогда я позволю вам бежать сюда от папарацци, хорошо?» — сказал Тайши с ухмылкой, на что Аква лишь кивнул, открыл дверь и вышел. При этом Тайши остался один в своей комнате, медленно закрыл глаза и снова натянул сценарий на лицо. «В индустрии, где вы можете оскорблять, насиловать, ухаживать и делать многое другое, единственное, от чего вы никогда не сможете отказаться — это отношения по обоюдному согласию, потому что у вас общая кровь… Хех, до чего, чёрт возьми, дошёл этот мир?»

***

Темнеющее небо снаружи только напомнило Руби о её чувствах, когда она сидела на диване в одиночестве, её глаза смотрели в телефон, когда она бездумно играла на нём. С тех пор, как Аква ушёл, её разум снова и снова прокручивал эту строчку. Ты сказал, что когда мне исполнится шестнадцать, ты подумаешь о том, чтобы выйти за меня замуж. Ну, мне сейчас шестнадцать, так что ты… думаешь об этом сейчас…? Руби прищурила глаза и вздохнула, тыкая по экрану, чтобы закончить ещё один раунд. Она сказала это под влиянием момента, все её чувства к Горо вернулись в тот момент. Было ли это перебором? Она перегнула палку? Может быть, она не соображала. Ведь они были двойняшками… Это не сработает… Это было всё, о чем думала Руби, и тем больше раз она сомневалась в себе. Тем сильнее становились её чувства. Она не могла этого отрицать. Хоть Хошино Аква и был её братом по крови… Он по-прежнему оставался тем мужчиной, которого она любила с тех пор, как ей было двенадцать лет, и ей суждено было умереть в одиночестве. Руби сжала свой телефон, слёзы угрожали навернуться на её глаза, прежде чем она почувствовала успокаивающую руку на своей спине, прежде чем стройная фигура села рядом с ней и её утешать: «Руби, ты уверена, что с тобой всё в порядке?» Руби оторвалась от игры и посмотрела на Мияко, свою приёмную мать, сидевшую рядом с ней, и слегка кивнула головой: «Да… я просто… размышляю». «О конфликте? Кажется, вы с Аквой поссорились, что случилось?» «...Ничего, просто глупые подростковые штучки», — тихо ответила Руби, продолжая играть в телефон, пока Мияко изучала её лицо. «Хм… Это из-за мальчика, который тебе нравится?», — руки Руби остановились на секунду, прежде чем она быстро вернулась к игре. Но этого мгновения колебания было достаточно, чтобы Мияко всё поняла и улыбнулась: «Ах, понятно, твой брат пытался убедить тебя не встречаться с горячим плохим парнем в школе, верно? Я понимаю, мой отец был таким же, когда я была в твоём возрасте». «…Да, что-то в этом роде…», — Руби ненавидела врать, поэтому просто выдала лучшую полуправду, какую смогла придумать. «Ну, не позволяй этому задеть тебя, вы двойняшки, так что эти романтические связи с другими могут иногда задевать ваши чувства. Он справится с этим, не волнуйся», — Руби слегка улыбнулась, прежде чем просто кивнуть и облокотиться на плечо Мияко. Но прежде чем она смогла это сделать, дверь внезапно распахнулась, и вскоре вошёл виновник торжества, когда Мияко повернула голову. «Ах, Аква, ты смог решить все свои проблемы?» «…Да, можно сказать и так…», — тихо произнёс Аква, пока Руби просто пыталась игнорировать его, стараясь полностью погрузиться в игру, и…: «Руби… давай поговорим». И чтобы всё это рухнуло. Руби чувствовала, как её лицо начинает гореть, когда она медленно повернулась и встретилась глазами с Аквой, слегка кивнув и тихо произнеся: «...Хорошо…» Мияко улыбнулась и кивнула, похлопав Руби по спине, а юная девушка приподнялась и подошла к Акве, который просто указал ей головой следовать за ним в его комнату. Она сдержала румянец и снова кивнула, следуя за ними, пока они вдвоем направлялись в комнату Аквы, когда он закрыл за ними дверь, как только они вошли. Они стояли в тишине, ни один из них ничего не говорил друг другу. Наконец…: «Аква-» «Сарина», — глаза Руби расширились, когда она повернулась и посмотрела на Акву, чьё лицо было нейтральным, но в его глазах был только слабый намёк на жизнь: «Я поговорил с Режиссёром». «...Режиссёром?» «Да, он немного помог мне проветрить голову…», — Аква посмотрел в сторону и начал медленно ходить, засунув руки в карманы, и медленно формулировать свои мысли: «Сарина… Ты прощаешь меня?» «А? За что?» «…За всё… За то, что позволил тебе умереть на моих руках… позволил Ай умереть… С тех пор я отдалялся…а теперь…Ты правда меня прощаешь?», — Аква говорил с ноткой страха в голосе, как будто он боялся ответа, который она собиралась ему дать. Однако… «Доктор…», — тихо произнесла Руби, подойдя к Акве и схватив его за руку: «Я никогда не винила тебя». «Понятно…», — Аква остановился, полностью повернувшись лицом к Руби и глядя ей прямо в глаза: «Ты также уверена, что после всего этого времени ты всё ещё любишь меня?» Руби почувствовала, как жар прилил к её щекам, когда она закрыла глаза и через мгновение открыла их, когда в каждом из них сияли звёзды: «Неважно, рассматриваю ли я тебя как Амамию Горо или Хошино Акву… Как своего доктора или своего брата… Я всё равно люблю тебя». «...Я признаю, что мои чувства к тебе более сложные. Когда я был Горо, я глубоко восхищался тобой. Однако, вспоминая те же самые чувства, эти чувства восхищения кажутся намного более романтичными», — Руби покраснела ещё сильнее от его комментариев, но ничего не ответила: «По правде говоря, я до сих пор не совсем уверен, люблю ли я тебя, или половое созревание просто столкнулось с моими чувствами на данный момент». «Понятно… Что ж, мы можем продолжать быть братом и сестрой, Доктор, в этом нет ничего…» «Но», — Аква прервал её, когда он внезапно обнял её и притянул к себе. «Д-Д-доктор!?», — Руби говорила почти шёпотом, её голос стал высоким, а её лицо было помидорно-красным, когда Аква прижимал её к себе: «Н-но что!?» «Но… я хочу увидеть, насколько романтичны мои чувства». «Т-ты имеешь в виду…» Аква закрыл глаза, вздохнул и кивнул, прежде чем снова их открыть. «Хошино Руби… Вернее… Тэндоджи Сарина… Я хочу, чтобы ты была моей девушкой».