Маркус

      Очередное успокоительное со снотворным эффектом оказалось эффективнее предыдущих: голова опустела от мыслей и словно даже физически стала легче, а потом сознание медленно заволокло туманом, и девушка закуталась в одеяло.       Дни сменяли один другой, а она никак не могла собрать "себя" с того момента, как её лучшему другу стало плохо на балу. Нет, не плохо. Теперь она понимала, что это была паническая атака от вида определенного человека и нахлынувших мыслей. И больше она его не видела.       Журналисты захлёбывались от восторга, штурмуя дом и офис Стивена Айсона, а затем и частную клинику, куда поместили мужчину, внезапно слёгшего с тяжелейшим приступом и теперь удерживаемого на грани аппаратами жизнеобеспечения.       Эмилия Стриберг поспешила сменить фамилию, а после разговора с матерью ещё и вычеркнуть имя "отца" из свидетельства о рождении, чтобы ничто не связывало девушку с тем отвратительным человеком, который посмел "покупать" её друга и, наверняка, не только его.       Вот только Маркус исчез. Словно растворился в воздухе посреди больничной палаты. Полиция и журналисты рыли носом землю, вскрывая новые подробности "ужасного рабства в 21 веке", но, за исключением рухнувшей репутации семейства Айсон и ещё нескольких, столь же известных далеко за пределами города - тщетно.       Регулярные сессии с психотерапевтом приносили кратковременное облегчение, умом Эми начинала понимать, что она не виновата в произошедшем. Но тут же перед глазами всплывало испуганное бледное лицо Марка и его вопросы о том, не сделал ли "тот человек" с ней ничего плохого. До последнего он волновался о других, а она никак не могла унять ноющую, рвущую грудь изнутри боль.       За прошедшие почти полгода она кое-как сумела закончить первый курс и даже всё ещё оставалась старостой. Ходить на лекции, выполнять задания было той рутиной, которая хоть немного могла отвлечь её от её горя. Вот только заниматься в библиотеке она не могла, вспоминая, сколько часов проводили они там за домашним заданием.       Свернувшись калачиком на кровати, Эмилия Мэддисон - по девичьей фамилии матери, прикрыла голову руками и начала медленно считать, ритмично делая вдохи и выдохи. Дыхательная гимнастика - ещё одна новая вещь в её обесцвеченном мире.       Колыхнулась тяжёлая штора, и в комнату потянуло прохладным летним ночным воздухом, наполненным ароматом цветов, посаженных матерью Эмилии под окнами их жилья.       "Я же закрыла окно..." - подумала Эми, поворачиваясь, чтобы понять причину прохлады.       Фигура на фоне тёмного неба резко очерчивалась лунным светом, но страха отчего-то не было. С тонких пальцев сорвалось несколько светлячков, освещая знакомые черты.       - Прости за вторжение, - улыбка была неловкой, но такой восхитительно искренней, какую Эми не могла вспомнить за все месяцы их общения.       - Какой хороший препарат, - только и произнесла она, садясь на кровати и накидывая одеяло на плечи поверх пижамных шорт и футболки с принтом нескольких крольчат на поляне. Тихий смешок и её заставил улыбнуться.       - Когда-то, когда ко мне пришёл мой спаситель, я решил, что галлюцинации стали слишком реальными, - поделился Маркус, подошёл ближе и после кивка девушки сел рядом.       Она наконец поняла: он выглядел по-другому. Старше. Раскованнее. Голубые глаза поражали своей глубиной, длинные тёмные волосы были собраны в пучок и закреплены деревянной заколкой, плечи развернулись, и осанка подходила особе королевских кровей. Даже простая, может, домашняя, одежда - однотонная футболка и чуть зауженные брюки - не могли скрыть этих изменений.       - Я ведь сплю, да? - Эми протянула руку, и Маркус мягко сжал её ладонь в своей, успокаивающе поглаживая костяшки указательным пальцем.       - Спишь. Но разве это мешает нашей встрече быть настоящей? - Даже его голос звучал по-новому. Он укрывал куда лучше и мягче любого одеяла, а каждое слово отпечатывалось в разуме.       - Не мешает, - она решительно кивнула. Пусть даже это была неожиданная побочка от таблеток - Эми была согласна, лишь бы ещё хоть раз увидеть этого человека. - Расскажешь, что случилось? Куда ты пропал?       - У нас не так много времени, - парень вздохнул и поглядел в окно, на убывающую луну. - Я умирал от рака, когда меня нашёл друг моей матери и забрал с собой, в мой родной, как оказалось, мир. Звучит как бред, да?       - Если тебе там нравится, то и не бред вовсе! - Эми подалась вперёд и схватила его за обе ладони, всматриваясь в сияющее мягкой улыбкой лицо.       - Рад, что ты так думаешь, Эми. Хочешь, я немного покажу тебе тот мир? - Маркус лукаво улыбнулся, зная, что подруга не откажется от такого предложения. Он наклонился вперёд и аккуратно коснулся лбом вспыхнувшего лба Эми, закрывая глаза и показывая ей озеро возле Обители Руфуса, саму Обитель в скале, потом он перенёс их в кратер вулкана, делясь видом дома его матери. Эмилия жадно всматривалась в прекрасные пейзажи, даже забыв, что всего минуту назад её сердце бешено заколотилось от прикосновения юноши.       Маркус так увлёкся, показывая девушке уголки мира, где он бывал, что в какой-то момент его сознание вернулось на пляж, где они с Руфусом встречали рассветы. Высокая худая фигура в чёрной одежде, стоящая по щиколотку в воде на фоне закатного солнца, выглядела величественно и прекрасно.       Смущенный Маркус отшатнулся от лба Эми, разрывая показ картинок и, слегка кашлянув, улыбнулся:       - Ты за десять минут посмотрела все мои самые любимые места в том мире.       - Ага, места... - Протянула Эми, лукаво улыбаясь, и хлопнула парня по плечу.       - Хватит так улыбаться! - Взмолился вспыхнувший до самых волос Маркус, а потом, глядя на смеющуюся Эми, нежно улыбнулся в ответ.       - Эми, не надо больше грустить. Мне там хорошо. И ты, только посмотри, во что превратилась. Где моя язвительная, смеющаяся, бойкая староста?       На глаза девушки набежали слёзы, которые она поспешно вытерла ладонями, сжав губы и вперившись взглядом в Маркуса, словно упрямо говоря, что вот, она, здесь.       - Ладно, ладно, убедил, - решив, что её взгляд был встречен и правильно понят, девушка подтянула колени к груди и обняла их руками. - Я фамилию сменила. С братом, вроде, подружилась. У него к тридцати мозги на место встают. Надеюсь. По стране развернулась кампания по защите детей из-за твоего случая.       - Хорошо, - Маркус кивнул, вспоминая тех юношей и девушек, что добровольно шли к Айсону на работу. Возможно, теперь у них будет больше возможностей реализовать себя, чем через постели моральных уродов, строящих из себя уважаемых членов общества. - Думаю, мне пора. Я разрушил связи между нашими мирами, когда один начал поглощать другой, и "прошёл" по последнему тонкому мостику.       - А?.. - У девушки закружилась голова. - Ты чем там занимаешься вообще?!       - Ничем особенным, правда. Просто счастливо живу со своим демоном. Мне правда нужно уходить, Эми. Рад был с тобой повидаться, правда. - Когда Маркус попытался встать, подруга удержала его за руку.       - Ещё минутку. Пожалуйста.       Он не успел ответить. Поцелуй был лёгким, тёплым и чуть солоноватым, отдающим первой влюбленностью и разбитыми розовыми очками.       Эми прижалась к его губам всего лишь на мгновение, а потом уверенно оттолкнула, отходя обратно на кровать.       Маркус удивлённо смотрел на девушку, но та уже широко улыбалась сквозь льющиеся по щекам слёзы и махала ему рукой. Маркусу не оставалось ничего, как улыбнуться и махнуть в ответ, а затем раствориться среди цветочных нот ночных ароматов.       Эмилия ещё несколько секунд смотрела на ночное, засыпанное звездами небо, а потом, закрыв окно, пошла в кровать.       Впервые за последние полгода она уснула с улыбкой на лице.

