Надёжный

Он бежал изо всех сил стараясь сократить расстояние и схватить ублюдка, пытающегося скрыться от старосты в извилистых коридорах школы. Мерзавец был мелким, но сильным, и если бы Акк не столкнулся бы с ним лицом к лицу, то подумал бы, что Айян все это время водил его за нос. Но за кепкой и черной маской скрывалось точно не лицо Айя, а кого-то другого перепуганного, но достаточно смелого, чтобы ударить. На самом деле ему очень повезло – решив остаться ночью в школе после договоренности о покупке «лекарства для лучшей работы мозга» он смог проследить за подозрительным учеником до самой коморки. Но только сейчас Акк понимает, что слишком переоценил свои силы и недооценил чужие – паршивец ударил его первым попавшимся под руку – шваброй, и прямо об голову, отчего староста почти свалился на пол. И вот его секунды самоуверенности могли стоить поимки преступника. Беглец завернул за угол, в сторону лестницы откуда тут же послышались голоса и шум. Добежавший до лестницы Акк с нескрываемым удивлением уставился на застывшего беглеца, поднявшего руки над головой, перед ним стояли двое охранников, за спинами которых выглядывал Айян. - Я уже позвонил Чадоку, - парень потряс телефоном в руке и обогнув охрану направился к застывшему беглецу. Неизвестный от страха поддался назад, но тут же встретил стену в виде серьёзного Акка. – Сам снимешь или мне помочь тебе? Акк демонстративно закатил глаза, вызвав чужую улыбку. Парень неуверенными движениями снял сначала кепку, а потом маску. Сзади Айяна послушался шокированный вздох, а затем один из охранников опустив пистолет, произнёс: - Сынок? Что ты… - Акк отвлекся от семейной драмы, переводя взгляд на Айяна. Они не разговаривали с того самого дня, как Ай покинул дом Кинна. Акк расценил такой поступок концом их отношений и общения, в итоге он винил только себя. Айян не появлялся в школе пару дней, пустое место за партой рядом лишь сильнее давило на него, но он не позволял никому занимать его. И потому появление Айяна здесь, ночью в школе, когда он, казалось бы, даже не должен был быть в курсе происходящего, вызывало внутри Акка смешанные чувства: что если между ними все не закончено? А если закончено, они смогут остаться хотя бы друзьями? Подъехавший в школу Чадок похвалил Акка за проделанную работу и даже наградил Айяна благодарным кивком, а после увел в свой кабинет охранника и нерадивого сына, в рюкзаке которого были найдены наркотики. После открывшейся правды о Чадоке и дяде Айяна сам Ай стал спокойнее, хотя и продолжал тусоваться с противниками правил. - Мы можем поговорить? – Начинает Акк, когда они оказываются наедине около парадного входа в школу. Ай неторопливо окидывает его взглядом, кивает и рукой указывает на свою машину на парковке. Говорить лучше не на улице. Они идут до машины в полной тишине, и когда двери машины с хлопком закрываются, настает момент истины. Они снова молчат, но уже глядя друг на друга, позабыв включить освещение. Ай ерзает, и начинает говорить первым. - Я следил за тобой, знал, что ты наверняка захочешь разобраться со всем в одиночку. – Он решает начать с этого момента, объяснить своё появление и снять первые минуты напряженной тишины, повисшей между ними. - Почему? – Недоумевает лучший ученик школы. Ай закатывает глаза. - Потому что я переживаю за тебя, - как само собой разумеющееся объясняет младший, - посмотри на себя, - он машет рукой в его сторону, - у тебя кровь на голове, придурок. - Он ударил меня шваброй, - Акк дотрагивается до своего лба и чувствует что-то липкое, хотя боли почти не чувствует. Ай насмешливо фыркает. - Такую каланчу как ты побили простой шваброй! Ха! – Он лезет в бардачок за аптечкой, включая свет. Акк не понимает, что происходит, будто не было этих нескольких дней пустоты и молчания, будто всё по-старому. - Почему ты переживал? Почему ты молчал все эти дни? – Сыпет вопросами Акк, пока Ай пытается найти хоть что-то полезное в полупустой аптечке. - А почему молчал ты? – Он поднимает взгляд на Акка, поджимающего губы, но не произносящего ни слова. – Я здесь, потому что переживал, переживал, потому что влюблён, а влюблён, потому что влюблен. Не знаю, как так получилось, - Ай пожимает плечами, пока умный мальчик Акк переваривает всё