Полёт Мирабилиса

      Сидя в Большом зале без Миро и Трины, ей казалось, что ничего больше не могло скрыть ее тоску по Гарри и Рону. Этим летом она назвала рыжего паршивца в своей голове столькими ругательствами, сколько сама никогда не слышала в свой адрес. И все же он остался при своем мнении. Дурак.       Рон и правда никогда не отличался особой сообразительностью, но это и не что-то, за что она его полюбила. Однако, теперь, когда он оставил ее одну, она размышляла было ли вообще в нем какое-либо другое что-то.       Несмотря на злость и обиду, она все еще скучала. Вот только теперь не понимала по чему конкретно. По общим воспоминаниям или по чувству собственной нужности?..       Оглянувшись по сторонам, Гермиона увидела большинство своих сокурсников среди когтевранцев, что было для нее неудивительно. Из гриффиндорских ребят, которых она знала лично, на удивление осталась только Лаванда Браун. Ей было невдомек: неужели храбрецы из львиного факультета настолько не испытывали тягу к знаниям?       — Привет, Гермиона! Я так рада вновь уви-и-идеть тебя, — Воскликнула Лаванда, заключая девушку в объятия. Гермионе стало трудно дышать.       — А, привет, Лаванда. Ты не могла бы немного ослабить хватку?       Лаванда неуклюже приземлилась на место рядом.       — Прости-прости. Знаешь, я все еще очень благодарна тебе за спасение…       — Пустяки, Лаванда. На моем месте так поступил бы любой.       Конечно, она не забыла трюки, которые проделывала Лаванда на шестом курсе, весь год соблазняя Уизли. Но хотя ни о какой неприязни речь более не шла, Гермионе ее компания удовольствия не приносила.       — Никакие не пустяки! После того как я оказалась на грани с жизнью и смертью, я все лето размышляла, чего хочу от жизни. Думаю, я хочу быть как ты. Наверно, поэтому я и вернулась в Хогвартс.       Гермиона чуть не поперхнулась собственной слюной, но вовсе не от бестолковой речи Браун, которую перебивал жуткий гогот, а от того, что увидела на другом конце зала. Вернее будет сказать кого. Драко Малфой, собственной персоной, в компании Теодора Нотта и Блейза Забини, восседал за слизеринским столом. А он что тут забыл? Теперь ей стало еще более досадно.       По всей видимости, ее ступор послал настолько сильный телепатический сигнал, что Малфой, взмахнув своей белоснежной гривой, остановил свой взгляд на девушке. Самая долгая игра в гляделки, которая у нее была, окончилась, когда Драко в молчании поприветствовал ее кивком. Судя по всему, в отличие от нее самой, Малфой не был удивлен видеть ее в Хогвартсе.       — … так что я поняла: от этой жизни нужно брать максимум. Хватать любую возможность за кишку и выжимать по полной, прям как вы трое!       От таких высокопарных метафор Лаванды Браун Гермиона очнулась. Мерлин, поскорее бы этот пир уже закончился. Единственным поистине приятным здесь моментом была встреча с Хагридом, но и он уже сидел поодаль с профессорами.       Не то, чтобы Гермиону сколько-то опечалила возможность видеть Малфоя на протяжении всего учебного года. Ей было скорее все равно, но любопытство все же перевешивало. Скрываясь за спиной незнакомого пятикурсника, она украдкой наблюдала за Малфоем и тем, как Нотт и Забини заливаются над какими-то, скорее всего, дряными пошлыми шутками. Похоже, что их товарища они тем не менее не веселили.       Макгонагалл, резко, словно кошка, оказалась за трибуной. Началась церемония распределения по факультетам и массивные двери в Большой Зал распахнулись, впуская толпу глазеющих и потерянных первокурсников, впервые наблюдавших эти стены. Первокурсников и двух сребровласых подростков, возвышавшихся на ними.       Когда процессия столпилась вокруг распределяющей шляпы, все взгляды уже были прикованы к близнецам. Даже Драко Малфой оторвал голову от стола.       — Э-э, профессор! — Вскринул Теодор Нотт в своей бесцеремонной манере. — Кажется, двух перваков немного перекормили! Может быть их сопроводить к врачу?       Гермиона удостоилась чести встретиться с Ноттом лишь несколько раз, но даже из них она сделала вывод, что парень был весьма неглуп, преуспевающим в учебе, причем настолько, что она не могла бы простить себе, если бы тот ее обошел. При этом он был весьма хорош: красив, ухожен, да еще и из богатой чистокровной семьи. Тем не менее, его поведение ее слегка озадачивало. Раньше парень практически всегда держался в стороне, изредка тусовался в компании Малфоя и прочих «слизеринских авторитетов», а сейчас их с Драко будто поменяли местами. Неужели его так спровоцировало появление Трины в Хогвартсе?       