Кухня

С детства Чуя Накахара мечтал стать шеф-поваром–его неописуемо притягивала вся эта атмосфера ресторанов. Так и хотелось несмотря ни на какие правила ворваться на кухню какого-нибудь дорогого ресторана и наблюдать за действиями профессиональных поваров. Многие дети хотят стать поварами, художниками, космонавтами, потому что эти профессии кажутся очень интересными и запоминающимися им, но вскоре они начинают задумываться о более подходящей для себя работе. Дети скажут, что юрист или офисный работник–это очень скучно, а взрослые ответят, что у них не было выбора. Возможно, их родители заставили, или просто не было стимула искать свое предназначение в жизни, поэтому выбрали, так сказать, первое попавшееся. Но у Накахары была цель с детства, и впоследствии она не пропала, а напротив–только возросла. А также у Накахары была поддержка в виде родителей, оплачивающих его обучение, и своего упрямого характера: ну не мог он взять и не довести дело до конца! И если бы не этот его характер, то фиг бы он окончил этот колледж и начал работать в шикарнейшем ресторане... Ну, не будем забегать в будущее. Итак, Накахара Чуя, бывший студент кулинарного колледжа в Токио, с детства мечтает быть поваром, но не работать в какой-нибудь дешевенькой кафешке, а в достойном и пафосном месте. Цель стоящая, согласитесь? Чуя тоже так думал, поэтому трудился не покладая рук. В свои двадцать лет он закончил это обучение и смог сдать экзамен. Накахара бы не сказал, что все благодаря его стойкому характеру, но отчасти это правда. Некоторые люди проходят курсы кулинарного мастерства из-за цели работать в конкретном месте, скорее всего этим местом оказывается приличное кафе с такой же заработной платой. У Накахары ситуация похожая. Спустя несколько лет трудоемкого обучения появляется вопрос о месте работы. Сначала Чуя работает в кафе недалеко от дома, однако это его не особо устраивает. Да, зарплата нормальная. Да, местоположение хорошее. Но это не то. Хочется чего-нибудь более...шикарного. Чуя после двухлетней работы в обычном кафе увольняется и уже решает, куда именно устроится. Сестра его матери проживает в Йокогаме, работая там су-шефом во французском ресторане. Накахара не особо был фанатом французской кухни, однако новость о тете-заместительнице шефа в таком месте и о возможных привилегиях прельщала, соответственно родственница знала о желании племянника уже с момента его поступления в колледж. Не сказать, что Чуя ни разу по своему желанию не общался с тетей, она иногда приезжала на праздники к семейству сестры. Парень знал ее не так хорошо, насколько было бы возможно. Тем не менее, это не помешало Коё поддержать идею племянника и, вскоре, поделить с ним жилье. На первое время, конечно. Родители парня всячески поддерживали его и морально, и материально, из-за чего Накахара часто задумывался, насколько ему повезло с родителями. Когда ребенку было десять лет и он решил попробовать приготовить кекс в железной миске, до этого не догадываясь, что железную посуду нельзя ставить в микроволновку, иначе дом может сгореть к чертям, как почти и случилось. Благо что было воскресенье, и мать была дома–его не ругали, а лишь объяснили правила пользования микроволновой печью. Когда их ребенок-подросток заявил, что хочет связать с профессией повара свою жизнь, они вместе выбирали колледж для поступления и оплачивали его обучение. И сейчас, когда Чуя собирался ехать в Йокогаму, родители отложили деньги и на это. Словом, Накахара жил в очень обеспеченной и любящей семье–у него была своя большая комната, ему почти никогда не отказывали, он был любим и несмотря на все это отлично воспитан, просто с ранних лет он усвоил, как вести себя нужно, а как не стоит. Однако и были случаи, когда в школе он мог с кем-то подраться вследствие своего бойкого и упрямого характера. Если ему угрожали кулаками, то он отвечал тем же. И как раз из-за этого его ругали родители, в остальном это был послушнейший ребенок. "Как это он тебя так легко послушался? А вот мой..."