услышанное. – Видимо мне нравятся высокие и красивые палки. Ему удается найти перекись и пластыри с очень странными картинками, видимо аптечку когда-то очень давно собирала его мама. Акк внимательно следит за его действиями: Ай обрабатывает его рану едва дотягиваясь со своего места и клеит пластырь, после чего с довольным видом осматривает проделанную работу. - Я думал, что ты порвал со мной. – Акк поджимает губы, когда их взгляды встречаются. – Ты имеешь на это полное право и я бы понял тебя, потому что такое дерьмо никому не нужно. - Почему ты просто не сказал мне об этом? – Тихо спрашивает Ай. - А что мне нужно было говорить? Ай, ты мне нравишься, но у меня дядя мафиози и я собираюсь вступить в семью после окончания школы, так что, либо ты становишься моей «женой», либо наши пути расходятся? Или может нужно было сразу тебя пугать, когда ты начинал флиртовать со мной? Или на моменте, когда засунул язык мне в рот? Акк начинает нервничать и его голос становится громче, но Ай не останавливает его. Эти дни он готовился к этому разговору, много думал о том, что хочет от жизни и к чему готов сейчас. - Я просто испугался твоей реакции, - подводит итог Акк уже более спокойным голосом, откидывая голову на сидение и бросая усталый взгляд на Айяна. - Ты хочешь, чтобы я стал твоей «женой»? – Игривая улыбка трогает губы младшего. - Это единственное что ты услышал? - Ты странный, - Акк поднимает брови на такое заявление, - ты бьёшься за авторитет школы, хотя сам хочешь стать тем, кто плюет на правила. Ты умный, но бежишь ловить преступника с голыми руками и без охраны. Просишь стать меня кем-то больше, чем просто парнем, хотя мы еще школьники и встречаем меньше полугода. – Он облизывает губы, пытаясь выстроить слова в своей голове, но волнение берет над ним верх. – ты говоришь, что боишься моей реакции, но я тоже боюсь, потому что если то, что между нами сейчас – это всего лишь гормоны, то не подставлю ли я тебя, согласившись? Как я могу гарантировать тебе что-то, если даже не знаю какой университет выберу для учебы? Я знаю, что у тебя планы по захвату целого мира, но я… я просто боюсь, что разрушу все это. Я не хочу причинить тебе боль. Айян мысленно проклинает свою чувствительность и пытается незаметно смахнуто набежавшие слезы, но Акк останавливает его, перехватывая руки и целует. Он прижимается губами к его, ладонью гладит волосы на затылке и тоже смаргивает слёзы. Эмоций и чувств слишком много, поэтому они просто молча дышат друг другом, хлюпая носами, переплетая руки. В висках стучит, а кожу неприятно стягивает от высохших дорожек слез. Акк невидящем взглядом смотрит в окно, пока Айян согревает его шею своим дыханием. - Ай… - Тихо зовет парня Акк, и младший немного отстраняется, чтобы иметь возможность видеть чужое лицо. – Я не знаю, что будет дальше, но… Ты будешь рядом? Ай подносит руку к лицу напротив, ласково гладит по щеке и заглядывает в темные бездонные глаза, в которых раз за разом безнадёжно тонет. Они могут завтра расстаться, или разлюбить друг друга уже к окончанию школы. Разве это важно? Всё рано или поздно заканчивается, но разве это повод не начинать? Айян хочет быть с этим парнем до тех пор, пока может. - Буду. – Полушепотом произносит Ай, запечатывая ответ поцелуем. Акк открывает глаза, выныривая из воспоминаний приятного прошлого, вновь натыкаясь на серый потолок. Короткий разочарованный вдох застывает в груди, и он неторопливо поднимается, чтобы слезть с койки, и оказаться в реальности, где его место – это верхняя койка с колючим одеялом, а единственное время уединения сон. Сокамерники не поднимают взгляд от пола, припоминая чем в прошлый раз закончились перегляди и ждут, когда высокий мужчина покинет камеру, чтобы начать обсуждать его загубленную жизнь. Браслет с номером уже привычно скользит по запястью, пока он умывается холодной водой и осматривает себя в заляпанное зеркало. Ему почти тридцать, но возраст в этих стенах ощущается вдвое больше. Очередь в столовой уважительно уступает ему место, и забрав свою порцию он отправляется за стол. В этом месте у него завелись знакомства, помогали имеющиеся связи на свободе, но никто не решается разделить с ним пищу – боятся, хотя он и в двое меньше некоторых заключенных. Сегодня