Webcam prince

Канун Рождества

— Дорогой, а ты приготовишь мои любимые тарталетки? Ну те, что с творожным сыром и креветками? — спрашивает Чан, мельтеша около своего мужа, который с утра по раньше встал и принялся за готовку, и выискивал что-то съестное на кухонном столе, как только Чонин отворачивался. — Эй, жулик, не воруй! — недовольно бурчит Чонин, но всё также улыбается и показывает свои милые ямочки, в которые его муж влюбился ещё в первый день их знакомства. Руки Чана обвивают его сзади, сжимая тонкую талию, а его нос утыкается куда-то в шею младшего, и он вдыхает аромат дома и счастья исходящий от любимого человека. На фоне играет Wham! — Last Christmas и навевает небольшую грусть. — Малыш, почему именно эта песня? Я не хочу, чтобы ты возвращал мне моё сердце, ведь оно в надёжных руках, — шепчет Чан на ушко мужу, а следом мокро целует мочку, от чего Чонин отстраняется со словами: «мокро и щекотно». — Чанни, ну хватит. Дуй в тц. Хёнджин с Феликсом приедут с минуты на минуту, — отвечает Чонин. — И я отвечу на твой вопрос. Просто мне нравится мелодия и её звучание. И я уже давно подарил своё сердце кое-кому особенному. Чан снова притягивает мужа ближе, скользит своими губами по его затылку, вызывая щекотку и мурашки у того, почти невесомо целует, а потом неожиданно резко разворачивает Чонина лицом к себе, подхватывает его руками под бёдра и усаживает на кухонную столешницу. Целует жадно, как будто завтра не наступит никогда и у них есть только здесь и сейчас. Пробирается тёплыми ладонями под футболку Чонина, поглаживая его соски, которые парень недавно проколол и те стали невообразимо чувствительные за последнее время. — Мхг… Чан, не сейчас, — слишком сладко стонет Чонин, что это звучит, как призыв к действию, но никак не наоборот. — Я только их слегка смочу, чтобы скорее зажили, — с этими словами Чан вбирает одну из бусинок себе в рот, влажно проходясь по ней своим языком. Инородный предмет ощущается как-то ново и пока непонятно, что с ним делать, но Чан пробует. Он легонько ухватывается за него зубами и немного оттягивает, а потом следом зализывает всю ареолу по кругу металла. Слышит довольное мычание мужа, и не хочет останавливаться. Как тут прерваться, если в твоих руках твой любимый человек тает и отдаётся тебе полностью без остатка. Остаётся только любить, любить и ещё раз любить. Он выпускает сосок из рта и на выдохе произносит. — Я люблю тебя, — вышло одновременно вместе с Чонином, но с задержкой в одну миллисекунду. — Я первый сказал, — улыбается Чан, а его муж легонько бьёт его по плечу со словами: «Иди уже», — потому что услышал, как им трижды позвонили в дверной звонок. — Вот чёрт! Хочу тебя. — А я хочу подарок! — Чонин громко вскрикивает, широко распахивая глаза, и слезает со столешницы. Чан поправляет его поднятую футболку и следом свой стояк, который больно упирает в ширинку. Снова быстро оглядывает мужа с ног до головы, тот стоит в белой футболке, мини-шортах в шотландскую клетку и натянутых гольфах до колен. Очень ебательно, но ему действительно пора уезжать за подарками вместе с Хваном. Он с грустью выдыхает, целует мужа в щёку и идёт до двери. Чонин решил пойти следом, чтобы встретить Феликса. Дверь открывает Чан, и перед ним стоит Феликс с розовыми кошачьими ушками и какой-то большой коробкой в руках. Парень как всегда при параде. Он освежил волосы до платинового блонда, немного их завил, поскольку позволяла длина волос, доходящая почти до плеч. На его щеках румяна, на губах вишнёвый тинт. Одет он в красную пушистую шубку, жемчужный шёлковый топ и зелёную юбку-шорты. И в ебучих белых чулках в сетку. Он широко улыбается, приветствуя ребят, и слегка закусывает губу по привычке, проходя внутрь. — Да вы издеваетесь?! — ругается Чан и поспешно выбегает из дома, чтобы сесть в машину к Хёнджину. — Что с ним? — спрашивает Феликс, недоумевая. Чонин закрывает двери за мужем и помогает другу с тяжёлой коробкой, забирая её из его рук, пока тот разувается. — Не обращай внимание. Я ему не дал, вот он и бесится, — отмахивается Чонин, приглашая Феликса на кухню. — Ты все ингредиенты принёс? — спрашивает Чонин и залазит в коробку с головой. — Конечно. Взял много формочек для выпечки, ручной миксер и весы. И там по мелочи: украшения, шоколадный порошок, изюм. Начнём с кексиков? — довольно улыбается Феликс, на что получает положительный ответ от Чонина. Чонин включает музыку для настроения, пока Феликс готовит пространство для готовки и раскладывает все необходимые приборы под руку. Из домашних колонок раздаётся подборка из песен Doja Cat, почему бы не придать сучьего вайба. Чонин открывает мини-бар и его взгляд падает на две бутылки, которые лежали рядом друг с другом — Cabernet Franc 2017 и Chateau d'Yquem 2018. — Феликс, — зовёт Чонин. — Где хотел бы побывать, Канада или Франция? — В следующем году Хёнджин обещал, что мы полетим в Париж, а что? — Боюсь, мы его опередим, — Чонин достаёт вторую бутылку белого полусухого прямиком из Франции и ставит на стол перед Феликсом. А у того глаза радостно поблёскивают, и он так по-милому головой мотает в такт музыке. — Боже, что за эксклюзив, Инни. Когда ты успел податься в сомелье, — хихикает Феликс и крутит бутылку в руке, пока Чонин достаёт штопор и два бокала под вино. — Один поклонник после концерта подарил, — Чонин ставит бокалы и открывает бутылку, наполняя меньше половины. — Цитирую его слова: «Малыш, не хотел бы ты провести шикарную ночь со мной в отеле», — Феликс раскрыл рот от удивления. — А ты чего? — спрашивает он, а потом немного отпивает, смакуя вино на губах. — А я ему палец с кольцом показал, но бутылку забрал и ушёл в свою гримёрку. — Yes, my boy! — парни чокаются, и Чонин тоже дегустирует напиток. — Хорошо что Чан не прознал про это. — Я ему в тот же день сказал и вином похвастался, — смеётся Чонин, и начинает выбирать формочки для выпекания для первых кексов на пробу. Выбор пал на формочки в виде ёлок. — Что? Зачем ты ему показал? — Феликс округляет глаза, судя по тому же ревнивому до жути Хвану, Чан не далёко ушёл по его мнению. — Всмысле, чтобы потом охуенно с ним потрахаться. Для чего же ещё мне провоцировать своего мужа. Ох, пожалуй этот секс войдёт в топ-100. — Ага, во все чарты залетит. Парни принимаются за готовку, попутно сплетничая, а как без этого. Чонину нравится вся эта рождественская суета, готовка, выбор и обмен подарками под нарядной ёлкой, когда свет приглушён, а яркие огни от гирлянд освещают всю квартиру, даря тепло и уют. Болтают о работе. Чонин всё про свои концерты и про то какой порой на них треш может происходить, хотя он всего лишь играет на фортепиано или поёт вживую. — И прикол, доигрываю я значит партию Бетховена, чисто по классике, и в меня летят чьи-то кружевные трусы, — хихикает Чонин, которому уже с первого бокала стало хорошо. Он дополнительно разложил закуски — тарталетки, которые припрятал от мужа, чтобы тот не успел их найти до отъезда. — Я не знал, что кто-то настолько любит его. — Или тебя. Может кто-то узнал, что у тебя кинк на нижнее бельё и это был презент, — подмигивает Феликс, доливая вино себе и другу в бокал. — Ну спасибо, не нужны мне такие подарки от поклонников. От вина, конечно, не откажусь, но на этом всё. Остальное задача моего мужа, — отвечает Чонин. Они уже сделали смесь для кексов. Чонин смазал маслом формочки, а Феликс начал разливать в каждую. Духовка уже нагрета до 180 градусов и Феликс отправляет в печь их шоколадное творение. — Как принцесса поживает? — Думаю её всё устраивает. Особенно сейчас, когда мы полностью доделали ремонт в её комнате. Офелия заказала кровать с балдахином как у реальных принцесс. А ещё мне пришлось гуглить всё про Рапунцель, потому что ей очень понравился этот мультфильм, и она хотела буквально всё, что связано с ней. Хорошо хоть мысль про хамелеона не посвятила её ясную головушку. Иначе я бы сошёл с ума. — Боже, какая прелесть. Она так быстро растёт, — небольшая пауза, Чонин пошёл проверять кексики. — Знаешь, Офелия и вправду так похожа на вас. Я так рад, что у вас получилось создать полноценную семью, которую вы так хотели долгое время, — со всем теплом в голосе добавляет он. — Инни, у вас всё хорошо? — как-то осторожно спрашивает Феликс. — Да, конечно! С чего ты взял что что-то не так, — отмахивается Чонин и принимается за готовку основных блюд. На сегодня им нужно приготовить рождественского цыплёнка, несколько корейских традиционных блюд, как память о родине, и ещё их фирменные десерты: кексы, брауни, и если сил хватит небольшой бисквитный торт. — Просто… — Милый, поделись со мной тем, что тебя тревожит. Я всегда тебя поддержу, ты ведь это знаешь, — Феликс говорит тихо и медленно, пытаясь не давить на Чонина. — В последнее время Чан стал всё чаще говорить об Офелии, и о детях в целом. А я не уверен, что смогу хорошо позаботиться о маленьком ребёнке. Воспитать его правильно и быть хорошим родителем, как вы, к примеру. Мне так страшно, когда думаю, что я просто не справлюсь и всё разрушу, — быстро начал тараторить Чонин, чтобы не поддаться моменту и не заплакать. — Чони… — протянул Феликс и подошёл к младшему, чтобы крепко его обнять со спины, быстро целуя в шею. — Как ты мог о таком подумать. Ты самый добрый и светлый человек, которого я когда-либо встречал на своём пути. Дело не в том, хорошо ты воспитаешь или плохо. А в том, готов ли ты отдавать свою любовь кому-то ещё кроме Чана. — Я не знаю. Порой я задумываюсь о том, что даю её слишком мало даже Чану, а как же быть с ребёнком. Мои родители, ты же знаешь… — Стоп-стоп-стоп, Чонин, — Феликс развернул друга, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты не должен быть таким как твои родители. Да, они не дали тебе того что нужно, но ты это ты. Как бы это банально не звучало. Ты взрослый состоявшийся человек. Ты любишь себя. Ты любишь своего мужа. Ты знаешь, что умеешь любить, и Чан это тоже знает, иначе он бы не был с тобой и не хотел бы построить семью и растить детей именно с тобой. Расслабься и когда будешь готов скажи ему об этом. Чонин обнял старшего ещё крепче, его слова были как бальзам на душу, то что он хотел услышать. В этот момент он стал ещё счастливее, ощутив поддержку от самых близких ему людей. Парни продолжили готовить, чтобы успеть всё к приезду гостей.

