soul to soul

•••

Ким Тэхён распахнул проржавевшую от времени дверь гаража и зашёл в неё. Внутри привычно пахло сигаретным дымом, машинным маслом и сыростью — эти ароматы насквозь пропитали душное помещение, в котором не было окон. Тэхён увидел сидящих на потёртом сером диване Мин Юнги и Пак Чимина, своих корешей и по совместительству коллег по работе, которые играли в дурака на щелбаны; деньгами раскидываться в азартных играх парни считали кощунством. Заметив Кима, они махнули тому рукой в знак приветствия и стали сворачивать игру, убирая колоду в пачку. Парни приехали как раз к запланированному времени встречи, но и Тэхён, и Джин, которые непонятно где ходили, припозднились. Ким подошёл к старенькому холодильнику, который ребята решили отвезти сюда, так как он еле фурычил, и достал из него три практически не охлаждённые банки пива. Тэхён, вообще, в компаниях был немногословен. Дело в том, что он не любил нудных и бестолковых разговоров, поэтому обычно лишь слушал. Близкие со временем невольно привыкли к этой его манере поведения. Нет, Ким не был против поболтать по душам, обсудить что-то интересное, просто делать это хотелось далеко не с каждым. Присев на диван к остальным, Тэхён протянул банки парням. Открыв своё пиво, Ким сделал пару глотков и стал молча слушать болтающих друзей. — Где Джин ходит? — спустя пару минут вклинился в разговор Тэхён, переводя внимание пацанов на себя. Юнги, который попивал свой напиток, нахмурился. Взаправду. Обычно Сокджин был пунктуален и ворчал, когда парни опаздывали, а сейчас и сам пропал с радаров. Чимин лишь приподнял плечи и опустил их, тем самым говоря, что не в курсах, после чего, достав свой телефон, в третий раз за вечер набрал друга. — Не берёт. — Пак убрал телефон от уха и, завершив вызов, засунул его в барсетку. — Расскажи лучше, как вчера к Намджуну сходил. Я уже успел посмотреть фотки этого дома, пиздец просто, — скрестив руки на груди и морща нос, сказал Чимин. Юнги хмыкнул и закинул ногу на ногу, облокотившись спиной на грядушку дивана. — Мажористый ублюдок. Ещё и нас в чём-то обвиняет, — поддержав парня, недовольно процедил Мин. — Джин придёт, потом расскажу. Чё дважды одно и то же прогонять, — прикрыв глаза и положа руку на подлокотник дивана, медленно произнёс Тэхён. У него сегодня в мыслях был беспорядок, постоянно невольно всплывали картинки вчерашнего вечера. Как ни пытался Ким отмахнуться от них, всё никак не удавалось. Давненько его ничего не выбивало из привычного уклада жизни. Вчерашним вечером он был пьян пусть и не вусмерть, но всё равно умудрился хуйни натворить. Одна встреча с Чон Хосоком, их заклятым конкурентом, чего стоила. — Я вот не понимаю, Хосок реально настолько терпила? — насмешливо, оторвавшись от своей банки, обратился Чимин к Юнги. У Тэхёна всё равно бесполезно что-то спрашивать, когда тот был загружен мыслями, которыми не поделится ни за что. Такой вот их друг скептик. Парень вскинул брови и повернулся лицом к Паку, который продолжал злорадствовать. Ким, заинтересовавшийся таким неожиданным вбросом от парня, тоже обернулся и вопросительно посмотрел на Чимина. — Сами посудите, работают они вместе уже четыре года. Все наши знают, что они партнёры по бизнесу, причём равноправные. Но при этом Намджун нихуёвую такую домину отгрохал, а Хосок продолжает жить в хуйне какой-то. — Чимина жесть как взбудоражила эта сплетня, разнёсшаяся в знакомых кругах. Несправедливость вообще много кого бесила. Даже в этом, по мнению Пака, Намджун поступал как ублюдок. Всё лучшее себе загребал. — И чё? — Юнги, не догоняя, потупил взгляд. — Может, он потом себе такой же замутит, либо даже больше. И, вообще, тебе не похуй? Тэ, чё думаешь? — заметив заинтересованный взгляд Кима, Мин решил втянуть его в разговор. — Хосок подсос обыкновенный, я его не понимаю, — безэмоционально заключил Тэхён и снова задумался о своём, о житейском. Чимин активно стал поддакивать, после чего, не вставая с места, бросил пустую банку в мусорку возле стены и попал чётко в цель. В этот момент дверь со скрипом раскрылась, и в гараж вошёл запыхавшийся Сокджин. Ребята недоуменно на него взглянули, а явившийся поднял указательный палец вверх, тем самым говоря: погодите, отдышусь. Юнги подошёл к двери и запер её на специальный металлический засов, после чего взял табуретку и поставил её для Джина, а сам плюхнулся на диван. — Это пиздец, я пешочком от дома решил дойти, машина заглохла. Пока доковылял, ахуел. Старею я что-то, — запыхавшись, сказал парень, после чего взял банку Юнги со столика и допил то, что осталось на дне. — Тэхён, ты пока рассказывай, что вчера было. Я слышал, ты с Хосоком умудрился пересечься? — сощурив глаза, стал выпытывать Джин. Юнги и Чимин одновременно развернулись и вылупили на Кима глаза по пять копеек. — Да, я приехал туда, с Намджуном не пересекался. По нашему плану стал аккуратно узнавать про Богома, нихуя не получилось выведать. Он, видимо, очень хорошо шифруется и ни с кем дел не ведёт. Потом выпил лишнего, на улице торчал. С Хосоком пересёкся, когда тот уходил, — медленно стал рассказывать Тэхён, в голове прокручивая воспоминания о вчерашнем дне. Почему-то про то, что он завёл знакомого в лице Чона-младшего, рассказывать не хотелось. — Блять, зря ездил, по сути, — подрасстроился Джин, тяжело вздыхая. Дело в том, что бизнес Намджуна и Хосока и бизнес Сокджина — две конкурирующие организации. Первые вышли на рынок четыре года назад и с тех пор заработали авторитет в южных районах. Год назад Джин, понимая все риски работать на чужой территории, всё-таки рискнул и замутил свой бизнес. Под его покровительством с момента основания начали работать Чимин и Юнги. Тэхён дружил с Сокджином с самого детства, поэтому по первой же просьбе