Падший ангел

      Коридоры Министерства кишат работниками — добираясь до кабинета Кингсли, Гарри неустанно вертит головой по сторонам, наслаждаясь пониманием того, что благодаря нему — всем им — в волшебный мир вновь вернулась привычная жизнь.       Его совершенно не напрягают восторженные обожатели, поджидающие у дверей — кепку и поношенную одежду Избранный надел исключительно по просьбе Министра магии.       Выглядит он далеко не опрятно и прекрасно понимает, что, увидь его в подобном образе Малфой, не примянул бы отпустить пару шуточек в адрес бывшего капитана.       Его счастье, что слизеринца отправили с нерадостным заданием разносить семьям погибших похоронки и вернётся Драко только через неделю.       Поднявшись на нужный этаж, Гарри отыскивает кабинет Бруствера и стучится, оповещая владельца о своём появлении.       — Гарри, — Кингсли приветливо улыбается ему, жестом предлагая присесть.       Поттера так и подмывает произнести в качестве приветствия: «Сэр!» тем полным энтузиазма тоном, что он использовал при общении со Слизнортом, но Гарри сдерживается.       — Рад видеть тебя в добром здравии, Кингсли.       — Ты не возражаешь, если мы сразу перейдём к делу? — интересуется Бруствер, разливая чай по двум кружкам и любезно пододвигая одну ближе к своему гостю.       — Разумеется, не возражаю. Но у меня есть небольшой вопрос.       — И какой же? — Министр приподнимает брови, будто Гарри сумел вызвать его искреннее изумление.       — Какова судьба «военной базы на крыльях»?       Он задаёт вопрос, испытывая ненаигранный интерес. Не так давно Гарри оставил её на заброшенной стоянке для самолётов в малонаселённом маггловском городке, чтобы не вызывать лишних подозрений среди немагов, пока Министр принимает решение, как с ней поступать.       — Она перемещена в музей при Министерстве в качестве экспоната, Гарри. В новом году мы планируем начать водить туда с экскурсиями учеников Хогвартса чтобы наглядно демонстрировать, в каких условиях вам приходилось ежедневно находиться во время экспедиции.       Отпивая чай из кружки, бывший гриффиндорец удовлетворённо кивает.       — Теперь мы можем перейти к делу?       — Конечно, — соглашается Поттер, но потом, недолго подумав, всё же произносит. — И ещё кое-что, Кингсли. По правде говоря, мы с командой ни разу не жаловались на условия проживания потому, что база была действительно недурно снабжена всевозможными удобствами.       Два месяца спустя       — Ты уверен, что мы двигаемся в верном направлении? — Пэнси в очередной раз сдувает со лба мешающую обзору прядь чёрных волос — заметив это, Гарри нежно улыбается и, подойдя ближе, прихватывает одному Мерлину откуда возникшей заколкой её чёлку. — Спасибо.       — Понятия не имею, — Поттер сверяется с картой и, обречённо вздохнув, выдаёт:       — Кингсли как будто издевается над нами. «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что».       — Прости?       — Это фраза из детской сказки, Паркс, — Поттер фыркает, удивляясь её незнанию. — Тебе что, не читали их родители?       — Да знаешь, как-то не находили на такую чушь времени. Были слишком заняты своими Пожирательскими делами, — достаточно резко парирует Пэнси.       — Блин, прости, — Гарри ёжится под её пылающим гневом и негодованием взором.       Глубоко вздохнув, Пэнси напоминает себе, что он ни в чём не виноват, и прикрывает глаза, считая до десяти, чтобы успокоиться.       — Мои родители всегда любили меня, Гарри, и любят сейчас чистой родительской любовью, но Волан-де-Морт запугал их настолько, что даже в его отсутствие они до дрожи в конечностях боялись нарушить привычный уклад жизни, который вели при Тёмном лорде. И поэтому большую часть времени я была на попечении у няни, от которой, в общем-то, особой ласки ожидать не приходилось, а иногда и вовсе предоставлена сама себе. Отец и мать же были задействованны в поисках способа возродить своего Повелителя и частых собраниях.       — Оу…       — Дай я посмотрю, — она протягивает руку к карте, нарочито меняя тему на более комфортную для них обоих, хотя и практически на все сто процентов уверена, что не найдёт там ничего, что не заметил бы Гарри.       — Знаешь, меня начинает раздражать, что в моей жизни почти ничто никогда не бывает просто, — признаётся он, мученически вздыхая.       — В моей тоже, — откликается Пэнси, возвращая ему карту, — но, похоже, такова судьба. Мерлину неугодно, чтобы желаемое доставалось нам так же легко, как и другим.       — Может, Мерлин хочет, чтобы мы преподнесли ему в качестве подарка какой-нибудь дорогой коньяк и тогда он, наконец, смилуется? — Поттер поднимает глаза к небу и кричит в пустоту. — Если я разгадал твои замыслы, подай нам знак, в правильном ли направлении мы идём, уважаемый господин Мерлин!       Паркинсон сдерживает рвущийся наружу смешок и прибавляет шагу.       Говоря откровенно, ей уже осточертело пробираться через пустыню и непрерывно плеваться от метущего в лицо колючего песка.       Гарри       Нагнав Пэнси в три широких шага, Гарри пошёл с ней в едином ритме и вскоре целиком погрузился в свои думы.       «Артефакт, что вы ищете, имеет округлую форму и точно спрятан в пустыне» — примерно такое описание дал им Кингсли, отправляя на задание.       Он выпроводил их из кабинета так поспешно, что в голову Поттера начали закрадываться смутные подозрения, что Бруствер просто мечтал скорее востановить тишину и покой и избавиться от толп фанатов, поджидающих день и ночь знаменитого Избранного под дверьми Министерства.       Иначе трудно было объяснить столь необычный выбор, ведь существовало довольно большое количество опытных авроров, лучше него подходящих для конкретной миссии.       Понять выбор Пэнси он ещё был в состоянии — как-никак, она чувствовала подобных себе созданий и трижды за время, проведённое в пустыне, засекала врага раньше, чем он засёк бы их, и оперативно уничтожала недруга на месте.       Благо, вампиры им попадались исключительно новообращённые и на расправу с ними не приходилось тратить ни капли драгоценной магической силы.       Гарри сильно скучал по своему ближнему кругу, но помощи с поисками ожидать было неоткуда: голубки Малфой и Грейнджер счастливо укатили на моря, поставив «на паузу» общественную и рабочую жизнь, Блейз и Джинни по просьбе Кингсли отправились в Грецию с дипломатической миссией, Рон и Астория погрязли в бумажной волоките, а Тео и Дафна…       Тео и Дафна готовились стать родителями. И хоть для всех до сих пор оставалось загадкой, каким образом Дафна умудрилась забеременеть, ведь, как поделилась с Поттером Пэнси, вампиры не могут размножаться, недоумение по этому поводу никак не могло омрачить радость, испытываемую друзьями по отношению к данной новости — все были искренне счастливы за Нотта и Гринграсс.       — Как думаешь, для дипломатической миссии Блейза и Джинни был выделен специальный корабль со спиртным? — он вздрагивает, выныривая из своих размышлений и недоумённо смотрит на Пэнси до тех пор, пока девушка не повторяет вопрос.       — Полагаю, одним-единственным кораблём там не обойтись, — он ехидно усмехается, отвечая на шутку Паркинсон. — Кстати, как ты догадалась, в каком направлении я думаю?       — Я и не догадывалась. Просто прочитала твои мысли, — Пэнси слегка краснеет от смущения. — Подобное случается временами. Я пытаюсь научиться держать эту способность под контролем, но, похоже, слишком частое бесконтрольное использование её в прошлом даёт о себе знать.       — Знаешь, мне это кажется действительно прикольной способностью.       И Гарри не лжёт. Быть в курсе того, о чём молчат люди — полезно, потому, как может спасти множество жизней. Как в переносном, так и в прямом смысле.       — Это сродни Легилименции. Разница лишь в том, что я могу мгновенно попасть в голову человека, установив с ним непрерывный зрительный контакт, и не становлюсь вынужденной использовать палочку или тратить на осуществление задуманного магию.       — А Тео тоже может использовать эту способность?       — Теоретически, может. Но никогда не будет. Ему не хочется причинять людям вред, в отличие от других вампиров. Или манипулировать ими, словно марионетками.       — Поэтому он использовал на Блейзе «Империо» вместо того, чтобы заставить поступать так, как ему требуется, путём приминения гипноза?       — Мне думается, что да. Хотя предоставить тебе полностью достоверную информацию сможет только сам Тео.       — Справедливо, — Гарри на ходу вынимает из кармана пачку сигарет и, выудив две штуки разом, забирает одну себе и протягивает Пэнси оставшуюся.       — Я не курю, Гарри, — она хмыкает, возвращая сигарету обратно в пачку. — Хорошая попытка, но мои убеждения, касающиеся этой дряни, пока ещё остаются неизменными.       — Пока ещё? — он ловит её на слове забавы ради — бесцельно шагать вперёд невыносимо скучно, поэтому Гарри развлекается, как может. — То есть, в будущем ты не исключаешь вероятности того, что начнёшь курить?       — Ты умеешь доводить людей, Гарри Джеймс Поттер. Так что да, не исключаю, — бросает подколку Пэнси.       — Вот только не прикидывайся, будто тебе категорически не нравится виноградный аромат, источаемый моими сигаретами. Я же знаю, что нравится.       — Ты невыносимый.       — Зато твой, — Поттер ухмыляется, чиркая зажигалкой — Паркинсон замирает, заворожённая данным зрелищем, и от переполняющего самодовольства он ухмыляется ещё шире.       Гарри приятно осознавать, что девушка, которой безраздельно принадлежит его сердце на протяжении долгих лет, питает по отношению к нему ровно те же чувства.       Затягиваясь, он бросает мимолётный взгляд на пустыню и, краем глаза заметив на горизонте небольшую пещеру, едва не давится дымом от удивления.       — Что такое? — Пэнси хмурится, заглядывая ему через плечо.       — Похоже, коньяк Мерлину преподнести в качестве подарка всё же придётся… — задумчиво тянет Гарри и, подхватив девушку под руку, начинает широкими шагами приближаться к пещере.       — У тебя есть предположения, как много трупов неудачливых странников мы найдём внутри? — на деле «небольшая пещера» оказывается пещерой высотой в четыре метра.       Хоть Гарри и пытается отшучиваться, внутренне он ощущает страх — Мерлину известно, выберутся ли они с Пэнси наружу, войдя сейчас внутрь, или навсегда останутся заложниками пещеры.       — Ставлю на десяток, — пальцы Паркинсон крепче сжимают его ладонь, несмотря на беззаботный тон, и Гарри понимает, что она тоже боится.       — Если хочешь, я пойду туда о…       — Ни в коем случае. — она обрывает его на полуслове, награждая обиженным взглядом, — Во-первых, там могут быть вампиры. И мы уже выяснили, что с ними я разбираюсь быстрее, чем ты. Во-вторых, я не жалкая трусиха, Гарри. И если ты полагаешь, что я стану дожидаться тебя снаружи в то время, как ты рискуешь своей жизнью, отправляясь в одиночку в пугающую неизвестность — ты глубоко заблуждаешься во мне.       Не расцепляя рук, они проходят сквозь песчанную арку, и, попав внутрь, принимаются насторожённо оглядываться по сторонам. Тусклый свет, отбрасываемый висящими на стене факелами, освещает им путь и Гарри с Пэнси медленно продвигаются вперёд, вслушиваясь в малейший шорох.       — Здесь подозрительно пусто. Тебе так не кажется? — шёпот его возлюбленной разносится по пещере гулким эхо, отразившись от стен.       Они оба затаивают дыхание, молясь, чтобы их не услышали вампиры, если вдруг таковые находятся на данный момент здесь же.       — Кажется. А ещё кажется, что мы с тобой похожи на героев какого-то ужастика про оживших мумий.       — Ужа… Чего? — не понимает Пэнси.       — Ужастик. Один из основных жанров маггловских фильмов. Напомни мне показать тебе парочку, если выберемся отсюда.       Паркинсон недовольно бьёт его свободной ладонью по плечу, раздражённо шипя:       — Перестань так шутить, Гарри! Это абсолютно не смешно!       — Как шутить? Что мы посмотрим вместе ужастик? Ладно, не буду.       — Что мы не выберемся, придурок!       Гарри собирается ответить ей, но внезапно пол уходит у них из-под ног и они, не удержавшись, камнем падают в неизвестность.       Пэнси       Отплевавшись от песка, она начинает судорожно шарить взглядом в поисках Гарри. Время идёт, а она всё не может его заметить, и её паника растёт с каждой минутой в геометрической прогрессии.       Наконец, ноздри Пэнси улавливают металлический запах крови — повернув голову в направлении, откуда он доносится, девушка едва не вскрикивает.       По виску её любимого струится кровь, пачкающая алым волосы цвета вороного крыла.       Он тяжело дышит, прислонившись лбом к стене, и Паркинсон, проведя небольшой анализ свежих ран, полученных им в результате падения, с облегчением отмечает, что они не смертельные.       — Идти можешь? — поднявшись, она протягивает ему руку, чтобы помочь встать, но Гарри отрицательно качает головой. — У тебя что-то повреждено?       — Это всё, Паркс.       — Что «всё»? — Пэнси начинает злиться от его загадок. — Великий Салазар, говори по-человечески, Поттер, иначе я собственноручно тебя прихлопну!       — Это самая нижняя точка пещеры. Если верить Кингсли — а я сомневаюсь, что у него был повод доводить до нас ложные сведения — артефакт находится в труднодоступном месте.       — Превосходно, с этим разобрались. А каков ответ на мой первый вопрос?       — При падении я заработал вывих лодыжки, — опираясь о стену, Гарри чуть приподнимается, но тут же снова падает обратно, кривясь от боли.       Вот дерьмо.       Должно быть, её эмоции отчётливо читаются на лице, потому, что Гарри, хмыкнув, в точности повторяет мысли Пэнси:       — Ситуация дрянь.       Она бесшумно опускается на колени перед парнем — Пэнси давно уже не использовала эту свою силу и не может гарантировать, что всё пройдёт гладко, однако иного выхода банально не видит.       — Сейчас я попытаюсь исцелить тебя, Гарри. Но для осуществления задуманного мне придётся вонзить клыки в твою шею и впрыснуть специальный яд. Первые секунды будет невыносимо больно, но дальше всё прекратится, обещаю. Ты готов довериться мне и позволить испробовать на себе данный способ излечения?       Пэнси терпеливо ждёт его решения, неотрывно глядя своими болотными глазами на Поттера.       — Готов, — спустя считанные мгновения отвечает Гарри.       Обхватив руками его шею, Пэнси выпускает клыки и вонзается в мягкую плоть, тут же протыкая её.       Кровь Гарри на вкус подобна самому изысканному десерту, однако Паркинсон насильно заставляет себя не брать больше, чем требуется. Впрыскивая яд в организм Избранного, она возносит молитвы Мерлину, чтобы всё получилось. Когда Пэнси отпускает его, Поттер начинает задыхаться от пульсирующей по всему телу боли, но вскоре дыхание нормализуется и агония прекращается.       — Как себя чувствуешь?       Гарри предпринимает очередную попытку подняться на ноги и в этот раз ему удаётся.       — Вполне неплохо. Спасибо, Пэнси.       Она принимает благодарность, не произнеся и слова, и, заметив в конце коридора, в который они провалились, слабое свечение, отправляется туда.       Гарри нагоняет её так же легко, как и немногим раннее делал это в пустыне — они молча шагают бок о бок друг с другом, приближаясь к…       Она резко тормозит, когда её взгляд натыкается на изуродованное тело женщины средних лет, небрежно брошенное на ветхий деревянный помост у старинного трона. Подобравшись ближе, Пэнси едва удерживается от того, чтобы не рухнуть на колени — из кулака женщины выглядывает округлая головка ключа.       Ошибки быть не может — это и есть артефакт, за которым их сюда послал Министр.       А несчастная, в чью руку артефакт вложен — миссис Паркинсон. Её мать.       Кто-то связал её и учинил жестокую расправу…       В подлокотнике трона зияет огромная дыра — судя по всему, прежде там находился тайник для хранения какой-то ценной вещицы.       — Гарри… — когда Пэнси оборачивается к любимому, её голос звучит так отчаянно, что она сама не узнаёт его.       Он разжимает кулак миссис Паркинсон и осторожно вынимает артефакт, пытаясь не повредить тело.       На помост падает клочок бумаги — наклонившись, Пэнси подхватывает записку и, развернув, принимается за чтение.       «Ну здравствуй, Падший Ангел. Ты посмела предать нас, Персефона, и теперь будешь за это расплачиваться. До моего сведения довели, что ты надеешься отыскать лекарство от вампиризма. Что ж, удачи, дорогуша! Я выкрал необходимый тебе фолиант с заклятием, способным обратить тебя обратно в человека и перепрятал его в таком отдалённом и опасном месте, что у тебя духу не хватит отправиться на поиски. Неописуемо грустно, что твоя прекрасная мамочка больше никогда не обнимет свою любимую дочку, но такова жизнь. Кровь за кровь, зуб за зуб, смерть за смерть. Я знаю, что магия пещеры погубит меня сразу, как поймёт, что фолиант не на месте, однако это не имеет значения — кое–кто из вампиров обязательно завершит мою месть. Приятной тебе жизни среди смертных, Королева! Надеюсь, твоё счастье будет недолгосрочным.»