Гарри Поттер и один выбор решает всё

      Чуть больше 6 лет прошло с того момента, как столетний старец встретил сидящую на ограде полосатую кошку. Население Магической Британии со временем привыкло к миру и достатку. Маленькие дети понятия не имели, что такое голод или страх, что сегодня твои близкие не вернутся домой. Они получали на праздники множество подарков и мечтали о мётлах последней модели. Одним из таких детишек был черноволосый мальчик с изумрудными глазами шести лет отроду, небезызвестный Гарри Снейп.        Гарри открыл глаза и мигом подскочил. Ведь сегодня день, который он ждал целый год! Сочельник! Гарри метеором полетел по лестнице вниз. Сейчас он вбежит в гостиную, где папа читает «Ежедневный пророк», а мама накрывает праздничный завтрак, и увидит Рождественские подарки, которые родители, дожидаясь завтрашнего прилёта Санты, положили под ёлку уже сегодня! — Папа, мама, с Рождеством! — выкрикнул юный маг, едва вбежав в помещение.        Всё оказалось именно так, как он и предполагал. В небольшой гостиной у окна стояла высокая сияющая ель, под которой лежала груда коробочек разных цветов и размеров. Невдалеке от праздничного дерева, в одном из мягких кресел сидел преподаватель Зельеварения в Хогвартсе, хозяин сети магических аптек, самый уважаемый Мастер Зелий в стране и Гаррин папочка — Северус Тобиас Снейп. — Доброе утро, малыш! С Рождеством! — Северус жестом поманил сына к себе, а когда тот подошёл, тут же подкинул под самый потолок: — Ого! Выше, папа! Выше! — смеялся маленький Гарри. Как же он любил, когда папа вот так его подбрасывал! Мальчик обожал летать, но при всех игрушечных мётлах руки отца были его любимым средством для полётов.       Каждый вечер, когда зельевар возвращался с работы, он подкидывал своего сына так высоко, как только мог. Ему доставляло особое удовольствие видеть неподдельный восторг на лице своего самого любимого мальчишки. Их игрища продолжались ровно до тех пор, пока в прихожую не выходила Гаррина мама и не прерывала импровизированный полёт. Вот и сейчас Лили вышла из кухни, держа в руках поднос с яичницей и тыквенным соком и закатывая глаза: — Гарри! Северус! Ну опять полетушки вместо завтрака? — Она притворно нахмурилась, но тут же повеселела, повернувшись к сыну: — С Рождеством тебя, солнышко! Как спалось? — Чмокнув своих мальчишек в лбы, миссис Снейп стала накрывать на стол, пока её ребёнок возбужденно пересказывал свои сны. Закончив рассказ, малыш серьёзно взглянул на обоих родителей: — А где бабушка Минева? — Минер-р-р-рва, Гарри, Минер-р-рва. Пора уже учиться выговаривать букву «р», — поправил мальчика отец. Сосредоточившись, малец напряг все мышцы своего маленького язычка и, наконец, выдал: — Ми-нер-ва!       Трудно сказать, кто из Снейпов радовался больше. Каждый маленький шажочек Гарри был большой победой его родителей. Лили и Северус очень любили своё чадо и прикладывали все силы к его воспитанию. Всё, что переживал Гарри, его родители переживали вместе с ним.        Казалось, семейная идиллия могла длиться вечно, но в самый разгар веселья в комнате вспыхнул зелёный огонь, и из него вышла пожилая волшебница в тёмно-синей мантии. Увидев бабушку, Гарри сразу же кинулся к ней в объятия: — Бабушка! Бабушка! Наконец-то ты пришла! — Привет, мой котёночек! Что, правда? Ты так сильно меня ждал? — засмеялась женщина. — Бабуль, а я твоё имя выговаривать научился! Ми-нер-ва! — Гарри весь сиял от счастья. — Ого, какой молодец! Ну ты теперь совсем взрослый у меня! Лили, Северус, — кивнула она сыну и невестке, — мне кажется, или такой большой мальчик заслуживает особенный подарок на Рождество?        