***
Арвен вышла из-за угла, чтобы посмотреть, что случилось, и обнаружила, что ее новый друг пытается убрать голыми руками осколки стекла. В процессе порезав их. — Нет, остановись! Прекрати! Ты причиняешь себе боль! — воскликнула она, побежав к нему. Леголас посмотрел на нее со слезами на глазах, но остановился. — Я не хотел разбивать ее. Я пытался открыть окно и помочь моему другу. Арвен посмотрела на окно и увидела застрявшую между створок ветку. — Все в порядке, Леголас. Не волнуйся, мой отец не рассердится на тебя. Он жалобно шмыгнул носом. — А что, если рассердиться? Что, если он никогда не позволит мне вернуться? Арвен сомневалась, что ее отец разозлится. Особенно когда они расскажут, по какой причине разбилась статуетка. Но ведь Леголас был принцем, так что, возможно, он знал то, чего не знала она. И она хотела, чтобы он вернулся снова, с ним было очень весело и, наконец, у нее было подкрепление против ее братьев. — Тогда я скажу отцу, что это я разбила ее. — Ты бы сделала это? — Да. Я скажу ему, что я разбила фигурку, а ты поранил руки, пытаясь все убрать. Я даже попрошу его помочь твоему другу, который застрял в окне. — Правда? — Ради тебя, конечно.***
— Леголас, ты можешь это сделать? Он бросил на нее возмущенный взгляд и завернулся в одеяло. — Почему я должен это делать? — Потому что я вежливо попросила, и ты любишь меня. Он усмехнулся. — И что? Попроси своего мужа, он тоже тебя любит. — Пожалуйста. У меня только что родился ребенок. — Ты родила почти пять лет назад. Эта отговорка больше не работает. Арвен закатила глаза, а затем скрестила руки на груди и строго посмотрела на Леголаса. Но он только посмеялся над ней. — Ты не должна так хмуриться, милая Вечерняя Звезда. Твое лицо может застыть в такой гримасе. И тогда нам придется называть тебя «Хмурая Звезда». — Мне напомнить тебе о стеклянной фигурке? Леголас застонал, а затем со вздохом соскользнул с дивана и встал. — Моя жизнь была бы намного спокойней, если бы Элронд просто вышвырнул меня в тот день. Арвен мило улыбнулась. — Возможно. Но твоя жизнь не была бы такой веселой. — О, это, безусловно, так. Но думаю, ты забыла, что тебе пришлось умолять своего отца отпустить тебя в Гринвуд. Поскольку он был убежден, что нам было «слишком весело» вместе. Арвен просто снова пожала плечами. Когда он подошел к двери и бросил на нее сердитый взгляд, она только мило улыбнулась. — Спасибо! Я люблю тебя! — Нельзя шантажировать тех, кого любишь! — Можно, если речь идет о тебе или моих братьях!