Малфой на шутку сокурсника не отреагировал никак, с почти безразличием наблюдая за новичками, а вот Забини по соседству гоготал и похрюкивал. Макгонагалл же подобной наглостью было не взять.       — Благодарю за замечание, Нотт. Насколько мне не изменяет память, они и сами врачи, так что почему бы вам лично не обратиться к ним после трапезы? Полагаю, у них найдется средство от воздержания.       Было понятно, что брату с сестрой уже не впервой оказываться в новом коллективе. Запихнув руки в карманы, Миро держался достаточно расслабленно и непринужденно, а вот у Трины, в отличие от близнеца, выражение лица больше напоминало оскал.       Поняв, что его переиграли, Нотт никак не ответил. Первокурсники же плыли один за другим к распределяющей шляпе, а после разбредались к столам своих факультетов. Когда же очередь добралась до Валирианов, Гермиона напряглась. Для нее стало бы отдушиной, попав они в Гриффиндор, а потому она поведала им, к какому ходу прибег Гарри на первом курсе Хогвартса.       Первой огласили Трину. Прошагав вперед и поднявшись на трибуну, она приземлилась на стул. Видеть, как уже на взрослую студентку надевают распределяющую шляпу, надо признать, было достаточно комично.       — Что ж, юная леди, — пробубнила шляпа. Зал навострил уши, сконцентрировавшись на сцене. — Решимости и храбрости вам не занимать. — Теодор Нотт цокнул, закатив глаза. — А эти наглые амбиции! Самовольство так и хлещет!       Гермионе показалось, что рука Трины уже было поднялась, чтобы отшвырнуть эту шляпу-мозгоправа прямо в ухмыляющееся лицо Нотту, но все-таки она сдержалась.       — Как же мне с тобой поступить? — Протянула шляпа, после чего Трина закрыла глаза. — Что?! Не Слизерин? Ах… Понимаю. Искусно, весьма искусно.       Трина вопросительно уставилась на Гермиону, пока шляпа продолжала:       — Нет, меня ты этим не проведешь. Ты еще поймешь, дорогая, но сейчас… Слизерин!       Гермиона выдохнула в разочаровании. Неужели эта старая тряпка в виде шляпы совсем сбрендила? У Трины гримаса была не менее пораженной, и бросив на Гермиону полный разочарования взгляд, она отправилась в противоположном направлении, сев к слизеринцам, но как можно дальше от Нотта с его компанией.       — Нет! Почему Слизерин? — Возникал Нотт. — Я готов оспорить решение шляпы!       — Еще одно слово, Нотт, и я лично вышвырну тебя отсюда. — отчеканила Макгонагалл. — Итак, — она вновь взглянула на список новых студентов, в чем не было никакой необходимости, ведь стоять остался только один. — Миро Валириан!       Перед тем как сделать шаг вперед, Миро озадаченно оглянулся на сестру с Гермионой. Ну уж он то точно должен оказаться в Гриффиндоре.       — А, брат-близнец! — Кричала шляпа. Миро, повторив за сестрой, также закрыл глаза. — Твое сердце не так пылко и горячо. Я чувствую, что тебе предстоит сделать сложный выбор. Но что же это?.. — Шляпа вдруг сделалась немногословной, а складки ее рта растянулись вниз. — Перестать? К сестре?       Что он ей говорит?       — Хорошо… Береги себя, парень, — Миро со всей силы зажмурил глаза. — Да. Да-да, хорошо! Слизерин!       Когда Миро отправился за стол к сестре, зал наполнился гамом. Все разговоры закрутились вокруг новеньких близнецов.       — Кто они такие? Разве в Хогвартс берут вот так вот просто из другой школы? — Недоумевала Браун.       Меньше всего сейчас Гермионе хотелось обсуждать это с ней. Как же раздосадована она была. Каким ветром их обоих занесло в Слизерин? Гоблин дери эту шляпу.       — Дорогие студенты, — продолжила Макгонагалл, не добившись обратить на себя ни малейшего внимания. Тогда профессор приставила к гортани волшебную палочку. — Тишина! — Громогласный возглас наконец умерил суматоху. — Я рада приветствовать каждого из вас в новом учебном году в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс.       — Она как будто постарела лет на пять… — Прошептала Браун.       — Мерлин, заткнись. — бросила Гермиона. Перепуганные глазки Лаванды норовили выпрыгнуть из орбит.       — Профессор, прошу прощения, — выкрикнул какой-то пуффендуец. — Что вы можете сказать по поводу драконоубийцы?       Лицо Макгонагалл потускнело, и гробовая тишина нависла над Большим залом. Обойдя вокруг трибуны, она оглянулусь в сторону профессоров, откуда со звоном грохнулось несколько предметов посуды. Это был Хагрид.       