Есть и другая жизнь

Гермиона подъехала к Поместью Малфоев. Особняк был просто огромен. В нем было четыре этажа и две небольшие башни. Также при особняке был сад с павлинами. К сожалению, Гермиона не смогла все подробно рассмотреть, так как на улице царствовала ночь, и соответственно, была непроглядная тьма. Поместье было недалеко от особняка девушки, поэтому она доехала до Малфой-мэнора за каких-то двадцать минут. Да, гриффиндорка именно доехала, она не решилась полетать. Встретили ее высокие черные ворота с ковкой в виде буквы «М». Девушка уже привыкла к этому, поэтому усмехнулась. Гермиона аккуратно, чтобы не задеть что-либо платьем, вышла из машины. Воздух был прохладный. Август в Уилтшире был не очень-то теплым. Температура колебалась от семнадцати до двадцати градусов. Гриффиндорка забыла спросить у Финта, как закрыть машину, вследствие чего оставила её открытой, но наложила противоугонное заклинание. Девушка подошла вплотную к воротам, вытащила из-за пояса палочку и тихо произнесла: - Алохомора. Ворота открылись, но с небольшим скрипом. - Малфои даже ворота починить не могут, - хмыкнула Грейнджер. Девушка направилась вдоль по аллее к особняку. Красота этого места поражала. Гермиона никогда не могла подумать, что в столь прекрасном месте могут вырасти такие люди, хотя это зависит не от обстановки, а от воспитателей. Гермиона вошла в особняк. Здесь было тихо и пусто. Слава Мерлину, на стенах были свечи, освещающие все помещение. Все было таким загадочным и таинственным. Аристократическая мебель в черных тонах, старые золотые статуи, черный деревянный пол и лестница, ведущая наверх, не очень-то радушно приняли гостью. Но вскоре послышался топот ног, а через минуту перед Гермионой появился домовой эльф Малфоев. Эльф был гораздо выше Финта, у него были маленькие злобные глаза, крючковатый нос и длинные уши. - Доброй ночи. Что Вам надо, мисс Грейнджер? Зачем Вы пришли к нам в такое позднее время? Грумблер должен сообщить об этом хозяину, - проворчал эльф. - Нет, нет, нет, - опешила его гриффиндорка. - Сообщи об этом Драко Малфою. - Грумблер не может, мисс. Грумблер должен сообщить главному хозяину. - Сначала Драко, - настаивала девушка. - Сначала хозяин, потом уже Драко Малфой, - спорил домовой эльф. Никто из них двоих не заметил, как над происходящим наблюдал сам Драко Малфой. Он стоял на лестнице, впиваясь глазами в гриффиндорку. - Прекрасно, - холодно сказал блондин. Гермиона прекратила дышать на несколько секунд, боясь спугнуть Малфоя. Затем она посмотрела на лестницу. Блондин был одет в черный бархатный халат, волосы его были растрепаны, а на подбородке выступала небольшая щетина. Впервые гриффиндорка видела Драко таким неухоженным, но ей показалось, что он не потерял былую заносчивость, нахальность и аристократизм. - Грумблер, иди, - приказал Драко. - Но, хозяин… - хотел возразить домовой эльф. - Иди, - громче и яростнее крикнул Малфой. - Да, хозяин, - покорно поклонился Грумблер и поплелся за лестницу. Теперь взгляд Драко упал на Гермиону. - Итак, Грейнджер… Вижу, ты опять решила влезть туда, куда тебя не звали. Опять любопытство. Убирайся, - сказал Малфой наигранным сухим голосом. Ему было не все равно. Он был рад приходу девушки, но его не могло что-либо выдать. Его глаза были бесстрастными, лицо не выражало эмоций. - Я сказал вон! Но Гермиона не собиралась сдаваться. Она не хотела, чтоб ее труды пропали зря. - Малфой, выслушай меня, - приказала девушка, - Почему ты не пришел тогда? - Не твое дело, - рявкнул парень. - Моё. Из-за тебя я не смогу играть в квиддич до конца шестого курса, понимаешь?! – Но для гриффиндорки это не было важным. Её гораздо больше интересовала сама причина, почему Драко не пришел. - Ты не поймешь! - Пойму! Обещаю! Драко выдохся. После «обещаю» он больше не мог притворяться. Блондин уронил пару