Торговый центр «Лотос»

— Хёнджин, давай немного возьмём паузу. Слишком душно. Пошли за напитками. — Ладно, но нам нужно ещё пройтись по нескольким бутикам и в ювелирку. Парни поднялись на третий этаж на фуд-корт. У двоих уже на руках было по нескольку подарочных пакетов, но это далеко не всё, что они хотели купить, проходясь мысленно по списку «хотелок». Заказали напитки — Хёнджин кофе, Чан матча-латте, и сели обсудить дальнейший план действий. Хёнджин достал телефон чтобы свериться со списком, пока Чан отпил добрую половину своего напитка. На матча-латте его подсадил Чонин, за что он был ему благодарен, так как это оказалась полезная альтернатива — кофе. — Что там дальше? — спрашивает Чан, смотря на Хёнджина. Тот как будто каждый день по шопам шарится. Ни капли не взмок, волосы не растрепались, на лице лёгкий макияж — привычка соло-артиста — не выходить без него в общественные места. Чан и так считал Хёнджина парнем с необычной внешностью, но когда тот ещё и подчёркивал её, от него действительно нельзя было отвести взгляд. — Итак, я хочу зайти в бутик Victoria's Secret, потом в местную ювелирку. Феликс давно облизывался на какие-то изумрудные серёжки в виде омелы. Ну и в принципе, всё. Тебе куда? — Чан немного растерялся. Чонин редко говорит напрямую, что ему хочется в качестве подарка, приходиться быть очень внимательным, когда его муж смотрит на ту или иную вещь. — Сказать честно я потерян, — звучало слишком отчаянно. — Чонину нравится хорошее бельё. Думаю начать с него. — Отлично, тогда по газам, — Хёнджин быстро допивает свой кофе, когда как Чан уже свой выпил, и они отправляются за нижним бельём. Как только парни зашли в шоп их окружили две милые продавщицы-консультанши. — С наступающим, вы ищите что-то конкретное? — спрашивает одна из девушек, обращаясь к Хёнджину. — Да, новую коллекцию, — у девушки загораются глаза. — Вашей жене точно понравится наша новая линейка — это коллаборация с Валентиной Сампайо, — девушка повела Хёнджина к стойке с представленной коллекцией, пока Чана окружила вторая. Рассказывала про каждый комплект как про произведение искусства, а у Хёнджина только в голове Феликс в одном из этих комплектов скачущий на его члене. Он остановился на двух вариантах. Один был ядовито-салатовый в него входило: трусики-стринги, кружевной пояс для чулок, те же чулки в сетку и два комплекта на выбор: либо бюстгальтер, либо короткий прозрачный топ. Естественно тут нужен топ для полноты картины. Следующий комплект был менее броский и более нежный. Полностью в нежно-розовом оттенке, но по краям был золотистым, что придавало ему изысканность. В него входил: лёгкий прозрачный пеньюар, кружевные шорты и такой же топ. Хёнджин с довольным лицом оплатил покупку. — Надеюсь вашей жене понравится наша продукция, — улыбается девушка, вручая брендовый пакет с вещами. — О, не сомневаюсь. Он будет в полном восторге, — привычно отвечает Хёнджин, широко улыбаясь, чем смутил девушку ещё сильнее, и она отвела взгляд в сторону, ещё раз поздравляя с праздником.

В то же время Чан

Девушка кружила около него, показывая новые коллекции. Чан молча осматривал комплекты, мысленно примеряя их на мужа, но ничего особенного не находил. Хотелось что-то необычное, выбивающееся из всех рамок, каким он видел Чонина и с каким он познакомился. Девушка осторожно задавала наводящие вопросы, чтобы клиент не ушёл с пустыми руками. — Вы уже женаты? — Да, конечно. Как пару лет. — Отлично, что нравится вашей жене? Какой у неё характер, может мы сможем подобрать комплект подходящий именно ей. Чана забавлял тот факт, как девушка делает акцент на слове «ей», и он не спешил её поправлять, наблюдая дальше. — О, ей нравится, когда на неё смотрят с полным вожделением. Когда её хотят, как что-то редкостное, чем она и является. Девушка смущённо приподняла уголки губ в неполной улыбке, сжимая свои маленькие кулачки, вероятно от такого откровения со стороны высокого статного мужчины. — Я поняла вас, может что-то ещё? Может какие-то цвета? — Да, она любит подчиняться. Может подойдёт что-то кожаное и обтягивающее? Желательно чёрное, но можно и красное. Девушка теперь стояла с немного румянными щеками и повела Чана в особую секцию. Эта коллекция славилась своей раскованностью и особой сексуальностью: с кожей, цепочками, чокерами и чулками в сетку. У Чана загорелись глаза, а взгляд сразу пробежался от одного комплекта к следующему за секунду. На глаза пал полностью кожаный комплект с дополнительной атрибутикой: мини-шорты с одной половиной юбки, обтягивающий топ-унисекс, также чёрные чулки в сетку. Рядом лежали аксессуары: чокер с небольшими шипами. Также длинные прозрачные перчатки. Не хватает плётки и кошачей маски, но Чан подумает над тем, чтобы дополнить этот образ чуть позже. — Отлично, мне нравится. Я хочу весь этот комплект со всеми аксессуарами, что к нему идут. Девушка радостно побежала упаковывать бельё. Потом они отправились в ювелирный отдел и Хёнджин купил Феликсу те серёжки, о которых он говорил ранее, а Чан стоял у витрины с кольцами. — Эй, чувак, вы же уже женаты. — Во-первых, не называй меня чуваком — чувак. Я пока твой начальник. А во-вторых, лисичке нравятся кольца, может стоит что-то выбрать из этого? Хёнджин осмотрел бегло витрину и несильно удивился ассортименту. — Ну нет, какие-то все скучные, — прокомментировал он. Чан оглядел ещё раз витрину и его взгляд поднялся выше на стенд с колье. Несколько манекенов, а на них представлены новая брендовая коллекция. И один экземпляр уж сильно зацепил Чана. Не громоздкий и аккуратный чокер полностью из драгоценных бриллиантовых камней так красиво смотрелся бы на его муже. Пока Чан думал, Хёнджин подошёл со спины. — Воу, это действительно выглядит роскошно, и стоит просто…. — Хенджин наклонился, чтобы рассмотреть ценник. — О, всего-то, как три моих тура! Чан ничего не ответил, просто подошёл к продавщице и попросил упаковать ему это колье, без лишних причуд.

