I. Драконьи узы

111 год от Завоевания Эйгона.       Принц Деймон, незадолго до возвращения в Королевскую Гавань, отправился в Пентос, желая осмотреть тамошний рынок и, быть может, купить что-то для Рейниры. Она всегда любила подарки от своего любимого дяди, особенно когда была ребенком. Но люди не меняются в том, что касается любви ко всяким безделушкам. Принцесса исключением явно не была.       Деймон обошел около десяти ларьков с драгоценностями, но ничего примечательного не нашел. Все было слишком простым, блёклым. Чем-то таким, что меркло в сравнении с Отрадой Королевства, как было принято звать наследницу короля Визериса.       — Мой принц, подойдите! — кто-то окликнул его, и он сразу обернулся.       — Ты что-то хотел? — из-под капюшона Таргариен оглядел торговца.       — Я заметил Вас давно, Ваша Милость! — глаза пентошийца блестели во время разговора, а в речи чувствовался акцент. — Хочу предложить Вам эту тиару! — он показал её и дал в руки принцу на рассмотрение. Украшение было красивым, веяло от него чем-то потусторонним, прекрасным. Посередине находился большой нефрит, а рядом с ним еще три, с каждой стороны, но более маленького размера. Конструкция диадемы была уникальна и утонченна.       — Откуда она? — спросил Деймон, рассматривая детали, по-видимому, будущего подарка.       — Эта нефритовая тиара принадлежала ранее императрице Лэнга, — быстро протараторил торговец.       — Ты уверен?       — Абсолютно, мой принц!       — Знаешь же, что у меня есть дракон? Караксес, прозванный Кровавым змеем и носящий имя валирийского Бога войны, — Деймон ухмыльнулся, увидев, как легкий страх пробежался по лицу пентошийца.       — Ваша Милость, я ни в чем так не убежден, сколько в уникальности этой тиары. Я могу поклясться Вам всеми Богами, что существуют и не существуют, если понадобится, — мужчина не врал, брат короля заметил это. Но запугать его надо было, чтобы точно быть уверенным в своем подарке.       — Я верю тебе. Что еще ты можешь предложить? Я смотрю, у тебя тут достаточно хороших драгоценностей, — рассматривая прилавок, проговорили принц. — Странно, что Иссарио о тебе ничего не знает.       — Наш добрый магистр сам редко приходит сюда. Посылает своих рабов, чтобы те взяли несколько подарков для его гостей или раздали немного монет нищим.       — Мне не интересна история твоей жизни. Покажи эту цепочку, — Деймон указал на украшение с маленьким и утонченным красным бриллиантом посередине, окантованным серебром. Тонкая цепь была идеальна.       В итоге, принц взял оба изделия. Подарок для племянницы был готов, осталось дождаться момента и подарить их ей. Рейнира всегда была падка на драгоценности, а тиара императрицы Лэнга была просто превосходной.

***

      Деймон погостил у своего друга — Иссарио Ликатиса, являющегося магистром Пентоса, — пару дней, прежде чем отправиться верхом на Караксесе в Вестерос.       «Давно он там не бывал».       За Узким морем он провел время отлично, даже слишком. Его и Кровавого змея чествовали празднествами и роскошными пирами. В Пентосе и Волантисе его встречали как Бога Валирии вместе с драконом.       На Ступенях он стал королем. С Морским Змеем они вели долгую войну и вышли победителями, как и подобает таким, как они.       Веларионы и Таргариены — выходцы из Валирии и вечные союзники. Отношения двух династий невозможно было разорвать. Но, конечно же, существовал его брат Визерис, который своими действиями разрушил всё. Не принял вариант помолвки с леди Лейной — дочерью Корлиса и принцессы Рейнис. В жилах этой девушки текла чистая валирийская кровь двух домов, связанных воедино.       «Визерис был слабым дураком».       Женился на Хайтауэрской овце с мертвыми глазами, сперва рассматривающей самого Деймона в потенциальные женихи.       «Дурочка. На такую, как она, посмотрит только идиот. Его брат и был одним из них».       Повезло ей, вышла замуж за короля, стала королевой, родила сыновей. Устроилась Алисента хорошо. А Отто еще лучше. Особенно после изгнания из Королевской Гавани. Хоть что-то адекватное и умное сделал Визерис.       Принц усмехнулся внутри себя.       «Пора отправляться в путь».       Оглядываясь в небо, Деймон не раз замечает, насколько ярко светит солнце. Явный знак того, что его план должен пройти удачно.       Стоя рядом со своим драконом, принц прислоняется к нему лбом и чувствует жар, исходящий от тела.       — Полетели, старый друг? — говорит он, руками поглаживая голову Караксеса. — Думаю, нас уже заждались.       Кровавый змей уже давно был готов к отлету, седло было надето, и он уже ожидал своего всадника. Принц быстро оседлал его.       — Sōvegon — приказал, прежде чем взлететь.       Караксес летел достаточно быстро, что было на руку Деймону. Ветер обдувал красивое лицо, пока король Ступеней оглядывал землю сверху.       «Прекрасный вид!»       Невообразимое чувство — лететь на таком существе как дракон и чувствовать себя не таким, как все остальные, ведь только Таргариены могли оседлать этих существ, так как в их жилах текла одна и та же кровь.