У малыша в глазах забегали заинтригованные звёздочки. О каком таком подарке говорит бабуля? Снейпы с улыбкой переглянулись и кивнули старшей волшебнице.        Минерва достала из складок мантии небольшую коробочку и взмахнула палочкой, увеличив её. Всё это время изумрудные глазки её внука следили за ней со всей возможной для шестилетнего ребёнка внимательностью. Поставив подарок прямо у ног Гарри, Минерва присела перед ним на колени: — Гарри, ты уже совсем большой мальчик. Я поздравляю тебя с наступающим Рождеством и хочу взять с тебя обещание, что ты будешь хорошо заботиться о своём новом друге. Ты обещаешь мне?       Взволнованно вдохнув, мальчик со всей серьёзностью произнёс: — Обещаю, бабушка. — Ну, что ж, тогда открывай.       Дрожащими от волнения ручками Гарри потянулся к коробочке и поднял крышку. Послышался тоненький звук, ещё один, как вдруг громкое: — Мяу!        Гарри не мог найти слов, чтобы описать свои эмоции, всё-таки возраст пока держал контроль над мальчиком. Но его лицо говорило обо всём намного лучше — глаза были распахнуты, как две большие бусинки, рот открыт, а сам Гарри лишь тянул к крохотному пушистому комочку свои ручки: — И-и-и-и! — завопил он, — Спасибо! Спасибо, бабушка! Это лучший котёнок на свете! А какой красивый!       А котёнок и вправду был хорош. Пушистый, со светло-рыжей шёрсткой. Ушки аккуратненькие, коготки маленькие, а глаза цвета насыщенного янтаря.        Гарри завороженно водил ручками по спине нового друга, словно завоёвывая его доверие. Котёнок довольно мурчал. — Бабушка, а как его зовут? — поднял на Минерву глазки внук. — Ну, это же твой котёнок. Придумай ему подходящее имя. — Хм…ну… Я хочу, чтобы его звали… Фрейнс. Тебе нравится? — обратился Гарри к котёнку.       Тот лишь согласно замурлыкал. Однако Гарри быстро переключился: — Бабуль, а почему ты раньше не приехала? — всё ещё удерживая Фрейнса, Гарри выжидательно уставился на прародительницу. — Ох… — вздохнула та.       И действительно, «Ох» — самое подходящее слово для объяснения. В конце семестра в Хогвартсе всегда накапливалось много работы. Педсоветы, совещания, обязанности декана. И если большинство учителей успевали закончить с этим до начала каникул, то профессор Макгонагалл, будучи заместителем директора, не всегда успевала даже к Рождеству. Вот и в этот раз работы было невпроворот, и пожилая волшебница старалсь изо всех сил, чтобы провести Сочельник с семьёй. — Вот что, Гарри, — вмешалась в разговор миссис Снейп, — Давай-ка ты сейчас заканчивай завтрак и беги в ванную привести себя в порядок, мы скоро поедем в Лондон. А я пока покормлю нашего нового друга. И, повернувшись к свекрови, добавила: — Минерва, вам чаю или кофе? — Ой, Лили, будь добра, налей кофе. Эта педагогика сведёт меня в могилу. В этом году…       Дальнейшие бабушкины рассказы Гарри уже не слушал. Он помчался в уборную, чтобы исполнить всё в точности так, как говорила мама. Ведь сегодня они едут в Лондон за Рождественскими сувенирами!        Вбежав в ванную, Гарри первым делом посмотрел в зеркало. Всё как всегда. Шелковистые, совсем как у отца чёрные волосы, но стрижены коротко. Чуть бледноватая, но всё-таки в меру пигментированная кожа, аккуратрый мамин, но в то же время чуть крючковатый папин нос; шрам в виде молнии на пол-лба и, наконец, огромные яркие изумрудные глаза. Этими глазами он был совсем как мама. Мальчик быстренько умылся, причесал волосы и, переодевшись, побежал обратно вниз, чтобы поиграть со своим котёнком.

