Не знакомьтесь, дети, в тиндере

1955

       Тёмный зимний вечер. Тайга и маленький ребёнок. Даже не так. Истошный вопль малыша где-то в лесу. Честно, услышав детский плач, Олег подумал, что у него галлюцинации. Ведь на улице мороз. Да такой сильный, что даже самый ужасный хозяин бы, псин своих загнал в сарай. Вон, Олегу окна даже приходится завешивать тряпками, а самому ходить в накидке, при том, что он закалённый. Печку топить парень не хотел. Боялся, что дров не хватит, а колоть новые не было сил. Он просто не в ресурсе, как бы сказали люди из будущего. Слишком многое произошло за военные годы, правда и прошло достаточно времени, но все же. Волков не может оправиться до сих пор. Сначала он хотел забить и полностью уйти в магию. Жизнь несправедлива. Что ж поделать. Все мы умираем. Кроме него… Поэтому, даже если там и есть ребёнок, то не страшно. Как там в деревнях говорят. Щенят нужно топить ещё до того, как они открыли глаза. А ребёночек маленький. Даже не поймет как умрет. Вот только, когда он перестал слышать плач, что-то внутри йокнуло. Нет, он не может… Каким бы чёрным не было его сердце, он не позволит беззащитному существу отдаться в лапы костлявой старухи. Открыв дверь, он сразу же почувствовал как мороз начал колоть кожу. Не думая, он рванул в брюках, майке и лёгкой накидке. Он примерно понимал куда идти. Где-то впереди очень несло сырой землёй. Плохой знак. Снег скрипел под ногами, а кожа покрылась мурашками и красными пятнами. Должен успеть. На себя сейчас плевать. Всё равно не заболеет, а вот для ребёнка, это может стать решающими минутами. Глаза парня почернели. Так он её не найдёт. Придётся прибегнуть к тёмной магии. Вдруг по лесу прошла волна энергии, а Олег пошатнулся, чуть ли не падая. Малыш живой. Волков резко повернул вправо. Больше не колдуем… Он недалеко. Главное дойти. Сердце застучало как бешеное и превозмогая себя, он пошёл ко входу в лес. Там он почти сразу нашёл младенца, который был закутан в одеяло.       — Сволочи, — выругался он, быстрее снимая накидку и укутывая в неё ребёнка. Она живая, это главное. Если Олег сможет выйти на ее родителей, самолично руки отрубит. Хотя нет, их смерть будет мучительнее. Он выдохнул. Малыш еле хрипел и уже был синеватый. Отогреть бы… Ладно, придётся возвращаться к магии, как бы он не хотел, но сейчас не до принципов. Глаза снова почернели, а руки стали очень тёплыми. Он прижал ее к груди. Должна немного согреться.       До дома он дошёл в раза три быстрее обычного. В голове была одна мысль. Успеть. Ребёнок на грани. Неизвестно сколько он пролежал вообще в лесу и как на нем это отобразилось.       Открыв дверцу и в избушку, первое, что он сделал, это положил младенца на импровизированную для себя кровать, состоящую из двух сундуков и шкур. В город не хотелось выбираться, поэтому выкручивался как мог.       — Теперь, тебя нужно осмотреть, — шепчет колдун, осторожно раскутывая пелёнки… Стоп. Это ещё и девочка…? Кто посмел выкинуть её как какую-то ненужную вещь. Тяжело выдохнув, он осторожно прикрыл глаза и начал растирать детское тело, ища в нем боль и забирая её на себя. Надо признать. За эти почти десять лет, что Олег живёт в отрезанном от людей, мире, он ослабел. Даже такое простое заклинание, давалось ему с трудом и когда он закончил, казалось, что Волков сам в мир иной отправится. Ага. Если бы… Сигналом того, что ему можно остановиться, послужило головокружение и детские звуки. Не крик, а что-то похожее на то, что она пытается говорить, но не умеет. Если издаёт звуки, значит живая. На суровом лице появилась лёгкая улыбка. Успел. — Настя. Думаю, тебе подойдёт, сокровище мое, это имя, — он поцеловал девочку в лоб, а та захохотала. Кажется, Олег снова обрёл смысл жить…