помочь с ведением дел согласился работать вместе. Тэхён был из тех людей, которые к любому труду относились с уважением. Если заработок имелся, то это уже считалось работой, и его не ебало, что за этим скрывалось. Парень брался за любую работу в рамках разумного. Выбирать из лучшего, к сожалению, не приходилось. Ким родился в этих трущобах и выжил только благодаря бабушке. Он даже не был в курсе, что случилось с его родителями, просто знал, что они уже мертвы. Тэхён живучий, как таракан, его так просто тапком не убить. Парень хватался за любую удачную возможность руками и ногами, наверное, именно поэтому он всё ещё держался. — Что мы будем делать? — тихо спросил Чимин, озвучив всеобщий вопрос. Если поначалу с бизнесом шло всё хорошо, то, после того как Намджун прознал, что на его территории появились достойные конкуренты, стал вставлять палки в колёса. Ресурсы ведь не бесконечные, поэтому парни не могли просто взять и перекочевать в другой район: для этого нужно сперва разобраться на этом месте, где в последние пару недель всё шло по пизде. — Продолжать пытаться сконтачиться с Богомом. Если мы объединимся, то точно удержимся на плаву. Я уже обратился к своим информаторам и попросил узнать его контакты. Как найдут — свяжемся. — Сокджин повёл бровью, нутром чувствуя, что всё было не так просто, как казалось. Они ещё не знали, что за фрукт такой Богом. По слухам, помимо того, что этот человек уже основался в северных районах, так ещё и начал обрабатывать восточные. Пока что это всё курам на смех. Особенно для Намджуна, который не верил, что какой-то типок сюда сунется. И так двум бизнесам здесь тесно настолько, что один пытается избавиться от другого; третьему тут точно не место. — А что ты думаешь по поводу того, что Намджун наёбывает Хосока? — продолжил обсуждаемую ранее тему Чимин. — Наёбывает в плане чего? — недоуменно спросил Сокджин, сводя брови на переносице. Прежде Джин слышал всякие разные слухи, но про какие-то размолвки впервые поступила информация. — В плане соотношения выручки. Я просто представил, что вот ты бы отгрохал охуенный дом, а мы бы продолжили сосать лапу. Как вам такое? — всё не унимался Пак. Если действительно в их партнёрстве окажется какой-то раскол, то уже можно будет думать, как это вывести в свою пользу. — Хуёво, — односложно высказался Тэхён. В его голове всплыл образ Чонгука, который вчера решил сигануть со второго этажа. Что за мальчик-маугли, как он ещё по деревьям лазать не начал? Парень усмехнулся своей же мысли и прикрыл рот пальцами, уже не слушая, о чём разговаривали. — Согласен с Тэхёном. Кстати, — чуть повысив голос, сказал Мин, — вы в курсе, что есть пиздюк Чон? Только, как зовут его, я не знаю. В инсте увидел, Хосок выложил. Если чё, я не подписан, случайно вылезло. — Ещё чего не хватало — за Чонами следить. Парень давно ещё поставил оповещение на новые публикации, а Чон-старший и не выкладывал ничего, вот он и позабыл про это. Буквально на днях, когда пришло уведомление, Юнги знатно прихуел. — То, что есть младший, знал, он в выпускном классе. Значит, лет семнадцать или, может, уже восемнадцать, — пытался вспомнить Джин, а Тэхён, переведя взгляд на друга, стал внимательно слушать. Ему почему-то казалось, что они с Чонгуком ровесники, а оказалось, что парень младше его на три или четыре года. Тэхёну двадцать один недавно исполнилось. — А что насчёт Джуна и Хосока — не знаю даже. Они вместе начинали своё дело, может, Хосок просто копит, чтобы съебаться отсюда. И, вон, мальца своего прихватит. — Раз всё обсудили, я поехал. — Тэхён подскочил, засобиравшись домой. Уж больно сильно он вымотался за прошедшие пару дней, слишком много навалилось разом. Мешки под глазами были тому подтверждением. — Тэхён, ты чё? Оставайся, щас еды закажем, — предложил Джин, заметив утомлённое состояние друга. Тэхён всегда был таким: немного отрешённым, молчаливым, задумчивым. Если бы они не были вместе с самого детства, Сокджин вряд ли бы попытался завести разговор с таким человеком, не говоря уже про дружбу. Ким для парня был уже своим, родным, поэтому такие закидоны воспринимались в порядке нормы. — Я притомился что-то, домой поеду, — прочесав волосы пятернёй, спокойно сказал Тэхён и подошёл к друзьям, чтобы обняться на прощание. — Кстати, может, сгоняем на баскет, когда сезон откроют? Наши будут играть с соседями, — жуя залежавшуюся конфетку, спросил Чимин. Юнги скептически окинул парня взглядом, засомневавшись в этой затее. Зачем заранее договариваться, чтобы сходить куда-то через почти два месяца? Сокджин просто согласился. Если всё будет нормально, то почему бы и нет? — Если мы с Джином «за», то ты в меньшинстве. Тэ, что скажешь? — Чимин посмотрел на друга своим самым умоляющим взглядом из всех, что были у него в арсенале. Но у Тэхёна ни один мускул не дрогнул, ему по барабану. — Если я не ошибаюсь, то капитана зовут Чон Чонгук, — подметил Юнги, переводя взгляд на Сокджина. — Теоретически брат Хосока — капитан нашей сборной? — задумчиво спросил Пак. — Этот парень хорошо владеет мячом, насколько я помню из видосов. Посмотрим, что в новом игровом сезоне нам покажут. — Если доживём до матча, то сходим, — согласился Тэхён лишь потому, что ему было необходимо посмотреть на то, как капитан Чон предстанет перед ним лохом позорным, не умеющим играть от слова совсем. Да, точно. После того как парень объебётся, Тэхён на него даже не взглянет и совсем перестанет ловить себя на мыслях об этом мелком. На том и порешили. Юнги от себя заявил, что будет весь матч хуесосить всех и вся, если ему что-то не понравится. Парни посмеялись и легко согласились поддержать его в этой затее. Уж лучше так, но полным составом, чем прилично, но без кого-то из своего великолепного квартета.

