Little Moments/Маленькие моменты

      Король вошел в тронный зал в сопровождении своего всегда серьезного эскорта.       Гэндальф знал, что Трандуил все еще не простил его за гномов и дракона. И народ сильвана тоже не стал бы его прощать, потому что во всем неизменно следовали примеру своего короля. Скорее всего, Трандуил вообще удовлетворил просьбу только потому, что она исходила от Радагаста.       Как ни странно, но королю эльфов нравился Радагаст. Возможно, это было из-за того, что волшебник нравился Леголасу.       Хотя не было произнесено ни слова, по тронному залу прокатился смех. Волшебник знал, что Радагаст мог слышать голоса деревьев так же хорошо, как и любой лесной эльф.       К его огромному разочарованию, Леголаса нигде не было видно. Но это не означало, что у Трандуила не было поддержки.       Вокруг него были защитники, такие же как любой волк или койот в лесу. Даже намного опаснее.       Некоторые эльфы сидели на ветвях или корнях, которые росли повсюду, некоторые сидели на ступенях, ведущих к трону, или на самой платформе. И в отличие от любого короля, которого Гэндальф когда-либо видел раньше, Трандуил позволил одной эльфийке прислониться к подлокотнику своего трона, в то время как другой эльф бездельничал в свободном кресле Леголаса, свесив свои длинные ноги через подлокотник.       Но Трандуилу не нужен был трон, чтобы быть могущественным. Для него трон — это просто стул. Медведь может укусить вас даже если не находится в своем логове.       Гэндальф задавался вопросом, пришла ли стая просто посмотреть, как их король разговаривает с ним, или здесь всегда было так оживленно. Его многое интересовало в Лесном королевстве, но в основном он задавался вопросом, какими они были на самом деле, когда рядом не было чужаков.       Трандуил вообще использовал свой трон, когда общался со своим народом? Или его встречи проходили более неформально? Или, возможно, деревья донесли бы до него проблемы еще до того, как у эльфов появился бы шанс.       Хотя Леголас много говорил, он всегда уклонялся говорить о своем доме.       — Радагаст, — сказал Трандуил вместо приветствия, — ты забыл упомянуть кое-что, или, скорее, кое-кого, в своем сообщении.       Гэндальф, как и было велено, держал рот на замке.       — Неужели? Должно быть, это вылетело у меня из головы. Я всегда что-то забываю или путаю. Ты же знаешь как это бывает.       Трандуил раздраженно покачал головой и поднял руку, приказывая ему помолчать.       Гэндальф едва мог поверить своим глазам, даже у Сарумана не хватило терпения на Радагаста.       Затем король перевел холодный взгляд на него. Гэндальф задумался, была ли в этих глазах когда-нибудь теплота, или они всегда вызывали обморожение.       — У тебя должна быть веская причина прийти сюда, Митрандир.       — Я пришел от имени Гондора, королевства людей…       — И какое нам дело до королевств людей, когда им нет никакого дела до нас? — перебил его Трандуил, становясь еще более грозным. — Если только они чего-то не хотят.       — Это всего лишь небольшая услуга.       — Это всегда «небольшая» услуга.       Радагаст подошел на несколько шагов ближе к трону, он был гораздо смелее, чем Гэндальф.       — Когда Некроманта изгнали из Дул Гулдура, он вернулся в свой старый дом в Мордоре.       — Какое это имеет отношение к нам?       — Он продолжал использовать яд паука для оружия орков.       Эльфы, молча, переглянулись. Эльфийка, что прислонилась к подлокотнику трона, выглядела так, как будто хотела что-то сказать, но передумала после взгляда короля.       — И что же тогда тебе нужно от нас, Митрандир?       — Я знаю, что давным-давно вы разработали противоядие, которое может спасти жизни как эльфов, так и людей. Я слышал о том, что вы спасли людей Лейктауна и Равенхилла.       Трандуил просто смотрел на него, не мигая, поэтому волшебник продолжил:       — Я прошу вас дать мне рецепт, чтобы я мог поделиться знаниями, которые помогут облегчить их страдания. Я прошу вас сжалиться над теми, кто испытывает те же страдания, что и ваш народ.       — Мы можем дать рецепт, но он не принесет вам пользы без растения, из которого получено противоядие.       — Тогда вы можешь сказать мне, где…       — Растение растет глубоко в горах и в других не менее темных и проклятых местах. Добраться туда не так просто. Мы сами туда не смогли бы попасть без проводника.       Гэндальф собирался заговорить снова, но Радагаст положил руку ему на плечо, чтобы успокоить.       — Я понимаю, что ты хочешь сказать, король Трандуил.       Выражение лица короля чуть смягчилось, и он почти незаметно кивнул в знак согласия.       — Так уж случилось, что мы живем глубоко внутри горы, и благодаря поразительной самоотверженности и заботе наших садовников нам удалось вырастить в небольшом саду эти растения.       Радагаст посмотрел на него одновременно с восхищением и шоком.       Небрежно Трандуил поднял руку и положил ее на спину эльфийки, которая прислонилась к трону.       — Ава, иди и принеси два здоровых растения и несколько семян.       Судя по встревоженному выражению ее лица, эти растения были драгоценными.       — Вы уверены?       — Иди.       Не говоря больше ни слова, она соскользнула с подлокотника, быстро сбежала по ступенькам и ловко запрыгнула в объятия другого дерева. Трандуил несколько мгновений следил за ее передвижениями, а потом он перевел взгляд на эльфа, развалившегося в кресле Леголаса.       — А ты, Фарлен, можешь получить рецепт у Роуэна.       Эльф исчез так же быстро, но без жалоб.       Затем Трандуил повернулся к посетителям.       — Вас это устраивает?       — Да, спасибо.       — И, Митрандир?       — Да?       — Эльф по имени Эльруан погиб ради этих растений. Его мать очень скучает по нему, и наши залы пусты без его музыки и песен. Он был добрым, сильным и отзывчивым. Позаботься о растениях так, как того заслуживает его жертва.