Проклятье Ночи

18.10.20..;15 лунные сутки; полнолуние.

- …я имею в виду, что не могли же все они прийти пешком? Это далеко, даже для оборотня…. – я почти бежала следом за Герри. Мы пробирались по лесу ведомые лишь его чутьем, он говорил, что чует место встречи стаи и теперь шел очень быстро возбужденный полнолунием и предстоящим танцем стаи. Он резко остановился и я налетела на него, врезалась в его спину едва различимую в темноте. Герри развернулся ко мне, сгреб меня в объятия и зарылся мне в волосы. Меня окатило запахом теплого меха, сухих листьев и разогретых солнцем деревьев. Замерев, мы стояли так несколько минут. Я чувствовала бешеный стук сердца Герри, оно колотилось прямо над моим. Я шевельнулась и Герри глухо зарычал. Мое сердце пропустило удар и заколотилось как маленький резиновый мячик. - Герри… - прошептала я Он сжал меня крепче и медленно и громко выдохнул мне в волосы - горячее дыхание большого дикого зверя. Его пальцы впивались мне в тело. - Герри…- еще тише сказала я Его пальцы сжались еще сильнее. Я глубоко вдохнулась и задержала дыхание, потому что еще чуть-чуть и сорвусь в панику или истерику. Мое сердце колотилось как бешеное, его стук резонировал по всему телу и чем сильнее оно стучало, тем громче билось и сердце Герри. Я вовремя сообразила, что мое состояние, мой страх возбуждает его еще сильнее. Я дышала медленно и глубоко считая до десяти и обратно. Наконец, Герри отпустил меня. - Есть несколько стоянок, с которых стая добирается до места танца. – сказал Герри беря меня за руку. Его пальцы были лихорадочно горячими и казалось чуть дрожали. – Они куда ближе к городу, чем наша. Я просто хотел побыть с тобой подольше. Я сжала его руку в ответ и мы пошли дальше. Ночь была теплой, не смотря на октябрь. На мне были джинсы, кеды, под кожаной мотоциклетной курткой подаренной Герри – легкая клетчатая рубашка. Это было явно влияние Герри, я отказывалась от преобладания черного в моем гардеробе и позволила себе такую вещь как рубашка в бело-красно-черную клетку. И теперь рукав рубашки выглядывал из под манжета куртки, слабо белея в темноте ночного леса. Герри был в невозможно драных голубых джинсах, растянутой белой майке и такой же как у меня мотоциклетной куртке. Каждый его шаг сопровождало позвякивание цепей на остроносой обуви. Ковбойские сапоги. «Как у папы» - думала я каждый раз глядя на них. После этой вспышки – мы шли уже медленнее, продолжая держаться за руки. Герри сжимал мою ладонь, как будто это прикосновение могло спасти его. Спасти от этой ночи, от зова стаи, от его внутреннего демона-волка. Да-да, говорят, что это еще одно проклятье демона, но если бы кто-то помнил его историю, может и я бы могла ее рассказать, но демоны не поклоняются пресветлой богине Луне. А оборотни – да. Мы вышли на широкую просеку. Луна еще не взошла и висела едва только виднеясь над полосой леса далеко впереди, но мои глаза хорошо различили две группки людей впереди. С одной стороны просеки стояли оборотни, они стояли ближе к краю леса, приблизившись к деревьям и их волнение весело в воздухе. От них шло тепло и пахло прогретым солнцем лесом. С другой стороны, на открытом пространстве – стояли двое. Я сразу узнала неловкого и полноватого Джека – его походка и движения, и его рыжие как сухая хвоя волосы, бледно-голубая джинсовая куртка – яркие светлые пятна в темноте. И одетый в черное, будто облитый абсолютной тьмой Эйприл был рядом с ним. Он бродил с длинной палкой в руках и что-то чертил на земле. Мы с Герри подошли к ним и Джек радостно приветствовал меня. Он пожал наши протянутые руки мне и Герри. Эйприл кивнул Герри не отрываясь от своего занятия. Я подошла посмотреть, но не узнала рисунков – замысловатые линии и завитки, кресты и звезды – это явно был не простой рисунок, явно магия, но незнакомые мне черты. - Радевайся – приказал мне Эйприл. Моя рука дернулась, я схватилась за язычок