Семейка Аддамс. Ненормальные

      - Мне кричать от гнева или отчаяния? - язвительно уточнила Агнесса. - Какой мой крик вам нужен?       Этот дом сводил ее с ума. Он был притягателен и в нем было приятно находиться, но одновременно с этим дом как бы ломал личность девушки, путал ее мысли и ощущения. Дом был аномалией как и его обитатели. Их образ мыслей был странным и Агнессу это настораживало.       - А ты из-за чего хочешь кричать? - ласково спросила у гостьи Мортиша. - От гнева или отчаяния?       Высокая неуверенная девушка забавляла Мортишу. Ее утреннюю скуку как рукой сняло. Мортиша была грациозной готической леди, настоящей хищницей и гордилась этим. Голос Мортиши обволакивал всех гостей, усыплял их бдительность, пока не становилось слишком поздно.       - От всего сразу, - пробормотала Агнесса. - А нападения и проклятия... - Агнесса осеклась.       - Что тебя смущает? - улыбнулся Гомес Аддамс, наблюдая за поведением гостьи.       - Я уже говорила, что не хочу быть клоуном на вашем празднике, - пояснила Агнесса хозяину дома. - Это разрешение больше похоже на провокацию. Я на вас нападу, а вы меня убьете. Я вас прокляну в сердцах, а вы меня проклянете всерьез. Заколдуете меня и я вообще не смогу покинуть ваш дом, - Агнесса внимательно рассматривала предметы внутри дома.       - А ты уже хочешь нас покинуть? - опечалился Гомес. - Ты пропустишь следующую охоту. Как жаль...       Агнессе не понравился тон голоса хозяина дома. На Агнессу навалилась душевная тяжесть, которую она не могла стряхнуть с себя как ни старалась. С ней были вежливы, но эта вежливость была пропитана ядом.       - Честно? Я не понимаю, чего вы от меня добиваетесь и какие у вас на меня планы, - произнесла Агнесса. - Я никогда не стану вам ровней, никогда не стану частью вашего мира.       - Какого мира? - оживился Гомес и повертел свою любимую сигару между пальцами.       Тут как на грех по полу рядом с гостьей пробежало нечто, похожее на отрубленную кисть руки человека. Агнесса увидела это нечто и вздрогнула. Кисть руки засуетилась и прыгнула Гомесу Аддамсу на плечо.       - Его зовут Вещь, - сказал Гомес гостье, кивая в сторону кисти руки. - Есть у тебя идеи, что он такое?       В воздухе повисло марево тишины. Агнесса решила разбить эту гнетущую тишину.       - Да, у меня есть идеи, - немного раздраженно и нервно отозвалась Агнесса. - Вещь является результатом неудачного некромантического ритуала. Призрак оказался привязан не к целому телу, а только к ожившей кисти руки. Поэтому Вещь, - Агнесса смотрела на копошение существа, - все видит, слышит, на все реагирует. Видит и слышит призрак, но в физическом мире есть только кисть руки, - Агнесса нервно вздохнула и прерывисто выдохнула.       Агнесса услышала аплодисменты и совсем было решила, что ей просто снится странный сон. Но нет, жители дома действительно хлопали в ладоши, наблюдая за ней.       - Что, я угадала? - простонала Агнесса и возвела глаза к потолку. - И чей же призрак привязан к кисти руки?       - Одного знакомого нашей семьи, - уклончиво ответил Гомес. - Ты все правильно поняла, Агнесса. Больше никто не выдвигал такую смелую и такую логичную теорию. А кто мы такие? Есть у тебя идеи?       - Не знаю, - пробормотала Агнесса и почесала затылок. - Вы можете быть семьей некромантов-людей или кем-то опаснее. Я не знаю вашего реального возраста и возраста ваших детей. Они могут быть как настоящими подростками, так и лишь выглядеть как подростки. Вашей бабушке может быть и семьдесят, и пятьсот лет. Не знаю, пока не понятно.       - Пока? - ухмыльнулся Гомес. - Значит, ты все же не убежишь из нашего дома и продолжишь общение с нами? На охоту придешь?       Внутрений порыв Агнессы разгорелся и потух. Из нее будто выкачали жизненную энергию. Агнесса чувствовала себя ужасно, к ее горлу подступила тошнота. Состояние гостьи обеспокоило Фестера. Обеспокоило по-настоящему. Ее неприязнь к смазливой внешности давала ему шанс на хорошие с ней отношения. "Еще и психиатрией интересуется, - подумал Фестер. - Она же моя единомышленница, она поймет меня как никакая другая девушка". Фестер посмотрел на Агнессу и отметил про себя, что женственно та определенно не выглядит, но это бы ей определенно не подошло. Агнесса была крупная, с широкими плечами, довольно низким голосом. Платье ее бы изуродовало, это правда, а туфли на каблуках тем более. Агнессе было хорошо именно в мальчишеском образе, с короткими волосами. Мортиша порывалась сделать Агнессу женственной, но Фестер видел, что это лишнее.       - Твои родители тебя сломали, - нахмурился Фестер и провел ладонью по своей блестящей лысине. - Ты даже в нашем доме не даешь себе свободы, угнетаешь саму себя. Попробуй не сдерживаться, увидишь, будет весело, - посоветовал Фестер гостье с печальной улыбкой. - Кинь что-нибудь куда-нибудь. Не любишь взрывы? Ну и ладно, - Фестер пожал плечами. - В доме полно вещей. Выбери то, что тебе по душе.       