•••

Ким после встречи с друзьями всё никак не мог сосредоточиться на дороге. Обычно парень за рулём всегда был собран, но сегодня весь издёргался и словил практически все кочки на дорогах. На него накатила странная хандра, не желающая его покидать. Тэхёну просто хотелось верить, что за время, пока все растеряны, проблем с бизнесом не прибавится. Куда уж больше. Мало того что ублюдок Намджун продолжал пресекать их попытки укрепить своё положение и перехватывал потенциальных клиентов, так ещё и Богом, непонятно откуда свалившийся, уже укрепившись в северных районах, больно резко расползся и по другим территориям. О покое можно было только мечтать. Тэхён сильнее сжал руль, когда в мыслях проскользнул его новый знакомый, младший Чон. Да сколько можно заполонять его голову? Если бы он не был братом Хосока, то… А что было бы? Ким открещивался от любых мыслей, помимо насущных проблем, и сам не заметил, как уже подъехал к своему дому и стал осторожно парковаться у подъезда. Он жил в трёхэтажном доме, где на каждом этаже располагалось по три квартиры. У парня была маленькая жилплощадь, в которой имелось всего две комнаты. В первой, которая была поменьше, находилась ванная. Во втором помещении расположилась кухня; вместо обеденного стола была барная стойка со стульями. В этой же комнате стоял длинный диван, который раскладывался в кровать. Квартира маленькая, как раз рассчитана на одного человека — Тэхёна. Если в подростковом возрасте парень жил с бабушкой, то по прошествии многих лет уже позабыл, каково это — делить с кем-то личное пространство. Это дело стало непозволительной роскошью с его-то характером. Парень просто очень сильно сомневался, что когда-нибудь встретит человека, чью болтовню будет готов терпеть пожизненно и с кем захочется говорить самому, не напрягаясь при этом. Благодаря работе с Джином Тэхён успел поднакопить денег и первым делом купил квартиру, посчитав, что иметь свой уголок первостепенно и необходимо. Повезло, что в их трущобах цены по сравнению с городом были низкими. На Киме сейчас висел кредит за машину, который парень почти выплатил. Осталось всего-то пять платежей. Правда, учитывая, насколько туго шли дела в последнее время, рано было радоваться. Несмотря ни на что, для Тэхёна это был огромный показатель успеха. После смерти бабушки он думал, что проживёт максимум пару лет. Без Джина, который подтирал ему сопли, наверное, так бы и случилось. Парень пусть лично не говорил этого другу, но он ему был бесконечно благодарен за то, что тот вообще появился в его жизни. Когда совсем становилось плохо и Тэхён погружался в рефлексию, спасало лишь осознание того, что если он сам себе не поможет, то никто возиться с ним не будет. К удивлению, этот жёсткий способ взять себя в руки всегда работал. Ким просто не мог сдаться и пустить всё на самотёк. Парень скинул с себя одежду и, оставшись в одних боксерах, плюхнулся на диван, разложенный ещё с утра. Прикрыв глаза, он ещё раз прокрутил в голове разговор с друзьями. Ким пытался понять, представлял ли для них угрозу Богом, в случае если мужчина откажется сотрудничать? Скорее всего, ещё как представлял. Оставалось лишь надеяться, что Сокджин сможет договориться. Следом в мыслях пронеслись слова Чимина: «Кстати, вы в курсе, что есть пиздюк Чон? Только, как зовут его, я не знаю. В инсте увидел, Хосок выложил». В инсте увидел, говоришь? Тэхён, кряхтя, поднялся с кровати и достал из кармана снятых штанов телефон, после чего зашёл в приложение, в котором он сидел с фейкового аккаунта. Это была полностью пустая страница, ещё и закрытая; своей личной страницы нет и не будет — нахуй ему это надо. Подумав над тем, какой мог быть никнейм у парня, он перепробовал несколько вариантов, что результатов не дало. Следом решил попытаться найти Хосока, который отыскался с первого раза: просто имя и фамилию в поиск вбил. Публикаций было немного, на одной из фотографий был Чонгук в обнимку с Хосоком и ещё какими-то парнями. Фыркнув и подумав, что фотка неудачная, Тэхён пролистнул ниже, где была ещё одна фотография, только с братьями. Решив по-детски позлорадствовать, парень сделал скриншот и подрисовал на нём хуй на лбу Хосока и чёрные рожки младшему. После удалил изрисованную фотку и на обычной обрезал старшего Чона, оставив только Чонгука. Потом удалит, обязательно. Сейчас просто лень. Поставив телефон на зарядку, Тэхён тут же отрубился. Не зря говорят, что усталость — лучшее снотворное.

•••

В трущобах в плане мест для развлечения всегда было по нулям. Когда Чонгук с Хосоком были маленькими, у них недалеко от дома стояли качели — скрипучие, ржавые и единственные на всю округу. По прошествии нескольких лет они совсем развалились, и их растаскали на металлолом. Делать было нечего. Совсем. Музеи и театры парни только в фильмах видели, которые показывали в стареньком кинозале, где новинки появлялись с запозданием на год. Им пришлось самим придумывать себе способы развлечения, и так появилась мысль создать баскетбольную команду. Попотеть пришлось знатно, чтобы осуществить эту затею. Единственная площадка, которая оказалась не в аварийном состоянии, была неподалёку от их школы. Команду решили набирать из тех ребят, кто был в хорошей спортивной форме и кто наиболее активно себя проявит в помощи восстановления и оформления площадки. Чонгук был первым добровольцем, который помогал абсолютно во всём, за это и за последующие заслуги в играх его почётно наградили званием капитана. Хосок был горд за брата как никогда. Работы оказалось непочатый край. Первую неделю ребята убирали территорию, выкидывали железки и собирали осколки от бутылок. После чего ещё столько же времени заняла разметка на поле и покраска заборной сетки. Сами баскетбольные кольца тоже нуждались в доработке, поэтому парни сначала оттирали их от грязи, а затем красили. Ребята, у которых отцы занимались изготовлением мебели, приволокли доски, из которых умельцы сделали длинные лавочки. Девочки активно помогали со внешним обустройством площадки: рисовали плакаты и приносили фонарики, которые вешали на забор и деревья. Вышло по итогу очень красиво. Особенно в сравнении с остальными участками их трущоб. Какие-то подростки, которые оказались талантливыми художниками, разукрасили здания поблизости граффити, что тоже создавало антураж. За месяц всё доделали, после чего сформировалась команда из десяти человек, во главе которых был Чон-младший. Мальчики, которые поначалу не хотели участвовать в помощи, тут же заинтересовались и стали приходить на игры, чтобы поболеть за своих. Даже девочки, которые порой вообще боялись высовываться в вечернее время, стали появляться на матчах. Так прошёл уже год с момента первого матча. Играла команда Чонгука с ребятами из соседних районов, у которых тоже были свои коллективы. В самом начале парни условились участвовать в матчах раз в месяц в последнее воскресенье месяца — это стало уже неизменной традицией. Не проводили игр они только в зимнее время, давая себе так называемый отпуск. Последний матч приходился на ноябрь, после чего открывали новый сезон в первом весеннем месяце.

March

Чонгук обычно не нервничал перед матчами, но это была их первая игра в этом сезоне. Уж очень не хотелось упасть в грязь лицом в первую очередь перед своими сокомандниками, которые верили в Чонгука и в то, что он, как капитан, приведёт их к победе. В этот раз игра предстояла с парнями из южного района, которые отличались своим напором — те в предыдущей игре просто вынесли соперников, которым не удалось забить ни одного мяча. Либо они играли с новичками-любителями, либо действительно были настолько жёсткими пацанами. После трёхмесячного перерыва как бы не продуть. Парни хоть и тренировались, но этого было очень мало для того, чтобы сходу всех одолеть. За прошедший год они отыграли девять игр, из которых проиграли три и то в начале своего пути. Сейчас у них уже сформировался авторитет среди других команд, да и придёт болеть много молодых людей: взрослые считали, что они занимались хуйнёй, а не баскетболом и, вообще, лучше бы шли работать. Рано утром Чонгук встретился со своей командой, и они провели разогревающую часовую тренировку, после чего капитан распустил всех до вечера. Встретиться договорились пораньше, чтобы немного размяться. Хосок ещё за неделю до матча сказал, что обязательно придёт, чтобы поболеть за своего братишку, и купит ему бочку пива, в случае если тот проиграет. Надо же будет горе утолить. Чонгук в ответ заявил, что пусть уж лучше купит бочку пива в честь победы — команду порадовать. Целый день младший места себе не находил. После тренировки зашёл в круглосуточный магазин и купил энергетик, который выпил минуты за три, понадеявшись, что хоть он приведёт его немного в чувства. Чонгук списал своё сегодняшнее беспокойство на волнение перед игрой, хотя обычно всегда чувствовал уверенность в своих способностях и мощности его команды. Телефон издал секундное жужжание, оповещая о новом сообщении. Чонгук достал его и открыл входящее: Намджун: Чонгук, привет! Прости, не успею сегодня на игру, но желаю выебать всех. Если выиграете — приглашаю всю команду отметить. За мой счёт.

