И дитя поведет их (And a Child Shall Lead Them)

      Они взяли Вирса. Сила побери, они взяли Макса.               И нет.               Эта цена, даже по такой причине, никогда не была той, которую Пиетт заплатил бы, пока дышит. Он перекатился на колени, моргая, чтобы избавиться от звезд перед глазами и пытаясь разглядеть спидеры, но его глаза все еще приспосабливались, и он больше не мог их видеть.               Крифф, криффова преисподняя.               А лорд Вейдер проверял след в торговле спайсом на другой стороне этого огромного острова, в нескольких часах езды отсюда.               Все зависело только от него, а он понятия не имел, с чего начать. Пиетт, пошатываясь, поднялся на ноги и задумался. Он был недалеко от города, рядом с побережьем. Возможно, если бы он украл лодку (ну, или взял ее напрокат), то смог бы патрулировать береговые линии. Это дало бы ему наилучшее представление о местонахождении спайсеров с точки зрения быстрого перемещения и легкого доступа к транспортировке их продукта.               Дело было в том... Он опустил голову и потер на ней шишку. Время не было имевшейся у них роскошью. Они захотят знать, кто такой Вирс, и что он здесь делает. Они, без сомнения, будут жестокими.               Нет. Ему пришлось эмоционально отступить. Он вытащил свой комлинк, затем сделал паузу. Лорд Вейдер сказал не связываться с ним в течение первых пяти часов на случай, если он окажется в... щекотливом положении.               Ладно. Вернуться в город. Потом найти кого-нибудь, у кого можно арендовать лодку...               Кто-то за ним наблюдал.               Он мог чувствовать это — годы практики дали ему это чувство. Он перевел дыхание, затем вытащил свой бластер и развернулся, чтобы направить его на...               …ребенка.               Маленькую, бледно-розовую малышку-тви'леку, которая бесстрашно смотрела на него в ответ.               Он опустил оружие. Как долго она пробыла здесь? Может быть, она видела, куда увели генерала?               — Привет, — сказал он на бейсике.               — Привет, — она серьезно изучала его большими серыми глазами. — Я видела тебя в городе.               — Да? — он попытался вспомнить. Она была одета в лохмотья и явно была одной из уличных беспризорников.               — Да. Ты помог Бренту подняться. Ты был добрым.               А. Он вспомнил ту короткую встречу. Крошечный лагунанский ребенок буквально врезался в его сапоги, преследуемый группой детей постарше. Пиетт помог ему подняться и встал перед ним, чтобы посмотреть на хулиганов, которые отвернулись от его вызывающей позы. Маленький мальчик убежал еще до того, как он повернулся обратно, и ему показалось, что он видел, как тот присоединился к другому ребенку... этому?               — С Брентом все в порядке? — спросил он.               Она кивнула, подойдя немного ближе.               — Ты ударился головой о камень, когда они бросили световой детонатор. С тобой все в порядке?       Было больно, но в остальном с ним все было нормально.               — Да, спасибо тебе. Послушай, банда, эти люди, ты их знаешь?               — Да, — и ее тон сказал ему все, что нужно было знать о ее мнении.               — Они забрали моего друга — высокого мужчину, который был со мной. Ты видела, куда они пошли?              Она снова кивнула: — Да. Я знаю, куда они направляются.               Она знала?                — Можешь… ты можешь мне показать?               — Это займет некоторое время, — сказала она с сомнением. — И у нас нет спидера. Кроме того, на спидере они нас обнаружат. Если хочешь попасть внутрь, тебе придется пойти хитрым путем,.               Крифф, значит, у них были сканеры. И, вероятно, неплохая система безопасности, учитывая их род деятельности.               — Что это за хитрый способ? И сколько времени он займет?               — Много. Будет уже ночь.               Значит, по меньшей мере, шесть часов. Хорошо.               