Дом семьи Бан

Наши хозяюшки уже успели приготовить все закуски, цыплёнок был в печи, а десерты красиво украшены и выставлены на стол. Решили, значит, всю бутылку вина не выпивать, но потом что-то пошло не так, и они всё-таки наклюкались. Первые к дому подъехали Сынмин и Чанбин. Они притащили свои закуски, которые приготовили вместе и бутылочку хорошего саке. Следующими прибыло семейство Ли. Супруги принесли парочку настольных игр и всё с пометкой «18+», чтобы после застолья посидеть и поиграть. Следом в дверях показались Хван и Чан с большими пакетами в руках. Чонин побежал встречать мужа чересчур радостный и тут же кинулся ему на шею. — Чанни, с Рождеством! — Чонин дыхнул так дыхнул, что муж от одного только запаха мог опьянеть. — А, я понял, — Чан радостно подыграл. — С Рождеством, любимый! Он вручил ему подарок и попросил примерить его позже, когда они останутся наедине. Чонин с довольной улыбкой, даже не зная что внутри, поблагодарил мужа и быстро поцеловал в губы. Хван же сразу вручил Феликсу долгожданное украшение, что тот от радости начал прыгать на месте, а потом повис на шее у мужа, ну как обычно бывает. Хёнджин помог ему закрепить серёжки, которые теперь так мило красовались на маленьких ушках. — О, здорова! — Чан крепкой хваткой поприветствовал Чанбина и мирно кивнул Сынмину. — Минхо-ши, Хан, приветствую. Я рад, что вы проведёте с нами это Рождество, — Чан поклонился, а Минхо начал ворчать. — Очень смешно, хватит шикать мне тут, — Минхо радушно похлопал Чана по плечу, но всё же поклонился вместе с мужем. — Ты между прочим старше меня, и я бы хотел перейти на неофициальный стиль разговора. Всё-таки не первый год знакомы, Чан. Мужчины договорились между собой и когда каждый друг друга поприветствовал, сели за стол. Все нахваливали удавшегося цыплёнка, также корейские закуски всем зашли на ура. Общались всё о том же, старшие о работе и бизнесе, младшие о своих домашних заботах, а Феликс с Хваном о воспитании дочки и как ответственно быть родителями, втирали так, будто закончили магистратуру по этой теме. — Кстати, куда Офелию дели? — спросил Чонин. — Её украли бабушки и дедушки. Родители Хёнджина оплатили поездку и билеты в Диснейленд, мои привезли Офелию в Корею. Так что всю рождественскую неделю мы будем развлекать сами себя, — ухмыльнулся Феликс, стреляя глазками мужу. Все всё поняли и просто посмеялись. — Кстати, насчёт развлекать, — начал Джисон. — Мы привезли игры, и раз все уже поели, может в гостиную переместимся? — Все довольно поддержали. Феликс выложил на большую общую тарелку кексы, а Чонин взял привезённое саке друзей и специальные чаши под него. Разложились на полу в кругу. Джисон предложил начать с игры «Кто скорее всего». Она заключалась в том, что один ведущий спрашивает у группы «кто, скорее всего…» и подставляет какое-либо действие, потом отсчитывает до трех и после истечении времени все должны указать на того, кто, по их мнению, скорее всего это сделает. Тот, на кого указали больше всего пальцев, выпивает и выбывает. Игра продолжается, пока не останется один победитель. Джисон принял роль ведущего на себя. — Итак, кто, скорее всего… — Он немного помедлил подумав. — Проспит важное совещание. Раз. Два. Три. Почти все единогласно указали на Чанбина. — Что? Это сговор. Это было один раз. Ну, два. — Бинни, семь, — прокомментировал Сынмин. Чанбин согласно кивнул и отпил саке, выходя из круга и плюхаясь на диван. А Джисон признался, что рассчитывал спихнуть мужа, на что Минхо злорадно посмеялся, мол — не дождёшься. — Итак, кто, скорее всего… — Снова пауза на подумать. — Опьянеет быстрее от нескольких стопок крепкого алкоголя. Раз. Два. Три. Половина была за Феликса, а вторая за Чана, так как именно эти двое пили редко, но метко. Чтобы долго не думать, кого исключить, они оба вышли из игры выпив саке на брудершафт. — Так-так, выжившие: Чонин, Сынмин, Хёнджин и Минхо. Может что-то более раскрепощённое? — Джисон играет бровями и оглядывает оставших игроков. — Кто, скорее всего… — Хитро гаденький взгляд. — Выйдет без нижнего белья на сцену. Джисон знал куда стрелять направляя цель на Чонина и Хёнджина, осталось выяснить кто. Оба фыркнули не признаваясь. — Раз. Два. Три. Все единогласно проголосовали за Хёнджина, а тот драматично схватился за сердце. — Так вот какого вы обо мне мнения?! — вскрикнул он, а Чонин громко хохотнул. — Ой, мимо, Джи, мимо, — ответил он, на что получил укоризненный взгляд Чана. — А что, иногда бывает очень душно в филармонии, я что поделаю. Хёнджин выпил свою чашу с саке и присел на диван обняв Феликса, зарываясь куда-то в его шею, как обиженный хорёчек. — Так, так… Кто, скорее всего захочет попробовать секс втроём или даже парочками? Вот тут никто не ожидал такого от Джисона, конечно, он целился в мужа, так как знал все его потаённые пристрастия. Сынмин с Чонином переглянулись, сильно засмущавшись, что аж растерялись и оба указали на старшего Ли. — Ладно, ладно, детки, тут вы правы! — Минхо поднимает руки вверх, а потом выпивает залпом свой саке. Друзья пожали друг другу руки и решили, что они останутся с нечьей, но Джисон думал иначе. — Нет, нет, до одного. Кто-то может указать на себя, если полностью согласен с действием, — ухмыльнулся Джисон. — Кто, скорее всего захочет попрактиковать БДСМ практику? Младшие откашлялись, чуть не подавившись на ровном месте, и Чонин резко указал на Сынмина, а тот в свою очередь, чтобы побыстрее закончить игру и приступить к следующей с выдохом указал на себя, от чего глаза Чанбина поползли на лоб от удивления. — Малыш, я чего-то не знаю? — игриво спросил старший. — Просто, чтобы игра закончилась, — фыркнул Сынмин, но потом так вот хитренько улыбнулся, подкидывая Чанбину почву для раздумий. Джисон радостно хлопнул в ладоши, а Минхо предложил следующую игру «Ты бы предпочёл…» Правила, которой очень просты. Первый игрок спрашивает соседа «Ты бы предпочёл (одно) или (другое)? и так по кругу. Решили просто пройтись по одному кругу без проигравших и победителей. Все снова сели. — Ты бы предпочёл огурцы или помидоры? — спросил Феликс у Чонина. — Что бы это не значило, но однозначно огурцы в любых из Вселенных, — посмеялся младший, поворачиваясь к Чанбину. — Ты бы предпочёл сверху или снизу? — Не принципиально, чтобы это не значило, — также ответил Чанбин, ухмыльнувшись и повернулся к Чану. — Ты бы предпочёл вилкой в глаз или… — Чан напрягся. — Ладно-ладно, шутка. Ты бы предпочёл… Наблюдать или участвовать? — Чан посмотрел на Чонина. — Руководить процессом, — произнёс старший и повернулся к Минхо. — Ты бы предпочёл своих кошек или Джисона? — слишком рискованный вопрос, который мог посеять скандал. Минхо прищурился, смотря на старшего. — Вот ты гнида, Чан, теперь я опять для тебя Минхо-ши. — Дорогой, скажи, что это кошки и дело с концом, я не обижусь, правда, — тихо произнёс Джисон. — Отвечу так — Джисон в роли моего котика на четвереньках, — улыбнулся Минхо и никто не стал оспаривать его ответ. Старший повернулся к Хёнджину. — Ты бы предпочёл салфетки или член? — слишком в открытую спросил Минхо. — Ну что за вопрос, Минхо-а. Конечно же твои салф… — Феликс шлёпнул мужа по ягодице, протянув руку через Джисона. — Член, обожаю члены. Сосу каждый день! — Хёнджин повернулся к Джисону. — Ты бы предпочёл глотать или сплюнуть? — хитро сщурился Хван, и мстя моя будет страшна. Джисон вмиг засмущался и взялся за порозовевшие щёчки. — Дорогой, можешь не отвечать, — прокомментировал Минхо. — Глотать, — быстро ответил Джисон и повернулся к Феликсу. — Ты бы предпочёл пирсинг языка или уздечки? — Феликс задумался, смотря на мужа. — Языка, — довольно ответил он. — Думаю, моему мужу понравится, когда я буду ему отсасывать, — Феликс показушно высунул язык, а Хван сделал фейс-палм. — Это всё из-за тебя началось, — произнёс Хёнджин, скрипя зубами и смотря на Минхо, а тот сидел с довольной миной. Ребята сделали перерыв. Кто-то налетел снова на стол, кто-то побежал справить нужду. Сынмин быстро взял Чонина под локоть во всей этой суматохе и уволок на балкон, закрыв за ними плотно дверь. — Что такое, Минни? — улыбается Чонин, слегка пьяный. Вино с Феликсом и саке дало о себе знать. — Хотел с тобой поделиться и посоветоваться что ли, — Сынмин щёлкает пальцами перед носом младшего, когда видит его взгляд направленный куда-то сквозь него. — В общем, Чанбин сделал мне предложение. — Вау! — громко закричал Чонин и ему быстро закрыли рот рукой. — Тихо ты, блять. Не хочу, чтобы нас услышали, — шипит Сынмин, пока Чонин улыбается в ладонь старшего, и тот отрывает её, чтобы дать младшему сказать. — А ты чего? — Чонин двигается ближе с горящими глазами. Сейчас он так рад за друга, его прям распирает, ну или саке радо распирать Чонина. — А я не знаю. Я ещё не дал свой ответ. — Ты его не любишь? — Что за? Конечно люблю. Никого так не хотел как его. Просто… — Что просто? — Думаю, что он торопится. А вдруг он передумает. Разлюбит. Или, ну там, замужняя жизнь не для нас окажется. Ах, это так сложно, — Сынмин берётся за голову, смотря в окно и дыша свежим морозным воздухом. Чонин кладёт свою руку на его плечо. — Расслабься. Вы же уже живёте вместе, разве бумажка что-то изменит? — Да? Зачем тогда вы с Чаном расписались? — Думаю, он хотел статусности и принадлежности. А я был не против подтвердить на этом клочке бумаги, что он мой мужчина. Тем более как звучит Бан Чонин. А-а, скажи же? — оба посмеялись. — Я не хочу быть Со Сынмином, звучит кринжово, — прокомментировал Сынмин. — Согласен. Не обязательно брать его фамилию. Да дело даже не в этом, а в том что бы всем заявить о вашем статусе. Что вы есть друг у друга и что у вас всё серьёзно — вы семья. — Семья… — тихо повторил Сынмин, думая о том, что никогда не рассматривал такой исход событий. Он по жизни был одиночкой, даже в кругу друзей. Полагался во всём только на себя. Только относительно недавно свыкся с тем, что он больше не один, что можно положиться на старшего. Это пугало и одновременно приятно грело его душу. — Феликс вообще только после удочерения Офелии взял фамилию Хёнджина, чтобы они все стали Хваны. Так что не парься. — Мда, не парься… — Они немного потупили, смотря в окно на небольшой густой лес рядом с домом, пока Чанбин собственной персоной не постучал в дверь, чтобы ему открыли. — Вы чего тут в дубак такой стоите?! — старший подходит к Сынмину притягивая его в объятия, чтобы согреть своим телом. Чонин мигом выбегает, оставляя их наедине, и идёт к общему столу ко всем ребятам. — Секретничали? — Чанбин целует мягко в шею младшего, затем в подбородок, медленно добираясь до губ. — Да, и я ничего не скажу, — бурчит Сынмин, но не отворачивается. Ластиться и тает в таких крепких руках Чанбина. — И не надо. Твоё личное, — Чанбин целует нежно и робко, как будто это их первый поцелуй и сам же первый стонет в губы от такого желанного до одури младшего. Их прерывает ещё один стук со словами Джисона: «Хватить сосаться, пойдёмте играть дальше». Оба хихикают, смотря друг другу в глаза. — Я люблю тебя, Ким Сынмин. — В ответ слышит то же самое и они присоединяются к остальным.