Чонгук: Ахах, от души. Ну уж нет, если победим — я лично проставлюсь.

К сожалению, хоть сообщение от друга и подняло младшему настроение, но от тревожности не избавило. Наоборот — теперь появилась ещё большая ответственность. Будь что будет.

•••

Вечером, уже за полчаса до начала матча, на площадке начали собираться знакомые ребята и приехавшие поглазеть пацаны с других районов. Такое грандиозное событие никто бы не пропустил. Переодевшись в спортивную форму, которая была у всей команды одинаковая, Чонгук подошёл к Хосоку, сидящему на лавочке. Брат держал в руках большой плакат с названием команды младшего. Ему бы в группу поддержки да с помпонами по площадке скакать. — Волнуешься? — заботливо спросил Хосок и положил ладонь на плечо брата, после чего начал его легонько массировать. — Есть немного, сам посмотри, сколько народу пришло. Так много ещё ни на одном матче не собиралось. Проёбемся — будет обидно. — Чонгука на самом деле поражал масштаб события. Вокруг площадки уже собралось человек пятьдесят, и это ещё даже не приехали соперники, с которыми тоже прибудут поддерживающие их ребята. — Вы справитесь, — без доли сомнения сказал Хосок. Он действительно всегда искренне верил и будет верить в брата. Младший в ответ легонько улыбнулся и очень сильно удивился, когда, повернув голову вбок, чтобы посмотреть на новоприбывших, заметил среди толпы Тэхёна, пришедшего на матч со своими знакомыми. Парень на расслабоне подходил к площадке и переговаривался с Чимином и Юнги. Джина среди парней не было: с ним согласился встретиться Богом, поэтому тот тут же двинул к нему. — Какого хуя они тут делают? — озлобленно спросил Хосок, увидев Кима и уже знакомых ему Пака и Мина. С последними старшему Чону довелось пересекаться ещё до того, как они начали проворачивать свои дела на их с Намджуном территории. — Я не звал, если что. Кто эти двое с тем парнем с вечеринки? — шёпотом спросил Чонгук. Младший видел этого незнакомца последний раз аж два месяца назад возле дома Намджуна. Сердце начало странно сжиматься, а волнения стало будто бы в разы больше. — Кореша его, — так же шёпотом ответил Хосок и закатил глаза. Ну вот зачем они припёрлись? Раньше что-то матчи их несильно интересовали, а как Ким пересёкся с его братом, так сразу прибежал, ещё и друзей своих прихватил. — Знаешь их? — задумчиво нахмурился Чонгук. Хосок лишь покачал головой в стороны, мол, ничего не знает, ничего не скажет. На место прибыла команда соперников, поэтому Чонгук пошёл к своим пацанам. Тэхён с Чимином и Юнги заняли самую крайнюю лавочку, рассчитанную как раз на троих. Всего здесь стояло шесть лавочек — элитные места, хули. Остальные же облепляли по периметру забор площадки, всем это было привычно, главное, чтобы хотя бы можно видеть матч. — А Чон-младший ничё такой, даже лучше, чем на фотках. И действительно тот самый капитан, — усмехнулся Чимин и откинулся на лавочку. Юнги поддерживающе кивнул. Тэхён же промолчал, он был занят тем, что наблюдал за Чонгуком, который что-то бурно обсуждал со своими сокомандниками. — Когда начало игры? Я заебался уже, — тяжело вздохнул Мин и сложил руки на груди. Пак цокнул и тыкнул его в бок. — Тэ, го свалим? Я же вижу, что тебе неинтересно. — Нет, мне норм, — ответил Ким, секундно взглянув на друга, после чего снова перевёл взгляд на капитана Чона. «О чём можно пиздеть с такой лыбой?» — всё крутилось в мыслях у Тэхёна. — Я в ахуях, Чимин, нашего друга подменили. — Юнги наигранно схватился за сердце. Чимин, поддерживая игру, прикрыл рот рукой и смешно выпучил глаза. На середину площадки вышел мужичок с беспроводным микрофоном. Этот мужчина в возрасте — бывший, как он сам рассказывал, баскетболист, который вёл физру у них в школе. Когда он узнал, что ребята хотели организовывать матчи, он поддержал их идею и даже обеспечил мячами. Теперь мужчина мало того что проводил игры, так он ещё и был единственным судьёй, который беспристрастно мог оценить игру и рассудить всех в случае спорных моментов. — Попрошу внимания! Мы начинаем игру. Капитанов команд попрошу вывести на площадку игроков и поприветствовать друг друга. Ребята заметно занервничали, поэтому Чонгук, как капитан, быстро подбодрил всех. Выйдя на игровое поле, обе команды встали в две линейки и обменялись приветствиями и пожеланиями удачи. Выходить на площадку каждый раз было волнительно, потому что можно было только представлять, что в этот раз пойдёт наперекосяк. Судья вытянул руку с мячом и со свистком подбросил его в воздух. Спорный мяч разыграли в пользу команды Чона, но вскоре один из соперников выбил мяч из рук и передал его одному из своих. Не прошло и минуты, как шустрый блондин благодаря всеобщей растерянности проскочил мимо парней и забил первый мяч. Кто-то из болельщиков одобрительно похлопал, некоторые наоборот недовольно начали что-то выкрикивать. Внутри младшего Чона разгорелся огонь, тут же захотелось эту блондинистую голову приложить об асфальт. Дальше всё пошло как по маслу. Первая четверть игры закончилась спокойно: команда Чонгука вырвалась вперёд, но соперники дышали им в спину, уступая всего каких-то четыре очка. Капитан Чон подбадривал своих пацанов, постоянно менял тактику, чтобы противники не просчитали их комбинаций и не нашли слабого места. Но всё равно Чонгук чувствовал, что это было затишье перед бурей и готовилось что-то жёсткое. Он видел отрывки в интернете, как играли их соперники, и сейчас они показывали явно не лучший результат, словно играли вполсилы, выматывая команду Чонгука. Оказалось, что чутьё Чона-младшего не обмануло. На площадке атмосфера будто накалилась. За какие-то десять минут соперники сумели не только сравнять счёт, но и вырваться вперёд. Чонгук попросил тайм-аут и решил сменить тактику, переходя к тяжёлой артиллерии. Это помогло, но ненадолго: соперники быстро просчитывали ходы и находили слепые зоны, куда парни чисто физически не могли быстро добежать. Чон приходил в ярость, тот блондин продолжал блокировать его и смотрел так мерзотно-снисходительно, что Чонгук держался из последних сил, чтобы не наброситься с кулаками. Сдаваться было рано. Капитан продолжал делать манёвры, удивляя не только другую команду, но и своих товарищей: вот он стоял один на один против нападающего, который уже собирался сделать бросок, как Чонгук резко вырвал из его рук мяч и побежал через всю площадку, чтобы заработать ещё пару очков своей команде. Но противники тоже не терялись: на каждые два очка отвечали ещё двумя. Парни из обеих команд ужасно вымотались, они ведь играли одним составом от начала и до конца без замен — это было вдвойне сложно. Может, в будущем они пересмотрят свой взгляд на то, чтобы набрать ещё больше людей в команду и начать играть меняясь. Игра приняла ожесточённый оборот: противники чуть ли не зубами вырывали мячи из рук и не давали забить, а их атаки стали быстрыми и агрессивными. Спустя каких-то двадцать секунд парням удалось сравнять счёт. Оставалось ещё десять секунд до конца игры. Толпа одновременно начала отсчитывать время вслух вместе с судьёй. Десять секунд, и наступление противников. Главная задача команды Чонгука — не позволить забить, тогда объявят овертайм, и они отыграются. Пятый номер из команды соперников поставил заслон нападающему из команды младшего Чона, чтобы пропустить своего товарища ближе к кольцу. И всё как в замедленной съёмке: парень бежал навстречу нападающему, пытаясь заблокировать проход, противник прыгнул с мячом и в полёте на последней секунде забил решающий мяч в корзину капитана. Группа поддержки противников ликовала, где-то в толпе слышался звук открывающихся баночек пива. Чонгук, задыхаясь от усталости, закрыл глаза