замка куртки и остановилась. - Зачем? – спросила я. - Отдать мне долг. – коротко ответил мне Эйприл. Мне стало внезапно жарко, а потом холодно и снова бросило в жар. - Как..? прямо здесь? При всех? – спросила я полупридушенно. Джек захихикал, а потом отвернулся и засмеялся в голос прикрывая лицо ладонями чтобы заглушить смех. Я посмотрела на Герри, он тоже хмурился, а потом его лицо просветлело и он тоже захохотал откидывая голову назад. И в этом смехе таком открытом и веселом был тоже весь он. Радость жизни, тепло и любовь ко всему что его окружает. - Ты либо недооцениваешь меня, либо переоцениваешь себя. – сказал Эйприл и закончив свой рисунок отошел от него любуясь им со стороны – Но мы не будем оскорблять меня или тебя и сделаем вид, что я ничего не слышал. Насиловать тебя здесь никто не будет, пока ты сама этого не захочешь. И Герри и Джек снова рассмеялись, потому что я громко и облегченно выдохнула. Герри потрепал мне волосы и сказал: - Ты в надежных руках – он чмокнул меня в щеку и пошел на другую сторону просеки к стае. - Мне надо убедиться, что на тебе нет ни каких знаков силы или защиты. Это может помешать той магии, что я хочу призвать с твоей помощью, поэтому я прошу тебя раздеться – сказал Эйприл. Это было обоснованное требование. Нагота ведьмы – гарантия, что ничего не помешает магии. Я красноречиво посмотрела на него и Джека, а потом оглянулась на стаю. Они были не настолько далеко, чтобы не видеть меня. - Ты же ведьма – коротко заметил Эйприл. Да, яжеведьма/ofcourseimwitch/, а ведьмам не ведомо чувство стыда. Ведьмам не ведомо чувство стыда, еще каких-то полсотни лет назад мы танцевали голые на каждом ведьмином празднике и приносили жертвы Главе Общины такие же голые и бесстыжие, и прекрасные в своей наготе, как в первый день ведьминого творения. Я вздохнула и начала раздеваться. Один за другим предметы одежды легли аккуратно свернутыми на землю в нескольких шагах от прочерченного на земле магического рисунка. Я сняла нижнее белье и выпрямилась смело встречая взгляд Эйприла. Он обошел вокруг меня, пропустил мои волосы сквозь пальцы проверяя на амулеты в волосах, а затем коснулся ленты на моей шее. - Ты можешь ее снять? Я покачала головой. - Нет, но она не помешает – ответила я. - Что делает эта метка? – снова спросил Эйприл. - Я…она помогает мне сдерживаться – сказала я. Это была и правда и неправда одновременно. Но настолько, что даже опытный лжец не разберет. Эйприл тряхнул волосами перебрасывая часть с одного плеча за спину и указал мне куда встать среди узоров. - Если это помешает…- тихо сказал он – и что же надо сдерживать медиуму? Потомственный медиум, который не умеет контролировать свой дар? Я промолчала. Я встала ровно в центр рисунка и Эйприл подал мне маленькое зеркало в черной рамке. Оно было тяжелым и я начала разглядывать его. Это было безумно старое зеркало – его рамка и ручка были вырезаны из черного дерева и кости, кое-где узоры раскалывали глубокие трещины. Я посмотрела на свое отражение и за моей спиной скакнул в сторону маленький и ярко-белый кружок луны. Я опустила зеркало и обернулась. Луна все также всходила над лесом. Она еще едва касалась своим краем верхушек деревьев, и явно не могла быть прямо над моей головой, как это отразилось в зеркале. - Вау – коротко сказала я. Эйприл кивнул и скомандовал: - Повернись спиной к луне, подними зеркало на уровень глаз и лови луну.       