В общей гостиной, продолжение игр

Джисон снова хлопает в ладоши, заключая, что это последняя игра на сегодня и им пора закругляться. — Итак, я никогда не, господа, — под звуки «уууу» и слова «банально» Джисон ухмыляется и продолжает, собирая снова всех в круг. — Я начну тогда. Я никогда не занимался сексом в общественных местах. — Все пьют без исключения и даже сам Хан. — Дорогой, ты точно правила игры знаешь? — смеётся Минхо. — Знаю, ну и что, так тоже можно, — отвечает Джи показывая язык, на что его муж соблазнительно прикусывает губу. Им уже не терпится претворить свой план в действие, но они всё же доиграют. Следом идёт Чонин. — Я никогда не… Хм, — хитрая ухмылочка. — Не дрочил на работе. Пьют Хёнджин и Чан, а их мужья на них косятся. — Что? Это было в те времена, когда ты вёл свои трансляции, — отвечает Чан мужу. На что все гогочут. Близкому кругу друзей была доверена такая информация, но первые кто узнал, не считая Сынбинов, были Хёнликсы. — А ты что скажешь в своё оправдание, извращенец? — Феликс косится на мужа, сильно сжимая его бедро. — Ну так туры длятся очень долго. Я без тебя. Прилив адреналина после концерта. Твои фотки. Ну, извините, за то что я люблю своего мужа до безумия, что готов дрочить в комнатушке два на два, — Феликс довольно протянул лыбу и чмокнул Хвана в щёку со словами: «Прощён». — Я никогда не занимался благотворительностью, — быстро чеканит Сынмин. Никто не пьёт, кроме Чонина. — А что, давать своему мужу уже считается благотворительностью? Чан настолько плох? — подстёбывает Минхо. — Иди в сраку, Хо, — шипит Чан. — О, с удовольствием сегодня в ней окажусь, — Минхо смотрит на мужа, а потом переводит взгляд на Сынмина и кокетливо подмигивает, на что младший тушуется и отводит взгляд от старшего. — Я никогда не занимался групповым сексом, — ухмыляется Минхо. Пьёт Чан и Чанбин, на что все косятся на них. — Нет, блять, это не то, о чём вы все тут подумали, — отнекивается Чанбин. — Так совпало. — Ага, мне просто интересно, кто на чей член упал? — хихикает Джисон. — Мне теперь тоже интересно, — поддерживает Чонин. — Почему я не в курсе, что моего мужа поимели? — Так стоп, — Чан отмахивается руками. — В мои студенческие годы я был ветренным парнем, с кем не бывает. Вечеринки. Алкоголь. Первокурсницы. Ничего такого, — старший тут же ластится к Чонину. Тот, конечно, немного повозмущался, что не знал этого раньше, но не стал закатывать истерик. Какая разница, если сейчас Чан его. — А ты что скажешь? — Сынмин поворачивается к своему парню. — Аналогично. Но компании были разные и в них Чана не было, честное слово, — разводит руками Чанбин. — Я продолжу. Я никогда не хотел партнёра своего друга. Все поперхнулись. Ну ты и загнул Чанбин. Выпили Джисон, Минхо, Феликс и Чонин. — Итак с какого начнём допрос. Чёрт. Даже не думал, что кто-то выпьет, — гаденько усмехается Чанбин и хлопает в ладоши. — Тут нечего скрывать или стеснятся. Все взрослые люди, — начинает Минхо. — Я фантазировал о Сынмине. — А я фантазировал на то, как Минхо фантазировал на Сынмина, — поддерживает Джисон и смеётся в голос. Один Сынмин в ахуе и молчит. — Блять, семья извращенцев! — вскрикивает Феликс. — Чья бы корова мычала, — комментирует Джисон. — Что скажешь в своё оправдание? — Феликс переглядывается с мужем, и тот ему кивает, мол говори, я же в курсе. — Я думал о Чонине в роли актива и что мы бы могли… — Феликс быстро отвечает и прикрывает лицо ладонями. — Боже, Инни, прости я ужасный друг, — тут же добавляет он. Чонин кладёт руку на плечо старшего, так как он рядом и легонько хлопает по нему. — Я не лучше, — вздыхает младший. — Я дрочил на Сынмина. Сынмин второй раз в ахуе за сегодняшний день, когда он проглядел тот факт, что младшенький его хочет или хотел. — Прости… — тянет Чонин. — Скажу только то, что это было давно до встречи с Чаном, конечно. Сынмин просто кивает. Он не злится и младшему не за что извинятся, но он бы просто хотел знать это раньше и при других обстоятельствах. Но теперь всё как есть. — Господи, какая-то Санта Барбара началась, — комментрирует Хван и встаёт, чтобы пойти на кухню попить воды. От таких откровений у него воображение не на шутку разыгралось. В голове Чан и групповое, следом его малыш и Чонин в роли актива. Он быстро тресёт головой, чтобы отогнать навязчивые мысли. — С тобой всё ок? Перепил? — Как-то тихо сзади подкрадывается Чан, на что Хёнджин вздрагивает от его голоса, а по телу пробежали мурашки. — Да нет. В общем, просто немного размяк от саке. Чёрт, просто хочется уже лечь отдохнуть. Ещё собираться. — Так оставайтесь у нас, это никогда не было проблемой. Гостевая для вас всегда готова, — отвечает Чан и тоже берёт стакан, чтобы попить воды. Хёнджину как-то сильно жарко стало и душновато, на что он расстёгивает пару пуговиц на рубашке, а Чан смотрит пристально и даже не отворачивается, как будто между ними и вовсе слово стеснение отсутствует. Молча смотрят друг на друга, пока Феликс не подбегает сзади и не обнимает мужа за талию. — Я усталь. Чони сказал, что мы можем остаться. И я хочу, что скажешь? — спрашивает Феликс. — Скажу, что Чан только что предложил мне тоже самое. И да, пожалуй, мы останемся, малыш, — Хван поворачивается и целует мужа в висок, на что тот жмурится от милоты и ластится сильнее. Наконец-то они сегодня смогут отдохнуть как захотят, может даже получиться не тихо, как обычно они привыкли, находясь у себя дома, когда дочка спит за стенкой. Чан оставляет их наедине и идёт в общий зал сообщить гостям, что пора и честь знать. Все только за, потому что уже и сами устали и валятся с ног. Хан предлагает Сынмину и Чанбину довезти их, потому что он пил меньше всех. (предупреждение: Никогда не садитесь пьяными или даже чуть выпившими за руль, вы не Хан). Те и не против, потому что ждать такси и отваливать за него в новогоднюю ночь приличную сумму никому не хотелось. Таким образом ребята прощаются и уезжают по домам. Чонин начинает убирать закуски со стола и Чан ему помогает, пока женатики пошли в душ. Не проходит и пятнадцати минут, как старший уже зажимает мужа во всех углах их дома. Чонин завершает с наведением порядка и стоит намывает посуду, когда как сзади к нему снова липнет Чан. Он поглаживает нежную кожу, проходясь ладонями по бёдрам младшего и ныряя под его короткие шортики. — Такая сладкая попка, — шепчет старший ему на ухо, слегка покусывая мочку уха и тихо рыча от нахлынувшего прилива возбуждения. — Опять ты за своё. Мы же не одни, Чан, имей совесть, — шипит Чонин с пенной губкой в руке. — Во-первых, совесть не хочу иметь, а тебя даже очень. Во-вторых, ты мне с утра торчишь перепихон, так что… — Чан припускает шорты младшего и проходит пальцами по ложбинке. — Я ещё и должен остался? — вскрикивает от удивления Чонин. — А ты не… Мхг… Ты ж… — прерывается он, когда чувствует горячий орган старшего, который прижимается к его ягодицам и кружит около его двух половинок. — Дай посуду хотя бы домыть! — Давай я домою, а ты иди в душ, готовься, — Чан шлёпает младшего, а тот быстро надевает свои шорты обратно и направляется в ванную комнату. Чонин уже предвкушал всё, что с ним сделает его любимый муж, хотя по началу вся эта затея ему казалось немного стеснительной, так как они в доме остались не одни и их гости в лице семьи Хван могут быть сконфужены звуками, доносящимися из их спальни. Младший взял своё мягкое полотенце, пару кремов и спустился в душ на первом этаже, даже не подумав о том, где сейчас Феликс и Хёнджин. Дверь была приоткрыта и он без задней мысли открыл её и замер на месте. Из душевой кабинки шёл пар, который немного застилал обзор на тех, кто внутри, но было четко видно два оголённых тела прижавшихся друг к другу. Звуки доносились чудные, несмотря на то, что был включен душ, стоны и мокрые шлепки тело о тело было слышно всё равно. Чонин застрял в проходе, не решаясь не прервать процесс не уйти. Слишком его всё это