руками. Они проебали впервые за долгое время. Раздался последний свисток судьи, и обе команды встали в линейку, чтобы завершить матч и поблагодарить соперников за хорошую игру. Напротив Чонгука остановился тот блондинистый ублюдок и гаденько улыбнулся, но парень принципиально на него не смотрел. После завершения команда соперников уехала, и народ стал расходиться. Чонгук подозвал своих ребят, которые были очевидно поникшими и сильно уставшими. Капитан сказал всем о том, какие они были молодцы и что проигрыш ничего не значил. На прощание он каждого крепко обнял и всем пожелал доброй ночи, пообещав, что завтра они встретятся в баре и все вместе хорошенько отдохнут. Настроение было из разряда «можно и лучше». Чонгуку захотелось в одиночку прогуляться, чтобы никто не действовал на нервы. Быстро переодевшись, парень передал спортивную сумку с вещами Хосоку и попросил не ждать его, а поехать домой. Брат на удивление не стал задавать вопросы младшему. Видимо, понял, что Чонгуку нужно побыть наедине со своими переживаниями. Хосок попросил парня сильно не задерживаться и покинул его. После того как старший уехал, Чонгук остался сидеть на лавочке, пребывая в полном одиночестве. Икроножные мышцы сводило судорогой, сложно было разгибать локти на руках от тянущей боли. Чон опустил руки к ногам и начал массировать те круговыми движениями, чтобы хоть немного отпустило. В висках нещадно пульсировало, по лбу стекал холодный пот. Парень поднял голову к небу и уставился на мерцающие звёзды. В последнее время Чонгук всё чаще стал смотреть на ночное небо, когда было тяжело. Становилось будто легче на душе. Сзади парня раздался хруст поломанной ветки. Ночь, плохой район, вокруг никого из знакомых — да мало ли что приключиться могло. Чонгук резко обернулся назад, чтобы посмотреть на источник шума. Но то ли к счастью, то ли к сожалению, никого ужасного он там не увидел. Младший мысленно удивился, что ничего не слышал, до тех пор пока к нему не стали подходить. Значит, со стороны наблюдал? Темноволосый парень, чье имя Чонгуку до сих пор не было известно, стоял перед капитаном во всей своей красе: чёрные спортивки, чёрно-серые данки, светлая толстовка с капюшоном, на которую сверху была надета нараспашку чёрная плюшевая куртка. Чон заценил стильный образ парня и одновременно с тем почувствовал себя каким-то заморышем. Он сидел весь взлохмаченный и вспотевший, в своих чёрных джинсах со рваными коленями и тёмно-сером худи, на который пролил воду, пока после матча, умирающий от жажды, всосал почти литр. Парень подошёл ближе к Чонгуку и молча сел рядом, не став спрашивать на это разрешение. Посчитал, что будет как-то неудобно задавать вопрос, можно ли сесть, учитывая, что они здесь одни и уже знают друг друга. Младший уставился на темноволосого и скрестил руки на груди, после чего наигранно обиженно начал разговор первым: — Если ты и сейчас не скажешь, как тебя зовут, то просто уйди. — И ещё так хмыкнул, чтобы уж наверняка показать, насколько он был задет неразрешённым вопросом. Темноволосый посмотрел на Чонгука с улыбкой. Ему было приятно, что даже спустя целых два месяца Чон всё ещё помнил его. И вот, спустя столько времени с момента их первой встречи, парень наконец представился: — Меня зовут Ким Тэхён. Неужели ты правда хотел услышать это именно от меня и даже не попытался у кого-нибудь выведать? Чонгук отрицательно помотал головой. Киму он, конечно же, не признается, что ещё как пытался выведать хоть каплю информации. Парень пару раз поинтересовался у брата, кто это был на вечеринке и почему Хосок на него так сильно взъелся. Старший на вопросы ничего не отвечал, лишь отмахивался и просил не лезть в его дела. — Это было бы нечестно. Ты узнал лично от меня, поэтому и мне хотелось услышать это от тебя. — Чонгук отзеркалил улыбку парня. Младший принялся разглядывать Тэхёна, отмечая про себя, что тот выглядел немного иначе. — Что на душе? — заметив нечитаемый взгляд Чонгука на себе, спросил Тэхён, вопросительно подняв при этом бровь. — Думаю, что, когда мы впервые встретились, ты был другим, — честно ответил парень, хотя прежде немного сомневался в том, стоило ли ему так просто выкладывать, что в мыслях крутилось. Ким действовал на него странным образом. Рядом с ним почему-то не хотелось врать или увиливать от ответов. Тэхён, услышав это, помрачнел. Он и сам чувствовал в себе какие-то перемены, но списывал их на что-то возрастное. Но если даже Чонгук, которого он видел второй раз в своей жизни, так чётко это подметил, то точно было что-то не так. Тем более прошло уже немало времени с момента вечеринки, и Ким успел подзабыть, что он там мог вытворить такого, что его сильно отличало от себя настоящего. — Я в хорошем смысле, не хмурься, — сказал младший, и на его губах появилась лёгкая улыбка. — Тогда ты показался мне слегка безумным, был не в себе, что ли. Сейчас же наоборот… — Скучным? — нахмурившись, выдвинул своё предположение Тэхён, перебив парня. — Чё? — опешил Чонгук. Мало того что не дал договорить, так ещё и вывернул слова. — Не скучным, а спокойным. Точно не способным помочь человеку вылезти из окна, — прокручивая в мыслях их общее воспоминание, хмыкнул Чонгук. Чуть расслабившись, Ким тоже улыбнулся. Действительно, забавное событие их связало. — Знаешь, ты тоже изменился. Не выглядишь как человек, который хочет сбежать ото всех через окно, — парировал Тэхён, затем встал с лавочки и подошёл к баскетбольному кольцу. Чонгук поднялся следом и, претерпевая ноющую боль в мышцах, последовал за парнем. — Расстроился из-за проигрыша? — заботливо спросил Тэхён. Помнилось ему, когда они только запланировали с пацанами, что пойдут поглядеть на матч, Ким чётко для себя решил, что если команда Чона проиграет, то он будет лохом пожизненно. Сейчас же так думать не хотелось. Даже стало немного жалко парня, поэтому, как только прозвучал свисток судьи, говорящий об окончании игры, Ким тут же встал со своего места и ушёл, не желая видеть этой расстроенной моськи. — Ты пришёл, чтобы поддержать меня? — улыбаясь спросил Чонгук, после чего остановился напротив Тэхёна, который облокотился на баскетбольное кольцо. Парень не разделял притворно хорошего настроения капитана, поэтому промолчал. Чонгук, поняв, что ответа на его вопрос не последует, продолжил: — Честно говоря, да, расстроился. Продуть именно им — всё равно что выпить пиваса и слечь с отравлением. — Ким удивлённо посмотрел на младшего Чона, который привёл эту аналогию с настолько философским лицом, будто это он был автором всех пацанских пабликов с крутыми цитатами. — Почему именно такая ассоциация? Ты что, присосался к кому-то из команды, как к пивку? — насмешливо спросил Тэхён, просто-напросто не найдя другого адекватного объяснения подобному сравнению. — Ну нахуй, — поморщился парень. — Не знаю даже, просто игра была такой желанной, а послевкусие противное. — Чонгук, начав немного замерзать, потёр ладошки друг об друга и подул на них. Пусть уже конец марта, но всё равно ночи у них были прохладными. Парень к тому же был относительно легко одет и разгорячён после выматывающей игры. Тэхён, подумав, что не хватало ещё, чтобы эта мелочь заболела, ни на секунду не засомневавшись, снял с себя плюшевую куртку и накинул её на плечи Чонгука. Парень лишь смущённо улыбнулся и не стал отказываться от помощи. Раз Ким захотел позаботиться, то так тому и быть. Тишину между ними прервал входящий вызов от Хосока. А ведь младший попросил дать ему побыть одному. Чонгук, конечно, понимал, что брат переживал за него, но иногда он бывал просто невыносимый. Тяжело вздохнув, Чон-младший сбросил звонок, после чего зашёл в сообщения и быстро напечатал ответ:

Чонгук: Я щас занят. Через час буду дома.

Хосок: Всё норм? Ты с кем-то? Продолжать переписку Чонгук не стал, стушевавшись под пытливым, неотрывным взором Тэхёна. Той самой вещью, которую он заприметил ещё с их крайней встречи, стали чужие пронзительные до глубины души и тёмные, как смоль, глаза. Этот самый взгляд, которым он на него сейчас смотрел, точно такой же, как и на вечеринке. Наверное, это единственное не изменившиеся за прошедшее время явление. Младший правда не понимал, как обычный человеческий взгляд мог заставлять что-то чувствовать? Он ведь не ведьмак какой-нибудь, простой парень. Ким вызывал в нём даже не какую-то конкретную эмоцию, а просто в целом будто проникал в сознание и начинал дёргать за нужные ниточки. — Тебе пора идти? — спросил Тэхён, отводя глаза в сторону. Почему-то парню очень сильно захотелось, чтобы ответом прозвучало «нет». — Зачем ты пришёл, Тэхён? — вопросом на вопрос ответил Чонгук. На самом деле он захотел об этом спросить ещё в тот момент, когда увидел подошедшего к нему Кима. Младший прекрасно видел, как после завершения игры Тэхён поднялся и просто ушёл, даже не взглянув на капитана. Чон и не надеялся, что парень захочет, чтобы они снова провели время друг с другом. Но, несмотря ни на что, Тэхён вернулся, причём только после того, как здесь не осталось никого. Ким и сам не знал, как так вышло, что блуждания в чертогах своего разума снова привели его к этому месту. Тэхён ясно осознавал, что сбежал, потому что не хотел видеть горесть от проигрыша на чужом лице, но всё же вернулся. В нём горел малюсенький огонёк надежды, что Чонгук окажется здесь, но этот шанс был ничтожно мал. — Я не знал, что ты здесь будешь. Просто гулял. — Сказав отчасти правду, Ким пожал плечами. Тэхёну не хотелось признаваться, что он не просто «не знал, что Чонгук здесь будет», а на это надеялся. — Если спрошу, почему ты ушёл, ответишь? — Младший исподлобья взглянул на парня. Ему было бы неприятно думать, что Ким сбежал, потому что не смог вынести поражения команды, представляющей их трущобы. Да это и не только Тэхёна касалось. Чонгуку, как капитану, очень важна была отдача не только сокомандников, но и людей, которые их поддерживали. Разочаровывать кого-то, кто в тебя верил, бывало очень больно. — Дела появились, — парень врал и не краснел. А ему и нечего было рдеться. Тэхён изначально не сильно-то горел желанием вообще появляться на этом матче. Так, согласился лишь за компанию. — А как разобрался с делами, сразу вернулся? — легко усмехнулся капитан и глянул на забавную реакцию собеседника. Тэхён, пойманный на блефе, кивнул в ответ, подтверждая слова Чона, и мягко улыбнулся. — Я специально остался, чтобы лично для тебя финал переиграть, — пошутил Чонгук, наблюдая за тем, как Тэхён игриво вскинул брови. Ким бы с удовольствием посмотрел на то, как младший провёл бы игру лишь для одного человека — для него. Чонгук снял с плеч чужую куртку и вернул Тэхёну. Парень обратно её на себя надел и стал следить за действиями капитана, который, забыв про боль, подорвался с места и схватил мяч с лавочки. Чон стал вести мяч, ударяя его об асфальт, и подбежал к баскетбольному кольцу на другой половине площадки, после чего легко забросил его точно в корзину. Повернувшись к Киму, парень вскинул руки вверх, изображая радость от победы. Тэхён, глядя на младшего, рассмеялся и поаплодировал. Капитан, подыгрывая спектаклю Кима, положил руку себе на грудь и сделал глубокий поклон. — Ты в форме, значит, точно выиграешь ещё не один матч. Случаются и взлёты, и падения, это будет тебе уроком и мотивацией становиться только лучше и не останавливаться на достигнутом. — Чонгук медленно стал подходить к Тэхёну, внимательно его слушая. Парень положил ладонь на плечо младшего и легонько его погладил. Тревожность как рукой сняло, видимо, Тэхёновой. — Я подвёл команду, — тихо сказал Чонгук, стыдливо опуская взгляд в пол. После проигранного матча парень никому не посмел пожаловаться, перед каждым держал лицо и даже сам подбадривал расстроившихся ребят. Вот только почему-то перед Тэхёном держать эту маску стало невыносимо. Ким сжал ладонь на плече Чонгука, а свободной рукой поднял голову парня за подбородок вверх. Заглянув в чужие глаза, Тэхён негромко проговорил: — Это не так, Чонгук. Если после этого поражения ты расклеишься и решишь, что оно было фатальным, то тогда да, ты всех подведёшь. Та команда просекла все ваши фишки, была на шаг впереди. Я думаю, что в какой-то мере они даже грязно играли. Но это не значит, что вы плохие, слышишь? Ты большой