Я сделала как он сказал. Луна постоянно выскакивала из отражения, я вертела зеркалом из стороны в сторону пытаясь поймать ее. - Ты должна видеть ее одновременно со своим отражением. Не ворочай зеркалом, двигайся сама. Это должен быть танец. «Танец ведьмы с луной» - подумала я. - Джек! – коротко скомандовал Эйприл когда я наконец поймала луну и ее отражение перестало ускользать из зеркала и линии нарисованные Эйприлом вспыхнули. Колдовство началось. Я знала что делать. Каждая ведьма знает это. Каждая женщина. Я коснулась пальцем лунного кружка в зеркале и потянула тонкий серебряный луч. Он задрожал в моих пальцах. Я потянула медленнее. Прислушиваясь к биению своего сердца, к его простому и спокойному ритму я вытянула на выдохе сначала один луч, затем еще, и так, почувствовав ритм своего сердца я повернулась вытягивая следующий луч. Так, раз за разом я с коротким взмахом у моих ног оседала все новая и новая серебряная нить из лунного луча. - Хватит. – сказал Эйприл и я опустила зеркало. - Сложи их сюда – и он кинул к моим ногам ту самую коробочку с чашей Гигеи и полумесяцем. Я присела собирая нити и накручивая их на маленькие деревянные катушки. Джек погасил огонь, как только последний луч был пойман и я не боялась обжечься случайно коснувшись рисунка. Эйприл носком ботинка нарушил границу узора и сила его спала. Я вышла к нему и Джеку и отдала футлярчик с нитями. Джек покраснел, но не отводил уже от меня глаз. - Это было красиво, первоклассно! - восторженно сказал он. - Спасибо. - я улыбнулась и отойдя к своей одежде стала одеваться. Стыд и неловкость - это и правда совсем не ведьмины чувства – настоящие шабаши мы проводили голышом. Мы танцевали и колдовали не скрывая своей наготы. И сексом занимались тоже открыто. Потому что под взором нашей прародительницы, нашей пресветлой богини Луны – мы ее дети и мы любимы и безгрешны. - Это было незабываемо – сказал Джек – я ни разу не видел до этого, как ведьмы достают лунные нити. Мы с Джеком пошли по ночному лесу к его домику. Пока я одевалась Джек пригласил Эйприла провести ночь полнолуния у него в гостях. Отдать дань традиции предков и отпраздновать эту ночь так, как делали на протяжении тысячи лет ведьмы – с вином и закусками. - Пожалуйста, Эйприл – прошептал Джек. - Раз это дань традициям, то ведьмочка тоже должна быть приглашена. Я краем глаза успела заметить как Джек глянул на меня, а потом кивнул: - Конечно. Само собой разумеется. Его голос сочился патокой. Провести ночь полнолуния с собратом магии - это тоже, одно из забытых традиций магии, не только для оборотней, для ведьм полнолуние тоже священно. Мы все дети богини Луны. Мы поклонялись и молились ей веками, тысячелетиями. И только последнее столетие все меньше связывало всех нас с древностью и устоявшимися традициями, мы больше не танцевали голые на праздниках урожая, не летали на шабаши, не проводили полнолуние вместе. Теперь совместные ведьминские праздники сильно напоминали ночные пикники куда приносили приготовленную заранее еду и напитки. Домик Джека был сложен из крупных плохо обработанных бревен. Как будто его строили наспех. Вековые обросшие мхом сосны и дубы закрывали его от леса создавали прохладный влажный сумрак за домом. Мы вышли к нему не сразу. Через просеку и по почти невидимой в темноте тропе, мы шли под далекий волчий вой не менее получаса. Но оно стоило того. Мой первый праздник полнолуния. Мои родители никогда не отпускали меня одну. И никогда не оставались сами. Только подносили дары и мы покидали место праздника и мне оставалось лишь гадать, что там происходило дальше среди костров, между с ног до головы одетыми в обычную человеческую одежду ведьмами и колдунами. В этот раз я тоже увижу немного? Около дома Джека стоял раскладной стол для пикников, небольшой угольный гриль. Джек попросил меня присесть у стола, пока он подготовит все. Я присела. От дома Джека, с того самого места, где был стол открывался невероятный вид на залитую луной поляну. Дом находился как на возвышении, и прямо как на ладони лежала ровная круглая площадка. Она была со всех сторон окружена лесом и была будто создана для праздников луны. Ни одна тень не касалась ее центра. Джек вынес скатерть и я встала забирая у него ее из рук. Джек кивнул соглашаясь принять мою помощь и вернулся в дом пока я расстилала скатерть. Потом я расставляла тарелки и соусы, а Джек уже стоял у