Гарри Поттер и один выбор решает всё

      Ночь с 31 октября на 1 ноября 1981 года выдалась крайне непогожей. Дул сильнейший ветер, во многих графствах Англии шёл дождь.       Седовласый джентльмен с длинной бородой внезапно появился на тихой улочке магического посёлка Годрикова Впадина. Мужчина быстрым шагом прошёл к неприметному белому коттеджу, как вдруг наткнулся взглядом на полосатую кошку с отметинами вокруг глаз: — О, Минерва. Добрый вечер. Я знал, что встречу вас здесь. Вы слишком проницательны, профессор Макгонагалл, чтобы верить слухам.       Кошка мигом превратилась в даму весьма почтенных лет. На ней была длинная зелёная мантия, а в руке она сжимала деревянную палочку: — Добрый вечер, Альбус. Да, я только прибыла. Все говорят, что Тот-Кого-Нельзя-Называть сгинул, и убил его никто иной, как маленький мальчик, сын Лили и Северуса Снейпов. Скажите, так ли это? — профессор Макгонагалл требовательно взглянула на старика. — Да, профессор, как бы то ни было, но Волдеморта, — Дама вздрогнула. — действительно убил Гарри Снейп. — А Лили и Северус? — Для того мы с вами сюда и прибыли, чтобы узнать, как всё случилось. — и директор решительно направился к дому, во дворе которого они находились.        Ночную тишину прерывали завывания поистине Хэллоуинского ветра, вся окружающая природа говорила о том, что случилось что-то значимое. Что-то, изменившее мир. Но вот как и на какое время — пока непонятно.        Раздался громкий стук, и Альбус Дамблдор стал ожидать ответа. Дверь открыл черноволосый крепкий молодой человек лет двадцати-двадцати пяти. Его поза говорила о полной боевой готовности, взгляд — о намерении разорвать любого нежданного гостя, а в руке на изготовке маг сжимал волшебную палочку. — Здравствуйте, Северус, — поприветствовал юношу Дамблдор. В ответ он услышал лишь полное пламени: — Какой подарок получил Гарри Снейп от директора Хогвартса на свой первый день рождения? — Игрушечного слонёнка, который который мог трансфигурироваться в любое животное по желанию ребёнка, — как ни в чём не бывало ответил старший чародей. — За Минерву я ручаюсь лично. — Добрый вечер, профессор Дамблдор, профессор Макгонагалл, — уже более спокойно выдохнул хозяин дома. — Прошу, проходите.        Юноша впустил гостей внутрь. Прихожая просто кричала о недавнем сражении: в некоторых местах мебель была опрокинута, рамки от колдографий выбиты. По-видимому, чете Снейп было не до уборки, в настолько серьёзном положении они находились. — Спасибо, Северус. Как миссис Снейп? Кстати, где она? — Они с Гарри наверху, в детской. Малыш вот уже третий час не может успокоиться после выброса магии. — Выброс магии у годовалого младенца?! — ошарашенно вскинула брови профессор Макгонагалл. — Но… Это же практически невозможная ситуация! Магическое ядро ещё не до конца сформировано… — Боюсь, Минерва, — прервал её Дамблдор, — это именно и есть реакция мальчика на сильнейший стресс, который ему пришлось испытать. При таких генах у Гарри очень сильная магия, и при перегрузке нервной системы её становится слишком много для такого малыша.        Троица поднялась на второй этаж, когда из комнаты вышла молоденькая девушка с огненно-рыжими волосами и изумрудными глазами, держа на руках маленький орущий свёрток. Пережитый ужас на ней отразился куда сильнее, чем на её муже: растрёпанные волосы спадали с её плеч крупными локонами, под глазами пролегли чёрные тени, а вся она, казалось, была подвержена мелкой дрожи. Лишь неугасимый изумрудный блеск в заплаканных глазах выдавал в ней совсем ещё юную, практически не пожившую девушку. — Профессор Дамблдор, профессор Макгонагалл, — кивнула она им. Не успел Альбус опомниться, как на обгон ему кинулась коллега: — Лили, милая, Боже мой! Как ты себя чувствуешь? Давай я подержу Гарри, ты хоть присядешь ненадолго. — Спасибо, профессор, не надо. Гарри и так сегодня мягко говоря перенервничал. Боюсь, пребывание в чьих-либо руках, кроме матери, не пойдёт ему на пользу, — она вымученно улыбнулась своей наставнице и подруге, которая всегда была готова помочь в трудную минуту. — Приветствую, Лили, — подошёл к ним Дамблдор. — Здравствуй, Гарри. — Мальчик на секунду замолчал, а затем продолжил кричать. В разговор вмешался молчавший всё это время Северус: — Я прошу прощения, но, Лили, давай-ка ты сейчас всё-таки попробуешь уложить нашего маленького сорванца, незачем его так перегружать, а я пока предложу гостям чай, — Он жестом пригласил профессоров в гостиную.        Последующие десять минут прошли в гробовом молчании. Северус разлил гостям чай, и как только все уселись за столом, к компании присоединилась миссис Снейп: — Приятного аппетита, — пожелала она и села рядом с супругом. Последовала недолгая пауза, а затем: — Итак, — нарушил всеобщее молчание старший маг. — давайте всё-таки проясним, что произошло. Лили, Северус?       