особенный день – его зовут, чтобы позвонить. На разговор отводятся жалкие пятнадцать минут, но в такой дыре как эта, пятнадцать минут становятся глотком свежего воздуха. Акк набирает номер по памяти и ждёт, пока гудки разрывают терпение в клочья. Трубку не поднимают. Акк чешет тату за ухом, а поймав себя, отдергивает руку. В остальным он возвращается, прибывая в тихой ярости, и сразу же уходит в тренажерный зал, чтобы выпустить пар. Парочка заключенных, отматывающих в робе пожизненное присоединяются к нему спустя время, и между ними завязывается разговор. Акк пытается абстрагироваться, но получается плохо. Тогда знакомый кивает ему в сторону паренька, что вызывающе облизывает губы, стоит только посмотреть. Он наклоняет голову, демонстрируя бледную шею, рассчитывая вызвать голодную реакцию, но Акку хочется блевать. Он отворачивается и уходит обратно в камеру, дожидаясь завтрашнего дня. Когда наступает его день, его провожают в неуютной тишине, радуясь избавлению от столь сложного и опасного человека. Акк забирает свои вещи обратно, желая их сжечь прямо на месте при охране, но просто вышвыривает их в мусорку по пути к машине. Что-то внутри предвкушающее сжимается, пока он вышагивает до автомобиля, и обрывается в тот же момент, когда в салоне оказывается пусто. Не подав вида, он присаживается и забирает протянутый охраной новый телефон. В контактах нужного номера не оказывается, и тогда он раздраженно фыркая решает отвлечься на новости. Посмотреть было на что: СМИ сходили с ума от успешности нового талантливого прокурора, чьё лицо теперь мелькало во всех социальных сетях. Дерзкий взгляд, наглая улыбка, красивое лицо, талант и нескрываемое превосходство над остальными, несколько громких дел за спиной обеспечили восходящей звезде славу. Акк натыкается на статью и ухмыляется, зачитывая несколько строк. Неоднократно доказывающий свой профессионализм молодой прокурор даже после закрытия дела об убийстве крупного мафиози Кинна Тирапаньякула остается темной лошадкой. Напоминаем, что и о личной жизни привлекательного прокурора ничего неизвестно, хотя несколько раз его замечали в компании девушки, достоверной информации пока что нет… Телефон летит в сторону, и мужчина удобнее устраивается в сидении, откидывая голову и прикрывая глаза. Хоть он и сидит в машине по ощущениям он всё еще не покинул стены тюрьмы, и стоит открыть глаза, как все вокруг снова рассыплется и взгляд упрется в серый потолок. Голова начинает болеть, и он растирает пальцами виски, чувствуя желание выпить чего-то крепкого. Машина заезжает в подземную парковку под многоквартирной высоткой. Акк на лифте добирается до нужного этажа, хотя раньше предпочитал ходить пешком, но сейчас хотелось скорее принять горячий душ. Следующая по пятам охрана уже сливается с внешним интерьером, хотя Акк предпочел бы чтобы его встречали его ребята, но приходится иметь дело с чем есть. Квартира встречает его оглушающей тишиной и прохладой из открытых окон. Акк заходит в каждую комнату, на ходу снимая одежду, и не найдя никого уходит принимать душ. Горячая вода приятно бьёт по телу, и он наконец чувствует, как застывшие в напряжении мышцы расслабляются, согреваются, и жалеет, что так же нельзя отогреть душу и сердце. Он тратит баснословное количество воды и времени, но выходит из душевой кабинки полностью довольный и чистый. Вытерев рукой запотевшее зеркало, он чистит зубы и усмехается наличию кучи различных косметических баночек, масок и прочего. Он трогает своё лицо в поисках морщин или других изъянов, но в стенах дома оно уже не кажется таким серым и безжизненным. Он выходит обратно в коридор и замирает, шумно втягивая воздух носом, на губах расползается улыбка. На кухне около столешницы стоит мужчина, что в рубашке и брюках режет овощи, спиной стоя к Акку. Старший усмехается, когда взгляд с плеч и спины соскальзывает на ноги и туфли, мужские, но с каблуком. Что-то в жизни остается неизменным. Он подходит тихо и оплетает руками чужую талию, прижимается грудью к спине, укладывая подбородок на твердое плечо. Младший поворачивает голову и прижимается губами в целомудренном поцелуе, после чего возвращается к готовке. - Ты всё еще дуешься? – Бурчит Акк, немного отстраняясь от своего мужчины