угольного гриля и первые куски мяса шипели на решетке. Одурманивающий запах мяса уже плыл в воздухе, и даже у меня, приученной не есть после полуночи – заворчало в животе. - Джек...? - неуверенно начала я когда первая порция мяса легла на блюдо. Мы не были единственными живыми душами в лесу и вскоре недалеко от нас зажглись в темноте леса внимательные голодные волчьи глаза. Я приблизилась к Джеку и потянула его за рукав: - Джеэээээк? - Смотри, что сейчас будет. - кивнул Джек в сторону волков. Я вцепилась в рукав его куртки и застыла глядя в темноту леса. Из темноты между деревьями вышла пара волков. Они стояли помахивая длинными и взлохмаченными как щетки хвостами и наблюдали за нами. Прошло не больше минуты, как один из волков зарычал и бросился к нам. Но не успел волк добежать до нас, до границы лунного света, как поднялась высокая стена огня и обожжённый волк взвизгнул и покатился жалобно скуля по земле сбивая пламя. Джек рассмеялся зло и воскликнул: - Тупые шавки! И так каждый раз! Я отошла и присела на пластиковый раскладной стул глядя на светящиеся волчьи глаза. Волки бегали там в лесу влекомые запахом мяса, но после того, как один из них подпалился и они зализали его раны - никто больше не решался приближаться. Когда мясо было готово, Джек присел за стол и предложил мне угощаться – на столе были булочки, картофельный салат и тарелка с кексами. Я покачала головой. Запах паленой шерсти отбил мне аппетит. - Как хочешь – пожал плечам Джек и тут же впился зубами в толстенный ломоть говядины щедро политый соусом. Я отвернулась от Джека и как раз вовремя, чтобы увидеть как стая появилась на поляне. Волки бежали и рассаживались кругом, как если бы заранее договорились об этом. И еще большим удивлением было увидеть, как один из волков пробежал поляну и направился прямиком к нам. На его спине, крепко сжав ногами бока и держась за шерсть – сидел Эйприл. Волки-оборотни были значительно крупнее своих немагических сородичей. Может, размером с пони. И взрослый человек вполне мог воссесть на спине у оборотня. Среди шерсти на шее волка поблескивал ошейник с вплетенной в него черной лентой и я узнала вожака. Он не добежал до нас совсем немного, чувствуя ту границу, за которой его ждет огненная стена, он остановился и прилег, застучав хвостом. Эйприл слез с его спины потрепав взвизгнувшего от восторга волка и пошел к нам. - Джек – тихо сказал он. И Джек вскочил к нему навстречу. Джек взял Эйприл за руку и провел к дому. Как до этого он сделал это со мной. Огненная полоса защищала дом надежно, и только рука хозяина дома была безопасным паролем для тех, кто хотел к этому дому подойти. Эйприл присел на стул на противоположной стороне стола от Джека. Я оказалась по левую руку от него, потому что он сел к поляне лицом и спиной к домику. - Смотрите что будет – Эйприл привлек наше внимание к стае. Я развернулась на стуле, чтобы полностью видеть поляну. Сначала оборотни бродили по кругу, казалось, что в этом не было ни какой системы, просто прогулка по осенней траве. Но вскоре некоторые из них закружились. Я затаив дыхание наблюдала как то один, то другой прыгали через спины друг друга будто играя в салочки, но это не была игра, это начался уже их танец с луной. Один за другим, но волки начали вливаться в общее движение – кто-то бежал по кругу, когда другие бежали на встречу и перепрыгивали их. Они бегали и скакали образуя сложносплетение черных, серых и белых тел. Их лапы мелькали в воздухе и я видела серебрянные всполохи каждый раз, когда какой-то волк взмывал в воздух - Луна пресветлая – прошептала я. Это же была магия. Их магия. То, что чувствовалось рядом с ними, то, что превращало их в животное – материализовалось и светилось теперь серебряными яркими вспышками, и серебряными полосами. Затем они разбились на кучки, и прижавшись головами друг другу продолжили кружить, а в центре образовавшегося круга стояла