взбудоражило, что в собственных боксерах стало тесно и член напрягся, давая знать о своём возбуждении. Младший осторожно положил своё полотенце на раковину, тем самым освободив свои руки, которые тут же полезли в собственное нижнее белье. Чонин обхватил свой полувставший член и стал медленно водить по нему рукой под звуки доносящиеся из кабинки. Мелодичный голос переходящий в стон принадлежал Феликсу и дико возбуждал, похоже, всех присутствующих в этой ванной комнате. Второй голос более напряжённый и грубый, принадлежащий Хёнджину, он был более мужественный и пробирал до дрожи, такой, как у его мужа, что очень нравилось Чонину. Младший прикрыл глаза и наслаждался процессом вместе с женатой парочкой. — Мхг… Джинни. Да. Ещё, ещё. Так. Да. Я так хорошо чувствую тебя, — голос Феликса был слышен даже через напор льющейся воды. — Хочу съесть тебя, Бокки. Ты такой сладкий. Боже. Как же я люблю тебя. — Д-да, — Чонин приглушённо стонет с этими двумя и чувствует горячие руки на своём теле. Стоп? Что? Чан стоит позади младшего. Ну и долго он тут стоит? Впрочем сейчас это мало волнует Чонина, он принимает все ласки своего мужа. Старший поглаживает бёдра Чонина, зарывается ему в шею и нежно целует мягкую кожу. Движения руки ускориваются и оргазм медленно подкрадывается к младшему. — Такой плохой мальчик, Инни. Разве тебя не учили что подглядывать не хорошо, — шепчет Чан в самое ухо Чонину, а тот только вздрагивает от горячего дыхания на себе, от грязных слов и этих блядских стонов. — Да-да, я сейчас кончу. Джинни, не останавливайся. Да, сейчас… — стонет Феликс и кончает одновременно с Чонином, но вот только младшему успели закрыть рот ладонью, чтобы он не выдал себя с потрохами. Ноги ватные и непослушные. Чонин обмякает в руках старшего, которой берёт его и уносит на второй этаж во вторую ванную комнату. Пока младший находится ещё где-то в своей нирване, Чан наполняет ему ванную с пеной и усаживает того в неё. Чонин тут же ложится и наслаждается горячей водой и пеной с запахом лаванды. Его муж точно знает всё про него. Чан садится рядом, поглаживая Чонина по голове, а младший довольно и расслабленно мычит подставляясь под его ласки, готовый уже уснуть. Старший трёт ему спину, пока Чонин наслаждается вниманием и заботой мужа. — Ммм. Спасибо, любимый, — блаженно произносит Чонин, полностью расслабившись. — Всегда пожалуйста. Я сделаю всё, чтобы тебе было комфортно, — улыбнулся Чан растирая спину младшему, добавив больше геля на губку. — Эм… Чани? — спрашивает Чонин, на что получает вопросительный взгляд с немым вопросом: «Да? Слушаю». — Ты не обиделся на меня? — Нет. С чего бы? — усмехнулся старший, заканчивая со спиной. — Что я так сделал. Что меня это возбудило. Их стоны… И… — Воу, воу, малыш. Не тараторь, — Чан взял полотенце, помог Чонину встать с ванны и начал его вытирать, пока тот стоял на пушистом коврике и принимал заботу своего мужа. — Никаких обид или ревности. Это нормально, что ты завёлся. Я бы удивился если бы этого не произошло, — хихикнул Чан. — Чанниии… — протянул Чонин вскинул голову вверх, его щёки порозовели не только от горячей воды, но и от смущения. — Ну что? — Чан просиял. — Хочешь мы продолжим в нашей спальне? — подмигнул он. — О, даа, с удовольствием, — улыбнулся Чонин и быстро чмокнул мужа в нос, отчего тот тоже заулыбался и подхватил младшего на руки, потащив в их спальню. Чан мягко опустил Чонина на кровать, начав его целовать, но потом вспомнил о своём подарке. — Дорогой, хочешь порадовать мои глаза красивым комплектом, который я тебе подарил? — спросил Чан, а у самого уже глаза заблестели от предвкушения. Чонин кивнул, взял пакет с бельём и снова ушёл в ванну переодеваться, через пару минут он стоял на пороге их спальни в новом кожаном комплекте. Чан сглотнул и облизнулся, а глаза тут же забегали по телу мужа. Какой же он сексуальный, всегда, а сейчас особенно. — Ты неотразим, — прошептал старший. — И хочу таким оставаться только в твоих глазах. Большего мне и не нужно, — ответил Чонин, медленно подходя ближе к мужу и слегка надавив на его плечи толкнул его на кровать, забираясь сверху. Слишком красивый вид от которого нельзя оторвать глаза. Чонин в кожаном обтягивающем комплекте. Топ он решил не надевать, но зато заменил его сеткой, которая обтягивала его грудь и показывала торчащие соски, а руки были полностью покрыты сеткой доходящие до его кистей. Мини-шорты такие же чёрные и обягивающие, что его упругие ягодицы не справлялись с таким давлением и выделялись своими сочными формами. На ногах чулки, доходящие до колен, в сетку и с красными бантиками. Чан мысленно вспомнил, что к этому образу не хватало маски и ушек, но его опередили. Чонин потянулся к прикроватной тумбе и достал рыжие пушистые ушки лисицы и надел на себя. — Моя лисичка хочет поиграть? — спросил Чан, на что младший мило фыркнул и потёр свой носик. Чан перевернул Чонина и тот оказался под ним, обхватывая талию мужа своими стройными ногами. Старший не стал медлить и принялся ублажать свою лисичку, но сначала потрогал мягкие ушки и умилился их виду ещё раз. Потом спустился к шее нежно и кротко целуя все её участки, на что младший тихо начал постанывать уже от таких ласк, а что будет дальше? Казалось, Чонин уже совсем позабыл, что они не одни в доме. Чан слегка всасывал и покусывал нежную кожу наслаждаясь не только ей мягкостью, но и чудным запахом лаванды на теле младшего. И сам не сдержавшись громком выдохнул выпуская воздух из лёгких, а с ним и стон истинного наслаждения. Старший двинулся ниже к выглядывающим твёрдым сосками из-под сетки и один захватил в рот, облизывая его и держа в своей полости, смачивая языком. Чонин дёрнулся и поддался вперёд так что их пахи столкнулись, и Чан поспешил стянуть с себя штаны с бельём, коря за то, что не сделал этого раньше, и продолжил начатое. Добравшись до второго соска он взял его в рот, а руками прижался к талии Чонина, гуляя пальцами по ней. Ладони стали такими горячими, а желание нарастающим и приятным, это скручивало тугой узел в паху. — Лисичка, я схожу от тебя с ума, — протянул Чан на полувыдохе и поцеловал Чонина в правое ребро, отчего парень вздрогнул от неожиданности посмеявшись. — Что смешного? — переспросил старший. — Мне щекотно, — хихикнул Чонин, немного сбивая сексуальный настрой на более весёлый, но Чан тут же спустился ниже к промежности младшего и рукой провёл по его бугорку. Чонин убрал улыбку с лица поджав губы. Старший продолжал одной рукой поглаживать грудь мужа, а второй рукой проводить по члену через всё ещё обтягивающие шорты, а потом медленно стянул нижнее с него. Чан своим большим носом обтёрся о полувставший член младшего и легонько лизнул его языком, на что получил одобрительный стон. Начал с головки, раскрывая её и медленно погружая в свой рот. Языком прошёлся по всей её окружности, втягивая в свои щёки. Когда полностью наигрался с ней, то принялся за всю длину, осторожно опускаясь глубже, и старался не задевать её своим зубами. Войдя в некий азарт и уже во всю длину беря член младшего он и не заметил, что тот как-то подозрительно притих. Чан поднял глаза и посмотрел исподлобья на Чонина, который, мать вашу, уснул. Да, его муж уснул во время того, как ему делали минет, что удивило и рассмешило старшего одновременно. Он теперь уже осторожно выпустил его член изо рта и ещё раз убедился в том, что Чонин уже всхрапывает. Поглядев на его милое уснувшее личико, Чан медленно сполз с кровати, подошёл к шкафу, чтобы взять ещё одно одеяло и накрыл им младшего. Следом аккуратно лёг рядом и повернулся на другой бок, чтобы не разбудить Чонина. Видимо, тот устал за день, плюс алкоголь, плюс горячая ванна и его окончательно разморило. Полежав так немного Чан тоже провалился в глубокий сон. Где-то посреди ночи, так думал Чан, он проснулся и пошёл попить воды, так как в горле сильно пересохло после выпитого крепкого алкоголя. Он не включив свет пробрался