молодец. Чон, не отрывая глаз, слушал парня, стоящего перед ним. Ему хотелось верить, что слова Кима были правдивыми, а не просто для поднятия боевого духа. — Спасибо, Тэхён. Мне стало немного легче, — наконец выдавил из себя Чонгук, который уж слишком долго молчал, подбирая нужные слова. Ким, в свою очередь, не торопил. Несмотря на то что парень просто стоял рядом, от него ощущалась такая необходимая сейчас поддержка. — Пойдём, я отвезу тебя домой, — настойчиво сказал Тэхён, поставив Чона перед фактом. Младший не был против, даже наоборот — очень ему благодарен. Парень подхватил с пола мяч и, ощущая тяжесть в ногах, поплёлся за Кимом, мысленно надеясь, что у него не развалится тело. До машины шли минуты три, Тэхён зачем-то припарковался подальше от спортивной площадки. Ким ключами от машины разблокировал двери, чтобы Чонгук сел первым. Парень снял с себя куртку и бросил её на заднее сиденье, после чего сел на водительское место. — Крутая тачка, — разглядывая салон, восторженно подметил Чонгук. Сам он был аккуратистом до мозга костей, и его раздражало, когда что-то было заляпано или криво лежало. Чону внутри ну уж очень понравилось. В машине было так чистенько, что даже на приборной панели не оказалось годовалого слоя пыли, как в тачке Хосока. Он, конечно, не знал, как обстояли дела в бардачке, куда обычно всё сваливали, но капитан почему-то был уверен, что и там ни фантика. — Ты так придирчиво разглядываешь, мусор ищешь? — Тэхёна позабавило то, как Чонгук, как настоящий ревизор, взглядом штудировал его тачку. Чон лишь смущённо улыбнулся и отрицательно помотал головой. — Брата тоже за грязь ругаешь? — Ким постучал пальцами по рулю и по-доброму посмотрел на парня. — Я тебя не ругаю, — возмущённо протянул Чонгук и следом мягко добавил: — Не придумывай. — Тэхён, услышав его забавный тон, улыбнулся. Он раскрыл окна нараспашку, лицо обдувал ночной ветер, была такая приятная свежесть. — Расскажи мне, почему мой брат тебя не любит, — пытаясь придать жёсткость голосу, сказал Чонгук, хотя больше это походило на просьбу. Ким повернул голову в сторону младшего и поймал на себе суровый взгляд, никак не соответствующий этому детскому вопросу — «почему не любит?». — Давняя история, — увиливал от ответа Тэхён точно так же, как и медленно петлял по улицам, направляясь к дому Чонгука. Адреса, кстати, Чонгук ему не называл: Ким и сам знал, куда ему надо. Сокджин в самом начале работы предупредил, что дома Намджуна и Хосока нужно объезжать за километр. Ну, вот как раз этот самый километр и остался до точки назначения его ненаглядного пассажира. — Мне это не нравится, — сложив руки на груди, недовольно произнёс Чонгук и отвернулся от Тэхёна к окну. — Почему от меня всё скрывают? Я даже не знаю, чем брат родной занимается. — Тэхён нахмурился, совсем не ожидав услышать это от Чона. В каком смысле не знает? — Почему он тебе не говорит? — задумчиво спросил парень. Тэхён правда не понимал, как Хосок мог скрывать настолько серьёзные дела от младшего брата, как ему это вообще удавалось? Да, Чонгук ещё мелкий, но это не значило, что его можно ни во что не ставить. А если парень по незнанию в беду попадёт? — Я понятия не имею. Просто не хочет, и всё. Да ну и хуй с ним. Ты же мне расскажешь? — попросил Чонгук, состроив милое лицо. Да уж, Чимин со своими моськами и рядом не стоял, конечно. У Кима, кажется, даже сердце ёкнуло, но нет, его таким трюком не проймёшь. Тэхён скорее пару раз с Хосоком подерётся и упрекнёт того в хуёвости, чем станет камнем преткновения в братских отношениях. — Чонгук, я не могу этого сделать, ты же понимаешь. — Тэхён продолжал следить за дорогой и нарочно не смотрел в сторону притихшего младшего, который уже успел привыкнуть к подобным ответам. — Не дуйся, Хосок расскажет, когда придёт время. — Чон хотел уже было сказать Киму, что пусть свои советы для кого-нибудь другого прибережёт, но промолчал, когда заметил, что они уже подъезжали к его дому. — Стоит ли мне спрашивать, откуда ты знаешь дорогу? — на выдохе спросил Чонгук у Тэхёна, остановившегося у нужного дома. — Лучше не надо. Увидимся. — Ким сложил руки на руле и посмотрел на озадаченного парня, который на прощание бросил лишь «доброй ночи» и, захлопнув дверь, ушёл. Прежде чем уехать, Тэхён проводил взглядом Чонгука. После этой прогулки Ким окончательно осознал, что теперь на одну головную боль в его в жизни стало больше — иначе парень не знал, как описать свои мысли касаемо того, что если они не увидятся в ближайшее время случайно, то ему придётся этой встрече поспособствовать.

