14
28 июня 2023 г., 17:39
Виктория поскребла вилкой по дну банки с рыбными консервами и поддела ещё один лакомый кусочек. Разжигать огонь всё ещё было слишком опасно, поэтому ели холодное или вообще всухомятку. Пусть еретики растеряли своих титанов и рыцарей, но до сих пор могли накрыть артиллерийским обстрелом или снайперским огнём. Не говоря уже о том, что ни одно штурмовое подразделение до сих пор не встретилось с вражескими космическими десантниками.
Виктория покончила с консервами и бросила банку в угол к пленным. Первую неделю наёмники вообще никого не брали в плен, и лучше бы всё оставалось так же, – кормить их ещё.
Однако у командования свои резоны, и Виктория даже немного понимала их. Офицеры из штаба рассчитывали на то, что уничтожение шагоходов ударит по морали, и еретики начнут массово сдаваться. А как же им сдаться, если в плен не берут?
Так или иначе, Виктории даже смотреть в ту сторону было неприятно, – слишком много друзей и подчинённых она потеряла во время штурма и продолжала терять изо дня в день.
Она перевела взгляд на соратника, наёмника по имени Станислас. Он примерял обновку, – композитную броню, позаимствованную у мёртвого еретика. Большинство защитников столицы были снаряжены и подготовлены скверно, но встречались и специалисты, внушающие уважение. С одним таким подразделением тяжёлой пехоты Виктория сражалась весь вчерашний день, пока не вмешался Нераж и ещё несколько рыцарей Дома Ареос.
Не просто отдельные щитки, которые объединялись друг с другом и крепились на тело ремнями, эта композитная броня больше напоминала сложный механизм, мозаику. Её пришлось собирать по частям от разных комплектов, и Станислас так и не нашёл себе шлем. В армированном стеклопластике лицевого щитка обычно пережжённое отверстие, а то и несколько.
– Банты не забудь, – проговорила Виктория. – Иначе мы сами тебе жопу подпалим.
– Конечно, серж, – отозвался Станислас.
Он сделал несколько махов руками, приподнял одну за другой ноги, удовлетворился ощущениями и начал завязывать яркие тряпки на рукава.
Виктория поднялась, подошла к окну и встала так, чтобы оставаться в тени. Звезда уже вот-вот покажется из-за горизонта, и наёмников, скорее всего, заметят. Виктория открутила колпачок с фляжки и выпила воды.
Она оценила печальную картину за окном. Разбитые дороги, покосившиеся столбы, дома, которые можно было сравнить с восставшими мертвецами. Причём с такими мертвецами, которые погибли однажды очень мучительно, а после того, как выбрались из могил и отправились искать живых, попали под грузовик.
Виктория вернулась к вопросу, куда же исчезли мирные жители. Всех всё равно не превратить в солдат по щелчку пальца, а раздавать оружие и бросать в бой без подготовки даже опасно.
И снова вопрос без ответа, а поэтому Виктория натянула маску-респиратор, а потом отдала команду с помощью встроенного вокс-передатчика:
– Подъём.
Из-за высоких потерь и частых обстрелов наёмники перешли к тактике малых групп. Виктория разбила остатки взвода на тройки: стрелок, гранатомётчик и боец с тяжёлым стаббером. На такие крохотные отряды враг обычно снаряды жалел, если и обстреливал, то только из миномётов. Конечно, несчастливой троице, скорее всего, конец, если они зайдут на укреплённую позицию, но нет худа без добра, – потом по этой позиции отработают танки или рыцари.
Так наёмники и прочёсывали квартал за кварталом.
Виктория – стрелок. Трофейного оружия много, на любой вкус, но она отдавала предпочтение верному лазерному ружью. И без того спала без задних ног, – попробуй побегай весь день со снаряжением почти в двадцать килограммов. Напарникам сложнее, – оружие и боеприпасы тяжелее, – не говоря уже об отделениях огневой поддержки. Те ребята – вообще самые грустные люди на свете. Как говорится, "тяжёлый болтер" – это не полное название. На самом деле он – "пиздец какой тяжёлый болтер".
Просвистела пуля.
– Ложись! – скомандовала Виктория.
Наёмники упали там, где стояли, а потом перекатились за почерневшие и ржавые остовы автомобилей, которые стояли здесь, наверное, уже лет десять. Наёмники спрятались за капотами, – пули обычно пробивали всё, кроме двигательного отсека.
Виктория достала планшет и посмотрела, кто поблизости и может ли этот кто-то помочь. Экипаж танка под названием "Боксёр" ответил на зов и выдвинулся к цели.
Виктория тем временем жестами попросила напарника приподнять каску над укрытием. Естественно по сигналу, чтобы засечь дульную вспышку, если такая будет. Всё-таки у некоторых вражеских снайперов наёмники находили очень даже неплохие винтовки с пламегасителями и глушителями.
Боец нацепил каску на ствол тяжёлого стаббера и приподнял, чтобы из-за капота торчала только макушка. И, казалось бы, как не заметить рядом такую хитрую Викторию в ярком костюме наёмника Хокберга? Однако всё наёмники Хокберга уже были серыми и по уши грязными, сливались с мрачной окружающей действительностью.
Выстрела не последовало, и Виктория прикусила губу, – ушёл, – но потом жестом попросила напарника поднять каску выше и вообще подвигаться туда-сюда.
Выстрел раскрутил каску, а главное, – Виктория увидела, откуда он был сделан.
Раздался рёв двигателя, и показался приземистый корпус "Тритона", экспортной модификации лёгкого колёсного танка с Нагары. Броня усилена, вместо автоматического орудия 100-мм пушка, – совсем неплохо, если нужно разобрать снайперское гнездо.
– Так, – в наушнике раздался усталый голос командира танка, – что тут у нас?
– Бей по наводке, – отозвалась Виктория, высунулась из укрытия и послала в цель яркий лазерный луч.
– Ага, понял, – произнёс танкист, – сейчас достанем пидора.
Верхний этаж здания, откуда еретик вёл огонь, тут же разлетелся вихрем битого кирпича.
Не попали из лазерного ружья? Попробуй теперь увернуться от снаряда.
"Тритон" сделал ещё пару выстрелов, а потом командир танка сказал:
– Всё, удачи, я погнал.
"Тритон" сорвался с места и отступил задним ходом, а наёмники тем временем поспешили укрыться в соседнем здании. И пусть ответа в виде артиллерийского удара не последовало, но безопасность – прежде всего.
Так и шла зачистка Каерфорка.
Тяжёлая, выматывающая работа.