и устраивается рядом, оперившись об столешницу и сложив руки на груди. Айян бросает на него многозначительный взгляд, но не произносит ни слова. – Готов молить о прощании на коленях. - Со временем наши роли сменились, и теперь грязные вещи говоришь ты, - обманчиво спокойным тоном говорит Ай, добавляя овощи к остальной готовящейся еде на плите. - Но я не уточнял, а вот твои мысли… - Акк тянет уголок губ вверх, когда мужчина рядом тяжело вздыхает. Айян вытирает руки об кухонное полотенце и Акк следит за его открытыми запястьями, благодаря закатанным рукавам рубашки. Его мужчина чертовски красив и года пошли ему на пользу: не сильно изменился голос, черты лица стали более выразительны, а тело окончательно окрепло. Характером Айян оставался всё тем же мальчишкой, разве что поумневшим в сто крат, но когда дело касалось его работы – вместо Айяна на свет появлялся прекрасный демон, готовый утащить в преисподнею любого, кто станет у него на пути. А ещё в жизни Айяна не изменился Акк – они продолжали быть рядом друг с другом, жить в одной квартире и делить постель, чувства и боль. - Ты ходишь так на работе? – Серьёзно спрашивает Акк, указывая на открытые руки своего партнера. - Акк, серьёзно? – Ай скептически оглядывает его, взмахивая руками. – Это не я находился несколько месяц в запертом помещении с разными мужчинами. Так что ревновать должен явно не ты. - Приятно знать, что ты ревнуешь меня, малявка, - Акк хватает его за ремень на брюках и притягивает в себе, сокращая расстояние максимально. И целует в нос. - Иди к черту, каланча, - ругается Ай, упираясь руками в его грудь. – Ты мог бы и сказать мне, что собираешься садиться за липовую смерть Кинна лично! - Упс, - он улыбается и Ай закипает, его злость находит идеальное решение – он больно кусает своего мужчину в плечо, слыша как тот шипит от боли. – Тату тебе мало, ты решил пометить меня как собака? – Спрашивает Акк, когда Ай отстраняется и виновато целует красный след от зубов. - Мне всегда будет мало. – отвечает Ай и удовлетворенный ответом Акк целует его в губы, в этот раз уже серьёзно и с языком, прижимая к себе за талию. От их копошений полотенце на бедрах Акка опасно скользит по коже, а еда подгорает и Ай отстраняется. – Я отпустил охрану. Твоих людей тоже. Сегодня ты весь мой. Акк согласно кивает. Со своими ребятами он может встретить и потом, сейчас главное – это семья. Он машинально потирает тату за ухом – аккуратное Айян украшает его кожу в неприметном месте – в голову лезут воспоминания того, как они лично били их друг другу. Это была их пятая годовщина вместе, и идея возникла сама собой, когда они прогуливались по ночным улочкам Лондона. Это была деловая поездка, но они умудрились превратить её в незабываемое путешествие – стать друг другу еще ближе. Айян, сидящий у него на коленях и боль от иголки, проникающей в кожу и оставляющей чернильный след всегда будут в памяти Акка. Он будет прокручивать этот момент у себя в голове перед смертью, как самый драгоценный. За ухом Айяна тоже тату, только имя Акка и маленькая точка. Никого больше. Только он. Айян возвращается к нему и мягко толкает в сторону стола, убеждая съесть хоть что-нибудь. - Я не голоден, разве что хочу тебя, - Акк целует его запястья, пуская мурашки по всему телу. - Акк, я не успел подготовиться. – Айян всё же надеялся, что пока он заставит свою каланчу поесть, как раз успеет привести себя в порядок. - Я уже подготовился. – Уверенно заявляет Акк, и Айян громко сглатывает слюну, постепенно теряя терпение. Слишком близко тот, кто до безумия желанен. Айян скользит взглядом по голому телу, останавливаясь на мнимой преграде в виде полотенца, чувствуя на себе такой же цепкий взгляд. В комнате повисает оглушающая тишина будто перед взрывом – взгляды встречаются и младший тянет мужчину за руку в сторону спальни. В тишине особенно хорошо слышно биение собственного сердца, оно вот уже на протяжении долгих лет принадлежит другому человеку, а всё так же замирает от чувства желанности и нужности даже через столько лет. Ай накрывает его ладонью, призывая успокоиться, но оно не слушает. Рубашка благополучно летит в сторону, оставаясь где-то на пол пути в спальню, пальцы добираются до ремня, но чужие касания останавливают, и