1960

      Олег чувствует себя живым. Он сам не верит в это, но видимо мелкая и рыжая неприятность по имени Анастасия — лучший антидепрессант. Девочке уже исполнилось пять лет и, кажется, парень никогда в жизни не видел настолько умных и чутких детей. Она очень быстро научилась разговаривать, да некоторые буквы ещё не давались ей, но речь у неё была действительно хорошая. Может она похвастаться и тем, что может читать и немного писать, в свои пять лет, она умнее, чем некоторые дети, что старше ее. Ещё одной чудесной чертой девочки была её любовь к природе. Она могла сутками сидеть возле дома и наблюдать за птицами, плести венки или даже играть с зайцами. Почему-то те ее не боялись и даже давали себя гладить. Воистину белоснежка. В свое время, до войны, он даже воочую смог его увидеть… Жаль Лиза не смогла. Они были знакомы всего год, но между молодыми людьми вспыхнула такая сильная любовь и привязанность, что потеряв ее, Олег и сам перестал существовать. Но это маленькое чудо… Оно словно вдохнула в его каменное сердце, немного любви и растопила его. Даже сам Волков не верил в то, что это возможно, но видимо Насте было плевать на его мысли. Одним лишь своим существованием, этот ангел небесный смог спасти его от мрака.        — Чем занимаешься? — усаживаясь на деревянные ступени, произнес он. Девочка же повернула на него голубые глаза, а потом тихо выставила ладошки вперёд. Там, лежал маленький мышонок и тихо дремал.       — Он спит, — еле слышно шепчет она, чтобы не разбудить. У Олега внутри от такой картины внутри появилось какое-то тёплое и светлое чувство. Он осторожно приобнял девочку и поцеловал в макушку. — Почему люди в городе их не любят? Крысок травят, мышек ловят. Они же такие беззащитный, — все так же тихо произносит она, а Олег выдыхает. И как этому чуду объяснить, что не весь мир наполнен добротой? И что если она окажется не возле него, то узнает, что такое люди. Настоящие люди. Те, кто воруют, убивают, насилуют, издеваются. Он никогда не отпустит Настю в этот мир…        — Откуда ты узнала? — он осторожно начал гладить коричневую шерсть мышонка. Тот лишь тихо дышал, но кажется, ему это нравилось.       — Когда мы в город выезжали, эти пионеры смеясь рассказывали как мышь в мышеловку поймали, — в ее голосе было непонимание. Она действительно не могла уловить их мысли. Зачем жестокость? Зачем убийства…       — Они просто глупые, — он улыбнулся и вдруг его глаза почернели. Настя даже не дернулась. Про магию она тоде знала. А ещё понимала, что в СССР ее папа обычный человек и о их секрете не стоит говорить никому. — Хочешь, я научу его говорить? И кстати, это крысенок.       — Ты правда можешь! — восхищёно крикнула она, чуть ли не подпрыгнув от счастья, но вовремя вспомнила про маленькое существо в ладошках. — Правда?! — её глаза настолько сильно загорелись, что он действительно не мог отказать. Поэтому, он чуть коснулся крысенка, как вдруг тот открыл глаза.        — Теперь его будешь слышать только ты, — шепчет тихо он. Девочка же посмотрела на грызуна и опустила ладошку к земле. Тот спокойно сошёл с нее и кивнул, уходя в сторону леса.       — Он хочет к маме, но пообещал, что вернётся, — гордо произнесла она, поворачиваясь к отцу и обнимая его.- Люблю тебя, — еле слышно шепчет она Олегу.       — И я принцесс. И я…