***

      В честь пятой годовщины свадьбы короля Визериса Таргариена и королевы Алисенты Хайтауэр было решено провести турнир.       Празднество было роскошным. На рыцарские поединки собрались как простолюдины, так и знатные лорды и леди.       Лорды из Малого совета и их жёны сидели за трибуной королевской семьи. Король расположился посередине, с левой стороны сидела его любимая дочь — Рейнира, а с правой стороны — жена, рядом с которой находились Эйгон и Хелейна, а Эймонд остался в апартаментах, поскольку был слишком мал для подобных вещей и попусту плакал.       На королеве было одето зеленое платье, полностью прикрывающее декольте и почти доходящее до горла, в качестве украшения Алисента выбрала цепь с Семиконечной звездой, доказывающее, что Хайтауэры были людьми Веры.       Принцесса же была в красивом черном платье, украшенном мирийскими кружевами. Шея была выделена утонченным кулоном с камешком посередине.       Если Алисента Хайтауэр предпочитала скромность и легкость в своих одеяниях, то Рейнира Таргариен нет. Даже сейчас многие могли заметить, что наследница выделялась в сравнении с мачехой. На каждом пальце принцессы было по кольцу, которые она всегда предпочитала, поскольку вертела их каждый раз, когда нервничала или чувствовала себя взволнованной.       — Дочка, как ты прекрасно выглядишь. Посмотри только, Визерис! Наша дочь сияет! — услышала Рейнира голос Алисенты, в глазах которой чудилась ненависть. Всё это притворство, что ее отец не замечал или старался не замечать. Принцесса устремила взгляд на каргу и постаралась сделать подобие улыбки.       Не вышло.       — Королева права, Рейнира! Ты превосходна, — с любовью сказал король.       — Спасибо, папа, — наследница чуть покраснела, но виду не подала. Ей нравилось слушать комплименты в свой адрес. Она прекрасно знала, что была необычайно красива, но любила, когда ей об этом напоминали, но не с уст Хайтауэр.       Эти слова она принимала в качестве оскорблений.       — Принцесса, я бы хотел получить одобрения, чтобы сражаться от Вашего имени, — её быстро окликнул сир Кристон Коль, сидящий на коне и ожидающий ленточки от дочери короля.       — Конечно, сир Кристон, — Рейнира встала и бросила ему свою ленточку красного цвета, которую он сможет повязать на предплечье.       Обернувшись, чтобы сесть обратно на место, принцесса заметила ухмыляющийся взгляд Алисенты Хайтауэр и её фрейлин.       — Принцесса, надеюсь что сир Кристон в этот раз сможет одержать победу, а то в прошлый раз он вылетел спустя несколько раундов, — эта сука знала, как пробудить её и разозлить.       «Боги, как она её ненавидела».       — Главное, чтобы Ваш брат в этот раз не особо пострадал, Ваша Милость, а то я помню, как в прошлый раз сир Гвейн хромал пару недель, — сказав это, Рейнира отвернулась от неё, не желая видеть взгляд этой курицы.       Глашатай объявил, что турнир начинается, и первым, кто вышел на арену, был один из кузенов этой змеи. Против него бился личный защитник принцессы.       Коль быстро выбил с коня Хайтауэра, вызывая бурные аплодисменты у смотрящих. На лице Таргариен появилась улыбка, мельком она взглянула на жену отцу и увидела, как та скорчилась в гримасе.       — Сир Кристон в этот раз поражает, не так ли, Рейнира? — заговорил Визерис, смотря на дочь. — Думаю, в этот раз он даже может выйти победителем.       — Любовь моя, я уверена, что для твоей дочери не будет большей радости, чем видеть победы Сира Кристона.       Рейнира почувствовала язвительность в голосе Хайтауэр и попытку уколоть. Посмотрев на мачеху самым милым взглядом, каким она только могла, принцесса отвернулась.       При её отце овца делает всё возможное, чтобы казаться лучиком солнца. Принцесса не предоставит ей возможность унизить её и остаться без ответа.       «Курице придется подождать».       Несколько раундов турнира прошли. Кристон Коль умудрился спешить с коня Гвейна Хайтауэра и очередного кузена королевы.       Рейнира просто сияла. Очередной раз она одержит победу перед мачехой. Спасибо ее личному защитнику.       По взгляду Алисенты было видно, что она явно не в настроении. Все те, кто сражался от имени жены короля и был на ее стороне проиграли. Лицо Хайтауэр выражало лишь гнев и презрение, которые она старалась скрывать перед мужем.       Внезапно, на всю арену упала тень. Солнце словно закрылось, ушло из виду. Некоторые крестьяне завопили от удивления и страха, не понимая, что случилось.       Рейнира сама не особо осознавала, что происходит. Смотря на отца, она увидела его задумчивый взгляд и открытые рты лордов из Малого совета.       Сверху послышался слишком знакомый свист, который она так давно не слышала.       — Это дракон! Дракон! — кричали простолюдины.       Большой дракон красного цвета с длинной шеей приземлился напротив королевской трибуны.       — Принц Деймон! Принц Города вернулся! — люди встретили его с удивленными криками.       «И впрямь, это был он».       Деймон слез с Караксеса, известного в народе как Кровавый змей. Принц был одет дорого. Его вид напоминал о том, что он является королем Ступеней. Особым напоминанием об этом служила корона — тонкий циркуль из золота, который был у него на голове. На плече Таргариена красовался золотой плащ, который когда-то он носил в качестве Командира Городской стражи.       — Меня прозвали королем Ступеней и Узкого моря, но я знаю, что существует лишь один король, — принц снял со своей головы украшение и склонился перед трибуной.       — Деймон, я не нуждаюсь в твоей короне. Ты завоевал те земли, но мне приятно знать, что ты хранишь верность своему королю, — поговорил Визерис, вставая со своего места и смотря на брата.       Все зааплодировали, как только принц Деймон поднялся на трибуну и подошел к брату. Визерис сразу же обнял младшего, целуя в обе щеки.       — Ты так и не изменился, Деймон, — на лице принца стояла ухмылка.       — А ты изменился, дражайший брат. Стал чуть толще, но я уверяю тебя, пару дней на танцполе приведут тебя в нормальное состояние, — пошутил Таргариен, заставляя старшего рассмеяться.       Во всей этой суматохе Рейнира не сразу поняла, как реагировать. Она не ожидала, что он вернется. Думала, что он покинул Королевскую Гавань навсегда, а тут…       «Нужно вести себя как всегда. Соберись, Рейнира!»       — Дядя Деймон! — принцесса решилась подойти к сыновьям Бейлона Храброго.       Принц обернулся на зов сразу.       — Рейнира? Ты ли это? — оглядывая с ног до головы, проговорил Принц Города. — Как ты выросла! Я почти что не узнал тебя! — его племянница засмущалась, щеки покраснели, а лицо засияло в улыбке.       — Но всё же узнал, не так ли? — с улыбкой и легким смехом сказал Визерис.       — Моя племянница стала совершенством, не зря же её называют Отрадой Королевства! — Деймон смотрел в глаза Рейниры, пока говорил это. Она была смущена. До жути. Что было странно, ведь она раньше никогда не смущалась от комплиментов.       «Но это был Деймон. А от него приятных слов она не слышала очень давно. Может, в этом было всё дело?»       — Ах, Ваша Милость! Королева Алисента Хайтауэр! — принц обратил своё внимание на только что подошедшую мачеху, одетую в зеленое платье.       — Принц Деймон, как давно Вас не было в столице. Мы не ожидали Вашего прибытия, — казалось, будто она выдавила эти слова из себя. По взгляду было видно, что она замерла в шоке и до сих пор не отошла. В лицо младшего брата мужа долго она не смотрела, сразу взгляд отводила.       