***

      Маркус шагнул в кабинет Руфуса и неловко потёр нос.       Демон сидел в своём кресле, закинув ногу на ногу и держал в тонких пальцах очередной шедевр из фарфора с остывшим внутри чаем.       - О, юный разбиватель девичьих сердец вернулся, - тонко улыбнулся демон, покачивая ногой с домашним мягким меховым тапочком, повисшим на большом пальце.       - Ревнуешь? - Маркус опустил глаза в пол, чувствуя себя неловко. Всё же его впервые поцеловал кто-то чужой с момента начала их с Руфусом отношений.       Демон вскинул на него свои золотые глаза и мягко улыбнулся, видя нервозность его юного божества.       - Маркус, - голос Руфуса был мягким и чарующим, отчего юноша вскинул голову, словно завороженный глядя на бледное лицо в обрамлении чёрных волос. - Кого ты любишь, Маркус?       - Мм, даже не знаю, - он склонил голову к плечу, задумчиво оглядывая того единственного, кто был для него целым миром. - Возможно, одного бессовестного, жестокого, совершенно невозможно прекрасного демона? Не знаешь такого, а, Руфус?       Поцелуй демона был полон страсти, нежности и поклонения. И значил куда больше, чем любые их слова.       Дверь между мирами растворилась в магии границы, навсегда разделяя миры, что когда-то едва не уничтожили друг друга, но подарили двум существам то, ради чего каждый прошёл долгий, трудный путь.