•••

Чонгук тихо зашёл в дом и закрыл за собой дверь, стараясь сильно не шуметь, чтобы не разбудить брата. Прислонившись спиной ко входной двери, парень шумно выдохнул. Он был абсолютно уверен, что ему сейчас не показался этот взгляд, прожигающий его затылок. — И где ты был? — Хосок, вышедший из своей комнаты, сонно и недовольно уставился на брата, сложив руки на груди. Он услышал, как возле их дома остановилась машина, поэтому легко срастил, что брата кто-то подвёз. Насколько Хосоку было известно, друзей на тачке у Чонгука не было. Вопросов к младшему становилось всё больше. — На площадке, с другом. — Чонгук отлип от двери. Специально не смотря брату в глаза, парень прошёл на кухню, где достал с верхней полки свой новый стакан со звёздами и налил в него прохладной воды. Хосок вошёл в комнату вслед за младшим, буравя его взглядом. Нервозность ощущалась почти что в воздухе. — Что за новый друг на машине, не расскажешь? — с серьёзным выражением лица допытывал Хосок. В любой другой ситуации ему было бы не столь неважно, с кем тусовался Чонгук. Просто брат отчётливо видел, что младший после вечеринки стал себя странно вести и чего-то явно недоговаривать. Хосок после рассказа про драку в коттедже у Намджуна испереживался весь. Ещё и опасения личного характера нарисовались в виде некого Кима, про которого младший брат пытался так беспалевно разузнать. — Чё ты хочешь от меня, Хосок? — Чонгук, не рассчитав силы, чуть громче нужного поставил стакан на стол. — Ну серьёзно, какая разница? Ты раньше никогда не интересовался моими знакомыми. — Чон-младший и сам не понимал, почему его эта тема так жёстко напрягала. Чонгук видел в этом вопиющую несправедливость: то есть то, что Хосок скрывал от него кучу вещей, — это норма, а как он сам стал что-то умалчивать, так сразу предъявы со всех сторон полетели. — Я в ахуе, Чонгук. Почему спрашиваю, говоришь? Наверное, потому, что меня беспокоит то, что ты закорешился с человеком, с кем я тебя просил не связываться. — Хосок действительно сразу понял по реакции ещё у двери, с кем именно был его брат. Внутреннее ощущение напоминало горечь от предательства. Нет, старший понимал, что сам виноват в том, что в их семье появился раскол, но Хосок и подумать не мог, что всё настолько далеко зайдёт. А ведь всё из-за этого треклятого бизнеса. Если бы старший сразу обо всех делах поведал Чонгуку, тот бы по незнанию не связался с Кимом. — Что не так с Тэхёном? — отчаянно спросил младший, уставившись на брата стеклянными глазами. Его неимоверно бесила вся эта ситуация, казалось, что ещё немного — и Чонгук просто уйдёт куда-нибудь подальше отсюда. — Он работает на наших с Намджуном конкурентов, — надрывно выпалил Хосок. Теперь точно придётся объясняться перед Чонгуком, удивлённо вскинувшем брови. Парень ожидал чего-то подобного, но всё равно у него эти вещи пока что не укладывались в голове. Было слишком много вопросов. — Да, Чонгук, ты был прав. Я работаю с Намджуном уже очень долго, и наш бизнес завязан на наркотиках. Тэхён со своими друзьями, которые были сегодня на матче, — наши конкуренты, которые основались на нашей с Намджуном годами завоёванной территории. — Вы что, наркотой барыжите? — Осознание ударило Чонгука сильнее, чем он на это рассчитывал. Стало трудно дышать. То есть брат всё время скрывал вот это? И Тэхён, оказывается, в этом же болоте плавал. Неудивительно, почему он себя так странно вёл. — Теперь ты понимаешь, почему я не хотел тебе говорить? — гнев Хосока сменился на грусть. Он всегда мечтал быть для младшего примером для подражания, а по сути ничем не отличался от обычных барыг, которых они в детстве не понимали. Парню было страшно разочаровать Чонгука, верящего в него. — Блять, тебе нужно было сразу мне сказать! Я, как дебил, всё время ходил и не знал, что тебе приходится переживать. Прости меня за то, что наезжал. — Хоть младшему было тяжело принимать такую правду, он правда пытался. Нелегко просто взять и осознать, что его брат и Намджун торговали наркотой. — Как ты себе это представляешь? — Хосок развёл руками и уставился на Чонгука. — «Брат, знаешь, мы с Джуном барыги!» — так, что ли? — Примерно так, — усмехнулся Чонгук, потерев лицо руками. Какая же до невозможности абсурдная ситуация, он находился будто бы в параллельной вселенной. Казалось, что всё это происходило не по-настоящему и сейчас из всех углов вылезут друзья и скажут, что решили его разыграть. — Когда мы только начинали, я думал, что это ненадолго… — честно признался брату Хосок. — После того как всё хорошо пошло, сам понимаешь, уйти стало сложно. — Так у вас общий бизнес? — любопытствовал Чонгук. Парень и подумать не мог, что беззаконие, о котором было так много громких разговоров, окажется к нему настолько близко. Блять, неужели Тэхён так же глубоко во всём этом встрял? Младшего эта перспектива совсем не радовала. — Намджун всем руководит, связи-хуязи и прочее на нём. Я развожу товар. — Чонгук от удивления аж рот раскрыл. Вот это да, он такое только в кино видел. В этих самых фильмах наркоторговля — очень абстрактное понятие, как и те же мафиозники. Неокрепшие умы смотрели на это и думали, что единственная сложность в бизнесе заключалась в том, чтобы менты не поймали и не устроили групповых перестрелок. На деле же это была лишь крупица всего, в подробности этой грязи никто углубляться не хотел. — Возьмёшь меня на заказ как-нибудь? — испытывал брата Чонгук. Не одному же Хосоку на его нервах играть? — Не вздумай даже. И от этого Тэхёна подальше держись! — припомнил Хосок, ловко меняя тему, причём удачно, потому что Чонгук тут же изменился в лице и стал отстранённым, типа его совсем это не касалось. — Я серьёзно. Ты мой брат, а шароёбишься с соперником. Не боишься, что этот твой Ким с тобой пересекается в своих целях? Или чтобы мне насолить? Парень оторопел. Он ведь не понимал раньше, почему они друг друга недолюбливали. А теперь, зная истинную причину, он ощутил, как предположение Хосока неприятно отозвалось спазмом в области солнечного сплетения. Смешанные чувства: с одной стороны, Чонгук всецело верил старшему, но, с другой, просто не мог принять тот факт, что Ким стал бы так поступать. Если действительно окажется, что Тэхён использовал Чонгука в своих целях — он лично набьёт ему ебало без капли жалости, наверное. — Я заебался, пойду искупаюсь и лягу спать. Завтра, кстати, мы с командой поедем в бар отмечать. С тебя обещанная бочка пива, ну или хотя бы пара коктейлей. — Чонгук с грустью улыбнулся и зевнул. — Договорились, организую всё. Спокойной ночи, иди отдыхай. — Хосоку сейчас было очень важно поддержать брата, у которого в последнее время были сплошные эмоциональные качели. Старший правда за него переживал, несмотря на то что понимал, что в каких-то моментах мог перегибать палку и слишком давить. — Доброй ночи, — напоследок сказал Чонгук и ушёл в ванную комнату. Включив горячую воду, Чонгук разместился под струйками и простоял так минут пять не шевелясь. Вылив каплю геля на мочалку, младший принялся намыливать себя и продолжал думать о прошедшем дне. Действительно, его сегодня прокатили на эмоциональных качелях все кому не лень. Первым делом парня вымотали на утренней тренировке, затем «потоптались» по капитану во время матча. Про встречу с Тэхёном вообще думать не хотелось, но пришлось: тот сначала обрадовал, явившись, а затем оставил после себя недосказанность. Ещё и брат под конец дня добил, отправив младшего в нокаут. Чонгук правда не представлял, сколько ему нужно времени, чтобы свыкнуться с мыслью о работе Хосока. Он, конечно, догадывался, что там могла быть загвоздка, раз старший так категорично отказывался говорить, но не такая же. Вылезая из душа, Чонгук потопал в свою комнату, которая раньше была их общей с братом. После сделанного в доме ремонта Хосок перебрался в бывшую комнату тётки, а Чон-младший остался в этой, обустроив её под себя. Дом у них был хоть и не очень большим, но аккуратным и уютным. Старший благодаря навыкам, отработанным в юношестве, смог своими руками, не прибегая ни к чьей помощи, положить новые полы и покрасить стены в светло-серый цвет. Чонгук, в свою очередь, лично занимался оформлением каждого уголка. Всего в доме было четыре комнаты: две спальни, ванная, совмещённая с санузлом, и просторная кухня. По старой привычке младший запер дверь в комнату на щеколду. Парень переоделся в домашнее и плюхнулся на кровать, тяжело выдыхая. Бесконечная усталость брала своё. Чонгук взял в руки телефон и зашёл в беседу с парнями из своей команды, в которой все написали, что, несмотря на то что они не победили, каждый очень доволен игрой и что все будут рады завтра встретиться и отметить пусть и проигрыш, но зато какой грандиозный! Чон отписался, что все были умничками и он очень рад, что у него есть такая замечательная команда. Зайдя во вложения беседы, младший заметил, что кто-то скинул фотографии с сегодняшнего матча. Пролистав фотки и посмеявшись со своего напряжённого лица на некоторых, Чонгук сохранил несколько из них. Следом парень заметил, что в кадр попадали болельщики, точнее, один конкретный. Чон приблизил фотографии, где хорошо было видно Тэхёна и сохранил почти все из них. Младший и сам не знал, зачем это сделал. Скорее всего, просто захотел.