Эгида

— Удобная колонна? — с наигранным любопытством поинтересовалась принцесса Анжелика. — Ваше высочество, — констатировала Дана, отлипая от своей опоры и коротко кланяясь. — И незнакомый мне сэр. Здравствуйте. — Даже не разучила реверанс, — хмыкнула принцесса, обращаясь, однако, не к Дане, а к своему спутнику. — Как видите, — ответила Дана, — на мне не то платье, которое я могла бы изящно придержать. — Точно, — в голосе принцессы просочилось нескрываемое торжество, — «то» платье досталось твоей служанке, верно? Дана лишь пожала плечами. — Эй, ты, — принцесса Анжелика сменила тон на угрожающий, — ты же видишь, что больше не нравишься Элиотту. Отдай уже его мне. — Не так легко разорвать помолвку, заключённую с участием самой королевы... — Брехня. Он же тебе тоже не нравится, можешь ты его наконец освободить или нет?! Дана подняла глаза на принцессу: — С чего вы взяли, что мне не нравится господин Элиотт? — Да потому что он сам всё время мне на это жалуется! Графиня вздохнула, пряча лицо за ладонью: — Вот придурок. — ...Как ты назвала герцога?! — Я ничего не говорила о герцоге. — Неважно, будущего герцога... — Я назвала придурка придурком. Приношу вам извинения от его имени, ваше высочество. — Что ты сейчас... — В любом случае, — перебила принцессу Дана, — почему господин Элиотт вам по-прежнему интересен? С таким-то блистательным спутником. — А, Дэн, — просияла принцесса Анжелика, оборачиваясь к сопровождающему. — Вы не так поняли, — заговорил ранее молча улыбавшийся принцессе юноша. — Я последовал за её высочеством лишь затем, чтобы пригласить ваше сиятельство на танец. Принцесса замерла. Её глаза расширились: — Д... Дэн?! — Ваше высочество, меня зовут Даниэль, — поправил её спутник. — Разве мы настолько близки, чтобы вы с такой лёгкостью сокращали моё имя? — Н-но мы же всё время... — Разве между нами была такая договорённость? Игнорируя замолкшую от шока принцессу, Даниэль в поклоне протянул Дане руку: — Ваше сиятельство не откажется со мной станцевать, верно? — Давайте станцуем, — серьёзно кивнула Дана. — А ведь принцесса надеялась, что вы откажетесь, — с укоризной сообщил Дане юноша, увлекая её в танце. — Почему? — не поняла та. — Это же просто танец. — Всё-таки человеческие эмоции слишком сложны для госпожи, верно? — засмеялся её партнёр. — А для вас? — Для меня они как на ладони. — Неужели так хорошо разбираетесь в людях? — Люди, можно сказать, моя научная работа, — ответил Даниэль с ослепительной улыбкой. — Хотите сказать, вы разозлили её высочество из научного любопытства? — О, конечно, нет. Я просто не хотел бы, чтобы моей дорогой подопечной воспользовались холодные люди вроде вас. — Предпочитаете пользоваться ей сами? — Глядите-ка, мы с вами прекрасно понимаем друг друга. Почему бы вам не применить свою догадливость к другим? — Это невозможно. Как вы правильно сказали, людские души для меня загадка. — Так вы всё поняли. — Конечно. И почему же такая персона, как вы, интересуется мной? — Разумеется, мне интересно, что в вас нашла Эгида. Последовала пауза. — О чём же госпожа сейчас молчит? — участливо спросил Даниэль. — Думаю, что зевнуть прямо во время танца было бы невежливо. — Используйте ноздри для выдоха, — посоветовал Даниэль. — Подавить зевоту нелегко, но можно предаться ей практически незаметно. — Благодарю вас. — И что же в моих словах заставило вас так заскучать? — Эгида предупреждала, что подобные вам будут интересоваться мной. — К слову, — неожиданно сменил тему юноша, — вы прекрасно танцуете. — Благодарю. Мне неплохо даётся ведомая роль. — Означает ли это, что вы обучались и ведущей? — Обучалась, но безуспешно. — Полагаю, Эгида была вашей партнёркой? — Верно. — Вам не кажется, — Даниэль вновь широко улыбнулся, — что есть нечто общее между танцами и жизнью? — Хм-м... — протянула Дана. — О чём моя госпожа задумалась на этот раз? — О том, — ответила графиня, — что подобные провокации могут сработать лишь на принцессе Анжелике. Вы умело выбрали жертву. — Что же, разве этого не хватило, чтобы подпортить ваши планы? — Конечно, хватило. Вы с самого начала знали, что её высочество мне нужна. Вот только откуда? — Пусть ваша душа для меня и не так прозрачна, как другие, это не мешает мне проводить прочие исследования. — Точно, наверное, это просто для таких, как вы. — Прошу вас, прекратите так называть наш вид. Незачем использовать сложные конструкции, когда достаточно одного слова. — Хорошо. Итак, господин Даниэль, расскажите: легко ли живётся ангелам? Даниэль опять засмеялся: — Вот так я, всего-то желая быть названным, вынудил себя отвечать на столь щепетильный вопрос. Что же, госпожа Дешиаль, мой ответ — нет. Нам слишком больно видеть души, подобные вашим, — столь погрязшие во мраке, что невозможно разглядеть. Однако, — перебил он Дану, раскрывшую было рот, — танец заканчивается. Позвольте... «А, — подумала Дана, падая,— эта концовка. Наверное, с моей фигурой выглядит жалко». И всё же она покорно прогнулась в спине, отбросила руку и даже улыбнулась в ту часть зала, которую видела вверх тормашками. И сразу заметила поблизости принцессу Анжелику, раскланивавшуюся с... «Ого, это же барон Гальски, младший брат графа Гальски». Это было неудачно. «Сколько она успела ему рассказать?» Нужно было спешить. Дана высвободилась из рук партнёра, отвесив ему короткий поклон, отвернулась — затем лишь, чтобы услышать над своим ухом голос, близкий к шёпоту настолько, что по телу её пробежали мурашки: — Позвольте, я вас провожу обратно. — Не то чтобы я хотела обратно, — раздражённо ответила Дана, не заботясь о том, услышит ли её Даниэль за её спиной. Он, однако, услышал: — Тогда куда вы хотите, чтобы я вас проводил? Может быть, в комнату отдыха? Или лучше будет подышать свежим воздухом? Действовал он быстрее, чем говорил: аккуратно вложив ладонь графини в свою, он повёл её — казалось, действительно подальше от центра зала. — Извините, — сообщила ему Дана, — мне некогда продолжить наш разговор. — Теперь она действительно торопилась. — Тогда, прошу, пригласите меня погостить в своё имение. В любое время. Я буду ждать. Дана огляделась, внезапно понимая, к чему всё это было. И, действительно, поймала почти в упор взгляд принцессы Анжелики, которая немедленно отвернулась. Конечно же, Даниэль специально произнёс эти слова именно в тот момент, когда они оказались рядом. Плечи принцессы дрожали. «Плохи дела».