Странно.       — В жизни случается много неожиданных вещей, моя королева! — на прекрасном лице Таргариена стояла ухмылка с насмешкой в вперемешку. Королева, видимо, заметила это, поспешив откланяться, сказав, что ей срочно нужно посетить маленького Эймонда.       — Удивительно и неожиданно то, что она стала королевой, — шепнул Деймон на ушко Рейниры, вызывая у племянницы смех. — Ну что, мой маленький дракон, рассказывай, как твоя жизнь при дворе? — от этого прозвища мысли принцессы вернулись в детство, когда они часто играли друг с другом.       — Все также, дядя. Практически, — они спустились с трибуны и направились к шатрам, где собирались множество рыцарей.       — Учитывая, какой ты стала, моя племянница, я не думаю, что твоя жизнь всё такая же прежняя, — хорошо, что Рейнира не видела все те многозначительные взгляды, что Деймон бросал на неё. Он успел оглядеть её всю, от волос на макушке головы, спускаясь по лицу к шее и большой груди. Через декольте заметить верхнюю и округлую часть было легко. Иссарио не соврал. Его племянница была валирийской богиней во плоти. — Кстати, я приготовил тебе подарок. Купил в Пентосе невероятнейшее украшение, которое, я верю, ты оценишь.       — Дядя, жду не дождусь увидеть его! Сейчас будешь дарить? — в голосе Рейниры чувствовалось нетерпение.       — Подарю после пира. Я помню, как тебе всегда нравились подарки, которые я тебе приносил из Узкого моря.       — Надеюсь, что на мои именины ты также подаришь мне нечто особенное? — фиолетовый блеск в глазах Таргариен был превосходен.       — На твои пятнадцатые именины я уже подготовил подарок. Ты будешь в восторге, но сперва я дам тебе кое-что другое, и, надеюсь, ты будешь часто носить мои подарки.

***

      Для пира Рейнира решила одеть также черное платье с тонкой изумрудной цепью, завязывающейся на талии. Плечи и руки были открыты и показывали бледность девичьего тела. Служанка как раз уже завязывала шнуровку сзади, как послышался стук в дверь.       — Принцесса, Ваш дядя прибыл сюда, — сказал сир Кристон, вошедший в покои.       — Да? — удивление в голосе Рейниры чувствовалось очень сильно. — Что он хочет?       — Принц сказал, что желает сопроводить Вас на пир, — Коль опустил глаза.       — Я скоро буду готова, предупредите моего дядю, сир Кристон, — дверь захлопнулась после выхода белого плаща.       Рейнира постаралась как можно быстрее подготовиться. Ей осталось всего лишь собрать волосы и выбрать украшения.       Хотелось чего-то необычного…       Принцесса быстро надела кольца на каждый палец и выбрала цепь, которая будет украшать её шею. Утонченный кулон, подаренный отцом на четырнадцатые именины, нежно обвивал кожу и почти падал в ложбинку между грудей.       Волосы служанки собрали в замысловатую косу. Сверху несколько прядей с обеих сторон были собраны в маленькие косички, а позже закреплялись в одну большую, спадающую на плечо.       — Кажется, всё, да? — скорее, спросила не у служанки, а у себя.       Посмотрев в зеркало последний раз перед выходом, принцесса выпрямила спину и уверенной походкой пошла к дверям.       Выйдя из покоев, она почувствовал на себе сразу два мужских взгляда, хотя на один из них ей было как-то все равно.       — Моя племянница, ты просто безупречна, — глаза Деймона обшарили всю её, при этом горя огнем.       — Спасибо, дядя, — щеки принцессы покрылись румянцем.       — Девица, особенно такая, как ты, превосходна всегда, — казалось, что Деймон хочет окончательно смутить её своими словами.       — Ты тоже неплохо выглядишь, дядя, — Рейнира оглядела его. На нём были черные бриджи и дублет красного цвета, сверху которого была темно-синяя туника. Волосы его были длинными, доходящими до поясницы, и, чтобы не падали на лицо, несколько прядей были собраны резинкой сзади.       — Приятно слышать комплименты от тебя, мой маленький дракон, — Рейнира захихикала. — Отправимся на пир? — принц протянул руку своей племяннице и она крепко взяла её.       — Сир Криспин, верно? — Рейнира уже совсем забыла о присутствии своего личного защитника, как Деймон обратился к нему.       — Сир Кристон, мой принц, — лицо Коля выражало некое презрение к Таргариену.       — Ах, да. Сир Кристон, я сопровожу свою племянницу до Большого зала, Ваши услуги, я думаю, не особо нужны, — Деймон сказал всё это со злой улыбкой на лице и с ненавистью в его светло-сиреневых глазах.       — Мой принц, прошу прощения, но я отлучусь только тогда, когда принцесса сама скажет, что не нуждается в моих услугах.       — Дядя, сир Кристон — мой личный защитник. Он должен побывать на пиру, — Рейнира с улыбкой оглянулась на гвардейца и решила продолжить путь до зала с дядей.       Пока все смотрели на них, Деймон Таргариен не раз обводил взглядом Рейниру. Принцессе нравилось это.       — Ах, брат! Рейнира! Мы уже заждались вас! — с улыбкой до ушей сказал всегда добрый Визерис, когда они подошли к столу.       — Я просто ждал твою прекрасную дочь. Какой красавицей она стала! — Деймон пододвинул стул Рейниры, чтобы она села, а сам расположился рядом. Их места находились с левой стороны, а с правой стороны — места для Алисенты и её выводка поросят.       — Рейнира всегда была очаровательной, что в детстве, что сейчас! — сказал король, пока королева пыталась скрыть взгляд отвращения. Деймон заметил это.       — Мне еще не довелось познакомиться с твоими другими детьми. Насколько я знаю, у тебя уже трое младших? — пытаясь сделать заинтересованный вид, спросил младший из сыновей принца Бейлона.       — Да, трое, — Визерис оглянулся в сторону жены, рядом с которой сидели двое детей. — Это Эйгон, — король головой указал на хмурого и пухленького мальчика, чем-то напоминающего Визериса в детстве, хотя характеры, по-видимому, у них были разные, ведь его брат был наиболее улыбчивым ребенком. — Это Хелейна, она очень мила и добра, — рядом с сыном сидела вторая дочь с улыбкой на лице, она была пухленькой, но достаточно притягательной, ведь улыбалась всему, что движется и не движется.       — А третий?       — Эймонд сейчас со своей мокрой кормилицей, он еще слишком мал, чтобы присутствовать на пирах, — проговорила Алисента и сразу же замолчала.       — Ой, ему лучше еще не появляться при людях, Эймонд очень часто плачет, — сказал Визерис.       — Он же ребенок, любовь моя. Это свойственно им, — королева улыбнулась своему мужу, прикасаясь к его руке. Рейнире хотелось вырвать от этого зрелища.       На стол слуги приносили множество различных блюд. Первым подали оленину, запеченную с яблоками и апельсинами. Аромат доносился просто невероятный. Принцесса поспешила взять кусочек для себя.       — Я попросил поваров приготовить сегодня пирог с миногой, как ты любишь, дочь моя, — Визерис с улыбкой оглядел Рейниру. На самом деле, любовь к данному блюду у отца с дочерью общая. Король тоже обожал его, и они часто делили его вместе.       Деймон особо не ел, ничего не хотелось. Он лишь отпивал вино и попробовал чуть-чуть жареной говядины с луком. Золотое арборское гораздо больше привлекало его. У Иссарио этого вида вина не наблюдалось и ему приходилось терпеть дорнийское, от которого хотелось блевать. Хорошо, что он там пробыл пару дней.       Певцы начали играть, и песня разнеслась по всему залу, приглашая сидящих потанцевать. Первыми вышли лорд Джаспер Уайлд и его жена, которая, кажется, была очередной раз беременна. Танцпол быстро забился.       — Принцесса, не хотела бы ты потанцевать со мной? — спросил Деймон со своего места, прослоняясь к уху племянницы.       — Честно, дядя, обычно я танцую с сиром Кристоном, но с радостью буду сегодня твоей партнершей! — Рейнира отпила немного от вишневого компота, налитого в её кубок, и встала.       — Давай же пойдем, мой маленький дракон, — Деймон взял её за руку и провел к лестнице. — Īlon shouldn't ivestragī bona chicken jiōragon va se lilagon floor lēda aōha dad gō gaomi, emā naejot charm tolvys. — Рейнира усмехнулась на его слова, спускаясь.       Они быстро закружились в танце. Казалось, Деймон направлял её, ведь хорошей танцовщицей Рейнира не была, а дядя будто рожден для этого.       «Он просто восхитителен».       Как только песня кончилась, следом начали играть другую. Все смотрели на них обоих, но ухмыляющийся взгляд парочки Золотых плащей привлек ее внимание. Одного из них она знала — сира Лютора Ларджента, который являлся нынешним Командиром Городской стражи. А другой был незнаком.       Прошло наверно около пятнадцати минут, и певцы решили немного отдохнуть. Все разошлись по своим местам. Но перед тем, как Рейнира успела куда-либо отойти, Деймон поклонился и поднес её руку к губам, нежно целуя. Принцесса покраснела.       — Ты, моя племянница, просто превосходно краснеешь. Дева во плоти, — сказал, приподнимаясь, Таргариен. — Увы, я должен оставить тебя на некоторое время, нужно встретиться с друзьями, — Деймон указал на двух Золотых плащей. Перед тем, как уйти, он проводил её на место за столом, находящееся около короля, и удалился. Рейнира все еще чувствовала себя смущенной от его поцелуя.       Принцесса даже не почувствовала два устремленных на неё взгляда.       Один — от королевы, наполненный желчью и завистью. А другой, ревнивый и полный гнева, — от личного защитника.

***

      — Мой принц! Кажется, каждый сегодня в Королевской Гавани говорит о Вашем возвращении, — сказал сир Рикон Тарли — капитан Золотых плащей.       — Ожидали этого не все, могу сказать точно, — Деймон оглянулся на королевский стол, рассматривая королеву.       — Зная Вас так, как знаю я, Командир, это всё не просто так, — произнес Лютор Ларджент.       — Когда же ты перестанешь называть меня Командиром, Лютор. Сейчас эту должность занимаешь ты, а не я, — принц уже давно отказался от службы в Городской страже из-за ссоры с братом, но золотой плащ никогда не снимал. Уважение, заслуженное когда-то в 104 году от З.Э., до сих пор исходило от нескольких тысяч стражников. Они ценили его и чтили все то, что он сделал ради них. Особенно Ларджент. — И да, я тут не просто так, ты прав, — это уже было добавлено с ухмылкой.       — Надеюсь, Вы поделитесь с нами, принц Деймон? — Золотые плащи переглянулись между собой.       — Обязательно, мои друзья, но не сейчас. Пока что вам достаточно взглянуть на королевский стол и посмотреть на мою прекрасную племянницу. Думаю, вы хоть что-то поймете, — с ухмылкой Деймон оглядел её и заметил, что его собеседники тоже. На лице Тарли проскочил знающий взгляд.       — Что-то касающееся принцессы Драконьего Камня, я правильно понимаю, мой принц? — Лютор спросил.       — Правильно. Но обо всем остальном узнаешь этой ночью. Я намерен провести её на Шелковой улице в вашей компании и каком-нибудь борделе. Надеюсь, шлюхи тут не стали хуже? — принц посмеялся вместе со спутниками. — Сейчас же я должен отправиться к Отраде Королевства, мои друзья. Я найду вас позже, — Деймон быстрым шагом направился на свое место, успев сказать племяннице нечто, вызвавшее улыбку на прекрасном лице принцессы. Золотые плащи успели переглянуться и вернуться за столы. Скоро им нужно будет отправляться патрулировать город. Сейчас же нужно провести время хорошо и отдохнуть хоть немножко.