–так часто удивлялись знакомые матери или отца, когда Чуя выполнил элементарную просьбу, к примеру, вести себя потише. Ну, у некоторых свои представления о воспитании... Однако родители Чуи не знали об одной "слабости" дитятки–материть всех, кто не оправдывает его ожиданий. С кем не бывает, как говорится. Не самый худший навык, который мог перенять мальчик от своих одноклассников. Однако, у Накахары была единственная проблема: если с учебой и отношениями с родителями все было прекрасно, то с окружающими его сверстниками он не особо ладил. Вернее, в конечном итоге оказывалось, что не стоит доверять каждому, кто сразу покажется добрым и приятным человеком. Все это оборачивалось всегда против Чуи. Когда он обучался в начальной школе, то нормально общался с одноклассниками, даже на переменах они группкой собирались и играли вместе. Как раз благодаря такой группе мальчик сблизился с одноклассником, которого позже считал чуть ли не лучшим другом. Ширасэ был тем, на кого можно положиться, человеком, который может поддержать если нужно и привести в себя, если опять же это необходимо. Эти качества Накахаре больше всего нравились в друге, конечно если не брать в счет то, что с ним легко можно найти тему для разговора. Но, начиная со средней школы, они как-то незаметно для обоих начали друг от друга отдаляться–поначалу Чуя не придавал этому значения, всякое бывает, потом все наладится. Каждому бывает нужно сделать перерыв в общении. Понятно, что этого "потом" не стало. Ширасэ позабыл про Чую и решил, что новая компания друзей ему подходит лучше, чем старый верный друг. Когда Накахара осознал это, ему стало больно и грустно, однако он не подавал виду. После этого инциндента Чуя пытался снова с кем-либо общаться или даже подружиться, но вскоре он бросил эту затею. Он был никому неинтересен. Его все постоянно бросали. Находили других людей, а про бедного Чую забывали. Если даже кто-то из этих самых людей снова затевал с ним общение, это означало, что Накахара заменял им какого-то важного человека, по определенным причинам переставшего с ними общаться. Интересно, по каким таким..? Чуя на протяжении всей жизни с момента ухода Ширасэ наблюдал, как в мире его знакомых появляются новые люди, друзья, как они находят себе девушек, расстаются с ними, находят других, и не понимал, для чего им все это. Почему они постоянно ищут замену другим, если есть возможность остаться с ними? Для чего все эти недолго длящиеся отношения, если уже знаешь, что скоро этому конец? И как раз с момента ухода Ширасэ Чуя больше ни разу не встречал человека, которого мог бы назвать другом. Ни в старшей школе, ни в колледже. Везде были одни и те же люди, будто сделанные на одном заводе, черт. Что это за мир такой..? Накахара надеялся, что с переездом в Йокогаму он встретит новых людей, которые будут достойны его, что они хотя бы отличаются от тех, кого он встречал в своем родном городе. И, как оказалось, не ошибся в своих надеждах.

***

4 сентября, 10:11. Погода пасмурная, ветер не сильный, однако выйдя на улицу можно ощутить, как по спине пробегают мурашки от холода. Что поделать, начало осени дает о себе знать, хотя обычно это время сопровождается последними лучами солнца. Чуя, изрядно помотанный после дороги (отчасти из-за своих противных соседей), дожидался Кое около главного входа вокзала. Он все подумывал зайти в здание ведь уже успел продрогнуть, но увидел приближающуюся машину с номером, который отправила тетя для ориентира. Минута, и парень уже сидел в такси, загруженном большим чемоданом и двумя сумками. Было приятно, что Кое решила забрать племянника, но Накахара не Накахара, если не пытался отговорить ее и убедить, что доедет без проблем сам. Все же, он в первый раз в этом городе, и оба это понимали, так что забрать парня было лучшим решением. —Ну, как добрался? Хотя можно не спрашивать–по тебе видно,—по-доброму усмехнулась Коё. —И не говори. Такое чувство, что людей воспитывают свиньи,—несмотря на то, что рядом находился таксист, Чуя не стеснялся в выражениях. Озаки мысленно провела параллели между племянником и сестрой. —Ничего, скоро привыкнешь к этому и не будешь обращать внимания. —Не думаю. До дома добирались минут двадцать. Коё жила в десяти минутах езды от центра города, и так же от места работы. Дом являлся многоэтажным в шестнадцать этажей, облицован светлым и темным кирпичом, а дворы были богаты зеленью–в общем, все ново и современно. Уже их квартира располагалась на девятом этаже. Поднявшись на таком же новом лифте, родственница провела Чую по длинному коридору к двери в чуть ли не самом дальнем углу. Тем лучше, никто шорохаться рядом не будет. Отворив дверь, Коё жестом пропустила Накахару с его багажом внутрь. Квартира состояла из двух комнат, прихожей, кухни, совмещенной с залом, и двух санузлов. Теперь понятно, почему тетя практически легко согласилась на просьбу сестры приютить племянника–в