серая фигурка. То, что эта волчица, я поняла потом, после того как она завыла, из стаи вышел волк и покрыл ее. Я опустила глаза и посмотрела на свои колени и сложенные на них руки. - Это большая честь быть свидетелем такого – сказал Эйприл – ты должна видеть все. Я покачала головой. - Это всего лишь традиция – сказал Эйприл. А я думала – а Герри тоже учавствует в этой «традиции»? - Закончилось, можешь смотреть – сказал Эйприл и я подняла глаза и увидела что теперь стая покидала поляну. Один из волков остановился в далеке и посмотрел в нашу сторону. Я подняла руку помахать и хвост качнулся в ответном жесте. Волк ушел. Мы повернулись к столу и Джек снова спросил не хочет ли кто мяса. Эйприл поморщился. - Ты знаешь, что я не ем мяса. – легкий упрек и Джек тут же покраснел, он вскочил и убежал в дом. Я проводила Джека взглядом. Эйприл сел уперев локти на стол и положив на скрещенные ладони подбородок посмотрел на небо. Я проследовала за его взглядом – он смотрел на луну. Джек вернулся неся широкую тарелку из черного стекла и поставил ее прямо перед Эйприлом. Тот оживился усаживаясь ближе к столу и беря первый ломтик яблока с тарелки. Джек принес ему фруктовую нарезку. - Ну? – Эйприл улыбнулся подавая знак застывшему рядом с ним Джеку. И тот смущенный своей невнимательностью извлек будто из воздуха винную бутылку. Эйприл протянул стакан и держал его, пока Джек воевал со штопором. Наконец-то темная жидкость заполнила бмажный стаканчик наполовину и Эйприл кивнул в мою сторону. Джек налил и мне. Последним он налил себе и уселся с поднятым стаканом в руках. - За встречу, за традиции – сказала Эйприл тост и протянул стакан чтобы коснуться его краем моего стакана. Джек опередил его движение коснувшись его стакана своим. - За традиции – сказал он краснее и затем оба посмотрели на меня. - Мне нельзя пить – покачала я головой. - Ты же совершеннолетняя- сказал Эйприл. И я поколебавшись взяла стакан и отсалютовав им двоим сказала «за традиции» и сделала первый глоток. Вино было сладкое. Я не в первый раз пила алкоголь и сделала несколько маленьких глотков пытаясь понять свои ощущения от вина. И мне определенно нравилось. Я осушила весь стакан и потянулась за бутылкой. - Посмотри, наша хорошая девочка собирается напиться в первый раз – сказал Эйприл обращаясь к Джеку и я смутившись поставила уже наполовину наполненный стакан на стол. - нет, ты продолжай – Эйприл улыбался наблюдая за мной. Его стакан стоял перед ним и вина там было ровно столько же сколько и было с самого начала. Я покраснела опуская глаза. Я была как подросток впервые сбежавший от родителей на взрослую вечеринку. Я чуть было не напилась до чертиков. Джек не смотрел на меня, он мрачно залпом выпил свой стакан и налил себе снова. И снова опустошил свой стакан. Затем он долил остатки и выпил их тоже. И когда он заговорил, я поняла что он нализался: - А вот давно хотел спросить – обратился он ко мне – вы же ведьмы не покидаете родителей до свадьбы, какого проклятья ты здесь делаешь одна? Я вздрогнула и уставилась на него. - Я не хочу ничего сказать, но почему ты одна? – Джек махнул стаканом в воздухе – Это вызывает определенные вопросы и подозрения, так ведь, Эйприл?       Эйприл сидел сощурившись глядя на Джека и покачивал в руке стакан с вином. Еще чуть-чуть, и оно начало бы плескаться за края. - Какого…вот… почему ты собственно сюда приехала – снова спросил Джек. Он не мог настолько быть пьян, подумалось мне. - Я жду своих родителей, они приедут позже. – сказала я краем глаза отмечая реакцию Эйприла. - Откуда приедут? – Джек чуть привстал. - Из другой общины – ответила я. - И что же заставило вас искать другую общину? Какого проклятья вас мотает по стране? А? – Джек стукнул по столу – вы же медиумы, если у вас проблемы с главой прошлой общины, какого проклятья вам сюда тащиться? Эйприл, вот что ты скажешь когда они приедут? Зачем здесь нужны