на кухню, по памяти зная где что лежит. Взял граненный стакан, налил воды и молча стоял пил, пока не почувствовал на себя чужие руки, которые обхватили его талию. — Ёпт твою мать, — прохрипел Чан. — Мою то зачем трогать? — ответил такой же грубоватый хриплый голос. — Хёнджин? Тебе чего не спится? — спросил старший, а потом очухался, что он до сих пор был обхвачен руками Хёнджина со спины и тот упёрся своим пахом в его зад. — Ты давай-ка прекращай, плохая затея. — Но ты даже меня ещё не выслушал, — прошептал Хёнджин в самое ухо Чану и прижался к нему сильнее. — Я видел как твоя лисичка подглядывала за нами в душе. Нам с Бокки это очень понравилось. Особенно, когда он начал дрочить на нас. Боже, их стоны были прелестны, не считаешь? — Хван опустил руки на промежность старшего и обнаружил небольшой бугорок. — Отлично. Думаю, ты тоже так считаешь. — Шш- Джин, — промямлил Чан, он не знал ему оправдываться за мужа или согласиться с этим фактом, что было и было. — Мы правда не такие, это как-то само получилось. — Как жаль что вы «не такие», а мы хотели вам кое-что предложить, — слегка наигранно произнёс Хван и поспешил убрать свои руки, но старший развернулся к нему лицом и спросил. — А что? — О, теперь заинтересовался, — Хёнджин облизнулся, хотя в темноте это было мало заметно, но чмокающие звуки всё равно было слышно. — А что, если мы соберёмся все вместе в одной комнате и покажем нашим мальчикам как мы их любим? Может кто-то попробует примерить на себя новую роль. Некий азарт, не находишь? — Чан громко сглотнул. — Тебя это заводит, да, Бан Кристофер Чан. Наблюдать или может руководить процессом? Может малышу Инни тоже это нравится, просто он стеснялся озвучить это вслух? — Он-то? Ты его плохо знаешь, видимо. В постели он ничего не стесняется, — фыркнул Чан его начала распирать какая-то странная гордость или может просто показушничество? Мол, посмотрите, да мой малыш самый развратный и сексуальный парень каких свет не видывал. — Отлично. Тогда предлагаю начать прямо сейчас в гостевой комнате, — как-то даже не спрашивая произнёс Хёнджин. — Сейчас? Ты время видел? — Чан поднял брови. — Чан, уже утро наступило. Ждём вас с Бокки, мы уже готовы, — ответил Хван, но позже усмехнулся. — Хотя пока ты тут думал, мой птенчик, наверное, снова уснул. Хван ушёл обратно в гостивую комнату, а Чан стоял потирая затылок и обдумывая всё, что сейчас произошло. Только одна мысль о таком бросала в дрожь и возбуждала. Его мальчик сможет показать себя во всей красе. «Ему бы понравилось», — подумал про себя Бан. Старший тихо вошёл обратно в их спальню, посмотрел на сжатый комочек, который отобрал его подушку и уткнулся в неё пока мужа не было рядом. Улыбнулся. Подумал о том, что как такой парень как Ян Чонин может быть одновременно милым до ангелочков и сексуальным до чёртиков. Может. Чан ещё раз взвесил все за и против, беря на себя всю ответственность за двоих, и решил, что если ему потом прилетит, то он как минимум должен не облажать, а как максимум доставить своему мужу столько удовольствия, чтобы тот вообще забыл о таком проступке и шалости со стороны старшего. Чан вобрал побольше воздуха в лёгкие, сделав глубокий вдох-выдох и подошёл к кровати. Осторожно взял младшего на руки, решив, что на переодевания нету времени, да и Чонин может проснуться, а потом ещё стоять объяснять ему что да как. Пусть будет сюрприз. Спустился вместе с ним на первый этаж и не стучась открыл дверь в гостевую комнату. Как и говорил Хёнджин, Феликс тоже был полусонным и лежал на кровати. На блондине было такое же сексуальное нижнее бельё нежно-розового оттенка и Чан не знал как реагировать, ведь он впервые видел друга в таком амплуа, но решив долго не глазеть на него, тихо подошёл и опустил Чонина на кровать рядом с Феликсом. — Боже, какой он секси, Чанни, — тихо прошептал Феликс смотря на младшего. Чан улыбнулся, только двое людей называли его так, это его муж и его друг детства, что никак его не смущало. Он уже привык за столько лет. — И ты тоже, Феликс, — быстро ответил Чан и посмотрел на Хёнджина, проверяя его реакцию. — Чан, если ты думаешь, что я как-то буду ревновать, то не стоит. Я тоже считаю Чонина достаточно возбуждающим, так что 1:1, — усмехнулся Хван. На что каждый бодрствующий человек в это комнате посмеялся. Феликс двинулся ближе к спящему Чонину, когда как Чан сел рядом, чтобы сразу после пробуждения его муж увидел его и не испугался спросонья. Хёнджин же принял пока что наблюдающую роль и просто стоял в стороне, пока что одетый в халат, но на полностью обнажённое тело. Феликс стал легонько трогать Чонина, касаясь его груди и сосков, мягко их поглаживал, когда как Чан тоже начал просто наблюдать за процессом как Хван. Блондин начал целовать грудь младшего, поглаживая одной рукой его торс, отчего почувствовал копошение, и Чонин начал просыпаться. Он разлепил сначала один глаз, потом второй, слабо соображая, что сейчас происходит. Первым делом почувствовав приятные ласки на себе, Чонин подумал о своём муже, но когда увидел прямо перед собой белую макушку, а Чана сидящим рядом и просто смотрящим, то вздрогнул и резко приподнялся на локтях, да так, что чуть не ударил Феликса. — Что тут происходит?! — вскрикнул Чонин. Он бегло осмотрел комнату, увидев ещё и Хвана хитро улыбающегося в стороне. Знаете, а ведь Чонину он ещё с первой встречи не понравился. Это точно всё он затеял. Его рук дело. — Тише, малыш. Всё хорошо, — ответил Чан. Он мягко опустил Чонина обратно на лопатки, а Феликс продолжал медленно гладить младшего и улыбаться ему. — Инни, привет, — начал блондин. — Ты ведь не против если я тебя потрогаю, так ведь? Я обещаю, что тебе это понравится. Чонин вскинул брови, всё ещё не понимая что здесь происходит, но как-то рефлекторно кивнул, не смея отказать своему хёну. Феликс ведь никогда его не обижал, всегда был мил и нежен к нему. Блондин продолжил целовать грудь Чонина, но потом отпрянул и произнёс. — Малыш, давай снимем эту сеточку? Хочу полюбоваться тобой. — Чонин кивнул и тут же стянул её с себя. — Умничка, — тут же его похвалил Чан. — Ты тоже, — он посмотрел в сторону своего мужа, понимая к чему всё идёт. Чан довольно улыбнулся, осознав, что они уже перескочили до последней стадии — принятия всей ситуации. Что же, оно и к лучшему. Старший медленно стянул с себя ночную майку, а потом и штаны. — Трусы тоже, — добавил Чонин, и Чан послушно снял и их тоже, оставшись полностью голым. — Какой шустрый малыш, — цокнул Хван где-то в углу. — Для тебя сэр Инни, — ответил Чонин с той же интонацией. Все посмеялись. — Ни за что, тогда ты просто будешь плохим мальчиком, — хитро прищурился Хёнджин. — Эй, я хороший мальчик, — надулся Чонин. — Ты правда хороший, малыш, — добавил Феликс и погладил младшего по голове, а тот и рад стараться и подставился под ласки старшего, всё также косо смотря в сторону Хёнджина. Мол, смотри меня Феликс хвалит, а Хван лишь думает про себя, что тот ещё правда малыш. Чан медленно подполз ближе к своему мужу. — Продолжим начатое вчера? — подмигнул старший, Чонин коротко кивнул. Старший устроился между ног Чонина, когда как Феликс рядом по левое плечо от младшего. Было проще начать сразу, так как Чонин уже был без шорт, и Чан быстро скинул его трусы на пол, принявшись ласкать его член. Блондин тоже продолжил, взявшись за соски младшего. Пока старший водил рукой по его члену, собирая естественную смазку и пробуя соленоватую жидкость на вкус, тут же отправляя член за щеку, Феликс облизал один из сосков Чонина, нежно посасывая, иногда даже покусывая. Младший заскулил от такого вида, что все немного отвлеклись от дела, но потом продолжили. Хван всё также скромно стоял в углу, но уже начал стягивать с себя халат, Чонин увидел это и добавил. — Ты тоже можешь раздеться, — вышло как-то с придыханием. — О, спасибо, сэр Инни. Или плохой мальчик? — Хёнджин подмигнул младшему и окончательно снял свой