1970

      Магия. Этого Олег боялся все это время. Настя росла, а вместе и с ней интерес к делу отцу. К сожалению, Волков пропитан магией, да и к тому же, если бы не она, они бы и не выжили. Ведь в городе, без денег, было тяжело, а работать на заводе он не хотел. Вот и решили, что он немного схитрить и откроет свою мини пекарню с хлебом. Не слишком дорого для властей, зато принесёт доход. Конечно, девочка восприняла остро переезд из родного леса, но ничего не поделать. Он хочет, чтобы она смогла жить в обществе, если, конечно, захочет, а не только в глуши. Поэтому, когда ей исполнилось семь, они переселились в Москву. Там-то он ее и отдал в школу. На удивление, она сразу влилась в коллектив, была лучшей в классе, все парни бегали за ней, что к слову бесило Олегом, вот только… Магия. Она хотела её. Ей не нравилось быть просто человеком, хотя её отец отдал бы все, чтобы стать им. Но сытый голодного не поймёт…       — Еще раз возьмёшь, что-нибудь из моего шкафа и я сожгу все книги, — ровным тоном произнес Волков, когда открыл дверь в кладовую. Девочка сидела и с фонариком читала книгу заклинаний. — Мышонок, с даром рождаются. Ты человек.       — Звучит максимально унизительно, — произнесла она, привычно протягивая отцу книгу. Не сожгет. Уже раз пять обещал. — Да, сырник? — она повернулась в сторону крысы. Та кивнула. Вообще, имя должно было означать его серую окраску, но что-то пошло не так.       — Ты же в курсе, что обсуждать меня с грызуном не хорошо? — улыбаясь, произнес мужчина, смотря на дочку. Она же встала с пола и отряхнулась. От Волкова так вкусно пахло выпечкой…       — Пап, ну почему ты не веришь в меня и мои силы? — этот разговор повторяется стабильно раз в несколько месяц. Верит ли он в неё? Да. Знает ли он, что девушка сможет овладеть магией. Да. Но он боится. Очень сложно удержаться на стезе светлой магии, особенно людям, а чёрная поглотит ее душу.       — Верю, — он выдохнул. — Насть, я тебя люблю. Ты единственный человек, ради которого я готов жить и потерять тебя… — им давно пора именно поговорить, а не поругаться и забыть. — Магия опасна. У неё всегда есть плата, как наверное у всего, но тут дела идут иначе. Ты платишь душой, а не деньгами.       — Я читала, но это ведь только для тёмной, ну, пап, — она взяла его за руку. — Хотя бы светлую.       — Зачем? — он выдохнул. — Ты лучшая в школе. Учителя готовят тебя на бюджет в сельхоз академию. Будешь ветеринаром, как и мечтала.       Вдруг крыса встала на задние лапы, а девочка молча наклонилась и подняла сырник. Говорить ничего не стала. Бесполезно. Она знает, что проще самой начать, чем уговорить отца. И почему он в ней сомневается?