медиумы с проблемами? - Я скажу им: «добро пожаловать!» - холодно сказал Эйприл, и встал взмахом руки пресекая дальнейшие слова Джека – одна бутылка вина и паршивые разговоры – это то, ради чего ты пригласил меня? Джек смотрел на него снизу вверх и я видела как медленно с его лица сбегает краска. Он чудовищно побледнел и веснушки на его лице проступили как чернильные пятна. - Нет…- тихо прошептал Джек на остатках дыхания – я не этого хотел… я все исправлю… И он встал и в окнах домика загорелся теплый свет и тут же раздался свист чайника. - Пожалуйста, будьте гостями в моем доме. Я повесила куртку на крючке на стене за дверью, стянула кеды и нырнула в большое кожаное кресло. Кресло было старое, кожа потрескалась в некоторых местах и мои беспокойные пальцы тут же нашли такую трещину и погрузились в нее чтобы незаметно расковырять ее. Ногти тут же забились из-за слоившегося наполнителя, но это успокаивало меня. Лучше обивка, чем мои собственные пальцы. Была у меня дурная привычка грызть и ковырять свои ногти в момент большого стресса. И это был один из них. Дом Джека был небольшим – в нем было всего две комнаты, одна большая гостиная совмещенная с кухонькой и маленькая спальня за закрытой дверью, которая скорее просто угадывалась. В центре гостиной стоял кофейный стеклянный столик с огромной трещиной через всю столешницу, а вокруг него уже мебельный гарнитур из большого дивана и двух кресел. В одно из них я и села поджимая под себя ноги, второе было накрыто грязным пледом с прожжёнными дырами по всей поверхности. Эйприл остановился на пороге и плавным движением плеча дал короткому меховому пальто сползти прямо в руки Джеку стоявшему у него за спиной. Джек послушно подхватил его и повесил на вешалку рядом с моей курткой. Его джинсовая куртка повисла поверх моей. Эйприл сел на диван устраиваясь как можно более комфортно, одна из кожаных подушек отправилась ему под поясницу и он откидываясь на спинку дивана перекинул через нее свои волосы. Джек принес и со стуком поставил на столик темный керамический заварник, затем принес чашки и поставил их передо мной, Эйприлом и одну рядом с чашкой Эйприла, собираясь сесть рядом с ним. Затем из-за маленькой двери, вероятно кладовой, Джек вынес пирог со взбитыми сливками. Чем весьма обрадовал Эйприла. Тот сразу потянулся к пирогу и кончиком пальца смахнул крем и отправил его себе в рот. Он закрыл глаза смакуя крем и кажется даже застонал от удовольствия. Джек налил чая, принес блюдца для пирога и нож. Он отрезал узкий треугольник пирога и положив его на блюдце передал его Эйприлу. Видно было что Эйприл едва сдерживает свою радость – его глаза сверкали когда он смотрел на пирог и едва Джек передал ему блюдце, сразу ухватив кусочек пирога отправил его себе в рот. Едва крем коснулся его языка, как Эйприл закрыл глаза отдаваясь своему удовольствию. И я и Джек наблюдали за ним. Выражение его лица выдавало истинное блаженство сладкоежки. Джек отрезал вторую порцию не дожидаясь просьбы и положил ее Эйприлу на тарелочку. Затем посмотрел на меня. Я покачала головой. Мне не хотелось показывать руки, ногти на которых были теперь залеплены обивкой кресла. Старый поролон был липким и противным, как будто его пожевал тролль. Эйприл запил свое удовольствие чаем и посмотрел на Джека блестящими, будто пьяными глазами: - Спасибо, Джек, ты порадовал меня. Джек покраснел от этой похвалы и сжал кисти рук между колен опуская свое довольное и счастливое лицо. Он угодил Эйприлу. Эйприл положил ему левую руку на затылок, а правой погладил Джеку лицо заставляя того смотреть на него. Глаза Джека вспыхнули, и из счастливого его взгляд тут же стал умоляющим. - Эйприл – прошептал Джек. Эйприл долго смотрел в глаза Джеку, а затем он подул ему в лицо и поцеловал в уголок рта. Джек ахнул. Я завороженно смотрела. Когда кто-то из участников шабаша решает сблизиться – это тоже, мать ее, традиция, и