халат, представ перед Чонином в чём мать родила. Его член уже был в приподнятом настроении, такой же крупный и длинный как у Чана и младший облизнулся. — Чёрт с ним, зови как хочешь, но только не замуж, я уже занят, — цокнул Чонин. — Больно надо, просто трахну тебя и брошу, — посмеялся Хван, на что Феликс укоризненно посмотрел в его сторону, ему явно не понравилась эта шутка. — Шучу! — Хёнджин поднял руки вверх в знак поражения. — Знаете, у вас есть что-то общее, — Чонин окинул взглядом своего мужа и Хвана. — Тупые шутки! — и тут же простонал в голос, когда Чан взял глубже его член и провёл рукой по яичкам сжимая их. — Мхг… Дорогой… Хорошо… Феликс, казалось, начал негласное соревнование с Чаном и примкнул к шее младшего, чтобы расцеловать её, а его рука мягко массировала пах Чонина. Каждый погрузился в процесс, полностью отдавшись ситуации. Хван подошёл ближе и начал медленно двигать рукой по своему члену любуясь роскошной картиной. Его прекрасный Бокки целовал плохого мальчика, а тот получал удовольствие от горячих губ Феликса и от восхитительного минета от своего мужа. Ну разве не прекрасно? Нет, кажется это волшебно. Так много любви витает в этой комнате, что Хёнджину захотелось стать её частью. — Ммм, Бокки, посмотри как Чан старается сделать приятного своему мальчику, — произнёс Хван. — Тебе нравится то, что ты видишь? Нравится как Чан наслаждается вкусом, как он целует головку и исправно берёт член глубоко за щеку, чтобы плохому мальчику было очень-очень приятно. — Мгх. Д-да, — протянул Феликс, наблюдая за этим действом. В его стрингах уже тоже стало тесно, Феликс поспешил стянуть их с себя и откинуть в сторону, выставляя свои голые ягодицы на показ своему мужу и будто дразнясь специально выгибается в спине, чтобы лучше было видно его ложбинку. Хёнджин облизнулся от такого вида, он уже хотел действовать, заполнить своего мальчика, но он помнил о их плане, в который, к слову, они никого ещё не посвятили. Что же, тем забавнее получится. — Бокки, ты хочешь уважить своего мужа? Хочешь сделать ему так же хорошо, малыш? — полушёпотом спрашивает Хван, а блондин только быстро кивает и хмыкает, давая понять как сильно хочет. — Малыш, ты ведь подвинешься? — спрашивает Феликс обращаясь к Чонину и тот кивает. Хёнджин ложиться рядом с Чонином и как-то невзначай треплет его макушку, на что тот фыркает, но не отстраняется, только быстро показывает язык, на что старший ещё раз убеждается в том, что малыш, такой малыш ещё. Феликс пристраивается между ног своего мужа и выпячивает свою попку максимально высоко, на что Хван звонко шлёпает мужа по ней и в комнате раздаются сразу два стона его мальчика и плохого мальчика тоже. Феликс, стараясь не отставать от Чана, быстро переглядывается с ним и начинает делать минет своему мужу. Так же, как и Чан делал с Чонином, он сначала облизывает крупную тёмную головку, проводя свои языком по всей её окружности и собирая капли соленоватой жидкости на язык, а потом смело берёт треть длины, толкая член глубоко за щеку. Издаёт сдавленный стон, который проходится вибрацией по члену Хёнджина и тот реагирует молниеносно громко простанывая ласковое прозвище Феликса, отчего блондин приходит в восторг и ещё больше насаживается на член мужа. Чонин не знает куда смотреть, внизу Чан, который делает ему охереный минет, старается и берёт как можно глубже, не забывая про мошонку парня и его дырочку, медленно проникая в неё смазанным от слюны пальцем. Слева от него Хёнджин, который с довольным лицом вальяжно раскинулся на кровати, толкаясь бёдрами навстречу рту Феликса, или смотреть всё же на блондина, который так хорошо отсасывает своему мужу, рассчитывая не меньше чем на золотую медаль, стонет и пускает слюни на член Хвана. Боже. Ебать. Можно кончить прямо сейчас. И желательно не один раз, что и делает Чонин. Когда он толкается сильнее в рот Чана, чувствуя, как член упирается в стенку его горло, то с протяжным стоном кончает. — Один готов, — комментирует Хёнджин смеясь. Чан же выпускает член младшего изо рта сглатывая всю сперму и отвечает. — Мой мальчик, может и не один раз. Так что ещё посмотрим, — подмигнул Чан, а как раз таки «мой мальчик» от не пойми откуда взявшегося смущения прикрывает лицо руками. — Боже, это было восхитительно, — комментирует Чонин. — Будет ещё лучше, — добавил Хван и хитро сощурился. — Бокки, отвлекись на секундочку от члена папочки и скажи Инни то, что хотел давно сказать. — Феликс выпустил член мужа изо рта и слюна блядски потянулась от его губ до органа старшего. — Инни, малыш, хочешь поиграть с моей попкой? — спросил Феликс, а Чонин шокировался во второй раз за это утро. Кажется, он занесёт этот день как один из значимых в свой календарь событий. Младший переглянулся с Чаном, тот тоже сначала удивился, но после расплылся в улыбке и одобрительно кивнул Чонину. — Сделай это для меня, дорогой, — Чан шепнул на ушко младшему, так чтобы услышал только он. Чонин порозовел и его глаза заблестели. Ему понравилась эта идея однозначно. Феликс продолжит облизывать член Хёнджина, но уже более активно начал вилять своей задницей. Чонин пристроился сзади блондина, а Чан позади своего мальчика. Один Хван лежал всё также на своём месте опять наслаждаясь хорошим обзором. Младший поначалу не смело, но потом войдя во вкус начал поглаживать упругие ягодицы Феликса, раздвигая две его половинки в разные стороны и любуясь тёмной и сжатой дырочкой старшего. Хёнджин вытянул руку и достал из-под подушки тюбик со смазкой и кинул на кровать рядом с Чонином. — Это тебе понадобится, сэр Инни. Сделай моему Бокки очень приятно, — подмигнул старший. Чонин как-то в моменте уже засомневался, а вдруг он сделает не так хорошо и Феликсу не понравится, но все сомнения рассеялись, когда блондин двинулся чуть назад потираясь своими ягодицами о член Чонина. — Инни, малыш, просто покажи мне как ты хорошо ко мне относишься. Мне будет этого достаточно. Смелее, — произнёс Феликс, он начал сильнее тереться о член Чонина, чтобы его раззадорить, и у него получилось. Младший опустил обе руки на талию Феликса и толкнулся вперёд, отчего старший снова быстро взял член Хвана в рот и принялся сосать тому, тихо постанывая. Чан протянул мужу смазку и выдавил на его пальцы прозрачную жидкость, Чонин раскатал её по своим пальцам и поднёс указательную фалангу ко входу Феликса. Медленно протолкнув первый палец внутрь он столкнулся с первым сопротивлением, а точнее с тем, что его палец буквально был обхвачен узкой дырочкой, такой тёплой и влажной, что Чонин прикусил губу и сам же простонал. Он начал двигаться внутри старшего, с каждым разом ускоряясь и проталкивая свой палец как можно глубже. — Мгх… Инни, ещё. Добавь ещё один, — простонал Феликс, на секунду выпуская твёрдый орган Хвана из своего рта. Когда Чонин добавил второй палец, старший ахнул и заглотил член мужа целиком на всю длину. — Ох, блять. Горловой. Бокки, ты не часто меня им балуешь. Надо почаще звать Банов на наше рандеву, да? — прокомментировал Хёнджин, а блондин приглушённо застонал, пуская ещё одну вибрацию по его члену. Чонин начал двигаться более уверено, пока Чан шептал ему на ухо разные развратные словечки, он ускорял движения своих пальцев трахая ими Феликса. Смазка вытекала из входа старшего и стекала по пальцам Чонина, отчего он старался собрать её и обратно наполнить ей блондина, медленно проталкивая третью фалангу. — Дорогой, ты так хорошо справляешься. Как тебе Феликс? Согласись, выглядит красиво, наверняка он очень влажный и горячий внутри, так ведь? — шепчет Чан на ухо Чонину, а сам положил руки на талию младшего, наминая его округлые бока. — Д-да, он очень приятный на ощупь, — протянул Чонин улыбнувшись. Он ускорился продолжая глубоко входить в Феликса своими пальцами и нащупал простату старшего. Найдя нужный угол он беспощадно начал таранить его, выбивая из блондина новые стоны. — Мхг… Ахмм, — всё что мог произнести