***

      Пир кончился ближе к полуночи. Король отпустил всех, поблагодарив за торжество. Люди очередной раз поздравили его и королеву с пятилетней годовщиной свадьбы и отправлялись в свои покои.       Принцесса шла рука об руку с дядей к своим покоям, а сзади их сопровождал сир Кристон Коль. Деймону это не особо нравилось. Он сам по себе не любил этого королевского гвардейца.       — Ñuha zaldrītsos, epagon aōha personal mīsio naejot dekuragon aside syt mirros, nyke intend naejot tepagon ao mirros, — Деймон обратился к принцессе, когда они подошли к её покоям в Твердыне Мейгора.       — Сир Кристон, не могли бы Вы принести мне воды и попросить поваров приготовить мне несколько клубничных пирожных, на пиру я их не увидела.       — Конечно, принцесса, — Коль быстро покинул их, оставляя парочку наедине.       — Давай войдем в покои, Рейнира, — предложил принц, протягивая руку к двери.       — Конечно, дядя.       Принцесса быстро вошла, а следом за ней шел Деймон, рассматривающий всё вокруг. Апартаменты были огромными, хотя не такими, как его личные. Он заметил, что несколько полок сбоку, чуть дальше дверей, были заняты книгами: некоторые на валирийском, некоторые на общем языке. Рядом с ними был стол, на котором стояли листы бумаги и чернила с пером. Чуть дальше располагалась кровать с балдахином. Покрывала спального места отдавали персиковым оттенком. От самой комнаты шел запах Рейниры: ягоды и что-то сладкое, почти невинное. Напротив кровати стоял камин с ковром рядом. Покои были хорошо обогреты.       — Не буду медлить, — наконец сказал Деймон. Рейнира аж сжалась от нетерпения увидеть, что же подготовил дядя. — Я хорошо помню, как тебе всегда нравились мои подарки и не мог не приехать сюда без него. У одного из торговцев в Пентосе я купил замечательное ожерелье, которое, я уверен, хорошо будет дополнять твою шею, — принц быстро достал маленькую изящную коробочку и открыл, показывая содержимое.       — Боги, дядя! Оно прекрасно! — Рейнира почти кричала от восторга. Он ожидал от неё такой реакции. — Я хочу примерить его сейчас же!       — Давай я помогу тебе, — сказал Деймон, открывая маленький замочек на цепи. — Повернись, — она послушалась. Мужчина подошел чуть ближе, набрасывая на тонкую шею ожерелье и застегивая сзади.       Рейнира быстро подошла к зеркалу и начала себя рассматривать.       — Оно просто роскошно и очень элегантно, дядя. Большое спасибо!       — Всё для тебя, моя племянница. Оно очень дополняет твою шею, хотя ничего не способно сделать тебя еще прекраснее, мой маленький дракон.       — Мне очень приятно слышать такие слова, дядя, — Рейнира опустила глаза. Деймон решил подойти к ней поближе.       — Я надеюсь, ты будешь носить его часто.       — Я буду носить его постоянно! — принц усмехнулся на её слова.       — Ладно, Рейнира, час уже поздний, я должен уходить. Тебе нужно готовиться ко сну, — Деймон вновь поцеловал её руку, смотря в глаза темно-фиолетового цвета. Его губы задержались дольше положенного, но его это нисколько не заботило.       — Сладких снов, дядя Деймон, — сказала Рейнира, когда он уже был у дверей.       — И тебе, принцесса.