слез, провел по волосам рукой, сел на ступеньку, схватился за голову и стал судорожно качаться из стороны в сторону. - Я не… Это отец. Иначе он бы убил всех. Меня, мать, отца. Если бы я не… - сказал Драко нервным голосом. Гриффиндорка сразу подбежала к парню и села рядом, она обняла его одной рукой, а другую положила к нему на колени. - Успокойся, - повторяла девушка. - Он приказал мне убить. Я теперь один из них. Гермиона понимала, что сейчас не время для расспросов. - Все хорошо, - успокаивала она. - Нет! – вскрикнул Малфой и резко встал, - Ты не понимаешь! Темный Лорд приказал мне убить его! Сначала Гермиона не поняла, кто такой Темный Лорд, но после она ужаснулась. Все фрагменты сложились воедино. Она встала и посмотрела в глаза Драко. - Нет, - прошептала Гермиона. Но Драко ее не услышал. Он поднял левый рукав, и девушка увидела черную метку. - Нет… - повторила девушка. Блондин быстро закрыл метку рукавом. - Да. Темный Лорд приказал мне убить Дамблдора. - Нет, - похоже, что скоро Драко придется успокаивать Гермиону. - Есть выход. - Выхода нет, - прошептал Малфой и крепко обнял Грейнджер. - Никто, кроме Темного Лорда не знает заклинания против Черной метки. Затем Драко поймал на себе хитрый взгляд Гермионы. - Нет, Гермиона, нет, - взмолился Драко. - Да. Я должна принять метку. *** С того момента, как Гермиона приехала в поместье Малфоев, прошло два дня. Теперь девушка стоит здесь рядом со столом в своем красном платье, а вокруг нее ходит Волан-де-Морт. За столом сидят Пожиратели смерти. Четыре месяца тому назад гриффиндорка даже не могла подумать, что сейчас она будет стоять здесь и принимать Черную метку. Драко Малфой сидел за столом рядом со своей матерью. Он старался не выдавать своё волнение, но все же пристально смотрел то на Гермиону, то на Темного Лорда. Малфой хотел убить Волан-де-Морта. Хотел убить его за то, что происходило. Его любимая Гермиона собирается принять Черную метку, собирается стать Пожирателем Смерти. А все это ради Драко. Он бы винил себя, но характер не позволял. Настал тот момент, когда храбрая Гермиона должна была принять метку. Все-таки она настоящая гриффиндорка. Храбрая девушка со смелым и благородным сердцем. Волан-де-Морт что-то тихо шептал ей на ухо. Девушка ощущала его зловонное дыхание. Её тошнило от Темного Лорда, тошнило от того, что она будет выполнять его приказы, что ей придётся подчиняться ему. И вот началась церемония. Тот-кого-нельзя-называть, наконец, встал прямо перед Гермионой. От него пахло кровью. Девушка старалась не вдыхать этот запах, она старалась не дышать. Вокруг ее ног ползала Нагайна. Гриффиндорка закрыла глаза, она не хотела видеть то, что скоро будет происходить. - Открой глаза, - приказал Темный Лорд Гермиона невольно, но все-таки открыла глаза. Она понимала, что если она ослушается, то ее убьют. - Так-то лучше, - ухмыльнулся Волан-де-Морт. Тот-кого-нельзя-называть достал свою волшебную палочку. Затем он небрежно и с огромной силой дернул левую руку Гермионы и прикоснулся палочкой к предплечью, шепча: «Морсмордре». Теперь уже Драко закрыл глаза, но не только из-за того, что теперь у Грейнджер на руке есть метка, но и из-за жуткой жгучей боли на том месте, где располагается метка. Малфой открыл глаза и посмотрел на мать, Нарцисса спокойно сидела и смотрела на происходящее. Это безумно бесило слизеринца, но он ничего не мог поделать. Гермиона тихо стояла. Теперь у нее на руке есть Черная метка. Она предала не только Гарри Поттера, но и весь Волшебный мир. Только сейчас девушка поняла, что натворила. Из-за любви к Драко она вероломно изменила всему, во что верила раньше. Она чувствовала, будто её прежнее яркое и светлое сердце постепенно обволакивалось черной и темной змеей. - А теперь мне нужно узнать… Насколько ты мне преданна и насколько ты жестока, - глаза Темного Лорда лукаво