Агнесса рассматривала дорогие вещи в доме Аддамсов и не могла представить, что начнет просто так все бить и ломать. В ее сознании сразу всплыли усвоенные правила поведения в обществе. Умом Агнесса понимала, что в этом доме все правила обратные, но ничего не могла с собой поделать и впала в какой-то ступор.       - Выпусти свои эмоции, Агнесса, - подбадривал гостью Фестер. - Тебе обязательно после этого полегчает. Копить гнев в себе вредно, он отравляет тебя изнутри. Выпусти его наружу. Подари себе свободу. Не молчи. Говори громко, прокричи что-нибудь, что хочешь. Не ломай себя, не становись, - Фестер передернулся, - нормизом. Ты не такая как они, не становись пустышкой, боящейся собственной тени.       - Обычной тени или своей темной стороны как архетипа? - улыбнулась Агнесса, смотря Фестеру в глаза и внимательно его слушая.       - И того, и другого, - кивнул Фестер. - Как ты вообще видишь свою темную сторону? Кем ты себя видишь? Какой у тебя образ? Кем ты себя воображала в детстве?       - Честно? - шепнула Агнесса.       - Мы тебя не осудим, - ответил Фестер.       Агнесса продиралась через свое внутреннее сопротивление. Она привыкла сдерживать себя и скрывать свои мечты, никому не рассказывала о самом сокровенном. Теперь это можно было сделать, но это было так тяжело. Просто сказать, озвучить, объявить. Агнесса сглотнула, но не успела ничего сказать. Девочка с косичками подкралась к ней сзади и перебила. Агнесса слишком загостилась у них, Уэнсдэй это надоело.       - Какая разница, кем она себя воображала? - задала девочка с косичками риторический вопрос родственникам. - Почему сегодня мы носимся с ней? С чего бы ей такое внимание?       Агнесса смотрела на девочку с косичками, а внутри нее закипал гнев. Лицо Уэнсдэй было или равнодушным, или ожесточенным. Одинаково неприятным. Девочка с косичками смотрела на гостью как на пустое место.       - Мне нравился фильм, в котором робот из жидкого металла охотился на людей, - сказала Агнесса, глядя на Уэнсдэй. - Когда его в конце заманили в ловушку и расплавили, я плакала, даже выключила фильм и не досмотрела последние сцены. Меня завораживали изменения формы робота. Родители говорили, что этот фильм учит злу, но я его тайком от них пересматривала много раз.       - Неплохой выбор, - обрадовался Фестер. - А еще с кем ты себя ассоциировала?       - Ну... - протянула Агнесса. - Мне всегда нравилась книга "Франкенштейн". Меня всегда завораживали мысли монстра, его обучаемость и изначальное стремление к добру и помощи людям, которое переросло в ненависть к ним из-за неблагодарности людей. Сам создатель монстра мне неприятен, он поигрался с творением и предал его, решил уничтожить, а не понять и принять. В фильме про робота была отсылка на эту книгу. Большинство людей воспринимают свои творения как игрушки, не признают в них самоценности и права на жизнь.       - О какой самоценности ты говоришь? - спросила Уэнсдэй, склонив голову набок. - Если кого-то создают с определенной целью, он должен выполнять свои обязанности, а не бунтовать.       - Тогда чего же ты родителям перечишь? - не выдержала Агнесса. - Они тебя не для того рожали, чтобы ты ими помыкала.       - Не твое дело, - огрызнулась девочка с косичками. - И кстати, ты не поняла свою роль в том фильме. Ты не робот-охотник, ты его жертва. Посмотри на меня, - Уэнсдэй сделала максимально безэмоциональное лицо. - Я тебе нравлюсь? Я твой идеал? Ты хочешь быть такой как я? Ты хочешь быть мной?       Для подкрепления своих слов Уэнсдэй достала маленький нож и натурально так отточенными движениями порезала руку Агнессы с тыльной стороны. На пол полилась кровь.       - Молодец, - похвалил Агнессу Гомес, - повернула руки, не позволила Уэнсдэй порезать твои вены. Так держать.       - Что? - опешила Агнесса, как в бреду отступая от девочки с косичкам и ее отца. - Вы не отцепите свою дочь от меня? Она так и будет постоянно покушаться на мою жизнь?       - Ты жертва, вечная жертва, - огорченно вздохнула девочка с косичками и покачала головой. - Ждешь, что тебя спасут, что тебе помогут, а сама слабая, ничтожная...       Уэнсдэй вдруг поняла, что не может сказать ни слова, а ее горло крепко сжимает рука Агнессы. Девочка с косичками начала хрипеть, но Агнесса не отпускала ее.       - Этот дом сводит меня с ума, - пробормотала Агнесса, разжала руку и Уэнсдэй рухнула на пол как мешок картошки.       Шея Уэнсдэй была перемазана кровью Агнессы. Агнесса, шатаясь, пошла к выходу из дома. Уэнсдэй очухалась и хотела было кинуться на гостью, но у нее тоже кружилась голова.       - Я буду изживать в себе жертву, обещаю вам, - задумчиво сказала Агнесса обитателям дома.       - У тебя это неплохо получается, - приободрил Агнессу Гомес. - Выпусти свою тьму и навсегда перестанешь быть жертвой.