1975. Секта Кутха

      Питер. Из-за того, что к Олегу начали появляться вопросы из-за его через чур молодой внешности, они решили уехать. Теперь это были не отец с дочерью, а брат с сестрой. Волкова Анастасия и Олег. Продав пекарню, мужчина смог купить им небольшую квартиру. Девушка все же поступила на ветеринара и забыла про магию, но нет в их жизни только белой полосы. Хотя, Волч прекрасно понимал, что когда-нибудь это произойдёт, но не так скоро… Любовь. Первая любовь. И главное в кого? Какого-то полубомжа. Алексей, пусть горит в адском пламени, Рыков. Теперь этот юноша стал главной головной болью «брата» Насти. Мало того, что внешне этот хиппи был похож на человека без дома еды и вкуса, так он ещё и девушка втянул в этот стиль. Вместо красивых, классических нарядов, появились юбки в цветок, топы и широкие серёжки. Главное, чтобы она была счастлива. Именно это он твердил себе каждую секунду, когда видит физиономию этого щенка и если бы Олег тогда только знал, во что это чмо подзаборное втянет его девочку, то испепелил бы его после первой встречи.       — Твой братец меня ненавидит, — усмехаясь, сказал Лёша осторожно запуская руки под юбку и поглаживая бедра. Настя медленно вцепилась в его губы, при этом царапая его спину и отстраняясь.       — Это так. Даже спорить не буду, — усмехнулась она. — Он у меня с комплексом папочки. Только и решает как мне жить, — девушка сняла футболку, оставаясь в лифчике. — Рада, что хоть ты мне показал магию, — она улыбнулась и вдруг свет в комнате выключился.       Это была первая причина из-за которой Лёше бы вырвали печень и заставили сожрать ее же, а если бы Олег ещё и про их интим узнал, то Настя бы осталась «вдовой» с вероятностью ы сто процентов.       — Может расскажем ему про нашу общину? — пристраиваясь между ног, произнес мужчина. Нет, во время секса она точно не хочет говорить об отце.       — Он не поймёт, — лишь произнесла она, как вдруг резко сжала одеяло в кулак. Лёгкая боль и неприятное чувство, после первого входа, были уже чем-то привычным, но дальше девушка знала, что будет немного лучше. — Я просто сбег. Ах, — закусывая губу, произнесла она, когда почувствовала толчок. Рыков улыбнулся и осторожно наклонился, начиная целовать голый живот. Вот она. Белая ворона. Кажется ее и искали братья. Лёша уверен на все сто.       — Подожди немного. Ты должна пройти обряд вступления, — он осторожно начал мять грудь, делая ещё толчки. Более резкие, но приятные. Дальше девушка не слушала. В такие моменты ей было не до Кутха и как же обидно, что все заканчивалось на полпути. Прерванный акт. Почему-то они действительно верили, что это поможет им не забеременеть, вот только спасало их чудо, а не этот недо метод.       — Мне нужно будет попрощаться с от… Братом, — хрипит она, поворачиваясь на бок и закрывая глаза. Как же хочется спать. Лёша ложится сзади и обнимает. До полнолуния три дня и скоро Кутх себя проявит, а значит её нужно отдать братству побыстрее. — Или не стоит? — она боится, что Олег все поймёт. Что она предала его ради магии…

За несколько часов до обряда

      У Волкова сердце не на месте. Настя. Девушка уже не появлялась дома три дня и если уходила на много времени, то оставляла хотя бы записку, то сейчас молчит. Она даже сырника оставила, который к тому же и сам носился по клетке как угорелый, словно чуя что-то странное. Нет, тут определённо что-то не так. Он подошёл к крысе и открыл дверцу. Она хочет что-то сказать, но понимает ее лишь Настя. Раньше Олегу казалось это прикольным, мол маленькая магия для неё. Придётся сделать то, что он ненавидит больше всего. Чтение мыслей. Тяжело, долго и энергозатратно, но вот это только касалось людей. С животными иная история. Он услышал всего два слова. Рыков. Кутх. И просто рванул вместе с грызуном к выходу. Он наслышан об этих фанатиках. Они реально думают, что могут призвать кого-то? Да ещё и жертвоприношениями? Хотя так ли важно, особенно учитывая то, что если они хоть немного тронут Настю, жить им останется недолго.       — Она идеально подходит, — говорит женщина с красными глазами, как только пара переступает порог комнаты. Белая ворона. Так то не должна была рождаться и вообще выжить. Насте сразу сталлоне по себе. Что-то тут не чисто. Она уже дёрнула руку Лёши, показывая, что нужно бежать, как вдруг женщина с красными глазами подошла к ней и начала шептать. Волкова тут же упала на пол.       — Она станет отличным аватаром, а ты проводником, — улыбаясь, произнесла лидер секты, а Рыков неуверенно поднял девушку на руки. Вот сейчас и он засомневался. К горлу подступил ком. Он кивнул и понёс до девушку готовить к обряду.       На улице начался ливень. Это плохо. Очень плохо. Олег бежал в дом этого хиппи недоделанного. Если он увидит его, то самолично башку оторвет, а сырник сожрёт его глаза. Он же чувствовал что что-то не так. Нужно было поступить как последний мудак и запретить общение. Да, она бы возненавидела его, зато мужчина бы не бегал как угорелый по Питеру, с целью убийства.       Дешёвая коммуналка и двадцать первая комната. Он нервно стучал в дверь. Ничего. Сука! Делая глубокий вдох, он осторожно садится на колено и начинает шептать. Дверь открывается сама. Первое, что он чувствует — магия. Она повсюду. Ясно, видимо Насте понравился не это бомж, а магия в нем. Это немного успокаивало. Если повезёт, то Волков сможет уловить его магическую карму, но на это нужно время.