одним толчком отправляют плашмя на кровать. Акку плевать на порядок и измявшиеся вещи, он отшвыривает в сторону полотенце и медленно забирается на кровать, коленями упираясь по разные стороны от чужих бёдер. Ай без слов понимает, что от него хотят подчинения – лежи и получай то, что я тебе даю, но он в нетерпении поднимает ладони к худому жилистому телу, гладит кожу, замечая малейшие синяки и ушибы, хмурится, обещая узнать об их появлении. - Признай – ты скучал по мне. – Самодовольно тянет Айян, когда Акк касается поцелуем его шеи, и хмыкая отвечает в насмешливом тоне: - Жить без тебя не могу. Младший довольно мычит, когда губы затягивают кожу, прикусывая и оставляя следы, сжимает в кулаках ткань одеяла, на котором лежит и поворачивает голову, оставляя поцелуй на чужой скуле. Он не способен оставаться на месте, слишком много чувств кипят в нём, его тело напрежено с момента, когда он осознал, что Акк вернулся. Старший недовольно хмурит брови и одним рывком прижимает чужие запястья к кровати над головой Айяна, тем самым заставляя его замереть под собой. - Повторим наш опыт с веревками? – Акк надеется, что не придется, потому что сейчас хочется просто почувствовать любимого человека всем телом и немедленно просто так, кожа к коже и без лишних страстей. Но Ай, в начале встретивший его холодно и отстраненно из-за обиды, сейчас не может взять над собой контроль, теряясь от переизбытка чувств и желаний. Акк больше не тратит время на разговоры, и отпускает запястья Айя, которые тот продолжает держать нал головой и наблюдать за тем, как мужчина достает смазку и презервативы из прикроватной тумбочки. Младший двигается, помогая снять с себя брюки и бельё, и подгадав момент, утягивает на себя Акка, быстро подминая его под себя, и с победоносной улыбкой прижимает его к кровати. Акк беззвучно смеется, сдаваясь на чужую милость – этот мужчина единственный, кто имеет возможность и право видеть его таким, владеть его телом и подчинять своим желаниям. Акк и рад быть желанным, он просто в диком восторге от мысли, что этот голодный ни чем не прикрываемый взгляд направлен именно на него, не конкретно на тело или кошелек, а на конкретно на самого Акка. Так смотреть мог только Айян, и только он заслуживал такого же в ответ. Живот уже болезненно сводит от желания – они явно заигрались – и Акк, стоит Айяну схватить бутылёк, покорно раздвигает перед ним ноги, приглашая. Он больше не горит со стыда, скорее от предвкушения оказаться непозволительно ближе к человеку, испытывающему не меньше чувств чем он сам. Недовольный фырк срывается с его губ, когда Айян подносит вымазанные в смазке пальцы к его анусу, и пробует его готовность. - Я же говорил, что готовился. – Акк облизывает губы, ловя на себе обеспокоенный взгляд и закатывает глаза, когда пальцы входят глубже, массируя его изнутри. Он почти шипит, требуя большего, чувствуя другую руку на своём члене, но не получает. Он приоткрывает глаза, натыкаясь на игривую улыбку на красивом лице. – Ты издеваешься, чертов паршивец. - Всего лишь забочусь о тебе, - оправдывается Айян, и притягивает длинное тело за ноги ближе к себе, оставляя на острой коленке легкий поцелуй. Внутри Акка жарко и узко, поэтому он разводит пальцы на манер ножниц несколько раз и удовлетворенно хмыкая, достаёт с пошлым шлюпом. У него уже давно стоит, и он понимает, что они не продержаться долго, слишком голодные. Он торопливо надевает презерватив, откидывая фантик в сторону, и любуется краснеющей дырочкой, сжимающейся вокруг воздуха. - Ты там уснул? – Акк приподнимается на локтях, а потом громко стонет, падая обратно на кровать и упираясь затылком в ворох одеяла. Айян входит в него одним грубым толчком, и сразу же, не давая ему времени привыкнуть, начинает двигаться, буквально насаживая его на член. Чужие пальцы так правильно впиваются в его талию, а пальцы на ногах поджимаются, от четких и ритмичных движений, раз за разом задевающих простату, что всего и сразу становится слишком много – он громко стонет, и кусает губы. Ай не отстает от него, не стесняется делиться своими впечатлениями и вперемешку с обыденными для него пошлыми фразами стонет сам, когда Акк сжимается вокруг него особенно сильно так, что больно-приятно, вот-вот