этой квартире одному можно с ума сойти, грубо говоря, конечно. В одной только прихожей было так просторно, что можно задуматься, насколько много места дальше. А дальше, вправо от прихожей, вел коридор в кухню и зал. Почти три стены облепляла линия кухонных шкафчиков и приборов. Ровно посередине стоял небольшой диван–видимо единственное небольшое из мебели в этой квартире–за ним стол, а напротив всего этого–плазменный телевизор. Чуя уже представил, как по вечерам после работы будет лежать на нем и смотреть какой-нибудь незамысловатый сериал. Так, теперь уж точно можно разглядеть свою комнату (комнату Коё парень пока не решился посмотреть). Она располагалась в левой части квартиры, параллельно комнате Озаки. Сразу войдя внутрь, Накахара заметил балкон с креслом и журнальным столиком. Ох, как ему не хватало этого у себя дома–ему всегда приходилось таскать стул с кухни, когда он выходил туда понаслаждаться видом. Справа от балкона находилась кровать, рассчитанная на чуть меньше, чем двух человек. Чуе уже нравилось в доме Коё, хоть он и находился здесь всего пять минут. Напротив кровати стоял большой черный шкаф для одежды, а перед выходом из комнаты–стеллаж с книгами. Теперь понятно, что значит работать су-шефом в элитном ресторане. Только вот непонятно, зачем Озаки две кровати в квартире, но ладно. Накахара понимал, что долго "теснить" Коё не стоит, он уже как никак взрослый мальчик, и что после накопления нормальной суммы денег нужно будет искать отдельную квартиру для себя. Как бы ни хотелось, но да. —Ну что, насмотрелся?–с улыбкой спросила Озаки. —Теперь я понимаю, что значит дорогой ресторан. Тетя рассмеялась. —Возможно, через пару лет у тебя будет похожая квартира, если, конечно, будешь стараться. Ты же помнишь, что послезавтра у тебя собеседование с шефом? —Помню. Я тебя не подведу, не волнуйся. —Все будет нормально, я рассказала Мори-сану о тебе. По крайней мере он сказал, что, исходя из моего рассказа, он уже может взять тебя на работу, но в любом случае твое резюме нужно. Просто так на работу не берут, к сожалению. —Да я знаю,–отмахнулся Чуя,—но почему ты так уверенна, что Мори-сан поверил тебе? –Ох, Чуя, сложно не поверить человеку, с которым работаешь бок о бок уже несколько лет,—после недолгой паузы Коё продолжила,—Так, это тебе делать особо нечего, а мне еще прибраться надо... поэтому иди-ка погуляй, только оденься теплее. —А вещи... —Вот, как раз пока вещи не разобраны мне будет удобнее. Накахара не возразил. Поведение тети точь-в-точь как у мамы. Усмехнувшись про себя, он решил, что наверняка не заскучает. Как посоветовала Озаки, надев еще одну кофту, а сверху куртку, парень вышел на улицу и решил пойти там, откуда приехало их такси. С внешней стороны дома рядком располагались разные магазины и кафе. В принципе, можно утром даже не готовить, а просто спуститься вниз и поесть в какой-нибудь кофейне. Так он проходил около получаса, заглядывая в открытые дворы, и решил уже пойти назад. На пути Чуе встретились ступени и горка для колясок и прочего. По старой привычке парень пошел по горке, ну а кто так не делает? Однако, почувствовав вибрацию в кармане куртки, он остановился. Оказалось, это Коё написала ему, что закончила. Уже собираясь печатать ответ, Чуя сосредоточился, как вдруг его чуть не отшвырнуло: рядом на немаленькой скорости проехал велосипед, и не обычный, а какой-то доставочной компании. Накахара, едва не выронив телефон из рук, не сдержался и сматюкнулся на недоумка, который это сделал. А этот самый курьер приостановился в метрах четырех от парня и с ухмылочкой смотрел на него. Чуя посмотрел на парня и любому стало бы ясно, что он чуть ли не в ярости. А курьер будто не замечает его злющего взгляда. —Ты бы хоть извинился, идиота кусок! Я, между прочим, могу и заяву на тебя накатать в твою эту сраную доставку! —Вообще-то, если ты не знал, эта горка отведена для колясок, велосипедов и инвалидов. Поэтому, увы, но доказать ты ничего не сможешь,—парень, подумав, улыбнулся шире и добавил,—ну, а если ты инвалид, то извини, виноват. И, помахав ручкой на прощание, сел на сиденье и умотал. Чуя, пребывая в шоке и крайней стадии изумления, не сразу сообразил, что можно и ответить на такое. Понадеясь, что его услышат, он крикнул, что он курьера в рот еб... Накахара, конечно, никуда не звонил и ни на кого не заявлял, подумав, что это детская потасовка, но пообещал сам себе, что если еще раз встретит этот отморозка, тому не сдобровать.