нет в ней ничего постыдного, даже если это мужчины, но, проклятые ведьмы, я не была готова к такому. Я бы вскочила и убежала, не будь это тогда оскорблением наших традиций. Эйприл еще раз поцеловал Джека и отпустил того, и Джек растекся по дивану прикрывая глаза одной рукой, а промежность другой. Эйприл встал и перешагнув через ноги Джека, полулежавшего-полусвисавшего с дивана подошел ко мне. Он протянул мне руку и я повинуясь первому импульсу положила свою ладонь в его. Эйприл потянул меня и я встала, как на пружинках и незаметно протерла другую руку о джинсы сзади, пытаясь убрать липкий поролон. Я встала и между мной и Эйприлом оказалось чудовищно мало пространства. Я смотрела ему в глаза и чувствовала как его дыхание касается моей кожи. - Отдадим дань традициям? – спросил он. Я молча едва заметно кивнула. Но и этого было достаточно. Эйприл повел меня к двери спальни, когда мы заходили, я обернулась и увидела как колюче блестят глаза Джека из под опушенной на них руки. - Ему есть чем заняться без свидетелей – коротко ответил Эйприл заметив мою заминку. Он закрыл за нами дверь. В спальне Джека было темно. Если в гостиной был теплый свет от горевших то там, то керосиновых ламп, то эта комната кажется была пуста. Единственное окно было закрыто плотной шторой из под которой едва пробивались тонкие лунные лучи. Я потянулась к стене найти выключатель. - Во всем этом доме нет электричества. – сказал Эйприл. Он все еще держа мою руку провел меня в темноте к кровати и матрас чуть скрипнул подо мной, когда я присела. Я слышала как шуршит одежда Эйприла, почувствовала как едва примялось покрыло – он забрался с ногами на кровать и сел прямо в ее центр. Я села напротив него. В темноте появилось свечение. Тусклый и теплый свет проходил из сложенных лодочкой рук Эйприла. Я вгляделась и свет становился ярче – Эйприл раскрыл ладони и на них оказался светящийся шар. Его света было достаточно чтобы осветить наши лица и кровать накрытую пестрым лоскутным одеялом. - Луна моя богиня – прошептала я. – Что это? - Коснись его – предложил Эйприл и я потянулась и пальцем коснулась светящегося шара. Он был теплый и его поверхность была проницаема – кончик моего пальца провалился в светящуюся глубину. - Это что-то вроде лампы – сказал Эйприл. Он толкнул шар и тот взлетел над нами и поплыл в воздухе. Я сидела задрав голову и некоторое время наблюдала его полет – по круговой траектории светящийся шар проплыл над нашими головами и будто встретив невидимое препятствие поплыл в другую сторону, уже по прямой. - Я никогда раньше не видела ничего подобного – сказала я. - Я научу тебя, это легко. – сказал Эйприл – сложи ладони вместе. Я снова протерла руки о джинсы и сложила их так, как до этого они были сложены у Эйприла. Я подняла на него глаза – продолжай, говорил мой взгляд. - Собери тепло между ладонями. Представь, как теплый шар появляется у тебя в руках. И представь как он растет, чем больше он – тем больше должны раскрыться твои ладони. Я попыталась представить как теплый светящийся шарик растет. Я пристально смотрела на свои сомкнутые ладони, но света не появлялось. - Ты слишком напряжена – сказал Эйприл протягивая свои руки к моим. Он заключил мои ладони в свои, и я почувствовала как наши руки превращаются в чашу тепла. Тепла и света. Маленький шарик светился у меня в руках. Я подбросила его и он сначала завис в воздухе, а потом медленно полетел над нами едва различимо мерцая. - Это все ты – сказала я. - Тогда он был бы ярче и больше – ответил Эйприл и уже потянулся поцеловать меня, как я отпрянула назад выставляя ладонь перед ним. - Подожди – сказала я – пожалуйста, расскажи мне о своей силе. Я остановила его потому что прежде чем меня снова накроет похотью, я хотела узнать откуда ноги растут у этой его способности. Я испытала уже однажды это на себе и теперь увидела, что на Джека это подействовало совершенно