Встав, он грозно заговорил:       — В Хогвартсе нет убийц!       Парнишка съежился.       — Спасибо, Хагрид, позволь я сама, — сказала Макгонагалл.       — Вы слышали его, профессор! Драконоубийца! Начитаются желтой прессы, ха!       — Хагрид! — повторила Макгонагалл, после чего лесничий в смирении сел обратно на место с тем же грохотом. Макгонагалл подозрительно поглядела на Хагрида и затем, повернувшись к залу, выдала то, от чего у Гермионы хватило сердце. — Этот молодой человек не имеет никакого отношения к случаю на драконьем полигоне. Он родственник Хагрида и с сегодняшнего дня будет помогать ему в дозоре.       По залу вновь прошлась волна недовольных возгласов.       — Тише, пожалуйста! — Завопила Макгонагалл. — Визенгамот утвердил его невиновность, вашим жизням ничего не угрожает. Прошу всех успокоиться и воспринимать информацию из Пророка не более чем провокацию.       Макгонагалл облокотилась о трибуну, оглянулась и сделала глубокий вздох.       — Для многих из нас и для школы предыдущий год стал непростым. Это был год огромных потерь и бесчисленных слез. — Гермиона заметила, как насупился Драко. Его лицо, казалось, не выражало никаких эмоций, а теперь и вовсе стало безжизненным. — Однако. Он стал годом нашей победы, силы и освобождения. Я никогда не пренебрегу безопасностью школы и сделаю все возможное, что в моих силах, чтобы защитить вас и эти блага. Все они достались нам большой ценой, а потому… Нам необходимо ценить друзей, родных и всех близких. Не держать обид и идти вперед к светлым целям. Хогвартс показал, что сообща мы — плотина, которую не под силу сломить. Сегодня я предлагаю вам вспомнить это и не забывать. А теперь, — Макгонагалл взмахнула палочкой над залом, когда столы заполнились различными яствами, а кубки наполнились тыквенным соком. — Пора насладится пиром!

***

      Когда все, кроме Гермионы, набили свои животы, и пришел час направится в спальни факультетов, студенты столпились около своих старост. После некоторых безуспешных попыток подгадать момент, чтобы пересечься с Валирианами и резко ускользнувшим Хагридом, она была вынуждена отправиться в гриффиндорские покои в компании надоедливой Браун.       Напоследок она успела помахать удаляющимся в другую сторону Миро и Трине. Хотя ее стереотипы насчет факультета Салазара были, как она думала, устранены, неожиданно сейчас она не могла смириться с мыслью, что они попали туда.       Гермиона постаралась отмахнуться от этих рассуждений, не несущих в себе никакого смысла, а затем мысленно вернулась к Страннику, который, Мерлин, оказался дальним родственником Хагрида. Только последний дурак мог поверить в такое. Странник, конечно, был достаточно крупным, но, будем честны, высокий красавец с шикарными серебристыми локонами и точеной фигурой как у древнегреческой статуи мог оказаться родственником кого угодно, но не Хагрида.       Было очевидно, что Макгонагалл сделала попытку придумать парню хоть какое-то прошлое. Студенты требовали ответов. Страшно представить как их родители могут отреагировать на новость о драконоубийце, отсиживающимся в стенах, где учатся их дети. Реальной опасности может быть и нет, по крайней мере от него, но вот Макгонагалл теперь точно будет под лупой у всего магического сообщества.       Гермиона не заметила того, как уже оказалась в своей спальне, где провела семь лет, но печальная ностальгия опустилась на нее внезапно. Точно также внезапно ее одолела сильная усталость. Ощущение того, что традиция преподносимых ей Хогвартсом сюрпризов не закончится и в этот год, не покидало. Она умудрилась стать участницей нового конфликта, сама еще не до конца понимая каким образом, но нисколько этому не удивляясь. На сей раз, Гарри и Рона уже не будет рядом, и как бы она не тосковала, она понимала, что жизнь имеет свойство меняться. Порой, не в угоду ей.       Еще никогда Гермиона не чувствовала себя настолько одиноко.       «Но ведь ребята и правда хорошие…»       Да, она действительно думала так о Миро и Трине, но это не мешало ей таким образом оправдывать себя. Поступая эгоистично, она до смешного скоро оказалась с ними друзьями. Она не представляла на какое приключение подписывается, но ей было важно одно его наличие. Все, что бы могло отвлечь ее от разочарования в людях.       «Первая неделя будет сложноватой. Надо бы помочь им обвыкнуться в школе… а на выходных наконец проведать этого родственника Хагрида» — С этой мыслью она без задних ног погрузилась в сон.