сощурились. Сердце девушки замерло. «Что он может предложить мне? Убить кого-либо, украсть что-нибудь или…» - Драко, встань, - приказал Волан-де-Морт. - Выйди сюда. Драко Малфой нервно глотнул воздух, сжал руки в кулаки и вышел из-за стола. Гермиона растерялась. - Замечательно, иди сюда, - спокойным голосом звал Малфоя Темный Лорд. - Гермиона, теперь ты подойди ближе к Драко. Грейнджер подошла ближе. - Гермиона, используй на нем Круциатус, - приказал он. У гриффиндорки перехватило дыхание, сердце бешено забилось, одна незаметная слеза упала на деревянный пол. Она перевела взгляд с Волан-де-Морта на Драко. Тот дрожал от страха перед болью. В его серо-голубых глазах можно было прочитать испуг, сожаление и мольбу о пощаде. Но несмотря на это, Драко повел себя по-другому. Он еле заметно, беззвучно прошептал что-то губами. Гермиона прочитала по его губам «Давай». По тем губам, которые три месяца назад целовали ее, она прочитала согласие на пытку. Девушка трясущейся рукой вытащила волшебную палочку из-за пояса и навела ее на Драко. На несколько секунд ее взгляд упал на родителей Малфоя. Нарцисса чуть ли не плакала, она понимала, что если помешает Гермионе, то соответственно пойдет против Лорда, а пойти против Лорда – смерть. Люциус гораздо спокойнее относился ко всему. В этом отношении он был тряпкой. Его сына собираются пытать непростительным заклинанием, а он уставился в пол. Грейнджер снова перевела взгляд на парня. Теперь в ее голове звучало лишь его «Грязнокровка». Может, так ей будет легче это сделать? Нет. Ничуть не легче. - Круцио, - невольно вырвалось из уст Гермионы. Уже через долю секунды Драко рухнул на пол, корчась от боли. Его душа рвалась на мелкие частички. Он страдал, но Гермионе это не приносило никакой радости. Неизвестно, кому было хуже. Драко хотел кричать, но он не мог. Он или не хотел ранить этим девушку, или просто ему не давала боль. Боль не только физическая, но и моральная. Все жуткие воспоминания, все потери, утраты, вся грусть, зависть, злость, гнев – все сейчас было направлено против него. Все то негативное, что он когда-либо испытывал по отношению к другим, сейчас проникало в него. Это все острым ножом нещадно ранило его душу. Слизеринец бился в конвульсиях, он, словно змей, извивался на полу. На лице были наижутчайшие гримасы боли. Гермионе приходилось смотреть на страдания Драко. Два или три года назад ей было бы все равно на него и на его муки. Сейчас она разрывается от ненависти к Волан-де Морту и от пыток Драко. - Стоп! – крикнул Темный Лорд. Гермиона сразу убрала палочку. «Отлично. Теперь у меня есть один повод отправиться в Азкабан и получить поцелуй дементора». К сожалению, она не могла подбежать к Драко и поцеловать его, дотронуться до него, обнять его. Это могло бы не только раскрыть их план, но и просто взбудоражить Пожирателей Смерти. - Да, мой Лорд, - Гермиона буквально выплюнула эти слова. Ей хотелось, чтобы Тот-кого-нельзя-называть подавился ими. Теперь взгляд девушки был обращен на Волан-де-Морта. Она просто не могла смотреть на Малфоя. Ей было стыдно и жалко. Стыдно, что она впервые по-настоящему полюбила человека, которого только что по-настоящему пытала. Так девушка не страдала никогда. Ей не приходилось истязать дорогих ей людей. А теперь ей приказали сделать это с Драко Малфоем. Приказали пытать его «Круцио». Слава Мерлину, Темный Лорд не приказал ей убить его. Хотя он бы не посмел. Нарцисса бы точно помешала. Гермиона ожидала услышать хоть чего-нибудь от Пожирателей Смерти. Каких-нибудь возражений или протестов. Но всем, кроме Нарциссы, было откровенно плевать на происходящее здесь. Всех заботила только своя шкура или то, как лучше подлизаться к Волан-де-Морту, чтобы он не сделал с тобой то же самое, что и с Драко, или просто не убил. - Теперь ты Пожиратель Смерти, - сказал Темный Лорд.