также. Разве что Эйприлу не пришлось обмениваться с ним слюной. Эйприл откинулся назад на вытянутые руки и из под густых ресниц посмотрел на меня. - Ты хочешь чтобы я рассказал о себе? – спросил он. Я нервно вцепилась самой себе в волосы, закрутив вокруг пальцев одну длинную прядь. - Да, конечно, это же интересные и редкие способности… Эйприл вздохнул: - Опять разговоры – он вытянулся на кровати и сложив руки на груди уставился на крохотный светящийся шарик – это дар моего отца. Эта способность у меня есть благодаря ему. - Это наследственное? - Нет… - покачал головой Эйприл. Я молчала, ожидая продолжения. - Тогда как? – спросила я. Я подползла и села рядом заглядывая ему в глаза. Эйприл встретил мой взгляд и его глаза засветились – его зрачки засияли как две маленькие луны. Я снова вздрогнула и поддалась немного назад. Эйприл сел и наши глаза оказались на одном уровне – все его лицо заливало темнотой, такой густой и непроглядной, что оно пропадало в ней. - А это уже наследственное – сказал он. Мне стало страшно. Эйприл поднес запястье к своему лицу и во мраке сверкнули тонкие и длинные клыки – он прокусил себе запястье и кровь тут же полилась. Он подставил под первые капли сложенную чашей ладонь и дал крови стечь туда. Затем лизнул рану и та сразу закрылась. Темнота ушла с его лица, но глаза продолжали светиться и я завороженно смотрела в них, парализованная, я боялась двинуться. Даже чуть глубже вздохнуть. Он предложил мне кровь. - Это будет лучше слов – Эйприл указал мне на лужицу крови в его ладони и поднес ее к мои губам. Я послушно коснулась ее языком, лакая кровь как кошка. Он поднес ее ближе заставляя меня выпить ее. Всего пара глотков вкусной, чертовски хорошей крови. Он слизнул остатки и поцеловал меня. Во рту смешалась кровь и слюна. Эйприл закрыл глаза и я повторила за ним отдавая себя темноте. А дальше, дальше было то, что бывает когда ведьма или кто другой из нашего мира пробует чужую волшебную кровь. Пока мы стягивали с друг друга одежду дрожащими от похоти руками – я виденье за виденьем узнавала что он был такое. И был он – демоном. Чем отличались демоны от ведьм? Они были не просто сильнее, не просто искусней владели магией или силой, не просто легче исцелялись от ран. Демон – это чудовище, ночной кошмар, настоящий ужас и ему полагалось выглядеть и действовать так. Демоны меняли свой облик, когда того хотели. И это был не просто звериный или получеловеческий вид, это была другая форма существования, с другими способностями, физиологией и разумом. Демон обладал не соизмеримой с ведьмой силой и по-настоящему ужасающим обликом. И Эйприл был из числа таких. Кровь принесла с собой видения. С волной прошибающего насквозь ужаса поднялся перед моим внутренним взором огромный многоголовый змей. Черная чешуя переливалась и горела, блестели черные жемчужины на головах змея, и золотые глаза исполинской рептилии смотрели на меня. Я коснулась его прохладной гладкой чешуи и гармония мира снизошла на меня, я почувствовала покой и умиротворение – весь мир был безопасен, весь мир был в порядке, потому что этот мир, гармония мира и вселенной покоилась на его головах. На его головах держались галактики и бесчисленные миры, боги отдыхали в его тени и были эти боги всем довольны и чешуя змея вибрировала в космическом непостижимом человеку или ведьме ритме. Все было в порядке пока он был здесь. И я тоже была в порядке и безопасности, пока была рядом. Затем одна из голов коснулась раздвоенным языком моей головы, коронной чакры и видение изменилось, а с ним изменилась и я. Теперь я тоже была змеей, блестящей и скользкой. Мое гибкое тело было покрыто прозрачно-белой чешуей, жемчужно-нежной. И мы сплетались друг с другом, срастались чешуей в одно сильное и гибкое змееподобное тело, черная змея и белая. Такого не бывает между людьми, такого не бывает между ведьмами, такого вообще не должно быть со мной.