кончит, но держится из последних сил, то замедляя, то ускоряя движения. Он знает, что оставит синяки на теле, и радуется этому в какой-то садистской манере взглядом находя краснеющий укус на плече Акка. Айян подхватывает ноги Акка под коленями и почти что складывает мужчину под собой, вырывая из последнего довольные хрипы, когда получается входить глубже и резче, чувствуя приближение оргазма. Акк поддается вперед, ощущая, как член входит в его тело до упора и это взрывает внутри него маленькие салюты радости и наслаждения, ему наконец-то за долгое время просто хорошо, он плывёт, не слыша своего голоса и мольбы не останавливаться. Его лодыжки скрещиваются за спиной Айяна, сжимая того между своих ног и прижимая ещё ближе, пока наконец внутри не чувствуется финальная пульсация и тепло, от которого пускается дрожь по всему разгоряченному телу. Акк прокусывает губу, когда кончает, а Айян раскрывает глаза по шире, чтобы запомнить всё до последних деталей. Младший скатывается с Акка на место рядом, обнимая рукой поперек груди с усталой довольной улыбкой. Сил нет даже снять презерватив и укрыться одеялом, чтобы просто уснуть. Этот раз не становится исключением – Айян быстро терял заряд после секса, часто засыпал прямо так, в то время как Акк будто заново рождался и убирал за ними все последствия. Брезгливость и урчание в животе старшего не дают им спокойно насладится объятиями. Айян с недовольным видом убирает презерватив в мусорку, в то время как Акк уходит набрать им ванну, по пути подбирая разбросанные вещи и полностью игнорируя обещания перекусить. Он перекусит своим мужем, возможно, чуть позже, когда тот придет в себя и не будет засыпать на ходу. Акк блаженно прикрывает глаза, когда они все-таки усаживаются в ванной полной горячей воды. Тело приятно покалывает после секса, а вес чужого тела и голова на плече кажется абсолютно правильным – он счастлив, и оставляет на макушке своего человека поцелуй. Айян поднимает на него взгляд, распластавшись на нем и ведет руками по воде, образуя небольшие волны. - Нужно будет обработать. – Говорит Айян, вновь обращая внимание на свой укус. Акк улыбаетсяя, ведет плечом, будто отмахиваясь от этой идеи. - Даже если будет шрам, то ничего страшного. – Акк за столько лет обзавелся не одним шрамом на теле, и боль, и раны больше не представляли для него что-то особенное, но был один, который он ценил. Его рука касается лба, где виднеется небольшой шрам от удара шваброй – улыбка становится шире, сколько прошло времени, шрам практически незаметен и если правильно поправить волосы, то вообще не заметен. - Ты выходил на связь с Поршем? – Айян больше не двигается, полностью расслабляется и прикрывает глаза, уложив голову на чужое плечо. - Ещё нет. Хочу назначить встречу заграницей, например, в Италии. – Акк радуется, когда Айян приободряется, услышав о любимой стране. Они отдыхали там несколько раз из-за большой любви младшего к этой стране. У Акк были свои планы на эту страну. – Айян, - он зовет мужчину по имени, желая выразить то, что чувствует, но не знает, как, - ты отлично со всем справился, спасибо. Младший удивленно уставился на него, несколько мокрых прядей падают ему на глаза и Акк машинально убирает их, не прерывая зрительного контакта. Хоть он и был в тюрьме, казалось бы отрезанный от всего мира и даже от Айяна, на самом деле он был полностью осведомлён обо всем происходящем, в том числе о тяжелой работе и нагрузке, с которой справлялся его партнер. Он знал, что Айян до сих переживает о незначительных мелочах, хотя с виду никогда не показывал этого, держа всё под контролем. Встречи с Кинном, редкие издевки, намеки или проблемы – всё это он научился игнорировать и справляться как профессионал, хотя внутри оставался простым человеком. Он всё так же надевал обувь с каблуком, отдавал предпочтение прическам, визуально прибавлявшим рост, беспокоился о здоровье и отстаивал своё право на счастье – всё это видел Акк, с годами снимавший маски и оболочки с Айяна, помогавший с депрессией и неявной, но существующей неуверенностью, боязнью быть хуже, недостойным. Айян немного отстранившись, сложил руки на бортике ванны, с дразнящей улыбкой посмотрел на своего мужчину. - Я рядом, не нужно меня за это благодарить.