Предназначенная свыше

Прерывистые вздохи, жадные прикосновения, одержимый шепот имен друг друга, будто в бреду. Когда дело шло к их близости, весь мир переворачивался с ног на голову. Стоны эхом разносились по небольшой пещере, которая служила им пристанищем, выстланная мехами и высушенными растениями. Каждый раз - непримиримая борьба за превосходство. Драконья сущность в женщине не унималась ни на секунду в своем желании присвоить, погубить и сломать юношу, выцарапать смертоносными когтями на его внутренностях, кому он на самом деле принадлежит. Выжать досуха, пока не отключится от переизбытка ощущений, сдавшись в оковы объятий хранительницы. С другой стороны, хитрый и сообразительный Юань легко заставал старшую врасплох, прижимая чужие запястья одной рукой чуть выше ее головы. И пусть эта хватка чистой воды символизм, она позволяла заинтересовать могущественное существо. Выпросить шанс довериться, чтобы сделать все по-своему. Наблюдать за жадностью, с которой следят за ним змеиные глаза, и немыслимой податливостью. Иньсинь открыта к нему всей душой и телом, послушно разводит бедра от малейшего давления ладони на них, выгибается навстречу прикосновением и откровенно стонет под ласками. Не скрывая наслаждается собой, возлюбленным, и их совместным времяпровождением, выражая свою божественность и великолепие в каждом мгновении. Юань более скованный, если сравнивать их между собой, сдерживается, как натянутая струна, пока не лопнет. Дракон обожает разматывать эту терпеливость, пока в человеческой голове не останется даже намека на мысли, не касающиеся ее лично. До стонов, смешанных со всхлипами, среди которых женщина узнает свое имя и ухмыляется в своем коротком животном порыве. Руки юноши дрожат; он отчаянно цепляется слабыми пальцами за чужие бедра, которые без малейшей жалости и намека на усталость поднимаются и опускаются в невыносимо ровном ритме. Все это настолько слишком: невероятно чарующее своей красотой создание, с которым они безнадежно влюблены до разливающегося жаром чувства, влажное и скользкое нутро, принимающее его полностью, пока когтистые руки заинтересованно оглаживают торс. Он выгибает спину, когда ее внутренности стискивают и без того напряженный член, и кончает в очередной раз за ночь, почти теряя сознание. Дракон не останавливается, выжимает все до последней капли, тянется с поцелуем к его губам, и парень абсолютно теряется. Длинный раздвоенный на кончике язык собственнически проникает в его рот, не давая и шанса вести, тянется к самой стенке горла. Иньсинь неохотно отрывается от чужих губ и довольно облизывается. Взбудораженный, растрепанный, с покрасневшими щеками и мелкими слезинками на глазах от короткого удушья, он выглядел в высшей степени очаровательно. Дракон широко лижет языком полоску на его шее, берет его за руки, переплетая пальцы в замок и крепко стискивает чужую лодыжку кончиком хвоста. На измученном лице отражается вселенский ужас, но щадить юношу никто не собирался. – Еще один разочек, мой Юань, ты сможешь еще раз.