***

       В половине седьмого Гарри радостно носился по дому. Ещё бы! Ведь скоро приедет Драко — его самый лучший друг и сын крёстного!       В этом году папа с мамой решили отпраздновать Рождество не только с бабушкой, но и с семьёй Малфоев. Люциус Малфой — папин лучший друг и его, Гаррин, крёстный. На первый взгляд он, как и папа, казался холодным и неприступным, но в кругу близких людей крёстный всегда был радушный и весёлый. Таковыми людьми были его жена, сын и чета Снейп.        Нарцисса Малфой — жена крёстного и хорошая мамина подруга. Для Гарри она стала этакой доброй тётушкой — миссис Малфой всегда приносила много разных гостинцев и безделушек. И если мама частенько ругала Гарри, то тётя Цисси всегда лишь подмигивала, даже если юный Снейп заслуживал куда более жёстких мер.        Ну, и наконец, Драко. Сын дяди Люца и тёти Цисси. Светлокожий блондин, воспитываемый как истинный аристократ — это был верный соратник Гарри во всех его шалостях. Вместе с Малфоем они прошли если не через всё, то как минимум через многое: сожённая шевелюра дяди Люца или розовая мантия для папы — это были только самые безобидные Гаррины воспоминания.       Ну вот, наконец, спустя полчаса томительных ожиданий раздался звонок в дверь. Гарри открыл её, и на него налетел светловолосый вихрь: — Гарри! С Рождеством! Пошли скорей играть! — Драко был полон энергии и, казалось, не замечал происходящего. — Драко! — Одёрнул его отец, — Веди себя прилично! Разве так приветствуют друзей воспитанные маги? — Извини, па… То есть отец, — Мальчик пристыженно повернулся к другу, — Здравствуй, Гарри. От имени семьи Малфой поздравляю тебя с Рождеством! Здравствуйте, крёстный, здравствуйте, миссис Снейп!        Вошедшие Северус и Лили лишь закатили глаза: — Люциус, — возмутился Снейп, — ну опять ты детей мучаешь? Сколько можно? — Действительно, мы же одна семья. Цисси, привет! — Поддержав мужа, хозяйка дома повернулась к миссис Малфой, — Давай пальто! — Ой, спасибо, Лили. С Рождеством! Люци, правда, отвяжись уже от ребёнка!        Вошедший мистер Малфой лишь недовольно фыркнул. Жена вечно баловала их единственного наследника! Да, он тоже многое спускал сыну с рук, но должен же он хоть иногда проявлять строгость! Ситуацию разрядила миссис Снейп: — Так, достаточно толкаться в прихожей. Пойдёмте все в гостиную. Рождество же! Рождественский ужин уже стынет!        Люциусу оставалось лишь подивиться. Когда его лучший друг объявил о своём намерении жениться на Лили Эванс, он неделю пытался вразумить его. Малфой и так был не лучшего мнения о гриффиндорке, а тот факт, что Сев собрался связать свою жизнь с магглорождённой, добил его. Однако на его удивление новоявленная миссис Снейп оказалась очень образованной и проницательной, не хуже любой чистокровной. Она заставила аристократа пересмотреть своё отношение к слову «грязнокровка». И из года в год Люциус убеждался, что своим выбором друг избавил его от слепоты.        Войдя в гостиную, Лорд Малфой и бывшая мисс Блэк увидели своего бывшего профессора по трансфигурации и маму их лучшего друга — Минерву Макгонагалл. С годами, познакомившись с ней поближе, чета Малфой, как это случилось и с магглорождёнными, пересмотрела своё отношение к декану Гриффиндора, однажды даже отправив к ней Драко заодно с Гарри на целую неделю. — Приветствуем вас, профессор Макгонагалл, — хором поздоровались супруги. — Здравствуйте, — скромно кивнул Драко. — Лорд и Леди Малфой, Драко, — поднялась в свою очередь с дивана профессор, — Как я рада вас видеть! Вы присаживайтесь, всё давным-давно уже готово.        Ограничившись благодарностью, Малфои, предпочтя не тянуть больше время, сели за стол. Дождавшись, пока усядутся и хозяева дома, все присутствующие хором воскликнули: — Счастливого Рождества! — Счастливого Рождества!       И маленький Гарри знал, что Рождество — лучший праздник в году.