Зал для жертвоприношения

      Настя открыла глаза. Голова болела до ужаса. Она чувствует что что-то неприятное капает ей на голову. Холодно. Она не сразу осознает, что голая. Зато то, что девушка привязана доходит моментально. Она пытается кричать, но звук словно растворяется в воздухе, по щеке бежит слеза и вдруг она видит Лёшу. В его руке кинжал.       — Я ты и магия. Всегда вместе, — шепчет она. Тот словно боится дышать. Он должен был ей вырезать сердце ещё десять минут назад, но парень боится.       — Так надо, — вдруг прошептал Рыков, а его глаза покраснели, как у той женщины. Он резко вонзил острие ей в грудную клетку и провел им вниз. Настя не кричала. Не плакала. Она понимала, что заслужила ровно то, что получила. Она чувствовала, как он ломает рёбра. Когда парень коснулся бьющегося сердце, она потеряла сознание. Алексей работал аккуратно. Он медленно вырезал её сердце, как вдруг дверь распахнулась. Олег стоял весь в крови. Он перебил всех в этом доме. Увидев эту картину, Волков замер. Нет. Вдруг глаза парня стали обычными. От испуга, он выронил сердце на пол. Что произошло? Он повернул голову на Настю. Нет… — Я не… Ее можно вернуть? — шепчет тихо парень.        Колдун словно не слышал. В ушах писк. Он просто смотрел, пока крыса сползла на пол и начала истошно пищать. Сквозь звон, Олег кое-как услышал её. Стоит ли оно того, он не знал. Это тёмная магия и как она отразится на девушке? Но ведь он не мог потерять дочку… Взяв сырника на руки, он подошёл к ней и туда, где должно было стоять сердце, поместили грызуна, начиная шептать. Молиться самой смерти о помиловании. Марго стояла рядом, возле тела девушки. Она не знала, что делать в таких случаях. Стоит ли отпускать душу? Ведь теперь, она точно не пожнет Настю.       — У меня будет условие, — говорит костлявая, смотря на душу. — Ты уедешь от него. Навсегда, в противном случае он умрет, — чтобы колдун познакомился с её заменой, нужно, чтобы бессмертный не был счастлив. Судьба просчитала все. Девушка же нервно закусила губу. Она его никогда не увидит? Словно на ее мысли, кивнула смерть и тогда Волкова согласилась.       Ее рёбра начали расти заново, кожа восстанавливаться. Олег с улыбкой и слезами на глазах отошел. Первое, что он сделал — освободил её и накинул свою куртку. Все лицо и тело в крови… в этой суматохе, он совсем забыл про Лёшу, который застыл. Он не помнит последние дни совсем…       — Пап? — шепчет она, открывая глаза. Теперь, её волосы приобрели красный цвет. Она стала падальщиком.       — Да, милая, — он прижал её к себе, но тут же почувствовал, как его отталкивают. — Насть?       — Уходи, — произнесла она, смотря в родные глаза. Правду она сказать не может. Волков просто не поверит. — Это все из-за тебя! — крикнула она, отползая в угол. — Я тебя ненавижу! Уходи!       — Насть, что…       — Лучше бы я сдохла в том лесу, но с тобой не встретилась! — закричала она. Олег сделал глубокий вдох. Хорошо. Он ничего не сказал, просто встал и шатаясь вышел. Больше они не виделись. Настя и Лёша спрятались в горах, чтобы Волков не смог добраться до них, а он и не хотел. Он не понимал почему все так? Что произошло в том зале, но если она решила, что корень ее проблем отец…       Прошло столько лет. Узнав о приезде Волкова, девушка вообще потеряла покой. Как и Лёша. Он вообще боялся этого колдуна, особенно после того случая. Они нервно стояли и ждали у подножия горы их и когда увидели машину, Королева гнили, произнесла:       — Я боюсь, — её действительно трясло. В голове были все слова, что она сказала ему в последнюю встречу.       — Мы поможем ему, — ответил чёрный пес, осторожно переплетая их пальцы. Первым из машины вышел Сережа. Затем Олег…