Он осторожно приблизился к ней и опустился на колени, чтобы быть на уровне ее роста: — Эти люди забрали моего самого близкого друга. Я хотел бы, чтобы ты помогла мне его вернуть. Мы пытаемся убрать их, чтобы такие дети, как ты, могли расти в безопасности. Ты мне поможешь?               Она внимательно изучала его: — Как тебя зовут? — спросила она.               — Конечно, как грубо с моей стороны, — он сделал небольшую паузу, поскольку они были здесь под прикрытием. — Ты можешь называть меня Пиетт.               — Пит?       — Достаточно близко. А тебя как зовут?               — Я — Нали, — она царственно протянула руку, и необъяснимым образом он вспомнил о своей принцессе. Он мог представить, как та делала так в подобном возрасте.               Он осторожно пожал ее: — Рад познакомиться с тобой, Нали. Я достану нам кое-какие припасы в городе, а потом мы сможем отправиться, хорошо?               — Хорошо, мистер Пит.               И это было что-то новенькое.               Двадцать минут спустя, вооружившись бутылками с водой и простыми пайками, они вдвоем отправились по ровному, но покрытому буйной растительностью ландшафту. Климат был довольно тропический, хотя и не столь влажный, как можно было ожидать из-за того, что это — остров: ветерок освежал под жарким солнцем. Огромные голубые пальмы покрывали пейзаж, а вокруг росли зеленые травы выше Нали, перемежаемые ароматными белыми цветами размером с его ладонь. Это было бы прекрасное место для отдыха, если бы не мир, который был ужасно угнетен и порабощен хаттами.               Лагуна находилась далеко внутри пространства хаттов, и они приближались к их родным мирам. Новая Республика планировала кампанию, но они еще не были близки к прямому нападению на Нал Хатту. Сначала они должны ослабить различные сателлиты и быть готовыми к вакууму, который останется, когда они уничтожат картель хаттов.               И Пиетт хотел, чтобы это произошло. Так же как хотел и его светлость, даже более страстно, чем его адмирал.               Нали сделала паузу, а затем направилась в траву рядом с тремя пальмами. Она снова посмотрела на него.               — Хитрый способ, мистер Пит. Я обещаю, что знаю его.               Это была его лучшая и единственная зацепка для Вирса.               Он двинулся к ней: — Хорошо, тогда, мисс Нали, показывайте дорогу.               Она хихикнула, ее маленькая лекку дернулась от удовольствия: — Это звучит, как леди.               — Ты леди — очень храбрая и умная леди.               Она одарила его очаровательной улыбкой, и он пожалел, что не может помочь всем здешним детям. Он хорошо знал, что большинству из них не исполнилось и 12 лет.               — Это твоя работа — охотиться на спайсеров?               Значит, она знала, кто они такие. Он не должен был удивляться. В ее возрасте он тоже это знал.               — Отчасти, да.       Она пробиралась сквозь траву, время от времени поглядывая вверх, чтобы проверить направление. Запах примятой травы был цитрусовым — ему это нравилось.               — У меня есть лучший друг, — сообщила она ему через минуту.               — Что ж, это хорошо, — сказал он ей. — Иметь лучших друзей — это потрясающе. Как зовут твоего друга?               — Райл, — ответила она, улыбаясь ему, когда он подошел к ней. — Он тоже выше меня. Совсем как твой друг.               Казалось, он никогда не сможет избавиться от этого сравнения. Но, с болью подумал он, ему этого и не хотелось.               — Хорошо иметь высоких друзей — они присматривают за нами, — сказал он с ответной улыбкой.               — Да, — согласилась она, срывая травинку и играя с ней, — но Райл говорит: хорошо, что я невысокая, потому что я замечаю то, чего не замечает он. И люди не ожидают меня, когда... когда мы добываем еду, потому что они наблюдают за ним. — Она сказала это застенчиво, как будто ожидая, что он отругает ее за воровство.               Он знал такой голод.               — Что ж, тогда ты — молодец, — тепло сказал он ей, и она широко ему улыбнулась.               — Спасибо! Однажды я добыла достаточно еды, чтобы прокормить пятерых из нас! — с гордостью сказала она ему, и у него защемило сердце.               — Очень хорошо сделано. Хочешь немного воды? — спросил он, протягивая ей бутылку.               — Спасибо, — сказала она с царственными манерами и выпила немного, зная по опыту, что это надолго.               Некоторое время они шли молча, и Пиетт старался не думать о том, что могло происходить с Вирсом.               — Ты — солдат? — внезапно спросила она, и он вздрогнул от неожиданности, услышав эту догадку.               — Ну... вроде того, — ответил он, не зная, сколько еще сказать. С другой стороны, это был ребенок, который оставался верным своим людям. Он понимал это.               — Я флотский офицер.               — О-о-о! — она захлопала в ладоши, глаза ее сияли. — Я люблю лодки!               Он усмехнулся, глядя на нее сверху вниз: — Я тоже. Но, хотя они и замечательны, я флотский офицер среди звезд.       Она остановилась: — Я смотрю на звезды почти каждую ночь. Иногда мне кажется, что я могла бы увидеть там корабли. Может быть, я видела твой!       На мгновение ему стало трудно дышать, когда на него обрушились воспоминания.               Тепло Риллы у его бока...               Ее любимым созвездием были Кит и его Меч...               Жаркие ночи, когда они порой засыпали вместе на крыше, потому что там было прохладнее, а бескрайний океан звезд над ними был таким умиротворяющим...               — Мистер Пит?               — Прости, моя дорогая, эм...               — Ты выглядел грустным, — серьезно сказала она ему. — Кто-нибудь умер?               Она говорила с глубоким знанием дела.               — Да, — тихо ответил он, когда они двинулись дальше, — уже давно. Она... она тоже любила звезды.               Крошечная ручка скользнула в его руку: — Я думаю, ты понимаешь. Ты знаешь… — она подчеркнула это слово, — знаешь, каково это, когда теряешь людей.              Он осторожно сжал мизинец: — Кого ты потеряла, Нали?               На мгновение она замолчала: — Всех. Хатты забрали мою мать. Мой отец умер за нее. Мой брат умер, чтобы я могла от них убежать.               Она замолчала, а потом... — Лучше бы я его не оставляла.               Сила. Как он ненавидел картель.               — Он не хотел, чтобы ты оставалась, Нали. Он был очень храбрым и поступил правильно.               — Но он умер за меня, — сказала она, и ее лекку поникли, а затем по ее лицу потекла слеза.               — Нали… сколько тебе лет? — спросил он, крепче сжимая ее руку.               — Мне восемь, — ответила она.               — И они умерли, когда тебе было?..               — Пять, — прошептала она.               — Я бы тоже сказал тебе бежать, милая, — сказал он, и сердце его снова заболело. — Ты сделала именно то, что должна была сделать.               Тишина, а затем тихий всхлип, и он не смог...               Он остановился, чтобы обнять девочку, и она уткнулась лицом в его плечо, чтобы выплакать свое горе, а он пошел, надеясь, что это правильный путь, и похлопывая ее по спине.               В конце концов, ее смятение прекратилась, и Нали посмотрела на него, когда он двинулся дальше по траве.               — Твой корабль очень большой?               Его Леди была самой большой в галактике.               — Так и есть.       — Может ли он перестрелять всех плохих существ в галактике?               О, Нали, если бы только все было так просто.               — Он очень хорош в этом, но требуется время, чтобы избавиться от всех плохих существ. И мы, по возможности, не хотим в процессе этого навредить хорошим людям.               — Вот почему ты не в форме. Чтобы ты мог быть хитрым.       — Да.       Она снова замолчала и, казалось, была довольна тем, что положила голову ему на плечо.               — Правильно ли я иду? — спросил он ее, надеясь, что она не заснула.               — Да. Тебе нужно продолжать следовать вон к той линии пальм, — сказала она, указывая.               — Те, что ближе всего к океану?               — Да. Я могу снова спуститься вниз.               — Ты устала, Нали? — это была огромная прогулка для таких маленьких ножек.               Она вздохнула: — Да, но я к этому привыкла.               И, девять преисподних, она не должна была этого делать.               — Тогда я могу тебя понести.               Она немного приподнялась, чтобы посмотреть ему в лицо.               — У тебя есть дети?               Возможно, в другой жизни...               — Нет, моя дорогая.               — Что ж, это очень плохо. Ты похож на отца.               Действительно, высокая похвала.               — Спасибо.               Он потерял счет тому, как долго шел, но, в конце концов, ему пришлось остановиться, и они сели под пальмой, прислонившись к ее шершавому стволу, и разделили рацион.               — Насколько мы близко, Нали? — спросил он, заметив, что солнце садится.               Держись, Макс.               — Мы приближаемся. Думаю, уже на полпути.               Тогда все в порядке.               Они продолжили путь, и когда солнце начало опускаться за горизонт, он понял, что может связаться с лордом Вейдером.               — Милорд?               Его командир сразу почувствовал, что что-то произошло.               — Что случилось, Пиетт?               — Они взяли Вирса, сэр. Сейчас я преследую их, но...               — Мой след оказался ложным, адмирал. Я вызвал подкрепление на вашу позицию, поскольку считаю, что это их истинная база операций. Как далеко вы находитесь от расположения их крепости?       — Мой гид думает: около двух часов. Мы идем пешком.               — Пиетт, — и его светлость сделал паузу. — Я понимаю, что если бы я отдал приказ ждать, вы, скорее всего, ему бы не подчинились.               Что ж. Он не ошибся.               — Таким образом, приказываю вам быть как можно более незаметным. И если жизнь Вирса не находится в прямой опасности, я бы посоветовал меня подождать. Наше подкрепление будет здесь через шесть часов.               — Я понимаю, милорд. Благодарю вас.               Наконец, когда с океана пришла ночная прохлада, Пиетт смог разглядеть здание, которое сливалось с вулканическим утесом, спускавшимся к пляжу.               — Это их убежище, — прошептала ему Нали. — Я также знаю секретный способ проникнуть внутрь.               — Откуда ты знаешь, моя дорогая? — поинтересовался он.               — Однажды я пробралась, — просто ответила она. — Они забрали Тринлекса. Он был хорошим. Заботился о нас. — В темноте ее лицо было труднее разглядеть, но по тону он понял, что все закончилось плохо.               — Он… он был немного похож на тебя. Но они забрали его и... Он так и не вышел. Но когда я искала его, я нашла секретный путь внутрь.       — Тогда веди, Нали. Подожди, — он снял куртку, так как маленькая девочка теперь дрожала, и закутал ее.               — А как насчет тебя? — спросила она, когда они спускались к пляжу.               — Надеюсь, я буду очень активным, — сказал он ей, — и я больше тебя.               Они достигли подножия кажущегося отвесным утеса.               — Прямо здесь, — сказала ему Нали, — его трудно разглядеть, но он похож на очень крутую лестницу. А на самом верху находится место, где... тебе это не понравится.       Он был в этом практически уверен.               — Дай угадаю, мусоропровод.       — Да. Ты знал!               — Кажется, когда-нибудь мне нужно было испытать его самому, — сказал он, думая о своей принцессе и надеясь, что удастся рассказать ей свою собственную историю.               — Хорошо, дорогая, — сообщил он, быстро соображая, — ты должна остаться здесь, внизу. Я попытаюсь вытащить своего друга и хочу, чтобы ты была подальше от любой опасности. Мы вернемся этим путем, чтобы найти тебя, хорошо?               Она кивнула: — Хорошо, мистер Пит. Но, пожалуйста, будь очень осторожен.               