Феликс с членом во рту, но он тоже старался показать младшему как ему приятно от его пальцев и принялся сам на них насаживаться, толкаясь чуть назад, глубже пропуская их в себя. — Блять, — простонал Чонин. — Фели… Твои стоны это что-то волшебное, — добавил он. — В тебе так хорошо. Феликс посмотрел исподлобья на Хвана и тот ему кивнул. Блондин высвободил свой рот весь в слюне и предсемени мужа и произнёс. — Инни, хочешь меня трахнуть? — Чонин замер, оставляя пальцы внутри старшего. — Дорогой, ответь Феликсу, он ждёт, — произнёс Чан целуя младшего в щёку. — Ты не против? — Чонин повернулся к мужу. — Первое: Я люблю тебя. Второе: Я сильно люблю тебя. И третье: Если моему мальчику будешь хорошо, я буду только счастлив, — старший погладил Чонина по макушке и младший потянулся к нему, чтобы поцеловать слишком жадно, показывая, что он всё ещё остаётся только его мальчиком. На пару минут они будто вынырнули из реальности, оставшись только вдвоём, но их прервал кашель со стороны. — Извините, мы тут не молодеем, — цокнул Хёнджин. — Нам уже тут всем за тридцатку, ну кроме тебя, сэр Инни, так что мы весь день не сможем развлекаться. Плохой мальчик, трахни моего ангелочка сейчас же! — звучало не агрессивно, но очень напористо, и все пришли в движение. Чонин огляделся, спрашивая контрацептивы у Хвана и старший достал их находящихся под той же подушкой под ним. Кинул в руки младшему и тот принялся разрывать пакетик, но его тут же прервали. — Не надо. Инни, я хочу почувствовать тебя всего, — Феликс пристыженно опустил голову вниз пряча глаза. — Папочка, разреши малышу сделать это без защиты, я доверяю ему. — Бокки, хорошо, но только потому что это Чонин, — ответил Хёнджин. — Как лестно, — подстебнул младший смотря на Хвана, на что тот сморщил свой нос и фыркнул. — Сейчас договоришься и… — И что? — Чан тут же подхватил их диалог, заступаясь за мужа. — Блять, сейчас я вам покажу, что будет, если меня никто тут не трахнет! — вскрикнул Феликс. Он вполоборота обернулся и резко засосал Чонина в губы с языком. Хван и Чан округлили глаза, пока их мальчики начали страстно целоваться, пуская в ход свои языки. Напоследок Феликс оттянул нижнюю губу младшего и слегка её пососал. — Инни, сделай это. Давай порадуем наших мужчин, — произнёс старший улыбаясь, на что Чонин кивнул ему и тут же нагнул Феликса. Старший был более чем готов, Чонин хорошо его подготовил даже не осознавая для чего, когда делал это в процессе. Чонин приставил головку ко входу и нетерпеливо толкнулся в мокрую дырочку, на что Феликс сильнее прогнулся в спине выпячивая свою задницу. Для Чонина это первый раз в роли актива, но он никак не растерялся, а наоборот показал всю власть над старшим. Он начал раскачиваться бёдрами, подаваясь вперёд, стоя на коленях и хватая Феликса за талию, чтобы удержать того на месте. Феликс ликовал в душе, принимая член младшего, он уступал в длине его мужу, но был толще, по ощущениям внутри него, и отлично его наполнял. Хёнджин ласково погладил мужа по макушке, а Феликс посмотреть из-под своих пышных ресниц на него, беря член Хвана снова на всю длину, и они оба простонали в унисон. Хёнджин от того, как губы младшего обхватывают его член и как внутри его рта влажно и горячо, а Феликс от того, что испытывал себя вдвойне сексуальней, потому сейчас он был максимально заполнен со всех сторон, блондин соврёт себе если скажет, что ни разу о таком не грезил. Он громко простанывает и пускает вибрацию по члену мужа, отчего тот дёргает бёдрами и поджимает губы, Феликс знает, что скоро тот не выдержит и спустит ему в рот однозначно. Блондин и сам уже был готов кончить. Чонин двигался размеренно, проникая глубоко и постоянно подстраивал удачный угол, чтобы максимально стимулировать простату Феликса, отчего тот просто сходил с ума и дрожал. Он знал как это приятно быть принимающим и чувствовать себя хорошо заполнеными, поэтому хотел сделать старшему очень приятно. Чан похвалил своего мальчика и шепнул ему на ушко. — Малыш, ты так хорошо справляешься. Так хорошо трахаешь, Фели. Думаю, он будет тебе очень благодарен. Посмотри как он разваливается у нас на глазах, такой покорный и просящий, — Чан укусил мочку уха Чонина и тот протяжно прошипел. — Да-да, я делаю это хорошо. Я очень послушный мальчик для своих хёнов, — прошептал в ответ Чонин. — Мне тебя вознаградить? Да? — спрашивает Чан и хитро строит глазки. — Что хочет малыш Чони. Скажи мне это вслух. — Хочу почувствовать и тебя… — протянул Чонин, когда особенно глубоко сделал выпад и хлюпающая смазка начала пачкать его пах и бёдра Феликса. — Какой ты ненасытный мальчик. Хорошо, я дам тебе то, что ты хочешь, ведь ты это заслужил. Чан берёт рядом лежащий тюбик смазки и льёт на свои пальцы, откидывает ненужную вещь в сторону, и приставляет пальцы ко входу Чонина, кружа около сжатого входа. Сейчас бёдра Чонина напряжены, так как он непрерывно делает выпады вперёд, стараясь трахать Феликса на совесть. Старший начал медленно массировать колечко мыщц, проталкивая первый палец внутрь. — Мхг. Ебать меня за- — Д-да, малыш. Тебя, именно тебя, я сейчас планирую выебать. — Чан добавил следом второй палец, начиная двигаться ими внутри, поглаживая влажные стенки и добираясь до простаты Чонина. — Чанни… Ещё, добавь ещё один, прошу, — взмолил младший. Комната наполнилась запахом пота и какофонией стонов, которые хотели как будто перестонать друг друга. Хван уже был на грани, ведь перед ним открывалась самая блядская картина в его жизни. Лучше чем в порно на экране телефона. Его дорогой Феликс старательно делает ему минет, плохой мальчик Чонин усердно трахает его мужа, в тот момент как Чан толкается пальцами внутрь Чонина. Боже. Просто дайте ему кончиться прям здесь в этой комнате среди самых дорогих ему людей. Хёнджин оргазмирует с протяжным стоном, напоследок глубоко толкаясь в горло Феликса, Чонин видит это и подхватывает инициативу, доводя блондина своей рукой и продолжая вбиваться в него сзади. Феликс не успевает толком проглотить сперму, как его накрывает собственный оргазм, и он кончает в руку младшего и немного на бёдра мужа. Блондин сильно сжимается обхватывая сильнее член Чонина внутри себя, и младший начинается неистово ускоряться, также как и Чан со своими пальцами внутри него. Чонин кончает третьим, резко выходя из Феликса и пачкая его белоснежную спину. Феликс валится на Хёнджина, оставшись полностью без сил. Чонина за локоть удерживает Чан, чтобы тот следом не свалился на парней. — Было весело, — тихо бормочет Хван. — Так, мы в вашу ванную, что на этаже, ничего не знаю. Хёнджин быстро вытирает своего мужа о простынь и берёт его на руки, чтобы отнести в ванную комнату. Прохладный отрезвляющий душ после такого пиздеца не помешает, а потом они уедут к себе домой, чтобы завалиться и доспать как нормальные люди в новогодние праздники. Чонин валится после ухода женатиков на постель и прикрывает глаза. — Малыш, нам бы тоже не помешало бы пойти помыться, — произносит Чан и шлёпает Чонина по правой ягодице, а тот ворчит как старый дед. — Нет, нет, давай. — Чан подхватывает младшего на руки и спускается вместе с ним на первый этаж. Уже находясь под тёплым душем, Чонин потихоньку начинает приходить в себя и анализировать происходящее. У них был групповой секс с женатой парой, при чём один из них лучший друг мужа, а второй его подчинённый — пиздец. Но с другой стороны как же ему было охеренно, что не передать словами. Он и не рассчитывал на ещё один такой подарок от мужа на Рождество. — Мх, Чан, а ты ведь так и не кончил, — подметил Чонин, стоя под струями воды и натираясь вместе с мужем. — Я кончил эстетически, смотря на всё, что происходило пару минут назад. Но такой ответ явно не устроил Чонина и он сполз на колени со словами: «Merry Christmas, Christopher», чтобы помочь старшему закончить начатое им же. Это Рождество, пожалуй, никому из пар не забудется ещё очень долго.

|The End|