Лили судорожно глотнула и посмотрела на мужа — сейчас, как и всегда, вся её опора была только на него: — Кхм, — прочистил горло Снейп, — Дело развернулось следующим образом: я был в кабинете, разбирал документы, а Лили укладывала Гарри спать. Как вдруг, одна Бомбарда во входную дверь, и мне всё стало ясно. Призвав заранее заготовленные яды и крикнув Лили, чтобы держала Гарри при себе, я кинулся вниз. Я встречал его множество раз, но никогда ещё моё отвращение к этой твари не было так сильно. Магическая дуэль длилась минут десять. Я использовал все яды и изобретённые заклинания, что у меня только были. Мне удалось довести его до слабеющего состояния, но силы на магию у него ещё были. В этот момент очень некстати вышла Лили, дабы проверить, жив ли я. Я замешкался. Этой секунды Лорду хватило, чтобы выпустить Аваду усиленной версии. Здесь-то и началось. После увиденного у Гарри случился сильнейший неконтролируемый выброс магии. Яркая вспышка с пронзительным воем заполонила всю прихожую, а затем Лорд исчез. Испарился в чёрный дым на ровном месте. Я полагаю, что вспышка, вызванная Гарри, отражала всю идущую магию. По-видимому, в Лорда ударила его же Авада. — Хм, — нахмурился директор, — А повлияло ли это как-то на Гарри? — Да, — тихо произнесла Лили, но, почувствовав поддержку мужа, усилила тембр голоса. — у него шрам в виде молнии на лбу. Первое время он кровоточил, и, скорее всего, приносил Гарри немалую боль, так как малыш не мог успокоиться несмотря на все болеутоляющие зелья. — Можем ли мы взглянуть на мальчика, Лили? — Да, конечно. Только очень тихо.       Все присутствующие маги прошли наверх в детскую комнату. Вдали от входа, у окна стояла белая решётчатая кроватка, а в ней спал маленький мальчик, над которым склонились четверо волшебников. — Бедное дитя! — прошептала Минерва, — Альбус, можно ли что-то сделать с этим? — Я думаю, лучше не стоит, Минерва. Шрамы могут сослужить хорошую службу. У меня вот, например, шрам над левым коленом — в точности схема Лондонской подземки. — Помолчав немного, Дамблдор вышел из комнаты и прошёл к камину в гостиной: — Что же, не смею больше вам мешать. Северус, Лили — кивнул он хозяевам дома, — Минерва, ты со мной? — Нет-нет, я доберусь сама, спасибо. Доброй ночи, Альбус. — Что же, как хочешь. Северус, — обратился он к стоящему неподвижно слизеринцу, — подумай о месте преподавателя зельеварения в Хогвартсе. Зелья, способные вырубить Лорда, это вам не хухры-мухры. Всё, не смею больше задерживать. Профессор Макгонагалл, мистер и миссис Снейп. Доброй ночи всем. — Доброй ночи, профессор Дамблдор, — хором отозвались присутствующие. И, кинув в камин: — Покои директора Хогвартса, — седовласый волшебник шагнул в зелёное пламя. — Я пойду, пожалуй, проведаю малыша — удалилась Лили. — Северус, думаешь, он действительно сгинул? — обратилась к сыну Минерва. — Нет, мам, он вернётся. Он лишь временно утратил оболочку. Он вернётся и попытается убить моего сына… Твоего внука, — Ониксовые глаза встретились с зелёными.        Северус давно стал называть Минерву матерью, буквально через год после смерти Эйлин. Тогда профессор взяла слизеринца под свою опеку и стала воспитывать, как собственного сына. С Эйлин Принц у неё были достаточно тёплые отношения, она знала, что приятельница одобрит её решение. Официально усыновлять Северуса она не стала, всё-таки до совершеннолетия парня оставалось каких-то три года, но жить его взяла к себе. Тобиас Снейп не особо переживал из-за исчезновения сына, поэтому проблем не было. Северус с Минервой так и не стали официально объявлять об изменившихся отношениях, но все близкие им люди, такие, как, например, Хагрид или Лили, и так всё знали. Профессор Макгонагалл была рядом с сыном и на выпуске из Хогвартса, и на свадьбе, и в день рождения внука. А как она переживала, когда он согласился стать шпионом Ордена Феникса в рядах Волдеморта! В тот день они с Лили вдоволь наплакались, и впервые за всю жизнь свекровь и невестка выпили вместе что-то покрепче сливочного пива.       И вот теперь этот жуткий монстр чуть не убил всю её семью. И если бы не присутствие Дамблдора, то Минерва обязательно бы встряхнула сына за то, что тот не смог пресечь нападение. — Ну, ничего, — Она нежно погладила сына по шелковистым волосам, — Пока он сгинул. Пойдём лучше проведаем маленького Гарри. В детской мама, папа и бабушка склонились над мальчиком. Маленький Гарри спал. Он спал и не знал, что миллионы людей по всей стране поднимают бокалы и еле слышно шепчут: — За Гарри Снейпа, Мальчика-Который-Освободил-Мир! — За Гарри Снейпа! — За Гарри Снейпа! — За победителя Того-Кого-Нельзя-Называть!