По наитию он протянул ей свой комлинк: — Если тебе понадобится помощь, или ты услышишь стрельбу, нажми эту кнопку, а затем вот эту. Кто-нибудь сможет тебя найти. И я оставляю тебе еду и воду. Угощайся.               — Ладно.               Он проверил свой бластер и убедился, что тот надежно закреплен, прежде чем достал свой маленький карманный фонарик и включил его. Он положил руку на грубый камень, когда она схватила его за рукав.               — Мистер Пит?               — Да, Нали?               — Ты мне нравишься. Пожалуйста, вернись.               И он услышал отчаяние в голосе, слишком молодом, чтобы потерять все, что у нее было. Он повернулся, чтобы крепко ее обнять, и девочка крепко обвила его шею руками.              — Я сделаю все, что в моих силах, моя дорогая.               Она кивнула, а затем отпустила его, чтобы он мог взять в зубы фонарик для освещения пути, когда снова ухватился за скалу, чтобы начать подниматься.               Это было не самое худшее, что он когда-либо делал, и он был немного рад, что было темно, так что он не мог видеть, как высоко находился, хотя усиливающийся ветер говорил ему, что теперь он был на приличном расстоянии над песком.               Он начал искать, где опорожняется мусоропровод, и оказалось, что это было нетрудно, так как сначала его поразил запах.               Сила.               Так. Стараясь сдержать тошноту, Пиетт забрался внутрь. Думай о Вирсе. Думай о Нали.               Он мог двигаться вперед, наклонившись, так что, по крайней мере, ему не было необходимости ползти. Маленькие милости. Он сосредоточился на том, чтобы удержаться на ногах, потому что упасть в эту грязь было немыслимо. Впереди него сверху сияло пятно света, и он осторожно двинулся под него. Решетка в потолке. Пиетт посветил фонариком на стены. Хорошо. Они были грубо высечены из камня — множество опор для рук и ног. Он осторожно заглянул сквозь решетку. Идеально. Выглядело, как их камбуз. Он внимательно прислушался, но, похоже, в это вечернее время здесь никого не было.               Он на пробу толкнул решетку. Та была тяжелой, но сдвинулась. Он снова подумал о ее высочестве и о другом времени столкновения с решетками[1]. Прямо сейчас он был бы не против ее помощи. Собравшись с силами, он сильно толкнул решетку, которая с громким скрежетом отъехала в сторону. Пиетт подождал, наполовину ожидая сигнала тревоги, но все было тихо. Он крепко ухватился за край и быстро подтянулся, поставив решетку на место и улучив мгновение, чтобы найти полотенце и вытереть сапоги, чтобы не оставить грязных следов и не быть слишком легко обнаруженным.               Пиетт оглядел прихожую. Чисто. Он вытащил свой бластер и настроил его на оглушение, пока крался по тихому коридору. Если бы он собирался искать здесь заключенного, то выбрал бы нижние уровни. А учитывая, как работают мусоропроводы, он также предположил бы, что находится на нижних уровнях. Итак. Он подошел к Т-образному перекрестку. Следуя инстинкту, он выбрал правый коридор и двинулся дальше в недра сооружения.               Теперь он мог слышать слабые голоса и двигался как можно тише по тускло освещенным коридорам. Завернув за угол, он резко остановился и прижался спиной к стене, прежде чем рискнуть взглянуть еще раз.               Скучающего вида охранник курил у входа в комнату. Большинство из них здесь, внизу, были вырезаны в скале, и эта, казалось, не была исключением. Даже при закрытой металлической двери он мог слышать голоса, а затем она внезапно с шипением открылась, и вышла женщина, выглядевшая расстроенной.               — Они хотят, чтобы я привела Грушу, — вздохнула она.               — Значит, ничего не получается? — спросил мужчина.               — Мне кажется, он — бывший имперец, — ответила она, и Пиетт понял, что нашел своего друга. — Это означает, что он обучен...               Это было все, что он позволил им сделать, прежде чем вышел, чтобы оглушить их обоих.