Небо и земля Хелги-Воланты

      Описывая сражение с пиратами Генриха Эвери, я упоминал, что перед абордажем неплохо бы обстрелять вражеское судно из всех калибров, иначе потерь в челноках не избежать.       Времени провернуть что-нибудь этакое не было. Но и гробить абордажные команды капитан Гиммельфарб не собиралась. Она провела рискованный манёвр, который в случае неудачи мог привести к гибели не только еретиков, но и всех нас в том числе. "Пентакль" пролетел вплотную к "Стиксу". Длинное маневровое крыло флагмана Пустынных Странников превратилось в огрызок, корабль еретиков получил рваную рану на брюхе, но главное – на такой короткой дистанции противокосмическая оборона отработала не лучшим образом и большая часть челноков с пиратами добралась до цели. А ещё до цели добрались десантные капсулы с самым опасным оружием в этой звёздной системе.       Каплевидные механизмы ударились в искорёженную обшивку "Стикса", вонзили фиксирующие крючья, а потом развили такое усилие, чтобы вплотную прижаться к поверхности. Мелта-резаки вскрыли броню по периметру, а орудийные установки разрушили и отбросили обломки внутрь.       Вслед за обломками на палубах "Стикса" появились они.       Ангелы Смерти.       Котар, Авраам и остальные Пустынные Странники ворвались в двигательный отсек и принялись убивать всё, что движется. Скорее всего, большая часть экипажа – рабы, но перед абордажной командой стояла задача не спасти невиновных, а нанести столько урона, сколько возможно, пока не началась контратака, и их не вышвырнули восвояси.       Поднимался и опускался фламберг, – по волнистому лезвию струилась кровь. Котар даже не включал силовое поле, – и без него кромсал искажённых варпом мутантов в грязном тряпье безо всяких усилий.       Аврааму кормить демона кровью и душами не нужно было. Его силовой меч сверкал в полумраке и заставлял нечестивых падать ниц, только бы заслужить прощение.       Их усилия тщетны.       Пустынные Странники, наступающие вслед за Драконом и Львом, довершали разгром под кровожадный рокот цепных мечей и топоров, свист стали и хруст костей.       Ни одного сгустка плазмы и даже выстрела из болтера, – стоило приберечь боезапас, так как неясно, насколько затянется абордаж и кто может встретиться на затемнённых палубах "Стикса".       Контрудар настиг Странников в тот момент, когда они уже заминировали генераторы, питающие основные двигатели звездолёта.       Неофит, который стоял ближе всех к Аврааму, получил несколько болтов в голову. Один снаряд укоротил декоративные металлические крылья, другой попал в лоб, но не пробил броню, а вот третий угодил в правую линзу и разорвался внутри черепа.       Авраам пригнулся и первым делом, конечно же, отдал команду на подрыв. Не хватало ещё погибнуть, так и не справившись с задачей.       Мелта-бомбы расплавили механизмы генераторов, прекратили бесконечный бег роторов и переток энергии к двигателям. В помещении погас свет, и Авраам предположил, что энергетическая система корабля взаимосвязана и не выдержала резкого падения мощности. Но на дальнейшие размышления времени не оставалось, – болт-снаряды свистели со всех сторон.       Ворвавшиеся в отсек десантники выглядели следующим образом…       Да, я понимаю, было темно и ничего не видно, кроме дульных вспышек болтеров, отливающих синевой преобразователей плазменных винтовок и огненных столбов, вырывающихся из мелта-оружия. Если писать с точки зрения Авраама или Котара, то выйдет не очень понятно. Они пользовались встроенными в шлемы тепловизорами и приборами ночного видения, – там картинка не сказать, что чёткая. Но я с вами, и сейчас опишу противников подробнее.       Десантники из банды "Пылающей Погибели" – выходцы из легиона Железных Воинов. И, в отличие от любых других архиеретиков и мерзавцев, предавших человечество, они всё ещё сохраняли прежнюю структуру и дисциплину.       Содранная с жертв кожа, гниющая плоть и кости не висели на доспехах этих воинов. Если у кого-то и были какие-то украшения, то следующие: рога неведомых зверей или даже чудовищ на шлемах и наплечниках, вываренные и обработанные известью черепа в качестве налокотников и наколенников, инкрустация золотом ободов и контуров снаряжения у воинов побогаче и жёлто-чёрные полосы, нанесённые краской, у тех, кто беднее.       Преимущества еретиков – внезапность и возвышенность. Они находились на мостиках, нависающих над зоной с энергетическим оборудованием.       Преимущество наших героев – Котар Ва-кенн. Среди врагов псайкера не было, и они об этом очень хорошо знали, поэтому тут же сосредоточили огонь на громаде в терминаторских доспехах. И ладно бы обстреливали только болт-снарядами, – их броня Котара отражала без проблем, – но в его сторону уже полетела плазма.       После прямого попадания Котару пришлось выставить псионический щит, а в это время попытаться стащить с головы расплавленный шлем, – металл залил линзы визора. Вот так трудишься над украшением доспехов, делаешь из них настоящее произведение искусства, а враг не ценит. Котар стащить шлем не смог, сорвал расплавленный респираторный блок и деформированный наличник. В единственном глазу теперь полыхало такое пламя, которое не способен выдохнуть ни один огнемёт, ни одна плазма с мелта-ружьём.       – Смерть предателям! – провыл Котар.       На беспрестанную стрельбу он ответил огромным огненным шаром, который разорвался на позициях вражеских десантников, словно хорошая такая авиационная бомба. Многих еретиков раскидало кого куда, и Авраам выкрикнул:       – Врукопашную!       Первый враг на его пути только поднимался и тянулся за выпущенным оружием, когда Авраам изрешетил его из болтера. Перезаряжать не было времени, Авраам примагнитил болтер к пояснице, обхватил рукоять меча двумя руками и встретился лицом к лицу со вторым еретиком. Сверкающая синевой грань клинка ударилась о точно такую же, но отливающую алым. Враг выше и сильнее, он надавил на меч так, что Авраам едва не упал на колено.       Из респираторной решётки рогатого шлема донеслись следующие каркающие слова:       – Сейчас ты сдохнешь, пёс!       Авраам рискнул, поддался, ослабил натиск, – вражеский меч срезал броню с наплечника, словно не крепчайший металл, а масло, спалил рукав комбинезона, обжёг плечо. Но зато Авраам оказался сзади и словно бы совсем незаметно ткнул еретика остриём в затылок. Тот упал на колени парализованный, а Авраам ещё раз взмахнул мечом и обезглавил его.       Авраам едва обернулся, чтобы встретить следующего противника, когда получил мощный пинок в живот и упал на спину. Еретик занёс над головой плотоядно ревущий цепной топор, но его оружие улетело в сторону вместе с отсечённым руками, когда на помощь пришёл Котар. Еретик даже взвыть не успел. Котар выбросил вперёд раскрытую ладонь, – изувеченного воина сбило с ног и переломало кинетической волной. Шар, слепленный из плоти и керамита, сшиб с ног десантника, который бился с Барухом, и тот, воспользовавшись случаем, добил противника из болт-пистолета.       Сражение стихло.       Десантники подобрали оружие, боеприпасы и гранаты павших, а потом продолжили абордаж. Неважно, получил ли кто рану, увечье или даже погиб, но работу следовало довести до конца. Слишком многое в это мгновение зависело от них.